Ви, принимай таблетки.

      - Блять, Ви, ты серьёзно? Зная, что я все вижу? Принял бы хоть таблетки свои ебучие, - Джонни, стоя, облокотившись на стену, достал зажигалку и сделал затяжку. Он агрессивно посмотрел на меня, на мои расстегнутые штаны и выпирающий бугорок, и отвернулся к окну. Найт-сити никогда не мог похвастаться тишиной и умиротворением, а по ночам в выходные - тем более. Гул проезжающих машин, крики, выстрелы из пистолета, все это - неотъемлемая его часть. У Сильверхенда плохое настроение, видимо, после вчерашней ссоры. Я не захотел курить, а он все еще бесится из-за этого. Рокер докурил виртуальную сигарету и бросил в открытую форточку окурок, который сразу же распался на пиксели. Джонни-мать-его-Сильверхенд. Нужно же было появиться именно сейчас, именно в тот момент, когда мне так сильно нужна разрядка. Весь день не высовывался, а теперь свалился на мою голову в самый неподходящий момент. - Ты можешь появляться не так резко? Сука, меня так инфаркт прикончит раньше сраного биочипа. Могу пойти в душ, если тебя так бесит чей-то член. А в целом, ты можешь и сам свалить, весь настрой мне сбиваешь, - я согнул ногу, уперевшись о стол, повторив любимую позу террориста. Он обернулся на мой голос, окинул недовольным взглядом и закатил глаза. - Больно ты мне нужен, придурок. Таблетки принимай, не хватало еще слушать, как ты стонешь, как шлюха в подворотне, - энграмма Джонни растворилась в воздухе, но он все равно всегда видит и слышит все, что я делаю. Уебок, вечно все портит. Успокоившись, я решил закончить начатое и скорее завалиться спать. Знакомый сайт, знакомые слова в поисковой строке. Грубое гей порно. Свою бисексуальность я принял еще в школе, когда влюбился в одноклассника и при этом пускал слюни при виде женской груди, а сейчас, мне кажется, меня больше тянет все таки к парням. Блять, лишь бы Джонни не слушал мои мысли. Никак не привыкну быть для него открытой книгой. Парень с длинными черными волосами "наказывает" нижнего, втрахивая его в кровать. Он со спины очень похож на Дж... Так, стоп, не думай об этом придурке. Звуки шлепков в перемешку со стонами и скрипом кровати заполнили комнату. Брюнет шлепает второго парня по заднице, оставляя следы, царапает его спину, тянет за волосы, заставляя поднять голову, чтобы укусить его шею. Сжимаю член всей ладонью и уверенными движениями надрачиваю, представляя себя в принимающей роли. Когда актив резко ускоряет толчки, наклоняется и рычит пассиву на ухо, заставив его запрокинуть голову, я кончаю с тихим стоном, забрызгав спермой свою руку, живот и экран компьютера. Спустя какое-то время прихожу в себя и слышу знакомый звук. Тот, с которым появляется и исчезает мой несуществующий паразит. - Джонни? Вот чёрт, - на стене остается вмятина от сильного удара кулаком. Его в комнате его нет, значит, он только что съебался. Он видел. Ебучий Сильверхенд всё видел и знает о моих мыслях и предпочтениях. А я даже в ориентации его не уверен. Вот же сука. Джонни не появлялся после того случая целый день, видимо, чтобы не провоцировать очередной конфликт. Я повыполнял грязную работу, съездил к знакомому фиксеру, принял заказ на другом конце Найт-сити. Мда уж, это место в 10 километрах отсюда. Придется ехать на машине. За окном мелькали разные здания, улицы. Один район сменялся другим, а я сделал то, чего стоило избегать любой ценой. Я невольно задумался о том, какие у нас отношения с Джонни. Сказать, что он просто убивающий меня паразит, я не могу, мы вместе повидали слишком много дерьма, и я точно могу назвать его другом. Ебанутым мудаком, но другом. А вот его мысли прочитать труднее. Да, мы вместе ездили на его могилу, я даже пользуюсь его пушкой, он отдал мне свои армейские жетоны, но у него никогда не было нормальных друзей. Возможно, поэтому он и решил, что я заслуживаю такого подарка больше, чем все его друзья из далекого прошлого. А эта вчерашняя сцена, которую он вычудил? Чтобы перестать запутывать свои мысли в клубок, я включил проигрыватель. По всем радиоканалам обычно передают либо новости, либо какую-то отвратительную музыку, которая ну вообще не в моём вкусе. Выбрал песню Самурая, от неё хоть воспоминания нахлынули. Как впервые услышал эту песню в 13 лет, как фанател от Джонни, как купил брейн с его концерта. Как дрочил на плакаты с Сильверхендом, в конце концов. Да уж, было дело. Звук появления пикселей вывел меня из паутины мыслей. – Что, так соскучился, что решил песни мои послушать? Неужели хороший музыкальный вкус проснулся? – Призрак сидел, закинув ноги на бардачок. В каждой его позе присутствовал протест, вызов, он не стеснялся проявлять дерзость. Музыкант усмехнулся, надел очки и перевел взгляд на дорогу. В его руке материализовалась уже зажженная сигарета, и он сделал глубокую затяжку, прежде чем продолжить, – Блять, что ты вообще в этой части города забыл? – А ты не ахуел, вуайерист херов? Забыл за 50 лет про личные границы? – я крепче сжал руль от напряжения, – появился, пиздишь, как ни в чем не бывало, да? Я даже не понял, что меня разозлило сильнее - то, что Джонни узнал про мои фетиши, то, как он демонстративно сидит, прекрасно понимая ситуацию, или мои сексуальные фантазии, разыгравшиеся не на шутку после вчерашнего. – Ви, ты хочешь сейчас это обсудить? Серьезно? – Рокербой наконец-то сел по-человечески, – Ладно, но останови тачку для начала. Не хочу сдохнуть так глупо после всего пережитого говна, – Сильверхенд закурил еще одну сигарету, хоть и ожидаемо не получил дозы никотина. Я остановился на обочине, выключая радио. Неловкая тишина нагнетала атмосферу, никто из нас не решался первым заговорить. Я перевел взгляд на рокербоя, который выкидывал окурок в форточку. – Вообще-то, ты мне не ответил. – Что мне тебе ответить, Ви? Ахуел я или нет? Ну давай, блять, посмотри на это с моей стороны, – Джонни придвинулся ко мне, опаляя горячим дыханием мою шею. Я закрыл глаза, вжимаясь в кресло, в попытке закрыться от призрака. Металлические пальцы прошлись по моей груди, а тихий голос с хрипотцой пустил мурашки по всему телу, – Я чувствую все то же самое, что и ты, хоть и с задержкой, – его левая рука сжала мое бедро, пока правую он запустил под мою футболку. Я проследил взглядом за этим движением, понимал, что это просто провокация, но чувствовал все, как наяву - контраст холодного металла и тепла "живой" ладони сводил с ума. Нет, он специально выводит меня, я должен остановить его сейчас же. Рокербой продолжил, ухмыляясь и усиливая хватку, – Представь, что тебе кто-то дрочит, ты чувствуешь каждое ебучее прикосновение, но ты не видишь, не понимаешь, что там, блять, происходит, не контролируешь ситуацию, – Джонни провел ногтями по моему прессу, оставляя на нем белые полосы. Я запрокинул голову, вспоминая и представляя самые несексуальные вещи, стараясь не возбудиться. Только, блять, не сейчас, – А теперь скажи, кто из нас ахуел, Ви. – И ты хочешь сказать, что нарушил мои границы, подглядывал в крысу, и тебе от этого, блять, стало легче? – Я нахожусь в твоей голове 24 часа в сутки. О каких еще, блять, ебучих "границах" может идти речь? Ты совсем еблан? – рокербой схватил меня за горло и вжал в сидение, – Думаешь, я до этого не знал про твои наклонности? Не замечал в этой дыре, которую ты называешь домом, фанатский мерч с моего тура, который я провел, когда твоя мамаша еще была девственницей? Не видел твои воспоминания, в конце концов? Ты сам, блять, видишь мои, и я понятия не имею, что именно ты там можешь найти, но я, в отличие от тебя, не ною, как баба в пмс, – Сильверхенд исчез и через мгновение появился снова на пассажирском сидении, закуривая сигарету. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы немного прийти в себя. Он давно узнал, ну конечно. Больше нет смысла играть эту роль и прятаться. Я решил наконец-то обсудить все, раскрыть все карты. – Джонни... Что ты видел из моих воспоминаний? – "Ну что, зажжем так, чтобы от этих стен камня на камне не осталось, а?", – Ха, как он завуалировал тот брейн с концерта. Я пересматривал его слишком много раз, ставил на паузу и разглядывал лицо Сильверехенда, когда на него красиво падал свет, запоминая каждую родинку и морщинку. Я наклонился вперед, закрывая лицо ладонями, заглушая тяжелый вздох. Блять, я не рассказывал об этом ни одной своей бывшей, а в итоге обсуждаю такую деликатную тему с единственным человеком, который ни при каких обстоятельствах не должен был узнать про этот секрет. Он скорее всего натурал, и даже гомофоб, а еще умер до моего рождения. – Ну и, что скажешь? Противно находиться у меня в голове после всего этого, да? – Ви, я тоже когда-то был пубертатным пиздюком, который гонял лысого на все подряд. У нас тогда не было брейндансов и прочей хуйни, мы покупали журналы с голыми тёлками и менялись ими друг с другом, как надоест, – музыкант сделал затяжку, стряхнул пепел в открытую форточку и посмотрел на меня, – Тебе сказать, что я думаю? – я начал нервно кусать губы, но выдержал его взгляд и кивнул, – Знаешь, чувства - это здорово, они помогают тебе осознать, что ты живой. Но то, что с тобой происходит, Ви, это не влюбленность, а результат действия грёбанного биочипа. Твое сознание уже сливается с моим, поэтому ты испытываешь некую... симпатию. Так что мой тебе совет - не зацикливайся на том, что даже не является твоим истинным желанием. – Блять, не разговаривай со мной, как с ребенком. У нас не такая большая разница в возрасте, чтобы ты меня учил жизни. Я вообще не понимаю, о чем ты. Что он несет вообще? Какая, блять, симпатия? Он просто мой кумир молодости, и все. Ну ладно, он горяч, с этим тяжело поспорить. Музыкант запрокинул голову и сделал последнюю глубокую затяжку. Его тонкие губы, обхватывающие сигарету и выпускающие струю дыма, заставили меня зависнуть на несколько секунд. Они могли бы настойчиво сминать мои, раздвигать их, я бы царапался об его колючую бороду, но все равно бы притянул его ближе к себе за шею, нарушая гармонию его прически. Но я не в его вкусе, поэтому всё это просто фантазии и не более. – Ты можешь не слушать мои советы, можешь считать меня ворчливым стариком, или наоборот недостаточно опытным для таких разговоров, но в конечном итоге ты сделаешь хуже только себе, – Сильверхенд указал на меня пальцем, – Если ты не забыл, скоро один из нас умрет, и я очень надеюсь, что ты останешься в своем теле. И поверь, тебе будет гораздо проще жить, если сейчас ты хотя бы попробуешь контролировать свои мысли. – Можешь ответить на один личный вопрос? – Валяй, все равно увидишь все в моей башке. – Ты никогда не засматривался на парней? – А это имеет значение? Ладно, если тебе так важно, трахался ли я с мужиками 50 лет назад - нет. Ебусь я только с теми, у кого есть яйца, но нет члена, – рокербой согнул ногу, уперевшись в сидение. – Да, ты говорил так про Керри, что у него все наоборот. А если есть и член, и яйца, то что? – Ты играешь с огнем, малыш. Мне кажется, я уже ответил на твой вопрос, – энграмма Сильверхенда растворилась голубыми пикселями. Видимо, разговор окончен. Пару дней я гонял по разным уголкам Найт-сити и выполнял разные заказы от фиксеров - от закачки вируса на чей-то комп до убийств. Джонни появлялся время от времени и вел себя как ни в чем не бывало - так же острил, говорил про Микоси, даже рассказал за пивом пару историй из своей молодости - как он познакомился с Альт и Бестией, как потерял руку на войне, а я вспоминал свою жизнь до Арасаки. Казалось, что мы дружим уже много лет, и сидим у меня дома, как тысячи раз до этого, но я каждый раз начинал нервничать при виде его. Как бы я не старался избегать правды, до меня дошло. Мое состояние не было похоже на обычное волнение при виде кумира детства, я на полном серьезе запал на давно мертвого музыканта. Я начал его разглядывать дольше, чем позволено. Бронежилет на голое тело не скрывал острые ключицы, широкие плечи и сильные мышцы здоровой руки. Кожаные штаны, которые так соблазнительно сидели на бедрах. И видеть это все мог только я. Сегодняшний день не должен был отличаться от предыдущих. Мне подвернулась новая работа - украсть гитару Керри Евродина. Сам заказ не представлял из себя ничего нового, но вот Джонни, видимо, обрадовался. Огромное количество атрибутики Самурая навевало на него воспоминания, которыми он с удовольствием делился со мной. Сильверхенд рассказал мне про музыкальные инструменты, которые видел, оценивал их (либо "ебать, оказывается, Керри разбирается в этом", либо "ну и хуйня"), даже предложил мне научиться играть на гитаре, пока он рядом и может помочь. Я недолго принимал решение, потому что вряд ли Джонни много кого учил. Захотелось быть первым его учеником. Мы еще немного побродили по комнатам, и вдруг у кровати я нашел кое-что интересное. – Джонни, посмотри сюда, – в шкафу у кровати пылились штаны, очень похожие на те, в которых музыкант постоянно тусуется в моей голове, – это не твое? – рокербой появился напротив меня, облокотившись плечом о стену. – Ох, блять. Наверное мое, хотя я в душе не ебу, откуда у Керри могли взяться мои штаны. Не хочу даже думать о том, как он раздевал мой труп. – Скорее копия. Вряд ли Евродин знал, где лежит твое тело, он бы тебя похоронил как подобает, – я осмотрел новую вещь и взял с собой на всякий случай, дома разберусь, что с ней делать. – И то верно. Эти Арасаковские шлюхи выкинули меня на свалку, как мешок дерьма, – Джонни нервно ходил по комнате. Следующие его слова я уже не мог разобрать. Перед глазами промелькнуло "сбой в работе биочипа", закружилась голова, и я упал, потеряв сознание, даже не успев понять, что вообще происходит. – Ви? Эй, Ви. Очнулся? Не ссы, живой еще, ну-ка посмотри на меня, – я протер глаза и проморгался, чтобы вернуть четкость глазным имплантам. Джонни сидел на корточках, оценивая мое состояние. – Долго я был в отключке? – Нет, полчаса где-то, но нам надо съебывать по быстрому. – Тогда погнали? Передам гитару и можем ехать домой. Блять, голова болит пиздец, – Я попытался встать, но все тело ломило, как от переломов. Ноги подкашивались, не в состоянии выдержать мой вес, комната расплывалась, как в тумане, а шум в ушах затмевал все мысли. С большим трудом мне удалось встать на одно колено, а подняться полностью казалось невыполнимой задачей. Дрожащей рукой я на ощупь смог опереться о тумбочку и встать на ноги, шатаясь, как раненый пьяница на улице. – Шевелись, блять, а то такими темпами нас обнаружат тут. Я на улице подожду, – рокербой исчез сразу, как закончил говорить, а я еле-еле, максимально осторожно, чтобы не упасть еще раз, отправился за ним. Дома я первым же делом завалился на идеально заправленную постель прямо в одежде, откисая от тяжелого дня. Я прикрыл глаза, пытаясь избавиться от головной боли. – И че, какие планы? Так и будешь валяться весь вечер? – Сильверхенд выпустил облако сигаретного дыма в мою сторону, и мне даже показалось, что я почувствовал холодное дыхание музыканта и отголоски запаха табака. У меня побежали мурашки по всему телу от понимания, что лицо Джонни сейчас так близко к моему. – Не знаю, попозже разберусь. – Покорми Нибблса, он голодный, – я посмотрел на кота, около которого уже стоял на одном колене рокербой, сдерживая порыв погладить малыша. – И давно ты научился читать мысли животных? – Ну, твои же читаю как-то, – музыкант встал, посмотрев на меня с усмешкой, – Не забудь про него, Ви. Джонни исчез, а я с большим трудом встал с кровати и подошел к холодильнику за кошачим кормом. Все таки призрак прав, Нибблс смотрел на меня такими голодными глазами, будто не ел целую вечность, хотя я кормил его утром. Положив соевое мясо в миску, я хотел вернуться в кровать, но краем глаза заметил на диване новый элемент одежды, который сегодня нашел, и решил примерить. Штаны мало того, что оказались очень удобными, еще и идеально сели по фигуре, подчеркивая задницу. – Джонни? Ты тут? – я встал напротив зеркала, ожидая Сильверхенда. – Чего тебе? Я думал, ты спишь, – рокербой появился рядом, смотря на меня через отражение в зеркале. – Смотри, на мне они сидят лучше, – я крутился то одним, то другим боком перед зеркалом, привлекая его внимание, и осмотрел призрака, оценивая его внешний вид. – Они подчеркивают то, чем ты чаще пользуешься в сексе. У тебя ахуенно выделяется задница, а у меня - впечатляющий хуй. Если хочешь закадрить какого-то мужика - носи, но телку подцепить не сможешь, хотя, тебе и не надо. – Да пошел ты нахуй, – Пиздец, а я еще хотел у него спросить разрешение их носить. Стоп, что? Он сказал, что у меня ахуенная задница? Ему что, понравился вид? Джонни закурил сигарету и посмотрел на меня очень задумчивым взглядом, и я в очередной раз не смог прочитать, что за ним стояло. – Блять, ты слишком громко думаешь. Тебе бы куклу выебать, чтобы голова рулила, а не яйца, – музыкант бросил бычок в раковину и исчез. Я решил быстро принять душ и лечь спать пораньше. Да, еще только вечер, но лучше уж так, чем изводить себя лишними мыслями. Завтра очередной день заказов, в общем, мне к такому объему работы не привыкать, но из-за выкрутасов биочипа организму все таки нужно давать время на восстановление, хотя бы лишние пару часов сна. После всех процедур я вырубился едва коснувшись головой подушки.