Пропасть

Сон Джэ рванулся вперед, словно невидимый щит, закрывая Со Хён своей спиной. Он чувствовал обжигающий, хищный взгляд Дон Ха, пригвожденный к девушке, и в каждом нерве его тела нарастало глухое, липкое чувство паники. Воздух в огромном читальном зале, ещё недавно наполненный книжным ароматом и шелестом страниц, сгущался, превращаясь в нечто плотное, давящее, почти осязаемое. Время замедлилось, каждый удар сердца отдавался гулким эхом в его ушах. Дон Ха, величественный и пугающе спокойный, ступил вперед. Его движения были плавными, почти грациозными, словно он не шел, а плыл по воздуху. Если бы не руины стеллажа, разделявшие их, он мог бы дотянуться до них рукой. Его присутствие заполнило пространство, вытесняя свет, тепло и даже кислород. Сон Джэ судорожно сглотнул, прочищая горло, пока его мозг лихорадочно искал пути отхода. Страх за Со Хён, острый, пронзительный, сжимал его внутренности. Если хоть один волосок на её голове пострадает из-за него, он не простит себе этого никогда. Он не мог простить себе, как легко тогда «отказался» от неё, наговорил столько гадостей при Союзе. А Ким Со Хён, словно ангел, спустившийся к нему с небес, всё ещё доверяла ему. Он чувствовал, как её маленькая ладошка крепко сжимает рукав его ветровки, как спасательный круг в шторм. И подвести он её не мог. — Значит я был прав, — ледяной голос Бэк Джина заставил их обоих вздрогнуть. Он вышел из тени, словно призрак, материализовавшийся из пыли и мрака. На его лице играла лёгкая, почти детская ухмылка, но глаза были холодны и безжалостны. Он словно наконец собрал свой жуткий пазл, в котором Со Хён оказалась ключевым элементом. — Она всё-таки дорога тебе. Эти слова были как удар под дых. Воздух мгновенно выбило из легких Сон Джэ, а перед глазами всё поплыло. Глаза налились кровью от ярости и безысходности. Он глубоко, судорожно вдохнул, пытаясь придумать хоть какой-то ответ, но в голове была только одна мысль, одна цель — защитить Ким Со Хён, даже ценой собственной жизни. А пока он даже с этой простой задачей справиться не мог. Его руки, которыми он прижимал Со Хён, слегка дрожали. — Отъебись уже от меня, — прорычал Сон Джэ, его голос был низким, словно у загнанного в угол зверя. Он ещё сильнее прижал к себе девушку, пытаясь защитить её от всех взглядов, от всех угроз, от всего мира. — Я больше не намерен быть твоей грёбаной игрушкой. Настала тишина. Гнетущая, мрачная, давящая, словно само время остановилось, ожидая рокового решения. Каждый звук, даже собственный стук сердца, казался оглушительным. Гым Сон Джэ чувствовал, что они в ловушке. Некоторые парни из Союза, молчаливые, словно тени, перекрыли выход из библиотеки, их силуэты были чёткими и угрожающими. Другие окружили Бэк Джина, образуя живое кольцо. По телу Сон Джэ прошла крупная дрожь. Ему казалось, что сейчас их с Со Хён похоронят в этом здании навсегда, среди руин книг и разрушенных жизней. — Бросишь её? — Бэк Джин продолжал улыбаться, его улыбка была широкой, как у психопата, наслаждающегося зрелищем чужого страха. Ему явно нравилась вся эта ситуация, весь ужас в глазах Сон Джэ, который был не за себя, а за эту «паршивку», которая вскружила ему голову. Эта «шлюха» слишком мешала его планам, как и вся эта команда «супергероев» из Ин Чана. И он прекрасно понимал, что если он избавится от одного звена в этой цепи, то и вся их компания пропадёт с радаров. — Ради Союза? — Брошу, — без колебаний ответил Сон Джэ, и почувствовал, как девушка за его спиной напряглась. Её тело стало жестким, словно камень. Она хотела отстраниться, но парень, сжал её ещё сильнее, его хватка была железной, отчаянной. — Ким Со Хён? — Бэк Джин кивнул в её сторону, зная ответ наперёд. Он понимал, что Гым Сон Джэ не такой уж и прост, как может показаться на первый взгляд. Не так уж и глуп, чтобы врать главарю Союза прямо в глаза. — Союз, — этот ответ перечеркнул всё. Бэк Джин запрокинул голову и разразился звонким, безумным смехом, до слёз, осознавая всю комичность ситуации. Этот ублюдок прямым текстом сказал, что ради этой «шлюшки» променяет связи, деньги, репутацию в банде. Этот сопляк посмел тягаться с ним? С Бэк Джином? Пусть уже считает, что выкопал себе место на кладбище. Смех Бэк Джина эхом разнёсся по зале, отражаясь от высоких потолков и книжных полок, превращая некогда спокойное пространство в арену безумия. Он направился к выходу, продолжая смеяться, а вся толпа, которая всё это время была с ним, тут же ринулась в сторону Сон Джэ. Сон Джэ резко оттолкнул Со Хён в сторону, и в тот же момент нанёс мощный удар одному из бандитов. Два шага влево, и второй получил уже в живот. Хаос наполнил библиотеку. Книги, сброшенные с полок, летели во все стороны, пол заскрипел под тяжестью падающих тел. Сон Джэ понимал, что долго не протянет. Он постоянно поглядывал в сторону Со Хён, которая, к его удивлению, держалась уверенно. Она повалила одного из ублюдков на пол, а второму сломала нос с хрустом, от которого у Сон Джэ мурашки пошли по коже. Их круглосуточные тренировки явно не прошли даром. Но против такого количества противников, их шансы таяли с каждой секундой. Страх, холодный и липкий, сжал сердце Со Хён, когда она увидела, как их окружили. Но этот страх быстро трансформировался в чистую, яростную решимость. Она сражалась, её движения были резкими и точными, каждое действие было направлено на то, чтобы выбить противника из равновесия. Она слышала удары, крики, собственный тяжелый выдох. И среди всего этого хаоса она слышала звуки борьбы Сон Джэ, понимая, что они должны выбраться отсюда вместе. Или не выбраться совсем. Сон Джэ услышал знакомый голос. Он был резким, решительным, прорезавшим хаос, словно остриё клинка. Осторожно, не отвлекаясь от противника, он повернул голову. Его рот приоткрылся от удивления, мышцы, секунду назад напряжённые до предела, мгновенно расслабились, и на лице против его воли расцвела улыбка. Это была улыбка облегчения, надежды и почти безумной радости. Сухо, только что вышедший из больницы, словно вихрь ворвался в сражение. Он налетел на одного из парней Союза, повалив его мощным ударом, а затем, с резким, отточенным прыжком, ударил ногой второго, заставив того отлететь к стене. За его спиной, словно тень, двигался Шиын, пробираясь сквозь толпу с его фирменной ручкой, которая в его руках превращалась в грозное оружие. Несмотря на численное превосходство Союза, стало очевидно, что они проигрывают. Эти уличные головорезы, привыкшие к лёгким дракам, не имели ни малейшего понятия о настоящем бое. Каждый новый удар Сухо и Шиына, каждый их крик отбрасывал банду к выходу, пока они, наконец, не растворились в дверном проёме, исчезнув из поля зрения. Но Дон Ха, ослеплённый яростью и злобой, не собирался сдаваться. Его глаза горели безумием. Он рванулся к Со Хён, которая, хоть и держалась стойко, была уже на пределе. С резким толчком он повалил её на пол, его тело нависло над ней. — И чем же ты так зацепила Сон Джэ-то, мышка? — прошипел он, его голос был полон отвращения и презрения. Его руки, тяжёлые и сильные, сомкнулись на её шее, сжимаясь всё сильнее и сильнее. Воздух моментально покинул лёгкие Со Хён. Она задыхалась, её тело билось в отчаянных попытках освободиться. Перед глазами поплыли чёрные пятна, из уголков глаз потекли горячие слёзы, а лицо стало невыносимо красным, налитое кровью. Мир сузился до ощущения удушья и панического страха. Сон Джэ, увидев это, словно взорвался. Он подлетел к Дон Ха и резко толкнул его, отбросив от Со Хён. Не медля ни секунды, он подхватил девушку на руки, её тело казалось невесомым от шока. Вместе с Сухо и Шиыном они рванули к выходу, понимая, что Союз не станет ждать и, скорее всего, вызовет подкрепление. Они бежали долго, улицы мелькали мимо них размытыми пятнами. Адреналин ещё бушевал в их жилах, но выдыхались они быстро. Наконец, выбежав на какую-то заросшую тропинку, они остановились, тяжело дыша, пытаясь восстановить сбитое дыхание. Воздух был свежим, пахнул влажной землёй и травой, резко контрастируя с затхлым библиотечным воздухом, пропитанным страхом. Сон Джэ бросал на Шиына и Сухо быстрые, требовательные взгляды, без слов выражая своё ожидание объяснений. — Не смотри так на нас, — Сухо, небрежно присев на траву, зарылся рукой в свои влажные от бега волосы, словно это была самая обычная прогулка. — Мы вас спасли вообще-то. — Ты ей рассказал всё? — Шиын, в свою очередь, кивнул в сторону Со Хён, которая всё ещё находилась на руках у Сон Джэ, словно хрупкая кукла. Девушка смутилась, её щёки слегка порозовели, и она двумя руками толкнула Сон Джэ в грудь, требуя, чтобы он поставил её на ноги. — Вы как вообще? Вы же в аварию попали? — Со Хён тут же принялась лихорадочно оглядывать друзей, ища раны, но увидела лишь небольшие пластыри и царапины, подтверждая слова Хён Така. Они действительно не пострадали. — Мы целы, не переживай, — Сухо поднялся с травы, поглядывая на дорогу. Нужно было поймать такси, чтобы усадить эту парочку. Он знал, что Сон Джэ сейчас, скорее всего, думает о том, как бы сбежать. — А вот вам, — он тыкнул в сторону Со Хён и Сон Джэ, которые, наконец, стояли рядом, бросая друг на друга краткие, полные невысказанных эмоций взгляды. — стоит поговорить. Сухо взял их обоих за руки, мягко, но настойчиво подтолкнул к проезжающему такси и усадил внутрь. Со Хён была явно этим недовольна, но всё равно продиктовала водителю свой адрес. Её смутило, что Сон Джэ должен был ей про что-то рассказать, и это «что-то» явно должно было повлиять на их дальнейшие отношения. Хотя… о каких отношениях вообще шла речь? Девушка постоянно об этом думала. Они целовались до всей их «ссоры», ходили за руку, доверяли друг другу самые сокровенные тайны. Их общение можно было назвать близким, слишком близким, но они никогда официально не были парой. И теперь, сидя в душном такси, слушая монотонный шум города за окном, девушка наконец призналась самой себе — ей хотелось как-то обозначить границы. Ей хотелось быть с ним, не просто так, а по-настоящему. Сон Джэ сидел рядом с ней, стараясь придумать речь. В его голове роились тысячи слов, но ни одно не казалось подходящим. Он не хотел, чтобы Ким Со Хён думала, что он оправдывается. Он понимал, что даже извинений будет мало. Хотя какие извинения? Сон Джэ изо всех сил старался оттолкнуть девушку, старался сделать ей как можно больнее, и в тот момент он даже не думал, как это повлияет на неё. Он надеялся, что она его просто возненавидит, перестанет воспринимать, а в конце концов просто забудет. Но нет, она сидела рядом. Она доверилась ему в библиотеке, положилась на него, когда мир рушился вокруг. Она была готова отдать свою жизнь в его по уши заляпанные кровью руки. И это грело душу так сильно, так невыносимо, что парень даже представить себе не мог. Вся его броня, которую он так тщательно строил, рассыпалась в прах от одного её взгляда, от одного прикосновения. Он чувствовал её тепло рядом, её легкий запах, и осознавал, как сильно скучал по ней, как сильно нуждался в ней. Такси наконец подъехало к нужному дому. Они вышли из машины, и тишина, казалось, стала ещё более оглушительной, чем в библиотеке. Сон Джэ чувствовал тяжесть невысказанных слов, вину, которая давила на него, и страх перед тем, что последует дальше. Перед ними был порог её дома, а за ним — неизведанная территория их собственных чувств. Дом встретил Сон Джэ странной, густой тишиной, словно само пространство задерживало дыхание в ожидании чего-то неизбежного. Раньше, когда он поселился у Со Хён, здесь всё звучало иначе — смех, приглушённые разговоры, шорох шагов по паркету. Теперь же квартира казалась холодным убежищем забытой боли и невысказанных слов. Он бросил взгляд мусорный пакет рядом с обувью, где среди предметов случайно попались пустые бутылки из её отцовского серванта — напоминание о незримых битвах и скрытых ранах. Его сердце сжалось и пропустило несколько ударов, когда он бросил взгляд на Со Хён, медленно уходящую в свою комнату. В этот момент он осознал всю тяжесть своих ошибок — он был мудаком, который, играя в опасную игру, втянул её в пучину, не подумав о последствиях. В комнате было полумрак, лишь мягкий свет из окна окутывал пространство уютным теплом. Со Хён сидела на кровати, поджав ноги, плечи дрожали от боли, а лицо и шея были испещрены синяками. Эти пятна будут долго напоминать о той борьбе, а густой слой консилера, которым ей предстоит их скрыть, будет напоминать о желании спрятать не только физические, но и душевные шрамы. Сон Джэ стоял неподвижно, словно провинившийся школьник, осознавший свои промахи. Он всё ещё является тем самым подростком, сгоряча влюблённым в опасность и власть Союза, озлобленным и жестоким. Он скрывал все чувства под маской «психопата», которая, казалось, была его единственной защитой. Но сейчас, смотря в глаза Со Хён, он впервые чувствовал на себе всю тяжесть собственной уязвимости. — Бэк Джин поставил меня перед выбором, — сказал он, голос дрожал, а каждое слово словно рвалось из глубин души. — Либо я возвращаюсь в Союз и отказываюсь от тебя и всей нашей «команды» либо на тебя объявляют охоту. Со Хён почувствовала, как что-то тёплое и сильное расплывается в её груди, сжимая сердце в неизвестном до сих пор ключе. Она не ожидала, что станет для него настолько важна. Это чувство дарило ей надежду и заставляло шуметь сердце громче обычного. Она хотела кричать эту истину всему миру, хотела, чтобы никто и никогда не посмел больше разлучить их. Сон Джэ откашлялся, пытаясь проглотить комок эмоций, который перехватывал горло. — Сейчас я понял самое главное: я полюбил тебя как девушку. — Его глаза блестели от несдерживаемых слёз, хотя он упорно пытался скрыть их. — Извинений недостаточно. Наверное, тебе будет лучше без меня. Прости меня. Мне правда жаль. Он не мог больше смотреть в её глаза. Сердце сводило болью, и, казалось, оно вот-вот разорвётся. Сон Джэ повернулся, собираясь уйти, и тогда в его душе взорвался взрыв. Со Хён резко вскочила с кровати, подбежала и, с силой, с которой боролись два урагана, затянула его в поцелуй, яростный и пылкий. Их губы встретились, будто пытаясь компенсировать все пропущенные слова, все слёзы и горечь. Каждый стремился перехватить инициативу, вкладывая в поцелуй боль, любовь, отчаяние и надежду. — Не оставляй меня, — едва слышно сказала она, едва отодвинувшись, чтобы вдохнуть глоток воздуха, и тут же вновь погрузилась в его объятия. Сон Джэ, больше не в силах себя сдерживать, подхватил её на руки, и с лёгким скрипом они опрокинулись на кровать. Его губы оставляли следы страсти и нежности на её шее, пробуждая ее чувственность. Со Хён, тянувшаяся к его телу, медленно и вдумчиво стянула с него рубашку, прикасаясь пальцами к рельефным мышцам, чувствуя их напряжение и тепло под кожей. Её взгляд не отрывался от его лица, и в каждом движении ощущалась глубокая привязанность и желание быть ближе. Сон Джэ не отставал — он снял вверх вместе с нижним бельём, прикасался к её коже, спускаясь по линии живота, пока его руки не наткнулись на джинсы. Он легко снял их, бросая неподалёку, туда, где лежала футболка Со Хён, и мягко скользнул ладонью по её животу, вызывая вздох, который вырвался из глубокого обожания и лёгкого волнения. Со Хён, обладая характером сильной и решительной девушки, медленно, с любовью и легкой игрой, приступила к расстёгиванию его ширинки, испытывая каждого секунду наслаждения, ловя каждое выражение его лица. Это было больше, чем страсть — это была взаимная доверенность и признание тех чувств, что долгое время скрывались под слоями боли и недоверия. Сон Джэ сам снял штаны, а девушка тут же просунула руку ему в трусы. Холодные пальцы девушки тут же провели по его члену, а он был не в силах сдержать собственный стон. О чёрт, как же ему было сейчас хорошо! Со Хён выгнулась, когда Сон Джэ стянул с неё трусы и надавил на её клитор. Его лицо было так близко, а его дыхание было таким горячим. Она обхватила его бедра ногами и резко перевернула. Парень облизнул губы. Его глаза были тёмными, руки горячими, а член твёрдым. Девушка посмотрела на него сверху вниз и ухмыльнулась. Со Хён быстро стянула с Сон Джэ трусы, упёрлась руками о его грудь и приподнялась. Сон Джэ не медлил. Он облизнул пару пальцы, аккуратно проводя по клитору девушки. Ввёл сначала один. Со Хён почувствовала дискомфорт, а парень же вовлёк её в поцелуй. Когда девушка привыкла, то Сон Джэ стал вводить пальцем туда-сюда, а девушка больше была не в силах сдерживать стоны. Затем ввёл второй, третий. Он слушал тихие стоны Со Хён, смотрел на её слегка влажное тело, и был больше не в силах сдерживаться. Он оставлял на её шее влажные багровые засосы, показывая этим, что Ким Со Хён принадлежит только ему. Сон Джэ вытащил пальцы, а затем, аккуратно, стараясь не навредить, вошёл в девушку собственным членом. — Если тебе будет больно, ты скажи, — парень часто дышал, хватая Со Хён за подбородок. — Я прекращу. Девушка же только кивнула, сжимая плечи парня ещё сильнее. Пару неуверенных толчков, и Сон Джэ продолжил смотреть в лицо девушки на наличие каких-либо эмоций. А Со Хён лишь ухмыльнулась, затягивая парня в очередной мокрый поцелуй. С ним ей было очень хорошо. Он опустил одну руку к её бедрам и начал двигаться быстрее. Со Хён выгнулась и откинула голову назад, тут же почувствовав жаркий поцелуй на тонкой шее. Их тела вспотели, приклеившись друг другу словно магниты, смазанные хорошей дозой ПВА. Сон Джэ слышал горячие вздохи Со Хён, рваные выдохи и протяжное мычание в его шею. Она обнимала его за плечи, склеиваясь с ним в одно целое. Увидь кто их со стороны, обязательно подумал бы, что они просто неудачно сыграли в твистер и запутались. Парень раньше не знал, что у девушки на плечах есть столько родинок, так ярко выделяющиеся на её коже. Он снова потянул её за подбородок, заставляя смотреть на него. Её карие глаза были широко раскрыты, а изо рта то и дело вырвалось что-то вроде «о, твою-то мать». Воздух в его лёгких как-то слишком резко заканчивается, движения Со Хён становятся быстрее, резче и жёстче, выбивая из девушки весь кислород и желание говорить-шептать-да-что-блять-угодно. Её рука так и застывает, впиваясь ногтями в спину Сон Джэ, когда он резко останавливается, входя до предела. В глазах непонимание и страх, рот открыт, дыхание спёрло. И только шёпот на краю сознания не дает отключиться. Парень делает резкий толчок, она выгибается-извивается-дрожит и тихо всхлипывает. Сон Джэ лежит рядом с Со Хён, его руки обнимают её обнажённое тело, а они сами были укрыты белым пушистым одеялом. — Ким Со Хён, — голос парня стал хриплым, а его тело всё ещё дрожало. — Ты станешь моей девушкой? Послышался звонкий смех, а затем она обернулась, и чмокнула парня в губы. Это и было ответом.

***

Бэк Джин стоял посреди полумрачного склада, где отступающая толпа его банды, избитая и потрёпанная, с трудом приходила в себя. Их лица были опухшими, разбитыми, а одежда изорвана. Вид этих жалких остатков его некогда внушительной силы вызывал в нём не просто злость, а кипящую ярость, обжигающую изнутри. Один мускул на его скуле нервно дёрнулся, словно отражая внутренний шторм. Его глаза, обычно спокойные и расчетливые, теперь горели холодным, стальным огнем. Унижение, которое он испытал, было невыносимо. Сон Джэ, его бывший пёс, осмелился бросить ему вызов, да ещё и победить. Это было непростительно. В голове Бэк Джина, словно ледяные осколки, складывался новый, ещё более мрачный план. Он всегда знал, что Сон Джэ рано или поздно попытается сбежать, поджав хвост, но не мог и предположить, что этот момент наступит так стремительно, и что причиной станет какая-то девчонка. Он сжал кулаки, ногти впились в ладони. — Дон Ха, — голос Бэк Джина был низким, почти шипящим, но в нём звенела непоколебимая решимость. В последнее время Дон Ха стал его тенью, его доверенным палачом, и Бэк Джин знал, что на него можно положиться в самых грязных делах. Его взгляд метнулся к Дон Ха, стоявшему чуть в стороне, его лицо было скрыто в тени, но по напряжённым плечам можно было угадать, что он ждёт приказа. — Ким Со Хён слишком дорога Сон Джэ, и слишком важна всем в их компании. Она — слабое звено, якорь, который держит его и всю эту мерзкую компашку. Избавься от неё. Навсегда. Дон Ха медленно поднял голову. Его губы растянулись в тонкой, почти незаметной ухмылке, которая, однако, была пронизана таким холодом, что по спине пробегал мороз. Это был не весёлый смех, а скорее тихий, хищный выдох, предвкушающий удовольствие от предстоящей работы. В его глазах мелькнула искорка зловещего предвкушения. В голове Дон Ха уже начали выстраиваться цепочки действий, каждое из которых вело к одной цели — уничтожению Ким Со Хён. Он уже видел её лицо, искаженное страхом, её тело, сломленное под его руками. Эта «мышка» посмела стать препятствием на пути Бэк Джина, а значит, её участь была решена. И Дон Ха с удовольствием приведёт приговор в исполнение, превратив её жизнь в настоящий кошмар, прежде чем оборвать её навсегда. Атмосфера в помещении сгустилась, воздух стал тяжелым, предвещая что-то неизбежно ужасное.