Лезвие ножа

Здравствуй, мой дорогой дневник. Я хочу тебе кое-что рассказать – то, за что мне безумно стыдно. Это про мои увечья сегодня – точнее, как нужно мне быть поаккуратнее с селфхармом. Обычно, я не пишу про это здесь, ибо это не имеет малейшего смысла. Порезы на запястье стали словно обычай в моей простой школьной жизни, хоть и понимаю, что грешное это занятие. В любом случае, это для меня как регулярность, словно чистка зубов или принятие душа. Но это не то, что произошло сегодня. Динь-динь. Именно эти звуки я была рада слышать, ведь наконец я могу пойти и... "заняться своим делом". Вообще, я могла бы и не резать себя в сегодняшний день – но кое-что произошло, что просто держало меня в напряжении внутри моей души. Слухи. Не знаю, как и кто – но по всей видимости кто-то застал меня во время этого, а я и не заметила. Иногда, у меня так темнеет в глазах, что я ничего не вижу перед собой, вот и наверное заметила какая-то гнилая сплетница моё времяпровождение. Либо же, когда я могла переодеваться, кто-то мог заметить порезы. Хоть и пыталась их скрыть, но никто не идеален – все делают ошибки, в том числе и по случайности. "Возможно, мне не стоит обращать на это внимание" – думала я до одного момента. Итак. Наконец-то - тот самый динь-динь. Вместо того что бы пойти в клуб, я побежала в туалет, по пути быстро написав Монике что-то вроде "Меня оставили на дополнительное занятие, задержусь чутка". В закрытой кабинке, я достаю то, что хоть и острое, но в тоже время такое прекрасное... ...Нож. И смотрю на его лезвие. Лезвие ножа... Острое, как жало пчелы. Аккуратным движением я быстро закатываю рукав, смотря на свои старые порезы. Какие-то зажили, некоторые - нет. Но мне было плевать. Даже если, так скажем, "холст" был испорчен – мне не терпелось добавить туда новые "узоры". Затем я начинаю свое дело. Слишком долго описывать этот момент не буду. Просто взяла, и нанесла новые раны которые не скоро ещё заживут. Правда, что-то новое всё же ощущалось: теперь, когда я наносила раны, было в два или даже в три раза больней. Словно теперь кусает не комарик, а целый зверь с голодной мордой. Из-за этого было немного трудно. Я и прикусывала губу, и прикрывала рот рукой - всё равно было слышно всхлипы и вздохи. Было просто странно, что теперь так резко я не могу это контролировать, как днями ранее. Но всё не так плохо, ибо туалет далеко от всех комнат, поэтому меня вряд ли кто-то услышит, не так ли? Ну, я так думала. Оказалось всё слегка...хуже. Побочки стали ещё больше, и у меня даже начало не темнеть, а...краснеть в глазах? Даже в какой-то степени, видела сосуды? Я, даже не смотря на свой хороший словарный запас, с затруднением могу это объяснить. Так же, я словно оглохла. Звуки рядом, которые могли бы быть рядом вмиг испарились. Только я и моё тяжёлое дыхание. Тогда и так в этом ужасном состоянии, я, задыхаясь, начала думать что мне делать. Жизнь я ещё хочу свою прожить ой как долго. А позвать на помощь кого-то не смогу. Идти до литературного клуба – долго, к медсестре – вызовут врачей или даже санитаров, а к другому ученику - он или она убежит в страхе. Сейчас я предоставлена самой себе. Первое что пришло в тот хаотичный ум - это открыть дверь в кабинке. Но первые попытки были безнадёжные, а затем я начала больше слабеть и просто упала на колена, моё тело было прижато к этой дверце. Начались попытки открыть замок, но ничего не получилось, лишь слабое шкрябанье ножом по двери. Насчёт состояния - оно становилось ещё хуже. Я задыхалась все больше, все было в крови – что моя форма, что почти вся кабинка. Тогда, я пыталась что-то вроде выбить двери, но это просто даже жалко представить. Словно полумертвый котёнок пытается лапками выбить стенку картонки из коробки. В итоге, я сдалась. Точнее, не я, а моё тело. Тело просто отказало, и со временем я упала в обморок. Темнота. Ничего не помню.

***

Спустя время, мои века тяжело открылись. Перед собой я смутно видела потолок, не похожий на туалетный. Это была уже другая комната, и на удивление, родная. Я ничего не понимала, но слышала чей-то чужой голос. Наконец силы ко мне прибавились, и я начала видеть все чётче. Я тяжело приподнялась, упираясь на парту, смотря на всё вокруг. И вдруг начала чувствовать стыд. Передо мной стояла встревожанная Сайори и немного раздраженная Моника. Нацуки не было. Так же было ощущение бинта на моей руке. Сначала мне казалось, что, может, я что-то перепутала, но затем я глянула на свое запястье и увидела реальный бинт, который слегка пропитался свежей кровью. Я, как котёнок в недоумении, смотрю то на Сайори, то на Монику. Я спросила: "Как вы...?", но даже не успела закончить предложение. Меня уже перебила Моника, которая словно прочитала заранее мои мысли. "Нам пришлось сломать замок и с трудом тащить тебя до клуба. Нацуки убежала отсюда в слезах, ибо не поверила что такое произошло." Время словно остановилось. Нацуки беспокоилась за меня? Им действительно было не плевать на мою задержку? А так же стыдно было за то, что им пришлось таскать моё тело аж до клуба. Мне хотелось найти какое то оправдание. Мол, кошка поцарапала, случайность, или ещё что-то такого рода... но замолчала на первой же попытке. Пристальный взгляд Моники бросал в дрожь, а грустная Сайори не давала моей совести хоть что-то соврать или придумать. "Зачем ты это сделала?" – спросила меня Сайори, вся обеспокоенная, пока Моника отвела взгляд, положив руку на лицо. "Я...эээ..." – я попыталась говорить, но не смогла закончить мысль. Голова хотела взорваться от напряжения, руки слегка дрожали от страха. Девочки всё прекрасно понимали, особенно Моника. Они тяжело вздохнули, прежде чем начать собирать свои вещи и рюкзаки. На секунду, одна из них ко мне повернулась головой. "Надеюсь, что такого больше не повторится. Ты нас очень напугала." – сказала мне Моника, вроде и спокойно, а вроде и с презрительным взглядом. Они ушли, и я осталась в полном одиночестве. По итогу, вот я одна в пустом классе. Слышу за окном птичек и их легкое пение, шелест веток деревьев и с пустотой смотрю на пол. То, чего я боялась и не хотела – сбылось в реальности. Может, я смогу всё это с ними обсудить. Может, смогу оправдаться и все будет хорошо. Но явно не как прежде. Мне слишком жутко осознавать и представлять что было во время моей отключки. Уверенна, что они обсуждали меня и были в шоке с количества крови, с моего полумертвого тела, с принципе того факта что Я это сделала. Уверенна, что теперь имя Юри будет ассоциироваться со словом "кровь" или "порез". Мне так же страшно представить, что будет дальше, как будет завтра или в другие дни? Мне ещё повезло, что меня заметили мои близкие друзья и даже помогли мне, не оставив там одну лежать в холоде. А если бы меня заметили чужие мне одноклассники? Или не дай бог, учителя? Что тогда мне им сказать? Точнее, что бы они сделали? Я бы уже тогда не писала тут ничего, а была бы в психушке наверняка. Тогда начала я горько, горько плакать. В качестве подушки была моя рука. Во мне была каша эмоций - печаль, вина, гнев на себя, стыд. Мне просто хотелось провалиться сквозь землю, пропасть без вести, умереть в конце концов. Хотелось просто вычеркнуть этот момент и день из памяти, не только своей, а и Моники, Сайори, Нацуки... Просто было ужасно все осознавать, понимать, как это повлияло на них и на меня саму. Через время я успокоилась, и начала с пустым взглядом собирать рюкзак, выходя из школы и идя к себе домой. Я ни о чём не думала - просто шла как позволяли конечности, надеясь лишь что всё будет хорошо. Но этот слоган знает каждый второй – "всё будет хорошо". А будет ли - да сам Боженька вряд-ли сможет ответить.

***

Сейчас, мне уже лучше. Все ещё не снимаю тот бинт, уже дома. Моника мне написала в личные сообщения, мол, "Прости если я тебе нагрубила, я была шокирована как и Сайори. Сегодня день был тяжёлым для всех, просто прошу тебя - больше так не делай 😕". Пока что, мой дневник, не знаю продолжу ли я это делать снова. В школе, дома, хоть и на улице... Не важно. Всё это произошло из-за того что мне стало хуже. Наверное, нужно дать время своим шрамам. Да и то, легче мне в плане боли. Внутри же, мне все ещё стыдно и больно по-своему. Я даже не знаю, смогу ли пойти в клуб завтра. Просто у меня есть надежда, просьба к Господу Всевышнему – что бы меня простили и поняли. Скоро я буду ложится спать. Думаю, выпью успокоительное, ибо спать мне явно будет не легко. Так же подумаю, что мне делать с селфхармом в будущем после паузы, стоит ли вообще возвращаться... Буду так же надеяться, чтобы не было таких побочек. Спокойной ночи, дневник. Спасибо, что выслушал.