держись крепче

Даня впервые увидел Руслана на вписке у общих знакомых — тот, кажется, даже не особо стремился быть незаметным: рваная майка, обтягивающие джинсы, взгляд — вызывающий до дерзости. Даня поймал себя на мысли, что хочет вдавить этого нахала в ближайшую стену и заставить задыхаться от поцелуев. Ближе к полуночи, когда народ уже поплыл под бит и алкоголь, Руслан сам подкатил, ухмыляясь: — Чё пялишься, а сам подойти боишься? Ответа ждать не стал — дерзко потянул Даню за воротник. Даня не сдержался: притянул его к себе и, не отрывая взгляда, прошептал: — Осторожней, сам напросишься. Руслан дерзко фыркнул, но не успел оглянуться, как Даня уже зажал его в углу кухни, грубо стиснув руками талию. Их бёдра почти слились, и Даня чувствовал, как Руслан горячо дышит ему в шею. — Посмотрим, кто кого, — усмехнулся Даня, сильнее прижимая его к себе. Руслан провёл ладонями по его груди и нарочито медленно спустился ниже: — Только не пожалей потом... Руслан не отстранился, только сильнее вжался в Даню, будто сам требовал продолжения. Даня ухмыльнулся: дерзкий снаружи — покорный внутри. Именно такие сводили его с ума. Не отпуская его бёдер, Даня чуть развернул Руслана, уперев его грудью в столешницу кухни. Прижался сзади, да так, что у обоих перехватило дыхание. — Ты сам напросился, малыш, — шепнул он, скользя ладонями под майку Руслана, чувствуя под пальцами горячую дрожь. Руслан застонал в ответ, чуть выгибая спину. Его задница так аппетитно упиралась в пах Дани, что тот едва сдержался, чтобы не вломиться в него прямо тут. Но Даня любил растягивать удовольствие. Он резко развернул Руслана лицом к себе, взял за подбородок и впился в его губы, не давая ни вздохнуть, ни пошевелиться. Язык требовательно прорвался внутрь, скользил жадно и властно, заставляя Руслана задыхаться от возбуждения. Через пару минут, уже не в силах сдерживаться, Даня приподнял Руслана на руки и понёс в ванную, наплевав на разбрасывающиеся по пути пустые бутылки и смешки оставшихся на вписке друзей. Они влетели в ванную как вихрь. Даня посадил Руслана на край раковины и, глядя ему в глаза, медленно расстегнул молнию своих джинс. Руслан жадно провёл пальцами по его животу, опускаясь всё ниже. Когда его рука нащупала напряжение под тканью, он наградил Даню таким взглядом, от которого у того сорвало тормоза. — Сейчас ты узнаешь, что значит "напросился", — прорычал Даня и силой стянул с Руслана штаны вместе с нижним бельём. Руслан охнул, когда Даня грубо развёл его бёдра, подхватил под ягодицы и прижал к холодной плитке стены. — Держись крепче, — усмехнулся Даня, чувствуя, как тот слабо дрожит от предвкушения. Он вжал его сильнее, не оставляя шансов на побег. Руслан обвил его ногами, подстраиваясь под ритм их сбивающегося дыхания. Даня водил членом по его входу, дразня, не торопясь войти. — Даня... — простонал Руслан, извиваясь в его руках. — Скажи "пожалуйста", — прошептал ему в ухо Даня, слегка прикусывая мочку. Руслан замотал головой, а Даня в ответ грубо прижал его к стене ещё сильнее, чуть не вырывая стон из груди. — Скажи, иначе я уйду, — голос его был горячим, полным желания. — Пожалуйста... — еле слышно выдохнул Руслан, прижимаясь крепче. Этого было достаточно. Даня одним резким движением вошёл в него, заставляя Руслана выгнуться дугой и громко вскрикнуть. Волна жара прошла по их телам. Даня застонал от того, насколько туго и горячо было внутри. Он начал двигаться, сначала медленно, вбивая в Руслана всю тяжесть своей похоти, затем всё быстрее и жёстче, не оставляя ему ни малейшего шанса прийти в себя. Звуки их стонов и шлёпков кожи о кожу отражались от кафельных стен, смешиваясь в грязную, порочную какофонию. Руслан цеплялся за Даню из последних сил, теряя голову от нахлынувших ощущений. Даня чувствовал, как Руслан весь горит в его руках, как его тело само подстраивается под ритм, выпрашивая ещё. — Ты создан для того, чтобы я тебя трахал, — прорычал Даня, вгрызаясь зубами в его шею. И в этот момент они оба кончили — с глухими стонами, с дрожью, разрывая друг друга на части. Руслан осел в его руках, тяжело дыша. Даня ещё долго не отпускал его, уткнувшись лбом в его плечо, ощущая сладкий жар их переплетённых тел. Утро встретило их тусклым светом, пробивающимся сквозь приоткрытую дверь в ванную. Руслан полуспал, раскинувшись на груди Дани, его волосы щекотали кожу, а дыхание было тёплым и ленивым. Даня чуть приподнялся на локтях, разглядывая его. Руслан был настоящим искушением — чуть покусанные губы, красные следы на шее, лёгкие царапины на спине. Вся его поза говорила: "Я твой". И это заводило Даню едва ли не сильнее, чем сама ночь. Он провёл пальцами вдоль позвоночника Руслана, заставляя его дёрнуться и сонно замычать. — Доброе утро, зайчик, — усмехнулся Даня, сжимая ладонью его ягодицу. — Спишь, а зад всё ещё просит меня... Руслан, не открывая глаз, толкнул его в плечо, но выглядел это настолько жалко, что Даня только рассмеялся. Он перекатил Руслана под себя, целуя его в шею, медленно-медленно, почти мучительно. — Даня, ты сдурел... — прохрипел Руслан, но не пытался сопротивляться. Его бёдра уже сами расползались шире. Даня улыбнулся против его кожи: — Ты весь сделан для того, чтобы быть подо мной. Даже твоё тело это понимает быстрее, чем твой мозг. Он водил членом по чувствительному входу Руслана, не торопясь войти, дразня и выводя его из себя. Руслан задыхался, хватая воздух рвано и прерывисто. — П-прекрати... — сдавленно выдохнул он, вцепившись ногтями в плечи Дани. Но Даня только сильнее прижал его к постели, одним резким движением заполнив его до конца. Руслан закусил губу, чтобы не заорать, но Даня видел, как он выгнулся под ним, подставляя себя полностью. — Вот так... — выдохнул Даня, начиная вбиваться в него всё быстрее и жестче. С каждым толчком Руслан всё громче стонал, его бёдра дрожали, пальцы цеплялись за простынь так, что казалось, он порвёт её. Даня смотрел на это снизу вверх — и чертовски кайфовал. Он ловил рукой бедро Руслана, направляя его движения, вбивая ритм. Его дыхание срывалось, он шептал ему на ухо грязные слова, заставляя Руслана краснеть даже в этом состоянии. — Ты мой... понял, м? Только мой. Никому тебя больше не отдам, — Даня резко дернул его на себя, припечатывая к своему телу.