Bullet to the heart.

"Я обещаю тебе, мы разберемся в этом. Клянусь." Ёнбок ждал. Терпеливо ждал, но часы перетекали в дни, а дни сплетались в недели. От Хвана так и не было ответа. Он стал избегать Ли. Каждый раз приходил раньше и уходил позже, не говоря ни слова младшему. На встречах Феликс и Хенджин разговаривали лишь по делу, а когда блондин хотел что-либо спросить, старший резко останавливал его.  — Феликс, еще не время. — вечно слышал блондин.  Внутри у него все жгло, он не понимал, что произошло. Почему же его возлюбленный вдруг вновь стал холодным и строгим боссом? Так он и не был таким никогда с Ликсом и раньше.  Хенджина тоже терзали мысли. Он хотел быть с Феликсом, с его особенным солнышком. Но понимал — слишком опасно. Они оба мужчины и оба находятся в сложной ситуации. Работа в мафии, не простой звук. Хван то и дело ходил по своему кабинету, думая не о новых сделках и территориях, а о своем блондине, что теперь живет в вечном ожидании и стрессе. Ему было ужасно больно затыкать рот парню, когда тот пытался поинтересоваться чем-то, но он знал, что ничего ответить не сможет. Он выбрал молчание и игнорирование, но верный ли это выбор?                                 *** И все же, жизнь продолжалась. Нужно было работать. Каждый день, как и раньше. Документы и выписки продолжили бесследно пропадать. Даже установленные Хваном камеры не помогли. Как на зло они то разряжались в неподходящий момент, то выключались, то ломались. Хенджин хоть и избегал Феликса, но все же младший видел его состояние и больше всего его мучало, что он не может ничего сделать. Он даже не мог поддержать любимого, прижать к себе, расцеловать и долго-долго шептать: "Все будет хорошо, Джини"                             

***

Пустой кабинет, мерцающий свет и самодовольная улыбка. В резную дверь постучали. Послышался уверенный и приятный голос.  — Войдите.  В кабинет тут же прошел парень, выглядящий словно из сна. Он бросил папку с документами на стол, а сам расположился в кресле.  — Давно не виделись. — Джисон лениво положил руки на свой стол.  — А, что, успел соскучится по мне? — Совру, если скажу, что это не так.  Минхо давольно улыбнулся, приблизился к младшему.  — Смотришь такими влюбленными глазками, Хани. — А как еще я должен смотреть на тебя? — хмыкнул Джисон, рассматривая старшего. — И вообще, не переводи тему. Ты сегодня приехал не просто так. Что за папка? — Хан взял в руки принесенные Минхо документы и стал листать, особо не вчитываясь.  — Новые сделки Хвана. Там все подробно расписано.   Младший мягко улыбнулся.  — Я удивлен, как тебя еще не застрелили, Хо. Ты таскаешь мне документы пачками, а властный Хван не обращает на это никакого внимания?  — Он слишком занят своими блондинчиком. — Хо рассмеялся, смех его лился словно мурчание кота. — Думает, что никто не видит, придурок.   Хан приподнял бровь.  — Работаешь на него столько лет и так отзываешься… интересно.  — Работал бы и дальше, если бы не узнал, что ты тоже в это полез! — рыкнул старший — Я столько раз говорил тебе, Джи, чтобы ты не смел так делать! Но мои слова для тебя похоже ничего не значат! — Минхо сел на край стола Хана, сложив руки на груди. Его брови свелись к переносице. На это Джисон лишь хихикнул, встал со стула и обнял парня. Положив голову на его плечо, тот стал расцеловывать его висок.  — Хоша, я говорил тебе, я сам хочу. Я в этом деле тоже уже не первый год. Мое состояние с каждым днем догоняет Хвана, а вскоре и перерастет. Минхо тихо вздохнул, развернулся к парню и поцеловал того в губы, жадно, почти отчаянно.  — Ты ведь хотел стать программистом, был лучшим на своем факультете!  Хан вздохнул.  — Программист… знаю, Хоша. Но я понял, что хочу быть ближе к тебе. К твоему миру. Я прекрасно знаю, что к Хенджину ты бы меня не пустил. Тогда я и решил создать свою империю. — младший мягко поцеловал Минхо в уголок губ — Котенок, я держу все под контролем, слышишь? А то, что ты стал работать на два фронта только раззадоривает меня.  Минхо улыбнулся, мягко гладя Хана по волосам.  — Я не хочу потерять тебя. Ты знаешь методы Хенджина. Да, сейчас его мысли забиты Феликсом, но он быстро избавиться от этого и заметит тебя. Я знаю, что ты невероятно упертый и на сделки с ним не пойдешь. — голос Ли стал более твердым — А убить тебя я никому не позволю. Никогда, Хани.                                *** И Хо сдерживал слово. Он любил младшего, невероятно любил. Еще с университета Минхо приметил Хана. Амбиции так и рвались из него. Он был быстрым, ловким, цепким. Его навыки программиста и помогали камерам в офисах Джина "случайно" ломаться. Джисон знал, что делает. Он тоже влюбился в Минхо. Там же, в универе. За Хо бегали все: от девчонок до парней, а Хо же бегал за Джисоном. И добился. Долго, упорно, но добился, хоть Хан всегда отнекивался, говоря:  — Хо, отношения не для меня, я хочу свой бизнес!  И Минхо не спорил. Не спорил, но и не отставал. Носил Джисону подарки, помогал в учебе и всегда был рядом если у младшего был жар или болела голова. Однажды Минхо поцеловал Джисона, мягко и совсем невесомо. Тогда то Хан и понял, что его сердце верно только старшему. Но Минхо быстро оказался в мафии. Добившись там авторитета и втеревшись в доверие, Хо стал одним из лучших киллеров Хенджина. Хан был против. Устраивал истерики, не пускал Минхо из квартиры, умолял на коленях. Но Ли не слушал. И тогда Хан решил — программировать не его конек. Он знал: любимый никогда не пустит его в мафию, не станет знакомить с боссом, а ему так хотелось быть ближе, быть в его среде. Джисон долго ломал голову и в один момент понял — я стану лучше Хенджина. Он не говорил Минхо о своей деятельности практически год. Ох, как старший был зол, когда узнал правду. Но ничего делать было нельзя. Поздно. Джисон выбрал путь. И тогда Минхо еще сильнее стал оберегать младшего и потихоньку рассказывать планы Хвана, а позже и таскать документы. Долго ли Хо собирался предавать Хенджина..? Интересный вопрос.                                 *** В один день Ликс не выдержал. Не смотря на все запреты он ворвался в кабинет начальника. Хенджин замер. Никогда он не видел младшего таким сердитым, жестким и одновременно таким уязвимым.  — Зачем пришел, ты страх потерял? — рыкнул Джин, уставившись на блондина.  — ТЫ ОБЕЩАЛ!  От крика Феликса у старшего даже глаза округлились  — Феликс, ты не должен повышать голос.  — Не должен? НЕ ДОЛЖЕН?! — тот начал ходить туда-сюда, размахивая руками. — Это ты не должен вечно отталкивать и затыкать мне рот! Блять, Джин, ты обещал! Обещал не бросить меня, обещал быть рядом! — Ликс задыхался от эмоций, губы предательски задрожали.  Хван бесшумно поднялся со своего места, подошел к блондину и грубо остановил его, дернув за запястье.  — Прекрати орать, мы на работе.  Феликс остановился, но вместо того, чтобы прийти в себя и спокойно извинится упал на колени.  —Твой взгляд всегда холоден ко всем, ко всем, кроме меня. Я знаю, что я для тебя особенный, единственный! — глаза младшего были полны слез, губы чуть дрожали, — не умеешь любить, так я научу. Только позволь.  Голос Феликса сорвался на шепот. Джин пару секунд постоял, а после опустился на один уровень с ним и взял мокрое лицо блондина в свои ладони. Пальцы Хвана стали вытирать его щеки.  — Ангел…  — Не называй так, если поступаешь как мудак! — всхлипывая, шептал Феликс. Его карие глаза неотрывно смотрели на старшего.  — Прости… прости, прошу прости!  Джин стал мягко расцеловывать его лицо. Ему стало плевать — да, они оба мужчины, да, у них опасная деятельность. Но живут один раз, так чего тогда терять любовь?  — Снова бросишь? Поиграешь и бросишь?!  — Нет, Ликс, я клянусь… в этот раз точно. — шептал старший, прижимая Ли к себе.  Они еще долго просто сидели на полу в объятиях друг друга. Феликс всхлипывал и с каждым этим всхлипом сердце Джина замирало.  — Так… и что же ты решил? — робко спросил Ликс.  — Ты мой. Только мой, слышишь?  — Слышу. Но этого мало. — Феликс смотрел ему в глаза, неотрывно и так преданно.  — Ты можешь приходить, как раньше, в любой момент. Ты можешь прикасаться, можешь целовать, можешь обнимать. Что угодно. Черт, да хоть живи у меня! Плевать на все, пусть все члены мафии знают, что ты мой.  Ликс прервал его поцелуем.  — Но и ты мой. Это должно работать не только в одну сторону.  — Ты прав. И я твой. Только твой.  На этом и порешали. Хван закончил свои дела, а Феликс устроился на диване. Напряжение и недоверие хоть и значительно снизилось, но еще никуда не ушло.