Оле-Лукойе (режиссёрская версия)

Просторная приёмная деканата украшала плафон с люминисцентными светильниками, многочисленные полки с древними канцеляриями и памятными грамотами. Рабочий стол декана Дмитрия Алексеевича был утоплен в гору документов и бумажных файлов, однако выражение лица сохраняло спокойствие и достоинство руководителя. Дмитрий Алексеевич, грузный мужчина среднего возраста с коротко остриженным ежиком волос, внимательно изучал личное дело Виктории Сергеевны, сидящей напротив стола. Молодая преподавательница выглядела собранной, одета в строгий костюм. Перед ней лежал протокол заседания педагогического совета. — Итак, Виктория Сергеевна, — начал Дмитрий Алексеевич официальным тоном, касаясь листа документа ручкой. — Судя по вашему послужному списку, вы зарекомендовали себя хорошим специалистом и перспективным сотрудником. В связи с увольнением куратора группы 635-с Павла Владимировича, мы приняли решение назначить вас исполняющей обязанности куратора данной группы. Вика невольно напряглась, приложив руку к шее: — Дмитрий Алексеевич, я понимаю Вашу позицию, но прошу учесть мою загруженность и научно-исследовательскую деятельность. Возможно, есть другие кандидаты? Декан вздохнул, потянувшись за стаканом минеральной воды: — Дело в том, что выбор кандидатов ограничен. Остальные преподаватели заняты собственной деятельностью, а нагрузка на кафедрах велика. Ваша кандидатура представляется оптимальной, учитывая ваше знание предмета и способность организовать работу студентов. — Но ведь группа сложная, — возражала Вика, нахмурив брови. — Много отчисленных, низкая успеваемость, конфликты между студентами. Дмитрий Алексеевич пожал плечами: — Это обстоятельство учитывалось нами заранее. Работа куратора подразумевает ответственность, инициативу и терпение. Учитывая вашу энергию и стремление развиваться профессионально, мы уверены, что вы сможете справиться с возложенными задачами. Молодая преподавательница вскинула голову, сделав усилие, чтобы скрыть внутреннее беспокойство и раздражение, кинув "ясно, спасибо, до свидания", она вышла из кабинета. Группа разместилась в полупустой аудитории, освещённой мутным октябрьским солнцем, прорывающимся сквозь небольшие форточки под потолком. На столе у Вики лежали распечатки тестов, маркер и коробка маркеров. Высокая фигура преподавательницы чётко очерчивалась на фоне большого портрета великого математика Пуанкаре, свисающего с противоположной стены. Студенты, увидев Вику, торопливо заняли свои места, в аудитория появились отдельные восклицания и шёпоты. Вика провела взглядом по лицам учащихся, отметив неодобрение некоторых парней и заинтересованность нескольких девушек. — Студенты, — начала она ровным голосом, чуть улыбаясь, — я рада сообщить вам важную новость. Как вы знаете, Павел Владимирович уволился, так что теперь я буду вашей новой кураторшей. Несколько мгновений прошло в полной тишине, затем послышались тихие комментарии: — А Павлик куда делся? — Ну слава Богу! — Будет контролировать посещаемость? Вика подождала, пока стихнут разговоры, затем продолжила: — За вами бегать я не буду, контролировать посещаемость тоже — ни вам, ни мне оно не надо. Её слова вызвали одобрительные реакции среди студентов, однако вскоре обстановка изменилась. Минуты спустя в аудиторию стремительно ворвалась запыхавшаяся студентка — девушка с ярким синим цветом волос и множеством украшений. Лицо её покраснело от быстрого шага, дыхание учащено. — Простите, пожалуйста, опоздала! — выпалила она, тяжело дыша. — Кошка одежду порвала, автобус без меня уехал, будильник не сработал. Запах сигарет проник в аудиторию вслед за девушкой. Вика подняла бровь, но сохранила спокойствие: — Для опоздавших повторяю, теперь я Ваша новая кураторша. Студентка поспешно кивнула, приняв укоризненный взгляд преподавателя: — Поняла, простите за опоздание. Снова установилась рабочая атмосфера, студенты раскрыли тетради и приготовились записывать лекцию.

***

Вика, с чашкой кофе в руках, зашла в учительскую, надеясь на минуту тишины перед началом уроков. Но её внимание сразу привлек Коля, который, заметив её, резко закрыл шкаф и повернулся к ней. — Привет, Вика! — сказал он, стараясь выглядеть непринужденно, но в его глазах читалась паника. Вика прищурилась, заметив, как он прячет какие-то документы. Это показалось ей странным, но она не стала задавать вопросов. У неё были более важные дела. — Здравствуйте, Коля. Вы не представляете, что со мной произошло! Меня назначили кураторшей, так еще и курса дебилов! Это не студенты, а класс коррекции какой-то, — выпалила она, не скрывая своего раздражения. Коля, казалось, был немного удивлён, но быстро собрался. — Это не та группа, где учится Лиза Белоусова? — спросил он, поднимая брови. Вика на мгновение задумалась, не сразу понимая, о ком он говорит. Она еще не успела запомнить многих студентов на своих парах математики. — Понятия не имею, я о такой не слышала. Видимо, на вышмат если и ходит, то сидит тихо, — ответила Вика, всё ещё не придавая этому значения. Коля, словно забыв о том, что говорит, добавил: — За Лизой бы хорошо следить, она может натворить дел. Вика почувствовала, как внутри неё что-то ёкнуло. Она не могла понять, почему Коля так заинтересован в Лизе. Но сейчас это было неважно. Её больше волновало то, как справиться с новым назначением и как заставить своих студентов учиться. — Да уж, — вздохнула Вика, опуская взгляд на свою чашку с кофе. — Я даже не знаю, с чего начать. Эти ребята, кажется, только и ждут, чтобы устроить очередной хаос. Коля очнулся, осознав, что опять сказал больше, чем требовалось: — Ребята? Да... 635-с сложная группа, но зато ты точно с ними не соскучишься. Она кивнула, но в глубине души чувствовала, что это будет настоящим испытанием. Вика всегда считала себя хорошим педагогом, но в последнее время её уверенность пошатнулась. Каждый новый класс приносил с собой новые вызовы, и этот курс, похоже, был особенно сложным. — Надеюсь, ты прав, — произнесла она, поднимая глаза на Колю. — Но я же вообще не понимаю, как быть кураторшей. Коля, казалось, задумался, а затем, словно вспомнив что-то важное, сказал: — Может, стоит поговорить с другими учителями? У них тоже есть опыт работы с трудными группами. Спросите у Полины, она точно Вам поможет. Вика кивнула, но её мысли всё ещё возвращались к Лизе. Почему Коля так настойчиво говорил о ней? Она вспомнила, как Лиза однажды пришла на урок с явными признаками усталости, а её поведение всегда вызывало вопросы. Вика вспомнила, как Лиза часто пропускала занятия, а когда приходила, то выглядела так, будто её что-то сильно беспокоит. «Может, у неё проблемы дома?» — мелькнула мысль. Вика всегда старалась быть внимательной к своим ученикам, но в последнее время ей не хватало времени, чтобы разобраться в каждом из них. Она понимала, что за каждым трудным поведением может скрываться своя история, но сейчас её собственные заботы и страхи затмевали всё остальное. — Да, поговорить с другими учителями — хорошая идея, — произнесла она, стараясь вернуть себя к реальности. — Но, честно говоря, я не уверена, что кто-то сможет помочь. Каждый из нас сталкивается с трудностями, и, похоже, у нас у всех свои проблемы. Коля кивнул, но его взгляд снова скользнул к шкафу, который он только что закрыл. Вика заметила это и почувствовала, как её любопытство растёт. Что же он там прятал? Но она решила не задавать вопросов. Ей не хотелось отвлекаться от своих собственных забот. — Ладно, — сказала она, стараясь отвлечься от своих мыслей. — Надо собраться и подготовиться к уроку.

***

Следующим утром, собираясь идти в институт, Вика надела простую одежду: джинсы, футболку и куртку. Набрав телефон Полины, она спросила совета относительно кураторства и групповых мероприятий. Брюханова сообщила о том, что, как она помнит, курс 635-с все еще не сдал темы курсовых, правда сделала она это не сразу – спросонья девушка подумала, что ей звонят мошенники, но спросив об этом напрямую, Полина убедилась в своей неправоте. Небольшой провинциальный город медленно просыпался ранним утром. Узкие улочки сонно ждали первых лучей солнца, а редкие пешеходы спешили по своим делам. Виктория Сергеевна быстрым шагом двигалась по направлению к корпусу университета, её сердцебиение учащалось с каждым метром дороги. Времени оставалось в обрез — начинается важная пара, и нельзя допустить опоздания. Прямо посреди перехода, Виктория заметила знакомую фигуру — девушка с яркими синими волосами и сигаретой в зубах быстро приближалась, явно мечтая оказаться в нужном месте вовремя. Сердце преподавателя дрогнуло: узнаваемый профиль, черты лица и капризный взгляд свидетельствовали о принадлежности студентки к группе, известной частыми прогулами и плохими отметками. Внутри у Вики возникла волна раздражения. Очередное опоздание этой девушки вызвало желание высказать ей всё, что накопилось. — Опять опаздываете? — процедила Виктория, останавливаясь и скрещивая руки на груди. — Простите, Виктория Сергеевна, — пролепетала девушка, ловя ртом воздух, смешанный с сигаретным дымом, после стремительной прогулки. — Проблемы со сном. — Обычная отговорка, — жёстко отрезала преподавательница, пытаясь сохранить выдержку. — Могли бы планировать время более грамотно, следить за расписанием. — Больше не повторится, — пообещала студентка, опуская взгляд в землю. Продолжая движение к аудитории, Вика постаралась смягчить тон, перейдя на более нейтральный уровень общения: — В следующий раз, пожалуйста, не опаздывайте. Или хотя бы бегите быстрее меня. Вас вообще как зовут? — Лиза Белоусова, — оживилась Лиза, улучив возможность поговорить. — И я правда пыталась сегодня проснуться вовремя. Недовольство постепенно испарялось, уступая место доброжелательности. — Мне, кажется, придется скоро начать приходить к Вам по утрам домой и будить Вас, — посмеялась Вика, на что Лиза смутилась. — Идите, пожалуйста, вперед, пока Дмитрий Алексеевич Вас не увидел, уже 20 минут пары прогуляли.

***

Коридор университета казался пустым и гулким. Последний солнечный луч, пробившийся сквозь высокое окно, тонул в полумраке, высвечивая облака пыли, медленно плясавшие в воздухе. Колокольчики звонков давно умолкли, классы опустели, шаги по линолеуму звучали глухо и тревожно. Полина и Коля шли рядом, обмениваясь взглядами и мимолетными улыбками. Между ними сохранялась легкая неловкость, рожденная годами официальных контактов и редкостью неофициальных бесед. Дойдя до поворота, они столкнулись с огромным плакатом, закрепленным на гладкой стене. Огромный белый лист, на котором красовались слова: «Что если сказка — это не вымысел?» Полина инстинктивно замедлила шаг, напрягаясь всем телом. Коля побледнел, избегая прямого взгляда на плакат. Оба преподавателя понимали значение надписи, но предпочитали молчать, сохраняя маску спокойствия и равнодушия. Полина первой нарушила тишину: — Знаешь, Коля, порадовала графика, но содержание странное. Наверное, это какая-то акция активистов «Оле-Лукойе»? Коля нервно покашлял, трогая ворот рубашки: — Возможно, Полина. Давно слежу за действиями этой группы, но никогда не думал столкнуться с их творчеством так близко.

***

Вика умирала. Нет, не от какой-то там экзотической болезни или в результате трагического стечения обстоятельств. Вика умирала от вторника. И от среды. И, конечно же, от четверга, который маячил на горизонте, как безрадостный маяк тоски. Каждый день был точной копией предыдущего, будто кто-то невнимательно использовал функцию "копировать-вставить" в ее жизни. Подъем – кофе – работа – кофе – работа – ужин – сериал – сон – и снова здравствуйте, вторник! Вика чувствовала себя белкой в бесконечно огромном, корпоративном колесе. Вика подозревала, что где-то там, в параллельной вселенной, существовала другая версия ее, которая прямо сейчас покоряла Эверест или писала гениальный роман. А ее Вика здесь, в этой реальности, варит уже третий кофе и мысленно составляет петицию против вторников. Прибыв в аудиторию, Вика нашла всех учеников уже собравшимися. Среди них выделялась одна студентка — Лиза. Девушка, одетая в чёрную толстовку с капюшоном, отчего казалось, что её фигура растворяется в тени. Перед началом занятия Вика попыталась наладить контакт с классом, предложив студентам поделиться проблемами и пожеланиями. Несколько человек высказались робко, жалуясь на сложности учёбы и необходимость зарабатывать деньги параллельно с учёбой. Один парень заявил откровенно: — Учиться тяжело, особенно после ночной смены на заводе. Усталый приходишь, голова болит, думать невозможно. Вика ответила ему с пониманием, но вспомнив о курсовых работах, она предложила студентам выбрать тему сейчас, чтобы не пропустить потом все дедлайны. Группа восприняла предложение сдержанно, но незнакомый высокий студент с карэ вдруг встал и заявил: — Можно я сам выберу тему? Хочу заняться чем-то связанным с музыкой и психологией. Вика удивлённо посмотрела на него: — Да ради Бога, Ярослав, только скажите мне, как конкретно это связано с Вашей специальностью лингвиста?