Флаер на два свидания

· · • • • ✤ • • • · ·

Тэхён просыпается от лёгких выдохов в ушную раковину. «Это щекотно» — первая мысль. Но стоит повернуть голову к источнику выдохов… и на лице тут же появляется лёгкая улыбка. Из-за шторы выглядывает солнечный луч — он словно проверяет, всё ли у них хорошо, и практически подмигивает, показывая, что утро давно идёт. Тэхён прикрывает глаза, чтобы ещё раз всё прочувствовать… — Ты так замёрзнешь, — говорит он, касаясь рук Чонгука. — А вот ты уже замёрз, — улыбаясь, отвечает он. — Даже подбородок чуть подрагивает. И ведь не говорить же, что причина не в холоде, а в том, что всё слишком «по-настоящему». Поэтому Тэхён не спорит, когда его ведут на выход из парка. Им приходится бежать, потому что дождь не останавливается, а гром лишь подгоняет их. — Я могу вызвать такси, если ты не против, — говорит Тэхён, выглядывая из подъезда. — Дома будет безопаснее, чем прятаться в подъезде. Рука Чонгука ложится на его плечо, и Ким поворачивается. — Я живу на третьем этаже, — говорит Чон тихо, а потом целует снова. И Тэхён тихо смеётся, потому что это воспоминание слишком тепло растекается внутри. Он разглядывает омегу, лежащего рядом. «Чонгук» — аккуратно тянется рукой, чтобы поправить прядь волос, спадающую на глаза. У Чонгука немного надуты губы, но это лишь делает его ещё более милым. Он сложил руки ладонями друг на друга и подложил их под голову. «Как в детстве» — Тэхён вспоминает, как родители учили его так спать, рассказывая, что так удобнее всего, но он всё равно всё делает по-своему. Он снова закрывает глаза. Как часто людям хочется попробовать какой-нибудь киношный приём? Тэхён очень хотел однажды так сделать, поэтому вчера поднимался по лестнице, придерживаясь и за перила, и за стену время от времени. Потому что идти с Чонгуком, который практически висит на нём, при этом ещё и целуясь, довольно непросто. Но три этажа в какой-то момент были пройдены, а затем последовал код от двери и щелчок входной ручки. Влажная одежда липнет к телу, но им больше не холодно. Тела встречают касания рук так, как встречают любимых после долгого отсутствия. — Идём в душ, — и Тэхён замечает лёгкий румянец, улыбаясь и снова целуя. Он снова открывает глаза, проводит кончиками пальцев по щеке. — Я скоро, — шёпотом, чтобы не нарушить сон Чонгука, а потом целует в плечо и уходит в ванную. И Чонгук уже слышит, но всё ещё делает вид, будто спит. Он всегда хотел почувствовать такую заботу. Такую, которая возникает тогда, когда никто не видит… никто не смотрит… никто не оценивает. И сейчас он держится изо всех сил, чтобы не вскочить с кровати. Входная дверь закрывается через несколько минут, и Чонгук распахивает глаза, потягиваясь. Он проводит рукой по противоположной стороне кровати, ощущая тепло… вдыхает полной грудью, пытаясь ухватить как можно больше, чтобы утонуть в этом сплетении их ароматов. Небольшой букет из гипсофилы стоит на столе, будто говоря: «Это правда». И Чонгук улыбается. «Душ» — и он сам себе кивает, а потом встаёт с кровати. Он идёт в сторону ванной комнаты, касаясь стен и задерживаясь в этих касаниях на миллисекунды… покусывает губы, прикрывает веки. Эта квартира уже была свидетельницей многого, но сейчас… больше не стыдно за свои решения… за свои чувства. Чонгук заходит в ванную, тут же натыкаясь на собственное смущение. Вода… но уже не для того, чтобы стереть… чтобы напомнить. Горячий душ обжигает, но недостаточно, чтобы им можно было заменить касание. Чонгук проводит руками по собственному телу, прикрывая веки… вспоминая… Он первым касается. Тэхён больше не ждёт, не провоцирует… доверяет. Одежда оказывается на полу, а они — в душе… Поцелуи кажутся каплями, потому что ощущаются на каждом участке тела, выдохи кажутся единственным воздухом, который необходим. Никто ничего больше не спрашивает — они лишь касаются… так, как давно хотелось. Так, будто это больше не может ранить. Чонгук касается лбом стены и прикусывает губу. Он понимает, что если будет крутить эти воспоминания и дальше, то десятью минутами душ не ограничится. Он выходит из душа, сразу же укутывая себя в простые домашние штаны и футболку. Чонгук нажимает на дверную ручку и уже слышит, как закрывается входная дверь. Выключатель. Пара шагов. — Доброе утро, — Чонгук появляется в коридоре. — А… ммм… — Тэхён волнуется. — Я не очень знаю, как это делается, — он будто запинается в собственных словах. — Б-будешь моей парой? — и это даётся сложнее, чем ему казалось в собственных мыслях. — Пожалуйста, — и он протягивает крафтовый пакет из кондитерской. Чонгук подходит ближе, впервые встречая во взгляде напротив неуверенность. Он принимает пакет, сразу заглядывая внутрь и улыбаясь. «Кексы с цукатами» — пролетает в голове. «Мои любимые». Он ставит пакет на комод и делает ещё один шаг к Тэхёну, который совершенно не двигается. — Я уже твой… — говорит тихо, будто рассказывает секрет. — С момента моего рождения. Резкий поцелуй. Тэхён пытается спрятать свои эмоции в поцелуе, сказать больше, чем можно сказать словами. А потом прерывает поцелуй, касаясь щеки Чонгука. Глаза в глаза. Вдох. — Спасибо, — очень тихо, чтобы не спугнуть момент. Тот самый флаер на два свидания так и остался лежать на полу в прихожей...

· · • • • ✤ • • • · ·