Одна любовь – один исход

15 января, 1942 год. С двух сторон велись активные бои, бои за жизнь и высвобождение Ленинграда от блокады. Поставки еды прекратились и еды мало кому доставалось. Особенно доставалось мало еды обычным гражданам Ленинграда. Сначала рабочим давали 800 грамм, служащим 600 грамм, а детям и иждивенцам 400 грамм. Но теперь же рабочим дают 500 грамм, служащим 400 грамм, а детям и иждивенцам 300 грамм. Жизнь стала просто невыносимой. Помимо голода на людей влияет и холодная зима, которая окутала город и словно желала и жаждала смерти людей. Никакой пощады во время этой страшной войны. Не жалели ни детей, ни животных, ни стариков. Всем от мало до велико грозила страшная и мучительная смерть. Кого-то расстреливают, кого-то из-за голода сжирают заживо, а кто-то просто падает на землю и больше не встаëт. Никогда. Николай и Александр были военными. Бенкендорф, с позывным Сокол, служил в военно-воздушных силах и был лётчиком, а Романов, или по позывному Ромео, служил в танковых войсках. Они были ещë друзьями в довоенное время, хорошо общались, вместе учились в школе и выпустились вместе. Но война их планам поставил крест. Эти юные ребята, в возрасте 20-ти лет, пошли на войну, оставив своих родителей одних. Матерей, которые молились каждый день за благополучие своих детей. Отцов, которые тоже хотели пойти на фронт, но им отказывали по причинам здоровья. И вот, по воле судьбы, встретились два приятеля вместе и теперь воюют они тоже практически рядом. Сокол несколько раз на горящем самолëте добивал немецких утварей, даже если понимал, что не выживет сам. Но он жил, жил фашистким псам на зло! А Ромео устраивал засады, а потом из-под укрытия бил по «Пантерам» и по «Тиграм». Бил жестоко, по смотровым щелям, топливным бакам и гусеницам. Конечно же и ранения они получали, но для них эти ранение были ничто по сравнению со спасением их Родины, их земли, где они родились, выросли. Им их матушка земля была важнее собственной жизни. Ради неë, ради страны и умереть было не жалко. Лишь бы кошмар закончился. Лишь бы войны не стало. Лишь бы побольше немцев погибло в этой проклятой, кровопролитной войне. Но оказавшись в одной лодке, Николай и Александр стали ещë ближе друг к другу. И даже не в плане служения, но и в романтическом плане. В свободные времена, вечера, которые были крайне редко, они проводили их друг с другом. Смотрели на звëздное небо, даже как дети малые играли в снежки, лепили снеговиков и просто прогуливались по зимниму Ленинграду. Но сейчас не было времени на эти ребячества, на отношения. Сейчас активно велась битва уже как несколько дней. Бессонные ночи, пыль, гора трупов и лужи крови. Вот что сейчас видел Сокол и Ромео. И отдыха нет на войне. Они бомбили и стреляли. Один сверху, второй на земле. Были танковые крупные сражения, проводилась наступительная операция "Искра". Много жертв ради одной цели – вывести из блокады Ленинград. Наконец, после данного боя, которое велось несколько суток, Александр и Николай могли спокойно отдохнуть, чем и занялись. Оба сели под дерево и стали сидеть в лесу. Сокол положил голову на колени Николаю, и так они смотрели друг на друга с лëгкой улыбкой на лице. –знаешь, Саша. Вот когда закончится война, мы с тобой обязательно сходим в кино. Или в театр. Что ты больше любишь? –хотелось бы сначала дожить до окончания войны. А так я больше люблю театры. –доживëëм! Куда уж денемся. Если и будем дальше работать как сейчас и будем бдительны, то точно доживëм! –главное с голоду так не помереть –и даже не думай, понял меня? Вопреки всему живи. Всем врагам на зло живи! И ради меня, прошу живи. –и ты тоже. Не хочу тебя терять. Уж очень тебя люблю я.. –и я тебя люблю) Лежали они так весь день. Но ночью, когда оба были в своих лагерях, поступил приказ о нападении и нужно оборонятся. Сокол и Ромео встретились как обычно и стали выполнять приказ, отданный им. Атаки были повсюду: сверху, с земли. Взрывы, крики, слëзы и выстрелы окутали территорию. Бенкендорф летел по ночному небу, шëл снег и видимость была хуже. Однако несмотря на снег, он стрелял по самолëтам прекрасно. Однако хуже было у Романова: смотреть было просто невыносимо в триплекс. Прицелы сбивались, попадания почти что нулевые. Но вот, наконец-то хорошо прицелившись, Николай хотел было уже стрельнуть, но тут..БАМ! И произошëл взрыв в танке. В том танке, где был Ромео. Попали в топливный бак бомбой. Но тут же была мгновенная смерть всего экипажа. Об этом же сразу передали Соколу. Как же? Да просто. Напарники, видившие взрыв танка Николая, передали начальству, а то начальство передало начальству военно-воздушных сил у Саши. И собственно тогда и передали Соколу об этом. Тут же, словно сердце остановилось у него. Николая больше нет... Как такое возможно? Это просто какая-то злая шутка. Они же вот, только недавно, сегодня днëм мечтали о совместном походе куда-то, говорили слова любви. А сейчас его возлюбленный мëртв. И к сожалению это горькая правда, которую должен был принять Бенкендорф. И с затаившими слезами и болью он еë принял. Правда принял ненадолго. Пуля прилетела прямо в горло Соколу. И тот, потеряв управление, стремительно начал падать вниз, держась за своë горло и пытавшись снова взлететь. Но веки тяжелели, сердце всë еже и реже начало стучать, а из горло всë больше и больше вытекало крови. И вот сердве остановилось. Веки сомкнуты. И самолëт, со взрывом, упал на землю. И вот так оба возлюбленные сгорели в один день, в одной битве, живя одной чистой и невинной любовью.