Молчание — знак беспокойства

Три финальных матча обошлись в три дня с одержанной победой команды университета "Пальметто" против "Троянцев" с разницей в два очка. Весенний чемпионат по экси являлся заключительным туром перед каникулами. Нил Джостен, капитан команды в олимпийской сборной, продержал первокурсников до окончания гудка, означающего конец тайма. — Как и всегда, замечательно играете, — Джереми Нокс остался под яркими впечатлениями после интересной и трудной игры, поэтому не мог не обменяться с Нилом крепкими дружескими рукопожатиями. Нил сильно не парился по поводу сегодняшней игры. Обе команды, что из Южной Калифорнии, что из юго-восточной части Южной Каролины, безусловно, сильные. Применить всю рабочую силу приходилось на матче против таких соперников, как "Брекенриджские Шакалы", которые, мягко сказать, недолюбливали Нила, как и Кевина Дэя. На одном из интервью Лаверетт объявила публично, что была рада, узнав, что старшекурсники, включая Кевина, наконец-то отучились и больше не возьмутся за клюшки на общей территории поля с командами разных округов... Выходя за пределы поля, Нил проводил взглядом Джереми, что хвалил рядом с собой Жана Моро за сегодняшнюю игру, пока Кэт и Лайла плелись сзади них. Кэт на фоне членов команды вела себя громче всех. Она жутко проголодалась и физически устала, поэтому предложила подруге сходить в какое-нибудь кафе, чтобы подкрепиться. Через толпу журналистов и запасных игроков команд Джостен отыскал Эндрю, всё ещё стоящего у ворот. Он лениво двигался в сторону выхода, поправляя блондинистые волосы, что попадали на глаза во время отпора атаки противника, поступающего к воротам. Нил счёл его медлительность за усталость и направился прямиком в раздевалку, ожидая, что Миньярд пойдёт за ним следом... Дома, ближе к вечеру, Джостен заметил резкие перемены в настроении голкипера. Уже как три дня от Эндрю не слышно сарказма. Готовку у плиты откладывает, ночных тренировок и вовсе избегает. Понятное дело, что измотался. Но отказаться от банки холодного пива, что поджидало его в холодильнике, который вечер, остаётся удивительным явлением. Внешне Эндрю всё чаще начал одеваться теплее по вечерам, несмотря на весеннее время года. Не исключено, что он мерзляк ещё тот. Однако в квартире не так уж и холодно, чтобы ходить в комбинезоне и в шерстяных носках. Миньярд появился на кухне ради того, чтобы принять пару глотков воды комнатной температуры. Нил уследил за временем, не припоминая приблизительно, в какое время он пообедал. А ведь сегодняшний завтрак получился скудным. Не успел он сформулировать и произнести конкретный вопрос, как Эндрю уже отставил стакан в сторону и покинул кухню. Долго находиться за общим столом перед пустой тарелкой, в которой несколько минут назад лежал его ужин, состоящий из сочного овощного салата, Джостен не собирался. Не прошло и пяти минут после ухода Миньярда за пределы кухни, а Нил уже встал из-за стола и убрал оставшуюся еду в холодильник. Войдя в спальню, он неистово взглянул на Эндрю, что находился в комнате. Он сидел на кровати, облокотившись на деревянную спинку. Выглядел как недовольный чёрный кот-ворчун, поджавший "лапки" и укрывшийся по локти двумя одеялами. Двумя. Только сейчас, на фоне белой стены, Нил заметил, какого бледного оттенка приобрела его кожа, если не сказать синюшного. — Что случилось? Почему ты такой заторможенный? Миньярд молчал, глядя в одну точку. Не получив ответа, Нил намеренно подошёл к нему, присел рядом. Эндрю даже не решался взглянуть в его сторону. Он сверлил взглядом стенку, почти что не моргая. Нил знает, как выглядит задумчивое лицо Миньярда, но сейчас в его глазах виднелась лишь усталость. А может быть, слабость? Через подсказку Джостен явно выявил причину озноба, повышающего температуру тела. — Можно? — запоздало спросил разрешения Джостен, кончики пальцев которого коснулись бледного горячего лба. Он ожидал, что Эндрю перехватит его руку, крепко сожмёт и заставит повиснуть в воздухе. Но вместо отпора Эндрю всего-навсего прикрыл глаза, чувствуя холодную чужую ладонь, накрывшую и без того пульсирующие виски. От перенапряжения на матче Миньярд игнорировал головную боль, погружаясь в игру. Спустя несколько часов боль только усилилась и дала о себе знать. — Эндрю, ты горячий. — Мне принять это за комплимент? — За повышенную температуру, — сказал Нил, подойдя к комоду, что стоял напротив шкафа. Достал оттуда ртутный градусник, сложенный в пластмассовом футляре, и начал несильно сбивать его на ходу. — Ты знаешь, что тебе плохо, и не говоришь? — Беру пример с хитрого лиса, который только и делает, что постоянно врёт. Пояснить тебе, кто это? — Твои шутки сейчас неуместны, — признался Джостен, переживая, ведь слабость Эндрю видна за километр, а сарказм без усмешки — это повод принять меры. Достав градусник через десять минут, Эндрю протянул его Нилу, не поинтересовавшись первым. Нил, всё также сидя рядом с голкипером, проверил температуру, чётко заявив: — Тридцать восемь и шесть. Джостен запоздало глянул на заболевшего игрока, краем глаза заметив, как удивился Эндрю, приподняв бровь. Он ожидал услышать температуру в районе тридцати семи с половиной, но никак не свыше. — Тебе надо жаропонижающее дать, — Нил направился на кухню, чтобы откопать в аптечке нужное лечебное средство. Не скрывая утомлённости, Эндрю принял лежачее положение, опустив голову на подушку. С несказанным облегчением он почувствовал прилив наслаждения, желание окунуться во временный сон, не забыв избавиться от лютого холода в ногах. Согреться ненадолго помогло разгорячённое дыхание, сохраняющее горячий поток воздуха в ладонях, и пара тёплых одеял. Стоило Миньярду накрыться одеялом с головой, как Нил появился на пороге комнаты с кружкой тёплой кипячёной воды. Миньярд нехотя привстал, заметно вздрагивая от поступившего прохладного воздуха снаружи. Без колебаний принял таблетку, осторожно запивая, дабы не обжечься и заодно грея замёрзшие ладони о стенки нагретого стекла. Приятное чувство тепла, будто пламя в руках. Горло слабо обожгло и одновременно прогрело. На душе стало значительно лучше, но Миньярда по-прежнему морозит и клонит в сон. — Отдохни. Я не буду мешать своим присутствием, — с этими словами Нил забрал остывшую пустую кружку, которую Эндрю отставил в сторону на прикроватной тумбочке, и закрыл за собой дверь спальной комнаты. Ему без разницы, где лечь — хоть рядом с голкипером, хоть расположиться одному в гостиной. Но раз Миньярд в столь неважном самочувствии решил вздремнуть пару часов, то Джостен не намерен его потревожить...

×××

Эндрю удалось поспать полтора часа. За это время Джостен успел покормить четвероногих пушистых котов и посовещаться с Кевином по переписке, сообщив, что не явится на сегодняшнюю ночную тренировку по обстоятельствам. 《 Тренировка отменяется. Увидимся завтра. 》 Кевин Дэй, хоть и закончил обучение в университете "Пальметто", получив высоко почётное звание "Король Экси", отпускать Нила с Эндрю от корта не собирался. С часами, днями, годами тренировки вошли в привычку. Теперь для Эндрю посещение спортивного поля поздним вечером под осведомленности тренера являлось обыкновенной легкой "разминкой", смешанной с приливом свободы и независимости. Чуть ли не каждый раз, выходя со стадиона, Нил за компанию с Эндрю поднимался на лифте на самый последний этаж, чтобы полюбоваться городом с высоты многоэтажного дома. Фонари в позднее время суток освещали дорогу, прокладывая дальний путь с разных точек местности. Красивый вид. Свежий воздух. Тишина. Спокойствие. Сигаретный дым. Ничего лучше не найдёшь. Джостен зажигал зажигалку, всматриваясь в слабый огонёк, пропитанный воспоминаниями, пока Миньярд прикуривал первую сигарету, сбросив слабым движением руки комочек пепла. Поднося незажжённую сигарету к огоньку, Джостен вдыхал поступившийся запах сигаретного дыма, зная наперёд, что не сделает ни одной затяжки. Не часто Нил позволял себе курить. Другое дело, когда процесс догорания окурка приносил моральное удовольствие вперемешку с заглушившиеся болью внутри. Резкие перемены с сигаретами переходили на запоминающиеся поцелуи на фоне ночного неба. Тихие. Непрерывистые. Долгие. Нежные. Манящие... В первый же день, когда Нил занял место капитана команды в сборной по экси, чувства Миньярда к тому самому "бегунку" усилились. А желание Нила — дождаться окончания дня — с каждым днём всё сбивало с толку.

×××

Нил украдкой заглянул в комнату проверить состояние Миньярда. Дверь открылась с приглушенным скрипом, но этого было достаточно, чтобы Эндрю сквозь сон почувствовал рядом с собой чьё-то присутствие и моментально обратил внимание на исходящий звук. Эндрю выглядел чуть лучше: глаза кофейного оттенка больше не выражали слабость, напротив, проявляли интерес в сочетании со скептической ухмылкой. Джостена обрадовала его реакция на своё появление. Значит, идёт на выздоровление. — Выспался? — поинтересовался Нил, ожидая очередной сарказм в свой адрес. Взгляд Миньярда прикован к его рукам. В одной руке Нил нёс очередную налитую кружку горячего травяного чая, а во второй держал небольшое ведёрко со сладким йогуртом, который так любит Эндрю. В любой свободный от тренировок и матчей день, и не только в праздничный, Миньярд любил себя побаловать какой-нибудь сладостью. Проверив на ощупь температуру тела и убедившись, что она спала в пределах нормы, Нил принял сидячее положение, придвинувшись ближе к голкиперу. — Не подходи ко мне близко. Или хочешь составить мне компанию с повышенной температурой и лихорадкой? — пробубнил Эндрю, принимая из рук в руки успокаивающий напиток. Затем сделал глоток, отводя взгляд в противоположную сторону от Джостена. Возможно, Миньярд на данный момент не хотел передать инфекцию воздушно-капельным путём Нилу, поэтому всячески отворачивался. За прожитый вместе год Эндрю сбился со счёта, сколько раз подсекал бегунка в полумёртвом состоянии по вечерам, борясь часами с его высокой температурой. Не хватало ещё заразить капитана команды. — Думаешь, меня испугает простуда? С тобой я готов и поболеть неделю, — фыркнул Нил, набрав ложку йогурта с кусочками фруктов и поднеся ко рту сладкоежки. — Прекрати, — отвернулся Миньярд от ложки йогурта, нахмурив брови. Не маленький всё же, чтобы с ложечки кормили. На сопротивление спокойное лицо капитана команды резко изменилось на обиженное. — Эндрю, поешь хоть что-нибудь. Прошло больше пяти часов. Прими хоть какую-нибудь пищу, — вместо запретного слова, "пожалуйста" выкрутился Нил, тем самым показав Миньярду, насколько сильно переживает за его самочувствие. — Тогда ешь сам. Не долго думая, парень нашёл выход куда проще, нежели мучить пустыми уговорами. — Ну же, капает! — соврал Нил, на что Эндрю закатил глаза, но ложку принял в рот. Таким образом, постепенно Нилу удалось опустошить небольшое ведерко йогурта, позаботившись о "здоровом" питании Миньярда. Через полчаса Нил снова попросил померить температуру, подавая голкиперу градусник. Жаропонижающее лекарство подействовало, а часовой сон улучшил внутреннее настроение Миньярда. — Позволь побыть рядом с тобой, — сказал Нил, заняв свою половину кровати. — Можно мне обнять тебя? — Да. Голова Эндрю устроилась на плече Джостена в лежачем положении, пока тот ласково приобнял игрока. Скинув в сторону одно из двух тяжёлых одеял ногами, Миньярд позже осознал для себя, что мерзкий холод прошёл. Стало приятно и комфортно. Миньярд пригласил к себе под одеяло Джостена, после чего обнаружил незваного гостя в ногах. Из-за единственного источника света в комнате появился Король Пушистикус, забравшийся на кровать хозяев. Пушистый комок шерсти, лениво похлопав глазками, свернулся калачиком на уголке тёплого одеяла. Следующий комок шерсти — Сэр Толстикус МакКэтэрсон — соизволил явиться с мягкой игрушкой, мышкой, с которой так любил играться на полу. Понаблюдав за развлекающимся котом, который в процессе игры кусал, подбрасывал и крутился вместе с игрушкой, Эндрю, убрав кружку с остатками чая, сам, как беззащитный котенок, закрыл глазки. — Тебе легче? — сквозь мимолетную тишину прошептал Нил, который всё это время наблюдал за погрузившимся в мысли Эндрю на своём плече. — Слишком много вопросов, Джостен. Лучше я тебя спрошу: да или нет? — Да, — без сомнений ответил Нил, заработав нежный поцелуй в щеку от Миньярда за проявленную заботу к заболевшему.