Я бы хотел начать всё заново

Однажды мы снова смотрели порно вместе. Я с упоением наблюдал за тем, что происходило на экране, пока другие чуть ли не засыпали от скуки. Кинджи взглянул на меня и вдруг прошептал: – Если тебе это нравится, то ты можешь сделать это по-настоящему. Я вздрогнул и с подозрением посмотрел на него. Остальные тоже смотрели на него, и кто-то даже пожал ему руку.  – Не пойми меня неправильно, как у нас хватило бы наглости предложить тебе играть с нами. Он понизил голос, придвинулся ближе к моему уху и сказал несколько фраз. Я не ответил, так как мое сердце бешено забилось. Я смутно чувствовал, что он озвучил мое желание, которое всегда было глубоко в моем сердце. Кинджи увидел, что я ничего на это не сказал, и тихо добавил:  – Тогда давай просто не будем этого делать. Эта фраза спровоцировала меня, я пристально посмотрел на него и громко сказал:  – Кто сказал, что я боюсь? Просто если этот ублюдок не выдержит этого и сообщит о нас в Министерство общественной безопасности, то с этим будет трудно справиться, –  к этому моменту все они поняли, о чем мы говорим, и были немного взволнованы. – Будь уверен, мы позаботимся о том, чтобы он ничего не сказал. Кроме того, если бы это была девушка, они могли бы даже неоднократно угрожать покончить с собой и продолжать беспокоить вас. Если это просто парень, который немного пострадал, это будет то же самое, что получить взбучку. Как насчет этого? –  Тодо рассмеялся.  Я был немного тронут, с одной стороны, я всегда хотел преподать ему хороший урок. С другой стороны – я не делал этого раньше, и поэтому мне действительно хотелось попробовать. Сегодня эту возможность можно было бы использовать, все, что мне нужно было сделать, это кивнуть головой. Мое сердце забилось еще быстрее, и я не мог не спросить: – Когда ? – Годжо согласился! Давай сделаем это в это же воскресенье! – все начали радостно это обсуждать.  Следующие несколько дней я почти не спал. Это было в то самое воскресенье. Я смотрел телевизор дома, но на самом деле я не воспринимал ничего, что видел на экране. Стоило услышать несколько стуков в дверь, как я немного занервничал, открыл дверь и увидел, как Кинджи вошел с самодовольным лицом. Я посмотрел за его спину и увидел, что они держат невежественного старосту. Его одежда не выглядела опрятной, как обычно, волосы также были слегка растрепаны, вероятно, это было из-за других ребят, но несмотря на это он все еще был очень красивым. Если бы я оказался в такой ситуации раньше, то я бы только чувствовал ревность, глядя на это прекрасное лицо, но теперь по какой-то неизвестной причине у меня в самом деле было очень странное чувство на душе. Я не спрашивал их, как они обманом заставили его прийти, у них все равно было много способов справиться с подобными неженками. – Ты знаешь, почему нам пришлось побеспокоить старосту класса, чтобы он одарил нас своим милостивым присутствием? – Сугуру ничего не сказал, он просто посмотрел на него с легким отвращением.  Кинджи холодно рассмеялся, – Из всех вещей, которые ты не должен был делать, ты не должен был оскорблять нашего Годжо. К счастью, он добросердечный и просто сказал, чтобы ты пришел и некоторое время наслаждался кое-чем. Если бы это был я, я бы хотел, чтобы ты умер! Почему бы тебе не поторопиться и не поблагодарить его! – Позже убедись, что ты будешь хорошо служить ему!  Лицо старосту было немного пустым, но страх в его глазах усилился. Обычно у него всегда было спокойное выражение лица, но сейчас я впервые видел, что на нем читался страх. В какой-то момент я почувствовал себя чрезвычайно возбужденным. Я подумал про себя, что не могу потерять лицо перед своими братьями. Я должен был проявить некоторую жесткость и грубость, чтобы позволить им почувствовать, насколько я силен. Я намеренно приблизился к нему медленно и вальяжно. Пригладил его волосы, а затем расстегнул первую пуговицу на его рубашке. Кроме страха, на его лице появилось небольшое облегчение. Он, скорее всего, думал, что я лишь собираюсь снять с него рубашку и избить. На это я лишь холодно рассмеялся в своем сердце, если бы это действительно было так, то я бы позволил сделать это другим. Я был слишком легкомысленным. Я расстегнул пуговицы его рубашки и медленно спустился, чтобы коснуться его пояса. Он хотел сопротивляться, но его крепко держали другие. Я специально замедлил свои движения, необъяснимое удовольствие заставило меня чувствовать себя противоречиво и замереть в некотором предвкушении. Я вдруг понял, почему кошки играют с мышью сколько душе угодно после того, как поймали ее. Я вытащил его ремень и пошел расстегивать брюки, остальные крепко держали его и все с удовлетворением наблюдали. Я наконец снял всю его одежду, этот парень,  который был помешан на чистоте, наверняка, никогда раньше не стоял перед другим человеком полностью обнаженным. Его щеки были ярко-красными, и он даже не смел поднять голову. Я бросил его одежду одному из моих друзей. Аой Тодо вытащил приготовленную камеру и сделал кучу снимков. Сугуру посмотрел на него, охваченный шоком и страхом. Он понятия не имел, что мы собираемся делать сейчас. Событие, которое произошло дальше, было тем, что действительно напугало его, я просигналил им головой:  – Вы, ребята, можете уйти, сегодня нет необходимости возвращаться снова. Я могу справиться с ним сам. Хотя они все еще хотели быть наблюдателями, они могли только уйти после моих слов.  Я яростно протянул руку и обнял старосту. После того, как его держали на месте другие, и теперь, когда его руки были свободны, он начал отчаянно сопротивляться мне. Но как этот слабый книжный червь мог быть моим противником? Мне было бы наплевать, даже если бы я столкнулся с двумя такими же. Вскоре я толкнул его на кровать и сразу же разделся. В ту долю секунды, когда я коснулся его кожи, все мое тело охватила невероятная эйфория. У меня закружилась голова, страсть уже полностью овладела мной. Я имитировал движения, которые видел в видео, щипая здесь и касаясь там. Мои навыки были очень плохими. Его кожа была гладкой и белой, к ней было очень приятно прикасаться. Он уже смутно догадывался, что я хочу сделать, с гневом и застенчивостью, смешанными вместе, его лицо было настолько красным, что, казалось, не могло стать еще краснее. Он хотел пнуть меня, но его сопротивление было для меня не более чем детской игрой. Мои руки были как тиски, так что он был совершенно беспомощным против меня. Мое дыхание становилось все тяжелее и тяжелее, я хотел сделать это в реальной жизни, чтобы наконец-то удовлетворить себя, поэтому я больше не колебался и яростно, резко вошел в его тело. Честно говоря, в тот самый момент даже мне показалось, что это очень больно. Все его тело дрожало, а рука крепко вцепилась в простыни, как будто он хотел разорвать их на части. Я слышал его отчаянный стон боли, но вместо этого он просто подпитывал мое желание. Я почувствовал невероятную эйфорию внутри его тела, меня совершенно не волновали его чувства. Кроме того, я даже не мог контролировать себя, это был первый раз, когда я занимался сексом. Я не мог остановиться, единственное сожаление было в том, что он не сотрудничал идеально, как те ведущие мужчины в видео. От начала и до конца он продолжал бороться, словно  от этого зависела его жизнь, но для меня это был другой тип стимуляции, и  он усиливал мое удовольствие, а также мое желание заполнить его. Я не знал, сколько времени прошло, прежде чем у меня не осталось сил. Лёжа на кровати я даже не мог говорить,поэтому просто закрыл глаза и погрузился в глубокий сон. Я был немного смущен, когда открыл глаза, посмотрел на висящие часы и понял, что проспал всего больше часа. В тот момент мой разум был пуст, у меня не было воспоминаний о том, что я сделал, но я быстро вспомнил. Я думал, что то, что произошло было невероятно, только когда я повернул голову и увидел, что он все еще лежит рядом со мной, я понял, что все это не было сном. Его глаза были закрыты, но я был на 100% уверен, что он не спит, его слезы лились из глаз без остановки, оставляя большое мокрое пятно на подушке. Я все еще размышлял о том, почему он тихо не ушел, и вдруг вспомнил, что другие ребята забрали его одежду. Зная какой он, то он сам бы не взял мою одежду, особенно с болью, которую он испытывал сейчас. Его губы были бледными, поэтому я подумал, что, возможно, он даже не мог ходить. Внезапно я почувствовал себя очень напуганным и не знал, что делать. Я даже чувствовал, что после того, как этот день закончится, характер наших отношений кардинально изменится. Может быть, это даже какой-то "комплекс мужской девственности"? Я изо всех сил старался думать об этом как об игре, шутке или даже ссоре между парнями. Просто мое сердце было в полном беспорядке, я без устал ругал себя и пытался  успокоить свои слова и действия. Сначала я оделся, а затем достал из ящика новую одежду, которую мой отец ранее прислал мне. Наш рост не очень отличался, поэтому она должна была ему подойти. Я взял одежду и сел на край кровати, прежде чем холодно произнести: – Ты обидел меня раньше. Никто, кто оскорбляет меня, не имеет хорошего конца. На этот раз я легко отпустил тебя, теперь мы квиты. Однако я предупреждаю тебя, если ты выйдешь и расскажешь кому-нибудь о том, что произошло, то либо другие подумают, что ты психически больной, либо они просто не поверят тебе вообще, и над тобой, твоими родителями все будут насмехаться. Не забывай о тех фотографиях. В конечном итоге, человек, который понесет потери, всегда будешь ты. Он ничего не сказал и даже не открыл глаза, лишь просто крепко прикусил свои губы, оставив ряд следов зубов, когда отпустил их. Слезы снова покатились из его глаз. Я больше ничего не сказал… Я наконец сделал то, что хотел, и это был  жестокий поступок, и я определенно не смог бы сделать это снова. Я в самом деле чувствовал себя опустошенным, но это было не потому, что я боялся, что тот подаст на меня в суд. Я неохотно поднял его верхнюю часть тела и планировал помочь ему одеться, но заметил, что его губы все ещё ужасно бледные, а тело дрожит, и понял, что это было очень больно. Внезапно я почувствовал небольшую вину. В тот момент, когда мои руки коснулись его тела, оно задрожало от явного страха. Он открыл глаза и посмотрел на меня с ненавистью и отвращением. Однако у него не было сил оттолкнуть мою руку. Наткнувшись на такой гвоздь, мне стало это неинтересно, поэтому я просто накинул одежду на его тело: – Тогда надевай ее сам. Конечно, если ты не хочешь носить мою одежду, то все в порядке. Ты можешь просто оставаться здесь каждый день и сопровождать меня. Хотя у меня были некоторые намерения высмеять его, мои глубокие внутренние мысли желали, чтобы это сбылось. Он с большим усилием сел, некоторое время тупо смотрел, прежде чем медленно поднять одежду. Я наблюдал, как он с огромным трудом натягивает одежду на свое тело, прежде чем медленно просунуть одну руку в рукав. Я никогда не видел, чтобы кто-то одевался так медленно, это было даже немного забавно, но в то же время я чувствовал жалость к нему. Я смотрел на него, как он дрожал, застегивая пуговицы целую вечность, и в конце концов потерпел неудачу. Я больше не мог сдерживать смех и протянул руку, чтобы помочь ему застегнуться. На этот раз он не отказался и лишь отвернулся, чтобы не смотреть на меня. Эти пуговицы действительно имели своеобразный дизайн, я возился с ними несколько минут. Мы были очень близко друг к другу, запах его тела заставил мое лицо вспыхнуть. Его дыхание заставило мои руки слегка дрожать, я ничего не хотел больше, чем чтобы пуговицы стали еще более странными. Он наконец оделся и с большим трудом поднялся на ноги. Я сказал ему подождать, открыл дверь и пошел в подвал, чтобы взять свой велосипед и отвезти его обратно. К тому времени, когда я вернулся, он уже ушел. Я верил, что он не ушел далеко, но мне было слишком стыдно искать его повсюду. Я сидел на диване в гостиной, не двигаясь, мой разум был полностью пуст. Я попросил несколько дней отгула в школе и изо всех сил старался заставить себя чувствовать себя так, как будто у меня грипп или лихорадка, или боль в некоторых частях тела. Откровенно говоря, я просто боялся увидеть Сугуру. Я сказал парням, чтобы они не приходили и не находили меня, я просто очень хотел спрятаться ото всех. Когда я наконец набрался смелости пойти в школу, то обнаружил, что мои ноги словно ватные, когда я вошел в класс, несколько раз выругал себя.