Шёлковая копоть

      Второй день в новой школе настал. И у Надежды даже были на него какие то надежды.       «Не удалось поговорить со Скарой в первый день — поговорит во второй.»       За столом, во время завтрака, она не слышит громкие споры родителей, переходящие в крики, когда думает об этом. обществознание физра финансовая грамотность математика ОБЖ химия физика       Сложные, либо нудные предметы на повестке дня. Но справится в целом можно.       — Уроки то все сделала, или так, забила? — голос отца, не дающий сосредоточиться на мыслях, а ещё точнее, его неуместная шутка раздражают сильнее, чем когда-либо. К чему была данная фраза? Девушка всегда делала домашнее задание, а в прошлой школе даже была хорошисткой, почти отличницей.       — Сделала. — раздраженно бурчит дочь себе под нос, не отворачиваясь от окна машины. И так будет каждое утро перед школой. Ещё три года. Всё же это лучше, чем ходить пешком осенью до школы каждый божий день.       "Полагаю, он снова в меня не верит. Хотя не то, чтобы он вообще когда нибудь это делал." — эхом пронеслось в голове подростка.       Настроение испорчено.       Машина не доезжает к спуску к школе из за пробок, паркуется где то у магазина на правой стороне дороги. Пешком все таки дойти придется. Надежда с сонным видом начинает свой путь, морщась на противный ветер, продувающий длинное серое пальто. Она ненавидит осень за эту паршивую депрессивную погоду. Вчера градус был ещё приличный, а сегодня похолодало, пришлось надеть штаны вместо юбки.

***

      Надежда уже начинала запоминать имена учителей. С памятью у нее проблем никогда не было, и стыднее для новенькой всегда ощущалось обращаться к учителю на "извините", чем по имени. Да и как то неуважительно это будто.       Она зашла в класс на втором этаже - 2-9 - и когда нашла свою парту глазами, взгляд девушки остановился на Скарамучче. Внутри неё что то ожило и плохое настроение начало улетучиваться. Все силы Надежды, проходящей к своей парте, ушли на то, чтобы подавить улыбку и оставить спокойное выражение лица. Она садится и готовится к уроку, доставая из зелёного ничем не привлекательного и непримечательного рюкзака на стол учебники.       — Доброе утро^^, — вежливо и приветливо произнесла новенькая, в этот раз не сдерживая улыбку, слегка поворачиваясь к Скаре. Сейчас можно.       Скарамучча не отвечает, но новенькая успевает заметить взгляд, что он мелькой бросает на нее с непонятной эмоцией, не поворачивая при этом головы. Девушка с любопытством ловит этот взгляд, но не может определить значение. Раздражение? Интерес? Удивление? Или может вообще укоризна?       В целом, она не обижена.       Интересно было, чем он занимается в телефоне постоянно? Жаль нельзя увидеть, не предвинувшись ближе. Ещё и зрение плохое. Но нарушать личные границы — это совсем нехорошо.       В любом случае, настроение при одном только виде объекта...эстетического восхищения, очевидно! улучшилось, раздражение окончательно отпустило, уступая место обычному оптимизму. Она утрет родителю нос, сделав, а потом рассказав о том, как смогла влиться в коллектив на второй же день!       Прозвенел звонок. Яна Фёдоровна, молодая на вид учительница по обществознанию, зашла в класс и одарила новенькую впечатлением профессионала с первых секунд, даже не ясно, почему. Ученики встали, чтобы поздороваться, и тогда Надежда обратила внимание на то, что у учителя в руках была стопка тетрадей и ещё какая то толстая книга. Учительница в свою очередь тоже поздоровалась и одарила всех улыбкой. Её энтузиазм был немного непривычным, до этого все преподаватели такие...серьезные, что ли, были. А Яна Фёдоровна и одета была..."прикольно". Яркая и стильная. Аккуратные очки персикового цвета, стильный жилет такого же цвета поверх блузки белого цвета, а на лацкане пиджака — значок с весами правосудия. Волосы свтелого бежово-персикового цвета у голубоглазой женщины были распущены, заколоты коричневой заколкой в виде рогов. Обувь была не видна. Затем Яна Фёдоровна сказала кому то начинать раздавать тетради, садясь за учительский стол. Перед ней осталась пухлая красная папка и...маленькая конституция, кажется.       Урок прошел спокойно и даже интересно. На самом деле, это был единственный терпимый урок сегодня. Точнее, по крайней мере, тут ничего нового бы не произошло, это точно. И с обществознвнием новенькая дружила. А подача учителя была живой и действительно интересной. Папка оказалась распечатанными законами РФ, которые женщина не раз затрагивала на уроке. Надежда задумалась, выходя из класса. После физры нужно было бы отнести лишний учебник по обществознанию в библиотеку. Бывают же ошибки при выдаче, что поделать.       Кстати о физре. Кто вообще придумал ставить физру вторым, мать её, уроком?? Но это же школа, как можно ожидать от нее вообще чего то адекватного? Риторический вопрос.       Преподом по физкультуре оказалась, к сожалению, женщина. Новенькую уже накрыли флешбеки о неадекватной физручке в прошлой школе. Но никуда от этого не деться. Кажется, это судьба.       Светлана Кирилловна с самого начала показалась тираном, вызывая лишь тревогу при одном только «На первый-второй рассчитайтесь», сказанным серьезным и строгим голосом. На ней был спортивный костюм темно-фиолетового цвета с черной молнией, который идеально подчеркивал ее мускулатуру, и принтом осколков с белым лайном. Волосы пепельного блонда, почти белые, собраны в тугой, агрессивный хвост. На руках спортивные бинты, а на лице — ни капли косметики, взгляд карий глаз холодный и пронизывающий.       Надежда очевидно ни с кем особо ещё не подружилась, так что разминку делала одна. В целом, урок шел спокойно...пока не настало время играть в волейбол. Сначала играли парни. Новенькая сидела на скамье вместе с остальными девушками и наблюдала за Скарой, пока он принимал участие в игре так как это было, кажется, обязательно для всех. Она чувствует, как нарастает вязкая тревога внутри, неизбежное унижение скоро настанет. Снова будут закатывать глаза, смеяться или вообще обвинять. Девушка пыталась отвлечься, не сводя глаз парня. Скарамучча играл без особого энтузиазма, его движения были резкими и точными, но в них не было страсти, лишь мышечная память. Парень явно не стремился быть в центре игры, лишь выполнял необходимые действия, когда мяч летел в его сторону. Надежда не упустила мысли о том, как по ощущениям, он всем видом показывал, что в гробу видал физкультуру. Так же нельзя было не отметить, как во время игры то и дело учительница поправляла Ваню, делала ему замечания, это было странно. Нелюбимый ученик что ли?       Как только парни закончили играть, пришло время девочек. Надя встала, помявшись. Пришло время публичного унижения блин. У нее никогда не было хороших оценок по физре, как и физической подготовки.       Когда Скара был в зоне досягаемости, она резко выпалила — Кстати, ты круто играешь. — ей нужно было сказать хоть что нибудь хоть кому нибудь, что бы снять напряжение. Плевать, что голос прозвучал не так одобрительно, как новенькой хотелось бы. Тревога уже в горле стояла.       Скарамучча в свою очередь, проходя мимо, лишь бросил на неё кроткий безэмоциональный взгляд, вытирая лоб рукой.       — Базовые навыки. — Он направился к скамейке, чтобы сесть.       Надежда вышла на площадку. В ее команде все хорошо играли кроме нее самой. При её подаче мяч не долетал даже до сетки, а когда летел к ней, девушка промахивалась, либо мешкалась, допуская полет мяча в пол. это было ужасно, просто ужасно. Новенькая услышала недовольное цоканье и виновато отвела глаза от людей ее команды. Глаза начинало жечь. Надежда быстро поморгала. Нельзя. Не здесь, только, блять, не здесь.       Скарамучча, сидя на скамейке, наблюдал за игрой с выражением лёгкого презрения на лице. Когда Надежда очередной раз промахнулась по мячу, он тихо и насмешливо произнес себе под нос, вздыхая и скрещивая руки — Жалкое зрелище. — затем скучающе ответ взгляд, чтобы не видеть этого позора.       К счастью, мяч почти больше не долетал до неумелой школьницы, его перехватывали профессионалы. Это помогло той сделать глубокий вдох и расслабиться хотя бы достаточно, чтобы не сломаться, но тяжесть взглядов сидящих на скамье всё ещё невыносимо душила её.       Наконец физра кончилась и все пошли по раздевалкам чтобы переодеться. Надежда вышла одна из первых, не смотря никому в глаза. Быстро переодевшись и схватив рюкзак, она пулей вылетела из женской раздевалки. Так вышло, что дверь мужской раздевалки стояла рядом, и вообще обе двери были в каком то более закрытом пространстве, сбоку же были двери в спортзал. Таким образом чтобы выйти неважно из какой раздевалки надо было выйти в не очень широкий проход.       Новенькая почти врезается в какого то парня, но в этот раз во время успевая вынырнуть из своих мыслей. Она не поднимает взгляд, хоть мельком и замечает знакомый черный пиджак и белую рубашку, бубнит себе под нос:       — Прости, я не видела, куда иду.. — Надежда оправдывается прежде, чем получить негативный комментарий в свою сторону.       Сосед по парте ничего не отвечает, просто проходит мимо первым, хмыкнув. Она не останавливает его, идёт следом, затем их пути расходятся, и девушка не провожает Скарамуччу взглядом.       Точно, библиотека. Надежда вдруг понимает, что не знает, где она. Остаётся только...спросить? Но у кого? Времени и желания искать классного руководителя нету, а писать той не вариант, наверняка не ответит. Было решено подойти к рандомному учителю и спросить.....Да, прям так. Легко сказать, да сделать вот совсем не легко. Надежда сканирует школьный длинный коридор первого этажа, не решаясь взаимодействовать с кем то из взрослых, кто проходил мимо. В конце концов, она их совсем не знает. Вдруг они ещё и наорут на неё за то, что она такая тугодум. Ну уж нет.       Из мыслей новенькую резко вырывает знакомый силуэт, проходящий мимо. Чингиз Леонидович! Историк произвел на Надежду настолько хорошее по какой то причине впечатление и на уроке источал такой умиротворенный вайб, что она подумала о том, что этот мужчина не казался конфликтным. Довольно опрометчиво судить так, когда видела человека всего 1 раз, но язык сработал быстрее мозга и опасений.       — Чингиз Леонидович! — Надежда шагнула ближе, окликая его. Историк остановился. — А вы не подскажете, пожалуйста, где здесь библиотека? — она почти тараторит. Вот черт, опять.       — Где лестница, там так же рядом кабинет информатики, поверни налево. — мужчина спокойно указывает в конец коридора, ученица следит глазами за его жестом, оборачиваясь туда.       — Аа, поняла...хорошо, поняла... — задумчиво отвечает девушка, на самом деле не совсем понимая, но руководствуясь принципом «на месте разберусь». — Спасибо.       Преподаватель лишь учтиво кивает и продолжает свой путь, в столовую, видимо. Надежда спешит к лестнице, затем поворачивается влево. Да там тоже был длинный коридор, в конце какие то деревянные двери. Надежда идёт туда, просматривая номера кабинетов. 1-4, 1-5..О! Кажется, деревянные двери — то, что нужно. Плакат над ними гласил, что это библиотека.       Слегка помешкавшись, как, в прочем, всегда, ученица стучит, затем осторожно открывает дверь, заходя внутрь. Её встречает на удивление просторная и уютная библиотека. Пахнет там даже приятно, совсем не так, как в старой школе. Девушка находит стойку глазами, а за ней и молодую, на первый взгляд, библиотекаршу. Бейдж с именем Елизавета Валерьевна на элегантном красивом фиолетовом облегающем платье с большим вырезом, однако внутри виднеется белая шелковая блуза. На плечи накинута кружевная шаль. Светло-каштановые волосы уложены в мягкие волны и заколоты на боку изящной заколкой в виде фиолетовой розы. На носу очки в тонкой золотой оправе, через стекла которых слегка уставшие ярко-зеленые глаза спокойно смотрели на ученицу. Рабочий стол библиотекарши пах свежесваренным кофе — очевидно, там как раз стояла кружка с кофе — и розами. А может, это от самой женщины пахнет розами.       — Здравствуйте.. — школьница пытается звучать спокойно и непринужденно, что на удивление удается       — Здравствуй, крошка. — ласковым, почти бархатным голосом откликается Елизавета, подпирая щеку рукой. — чем могу помочь?       Надежда удивляется прозвищу и смущается от такого неожиданного гостеприимства ещё и от ласкового тона хочется прямо здесь взять и расплакаться после сильного стресса на физике .— У меня тут учебник по обществознанию седьмого класса лишний...       — Ах, ясно, — Женщина кивает и встаёт, протягивая руку. — давай его сюда.       Надежда отдает учебник и смотрит, как Елизавета уходит в глубь библиотеки. Она уже хотела уйти, но что то мешало. Надежда любопытно оглянулась вокруг, решив, что её не станут прогонять отсюда, если она задержится чуть дольше. Действительно уютное место, ещё и женщина здесь работает такая приятная и милая. Это так.. успокаивало. Девушка делает тихий глубокий вдох и расслабляется.       Библиотекарша уже направлялась к своему столу, когда в библиотеку резко входит кто то, слышны звуки каблуков. Надежда оборачивается почти инстинктивно.       — Лиза. — Строгий голос, обладательница которого являлась никем иным, как директором школы. Ученица видела ее фото на сайте школы и сразу узнала. Нина Геннадьевна. — Ты доделала отчеты?        Библиотекарша лениво зевает и делает измученное выражение лица, когда садится за стол — Ещё нет.       — Я все прекрасно понимаю, но время тоже не бесконечно.. — директриса укоризненно хмурится.       Надежда решает под шумок выйти, не ее ж это дело. Однако пока выходила, бросила взгляд на ученицу, что сидела за одним из столов библиотеки. Жаль очки одеть забыла, но итак было видно, что у той были длинные блондинистые волосы и какая то одежда в черных тонах. Ничего необычного, но всё ещё было удивительно наличие здесь плюс-минус свободной формы.

***

      Каково было удивление Надежды, когда на следующем же уроке, финансовой грамотности, она обнаружила директора в качестве преподавателя. Выглядела она очень статно и красиво, уверенностью прям разило. Идеально скроенный костюм-двойка белого увета с золотой фурнитурой. Юбка-карандаш ниже колен, на штанах какой-то узор темного коричнево-золотого цвета. Роскошные платиновые волосы собраны в идеальную, высокую и сложную прическу-пучок на затылке, челка распродается на две части и на концах уложена, слегка завивается. На лице безупречный макияж с тёмно-коричневыми стрелками и помадой красного цвета. На пальцах же красуются дорогие кольца, а её длинные ногти покрыты переливающимся золотым маникюром.       Значит, директриса ведёт урок. Идея не внушает доверия, однако Нина просто осмотрела класс карими глазами, наказала тихо посидеть, сделать определенные упражнения из учебника и сдать тетради на учительский стол, пока она пойдет по делам.       Класс зашевелился и отовсюду вскоре послышались разговоры, смех. Надежда скучающе переводит взгляд на Скару.       — Это...часто такое? — почти сразу же осекается, недовольная тупой формулировкой вопроса. — Я имею ввиду её уход.       — Постоянно. — как то недовольно отвечает юноша, уже достающий телефон из рюкзака. Ну хоть отвечает в этот раз.       — Хм..ну хорошо тогда,— новенькая расслабляется и достает тетрадь для финансовой грамотности. Затем и сосед по парте начал делать то же самое...за 5 минут до конца урока. Удивительно, как быстро он управился.       Математика прошла обычнее некуда, правда учитель решил проверить у всех дз в тетради прежде, чем впустить в класс, но это было не страшно. Больше на уроке ничего важного не было, что то про дроби и всё.       Теперь уже Надежда упулилась в телефон, пережидая перемену рядом с классом 2-8. Но взгляд невольно поднялся на компанию одноклассников, что то обсуждающей так свободно и непринужденно, что девушка не могла отвести взгляд. Точно, она же хотела там что то кому то доказать. Нужно просто подойти и...и что? Что делают в таких случаях, как вливаются в компанию? Да, у новенькой есть своя компания вне школы, но девушка там с самого ее зарождения, так что знаний о вливании ноль. Что говорить? А если они проигнорируют? Надежда чувствует неприятное ощущение где то внутри груди, когда смотрит, как они беззаботно шутят и, кажется, хорошо проводят время. В этом ведь нет ничего такого, тогда почему это так...задевает? Ощущение, будто ты чужак. Так ведь и было на самом деле. Коллектив же уже сформировался, новенькая здесь новый член класса, пропустивший его формирование. А ведь так и до буллинга недалеко. Мысль об этом, будто пощечина по щеке, заставила Надежду прийти в себя и двинуться с места. Довольно мотивационно. Каждый шаг давался с трудом, тревога нарастала, всё нутро сопротивлялось. А что говорить то в итоге?!????       — Привет. — голос новенькой прервал смех и все уставились на нее. Был в том кругу и Ваня, что улыбнулся подошедшей.       — А, привет! — как всегда дружелюбно отозвался парень. — Что такое?       — Ничего я просто...пришла, вот. — девушка пыталась подавить неловкую улыбку, насильно заставляя себя смотреть в глаза однокласснику. — ...Что обсуждаете? — уже бодрее поинтересовалась Надежда, обводя наконец беглым взглядом присутствующих.       — Да так, вот недавно новый ОБЖшник пришел. — отозвался какой то парень из компании со странной короткой прической и двумя косичками у лица. Остальные детали новенькая не видела, взгляд все же предательски уполз от зрительного контакта. — Ваня говорит, он бывший военный, и что они хорошо знакомы       — Это мой дядя неродной... — Иван довольно и почти гордо усмехнулся       — Че, реально?? — неподдельно изумился парень с косичками.       — Проще спросить, с кем ты НЕ знаком! — другой голос из компании, уже женский и звонкий сказал с беззлобным поддарзниванием.       Надежда слушала диалог, ей нечего было добавить, но на душе стало легче. Ее не послали и не проигнорировали, а это уже лучший из исходов. Однако довольно быстро одноклассники снова начали обсуждать свои локальные мемы, говорить про знакомых людей, и хоть Надежда иногда посмеивалась с каких то шуток, её присутствие в этом разговоре было...не нужно. Даже больше, как то так получилось, что люди стояли к друг другу ближе, чем она, хотя та была готова поклясться, что они не стояли настолько ближе, когда она только пришла. Но новенькая решила не убегать сразу, а ещё постоять. В один момент школьница даже попыталась вставить какую то шутку в их разговор, чтобы поддержать его, но оживленный диалог не дал ей и шанса: кто то сделал это заместо новенькой. Вторая похожая попытка тоже не увенчалась успехом, воодушевленный настрой улитучился.       Девушка почувствовала себя абсолютной тупицей и посмешищем, отходя от группы. И что это была за жалкая попытка? А может стоило остаться и попытаться ещё, затем Так быстро терять надежду, а, Надежда? Но в голову снова начали лезть разные мысли.       Вспомнилось кое что.

....

      — Ты же не против, если она с нами пойдет? — подруга спросила, не отводя глаз от зеркала и пытаясь сделать ровные стрелки.       — Конечно нет, всё нормально, — Надежда оптимистично заверила.       Она действительно не видела ничего плохого в том, чтобы подруга позвала на их прогулку свою другую подругу. Пусть даже первая и последняя были не знакомы, это все равно не могло никак повлиять на атмосферу, не так ли? Возможна небольшая неловкость, но Надежда была уверена, что они быстро смогут ее преодолеть благодаря общей подруге.       Так и случилось, прогулка шла хорошо, все втроем шутили, затем решили поиграть в правду или действие. Всё правда шло хорошо. Точнее..так казалось Надежде. Подруга ее подруги казалось неплохим собеседником и вызывала у девочки интерес. Но время обеда наступило и родительница позвала Надежду обедать. Так как эти трое гуляли рядом с большим прудом, что находился поблизости дома Нади, та предупредила оставшихся двоих о том, что она отлучиться ненадолго и попробует поесть быстро.       Закончив трапезу, девочка торопилась вернуться, вышла из квартиры и уже подошла к лифту, как на телефон пришло сообщение:

« - Слушай не обижайся но мы хотим погулять вдвоем :(

- Можешь не выходить»

      .....       Она не обижена. Правда. Честное слово.              ...ну может немного.        Разве это не....грубо?        Или она слишком драматизирует?

      «Получается они с самого начала не хотели со мной гулять?..»

.....

Чёртово воспоминание не покидало её больше ни разу с того дня.

      Новенькую отпустило только когда прозвенел звонок на ОБЖ и все сели за парту.       «Какое отношение это вообще имеет к данной ситуации?» — Надежда начала раздражаться на себя, но воспоминание выгнать не получалось. Как и остальные, что всплывали как слайд шоу перед ней во всех красках, будто это было не пару лет назад, а вчера.       Не стоило даже пытаться. Позорище.       Тот самый ОБЖник действительно давал вайбы бывшего военного. Однако привлекло внимание новенькой даже не учитель, а то, что знакомый силуэт с розово-черными волосами почти выпорхнул из класса.       И тогда впервые Надежда задала себе вопрос...

«А кто вообще такая Капитолина?»

      Почему то в понедельник она решила что та — просто дежурный. Может быть так и было? Это бы объясняло, почему она постоянно у учителей. С другой стороны...обычные дежурные НЕ вертятся около учителей. Они стоят на постах и делают что то. В идеале — свои обязанности. По крайней мере так было в прошлой школе. В любом случае, один вывод можно было сделать точно. Капитолина — известная учителями личность, с которой они не против поговорить.       Возвращаясь к преподавателю, Константину Александровичу...он заставил учеников построиться. Своим низким глубоким, но слегка шороховатым голосом эта команда звучала более чем внушительно. Это было так странно, а Надежда не имела понятия, как это делать, но повторила за остальными и всё прошло нормально. Сам же мужчина был по ощущениям огромного роста, в черном армейском костюме. На ремне висит огромная связка ключей, на ногах — начищенные до блеска берцы, и казалось, что его тяжёлый шаг слышно за три кабинета. На лице черные тактические очки и большой шрам на щеке, так же темная щетира. Черные волосы до плеч выглядели опрятно. Черты лица же были крепкие, четкие и острые, однако излучали не "колючесть" и строгость, а..."непоколебимую твердость"? Трудно описать это, но было такое чувство, что приказав бы этот человек кому либо незнакомому рожей в пол лечь, тот бы повиновался без вопросов, да ещё бы и поторопился. Нет, угрозы как таковой не исходило от учителя, но не было и её полного отсутствия. Надежда не раз для себя подмечала, что так ведут себя люди, работающие на военной должности. Из них будто выжали всякую эмоциональность, оживленность, оставляя пожизненную усталость и твердость характера. Надежда невольно поймала себя на мысли, что ей жаль его. Должно быть, у этого мужчины непростая судьба.       Судя по шопоту в классе, всех заинтересовал внешний вид учителя. Но вскоре он затих и начался урок. Никто не шумел. В классе была почти оглушающая непривычная тишина и лишь голос Константина нарушал его. Материал подавался медленно. И почему то никто не был удивлен и тому, что по середине урока мужчина отвлекся от темы занятия, рассказывая какие то военные истории. Очевидно, в школе жесть ведать малым неокрепшим умам — идея не лучшая, и, кажется, ОБЖшник это прекрасно понимал, а потому одной историей было то, как однажды спас маленькую девочку. Все слушали внимательно, в том числе и Надежда. Однако ее взгляд случайно скользнул по своему соседу по парте. Скарамучча абсолютно бесстрастно смотрел на учителя, на лице читалось почти презрение. Это заставило новенькую удивлённо и задумчиво нахмурится, отводя взгляд от парня, который, кажется, нарочно не перевел взгляда на девушку. Возможно вообще задумался. Чего это он?       После ОБЖ новенькой стало немного легче, хорошие истории от военного приносили некое тепло и отвлечение, заставляя задуматься. Война — это жестокое событие. Там забывается гуманность, кто бы что ни говорил. И всё же такие события служат напоминанием, что не все человечество обречено.       Химия с седьмого класса это..что то. С чем то. Удивительное, возможно. В любом случае было интересно наконец посмотреть, что это за химия такая, что на ней изучают. Учитель, Альберт Борисович, оказался приятным. Красивые, утончённые черты лица и удивительно спокойные голубые глаза. Невысокий, молодой, с русыми волосами, которые он сзади собрал в небольшой аккуратный хвостик. Поверх синей рубашки на нем был белоснежный лабораторный халат, серые штаны, на руках черные перчатки, а на шее был какой то желто-оранджевый овальный кулон. На уроке Альберт говорил мягко и очень вежливо, тему объяснил понятно, а когда спрашивал кого либо из учеников, обращался на «Вы», что было почти забавно и мило одновременно.       Что ещё сильнее повергло в шок новенькую — он абсолютно мастерски быстро зарисовывал что то на доске, вместо того, чтобы говорить ученикам посмотреть на картинки из учебника. Схожесть с объектом изображения была поразительна. Неужели профессиональный художник? Похоже на то.       Приятно было посмотреть на такую нетепичную версию учителя по химии, но сам предмет не вызвал у девушки интереса. Она хотела опыты делать, а сегодня теория, что, пожалуй, абсолютно нормально, но всё равно казалось непонятным и нудным.       Физика могла бы пройти...нормально. Если бы не сам учитель физики, Харитон Алексеевич. Мужчина средних лет с короткими пепельно-серыми волосами, уложенными в аккуратную, но слегка растрёпанную городскую стрижку. Высокий, статный, с, казалось, идеальной осанкой. Одевался он в стиле «матовый минимализм»: чёрная водолазка, классические брюки такого же цвета и тёмно-зелёный строгий пиджак.       Лицо его выражало абсолютное спокойствие, голубые глаза сразу остановились на новом лице. Физик спросил у новенькой, какие у той были оценки в прошлой школе. И на ответ "четверки" вызвал к доске. Да, задачу она не решила. Просто забыла формулы от волнения, ещё и давящая тишина, да пристальным взгляды одноклассников и учителя, пока ученица тупила у доски, чувствуя, как пылает каждая клетка тела от напряжения, уничтожали любой шанс на хорошую оценку. Ее вызвали к доске так неожиданно, так резко, даже не дав подготовиться морально что ли. Под заново накотившее чувство никчемности Надежда прошла к своей парте и села. Мужчина явно был слегка разочарован. Хотелось провалиться под землю, честное слово, руки даже ходили ходуном, когда новенькая стала записывать тему урока.       «Ну и отстойный день сегодня» — сделала Надежда унылое заключение, выходя из школы. — «Школа — такой отстой...»       Хотелось бы дойти до торгового центра и зайти в Макдональдс за любимым чикенбургером, чтобы поднять себе настроение, но к сожалению, девушка на своей карте обнаружила лишь 15 рублей и печально вздохнула, ожидая такси у ворот школы.