Тихие мгновения между бурями

За иллюминаторами библиотечного вагона "Экспресса" медленно проплывали звездные скопления, их холодный свет рисовал причудливые узоры на полированных деревянных полках. В абсолютной тишине космоса только мягкое гудение двигателей и едва слышный шелест страниц нарушали покой. Дань Хэн сидел, поджав ноги, в углу кожанного дивана, его бело-зеленое пальто с нефритовыми акцентами было аккуратно развешено на спинке соседнего кресла. В обтягивающей черной водолазке, подчеркивающей стройность фигуры, с древним фолиантом в руках он выглядел удивительно... уязвимым. Дверь открылась с характерным шипением пневматики. "Опять засел в своем убежище," — голос Блейда звучал неожиданно мягко для человека, чьи слова обычно резали как катана. Дань Хэн не оторвался от книги, но его пальцы слегка сжали страницу. "Здесь лучшая подборка исторических хроник." Блейд тяжело опустился на диван, заставив мебель слегка прогнуться. Его длинные сине-рыжие волосы, обычно собранные в хвост, сейчас свободно рассыпались по плечам, отражая звездный свет. "Снова твои скучные свитки?" "Анализ тактик древних военачальников," — поправил Дань Хэн, наконец подняв глаза. Его голубые зрачки расширились, заметив необычную тень усталости на обычно напряженном лице Блейда. "Ты... выглядишь изможденным." Блейд резко закинул голову на спинку дивана, закрыв глаза. "Только ты можешь говорить мне такое и оставаться в живых." Дань Хэн заметил, как пальцы Блейда непроизвольно сжимаются в кулаки — мышечная память тела, заточенного на вечную боевую готовность. Прежде чем осознал свои действия, он уже протянул руку и накрыл своей ладонью сжатые пальцы, ощущая под тонкой кожей перчатки напряженные сухожилия. Блейд приоткрыл один алый глаз. "Это что за новый ритуал?" "Ты оставляешь вмятины на кожаном покрытии," — солгал Дань Хэн, чувствуя, как под его прикосновением железная хватка постепенно ослабевает. "Черт возьми, как же ты ужасно врешь," — пробормотал Блейд, но не отдернул руку. Тишина между ними наполнилась лишь мерным гулом корабельных систем. Дань Хэн вдруг осознал странное тепло, исходящее от этой точки соприкосновения, и как неохотно его собственные пальцы сжимались, когда Блейд слегка пошевелил рукой. Дань Хэн очнулся от неожиданного ощущения тяжести на плече. Его черные волосы растрепались, а наруч на правой руке холодно прижался к голой коже шеи. Осознание пришло мгновенно — он заснул, и его голова сейчас покоилась на плече Блейда. Он резко выпрямился, наруч звонко стукнул о металлическую фурнитуру подлокотника. "Я..." "Храпел, как перегруженный ионный двигатель," — заявил Блейд, но в его голосе отсутствовала привычная едкость. Дань Хэн автоматически потрогал красную сережку, нервно проверяя ее наличие. "Ты мог..." "Ты впервые выглядел по-настоящему расслабленным," — перебил Блейд, его обычно острый взгляд сейчас казался расфокусированным. За иллюминатором медленно проплывала туманность, ее синеватое сияние осветило их все еще сплетенные пальцы — ни один не сделал движения, чтобы разорвать этот немой контакт. На следующий день в коридорах "Экспресса" ходили шепоты — Блейд провел ночь в библиотеке. Только Дань Хэн видел, как в зеркале столовой отразилось его собственное лицо с едва заметными следами сна на щеке от складок одежды... и как Блейд, проходя мимо, намеренно замедлил шаг, их взгляды встретились на долю секунды. Ни слова не было сказано, но в углу рта Блейда дрогнул почти незаметный мускул, а Дань Хэн отвел глаза первым, неожиданно ощутив тепло в кончиках ушей. Они оба знали — среди бесконечности космоса нашлось место для этих тихих моментов, и это было важнее любых слов.