Офисное кресло.

Сколько можно уже? Модди спешит домой с работы так быстро, как только может, стараясь сдерживаться, чтобы не перейти с быстрого шага на бег. Почему такая спешка? А как ещё реагировать, когда в их общую с мужьями беседу с аккаунта Жирафа прилетает несколько фотографий под спойлером? МоддиЧат не решился смотреть их прямо в общественном транспорте, но, как только вышел на улицу, сразу потянулся за телефоном. Он вроде пытался сопротивляться Пугоду и Рафу, но почему-то всё равно поддаётся их манипуляциям. Хотя манипулирует скорее Пугод, а Жираф лишь поддакивает. И Модди снова участвует в их постыдных играх. И если бы они были просто постыдными… Иногда мужчина после оглашения их задумки пару секунд сидит в осадке, думая, как вообще можно было до такого додуматься. После просмотра фотографий, на которых Жираф на коленях сидит на офисном кресле (его Модди с прошлой работы притащил), лицом к спинке, а его шея и согнутые ноги привязаны к стулу скотчем, Чат пишет: «Здорово, как отдирать скотч собираетесь?» Ответ приходит незамедлительно: «Мооодддиии!!! Это проблема будущего меня! Он уже готов, мы только тебя ждём))» — и сразу ещё одна фотка. Пугод реально сделал селфи с Жирафом, у которого во рту тот самый чёрный кляп? Ох, Модди этот кляп не любит — после первого полноценного использования оказалось, что он ему жмёт, но, видимо, Жирафу нормально. Нельзя понять, глаза тканью завязаны. — "Почему пишешь с телефона Жирафа?" — "Мой на зарядке!" На работе и так было не вздохнуть из-за завала, а тут ещё эти двое. Хотя логичнее предположить, что идея явно зародилась в голове шляпника. Это вызывает не усталость, а скорее гнев, так что оба его горячих мужа могут попасть под горячую руку — в хорошем смысле слова. В лифте уже стоит. Едет на этаж. Рассматривает фотографии от Пугода, пока в беседу не приходит голосовое сообщение. Приподнимая очки, мужчина потирает переносицу и нажимает на плей. Слышатся чьи-то стоны, кто-то с трудом произносит его имя, голос дрожит, сладкие причмокивающие звуки слышны лучше всего. В штанах становится тесно. Сколько можно его дразнить?! Хорошо, что в лифте никого, и Модди отводит взгляд от экрана мобильника, проводя свободной рукой по стояку через брюки. Главное — не встретить по пути соседей, они уже жаловались на громкие звуки, потому что Рафа не заткнуть в моменте. Нужно заранее, что и сделал Пугод. О боже… Двери лифта открываются, и он быстрым шагом направляется к их квартире. Долго роется в сумке в поисках ключей — хочется поскорее сделать с этими двоими хоть что-то, — но не находит и раздражённо, почти злобно фыркает, нажимая на кнопку звонка. Неужели оставил ключи на работе? Или совсем забыл взять сегодня? Через полминуты дверь резко открывается, и две руки почти затаскивают Чата в квартиру, захлопывая входную. — Чего так долго? — Его губы мнут сладко, чувствуется лёгкий привкус. Руки мужа тянут за ворот рубашки, заставляя Модди поднять голову, а затем держат за щёки, целуя с языком. Примерно такого кудрявый и ожидал. Отвечает на поцелуй, руками скользя по впалому животу под домашней футболкой, пока его тянут в сторону комнаты. Посреди комнаты стоит офисное кресло с полностью голым Жирафом. Беднягу, наверное, уже извели здесь — он весь подрагивает от нетерпения. Модди на мгновение замирает в дверном проёме, взгляд цепляется за Жирафа — тот, привязанный к креслу, выглядит как воплощение их самых грязных фантазий. Скотч туго обхватывает его ляжки и шею, фиксируя в позе, где пятая точка оттопырена самым провокационным способом, а из-за чёрного кляпа во рту слышны только приглушённые хныканья. Повязка на глазах добавляет картине что-то запредельно порочное, и Модди чувствует, как кровь приливает к паху с новой силой. Пугод, всё ещё держащий его за щёки, ухмыляется так, словно только что выиграл в лотерею, наблюдая за эмоциями на его лице. — Ну что, МоддиЧат, впечатляет? — Голос Пугода сочится самодовольством, хищную улыбку он не скрывает. Он чуть отстраняется, чтобы дать мужу полный обзор на их «произведение искусства». — Мы тут с Жирафом поиграли немного, пока ты на работе пыхтел. — Шляпник подходит к «пленнику» и тянет спинку стула, чтобы кресло на колёсиках подкатилось к мужчине. — Он уже готов для тебя, я постарался, — добавляет Пакет с ехидным подмигиванием, похлопывая Рафа по бедру. Модди хмыкает, но глаза горят, выдавая всё. Он сбрасывает пиджак, небрежно бросая его на диван. Жираф всё слышит, поэтому дёргается чуть сильнее, мышцы на бёдрах напрягаются, а грудь вздымается чаще. Кожа блестит от пота, и Модди не может не заметить, как твёрдый, налитой член пятнистого подрагивает, истекая смазкой, которая уже капает на сиденье кресла. Это зрелище — как удар под дых, и Модди больше не сдерживается. Чат оглаживает сочные бока Рафа, думая, с чего начать, когда Пугод хихикает и, вместо того чтобы отойти к стене, делает шаг к Модди. Глаза блестят озорством. Не говоря ни слова, он опускается на колени прямо перед мужчиной, который уже начал расстёгивать рубашку. Тот замирает на секунду, уже предполагая, что творится в голове мужа. Пакет смотрит снизу вверх с той самой наглой ухмылкой и тянется к ремню Модди, расстёгивая его с торопливой уверенностью. — Смазка кончилась… — коротко сообщает Пакет и окончательно стягивает с того штаны. Модди шипит, сжимая кулаки, чтобы не схватить Пугода за волосы. Пакет знает своё дело — язык скользит, обводя вены, посасывая головку, оставляя влажные, горячие следы. Модди ждёт покорно. Тот заглатывает глубже, обильно смачивая — им тут проблем не нужно. Жираф вздыхает так театрально, что Пугод сам понимает, что пора переходить к делу. МоддиЧат приставляет головку к входу, зная, что Пакет уже растянул того, и входит медленно, с тягучим наслаждением, чувствуя, как сжимается вокруг него, горячий и податливый. Поза Жирафа нелёгкая, открывает идеальный угол, и Модди с первого толчка попадает по простате, выбивая из Рафа громкий, приглушённый кляпом вскрик. Тот дёргается, тело выгибается дугой, мышцы поддаются легко. Кудрявый ускоряется, совершенно не жалея нижнего. По комнате раздаются пошлые шлепки. Взгляд Пугода скользит по уязвимому Жирафу, затем по нетерпеливому Модди, и в нём читается смесь восхищения и нетерпения, словно он готов начать дрочить на эту картину. Он наклоняется к «пленнику», медленно снимая повязку с его глаз. Жираф моргает, привыкая к свету, и его взгляд, полный отчаянной мольбы и желания, врезается в Пугода. Пакет проводит пальцем по его подбородку, чуть приподнимая лицо. — Жирафик, сокровище наше, — голос Пугода мягкий, но с дразнящей насмешкой, — хочешь отсосать мой член по самое горло, пока Модди тебя трахает? Жираф мило зажмуривается и кивает так рьяно, что скотч на шее натягивается. Пугод хмыкает, явно довольный. Модди, не сбавляя темпа, решает усложнить игру. Хватает Жирафа за запястья — руки, не связанные скотчем, дрожат от напряжения — и тянет их на себя, заставляя Рафа прогнуться ещё сильнее. Затем с лёгким усилием наклоняет кресло чуть ниже, чтобы голова Жирафа оказалась в идеальном положении для Пугода. Ягодицы приподнимаются, позволяя Модди вбиваться под ещё более точным углом, прямо по чувствительному узлу нервов. Жираф от такого с ума сойдёт — эти двое могут добиться, чтобы у него мозг закипел от переизбытка чувств. Кресло скрипит громче, одно из колёсиков подозрительно хрустит, но Модди откровенно плевать. Рукой с размаху шлёпает по заднице и, не дожидаясь приглушённого стона, хватает за хвост, тянет на себя. Входит внутрь целиком, пока Пакет аккуратно расстёгивает кляп, снимая его медленно. Раф жадно хватает воздух ртом, губы влажные, припухшие. — Всё окей? — тихо спрашивает шляпник и, после сбивчивого подтверждения со стороны Жирафа, приспускает домашние шорты. Достаёт свой твёрдый член и подносит к лицу Жирафа. Тот не медлит — обхватывает губами головку, жадно втягивая, и Пугод шипит, запуская пальцы в его волосы. Тот сразу берёт всю длину. — Блять, Жираф, сука — ачивка «Заставить Пугода материться» выполнена! — но тот продолжает вбиваться в горячее горло, вплетая пальцы в чужие волосы. Длинный фиолетовый язык вырисовывает на органе узоры, обильно покрывая слюной. — Хороший мальчик… Жираф свернулся калачиком под одеялом на их большой кровати, обнимая руку Пугода, который лежит справа с довольной улыбкой. Сегодняшний пассив уже без скотча на коже и полностью вымытый двумя другими парнями. Пятнистый тонкий хвост виднеется из-под пледа, расслабленно бьёт кисточкой по простыне. Учёный в домашнем бордовом халате, проходя мимо, ласково натягивает плед, чтобы хвост не мёрз, и садится на край кровати. Модди держит в руках колёсико от стула и задумчиво смотрит на сломанный стул, лежащий на полу. — Поверить не могу, я думал, это была идея Пугода, — он наклоняется и начинает пытаться починить мебель. — Ну, вообще, это мне видео попалось, решил повторить, но без чужой помощи было не обойтись… — сонно тянет Жираф, его голос мягкий, с лёгкой хрипотцой. После всего, что они вытворяли, горло неприятно саднит. Жираф зевает и утыкается носом в шею шляпника, который кладёт свободную руку ему на голову, перебирая пряди и поглаживая рожки. — Но мне понравилось, было интересно! Я вас обоих безумно люблю, — антропоморфный вздыхает любовно, получая чмок в макушку от мужа. — Хе, это правда. Я редко это говорю, но нам с Пугодом повезло, что ты у нас есть, — мужчина ласково улыбается и, отложив колёсико, ложится на кровать с другой стороны от «животинки». — А как же колёсико, Модди? — Пугод разглядывает своё кольцо на безымянном пальце с расслабленной улыбкой. — Выкину стул завтра, без него интерьер будет гармоничнее. — Правильно, Модди, залезай к нам под одеяло, — Раф хихикает, и мужчина подчиняется. Под пледом он кладёт голову на жирафий бок, щекоча того бородой.