То, чего он не знал

Раздевалка полицейского участка гудела, как улей. Слишком много кофе, слишком мало сна, слишком много дел. Огун вытаскивал из шкафчика форму, Фандрал прислонился к металлическому шкафу, уставившись в экран телефона, а Вольштагг чесал подбородок — Говорю вам, — сказал Огун, застегивая куртку, — двойня. Обе девчонки. Им уже по года два будет. Сиф настоящая героиня. — Ха, она всегда была такой, — ухмыльнулся Фандрал. — И правильно сделала, что переехала в Огайо. Подальше от Тора… От этой муки. Любила его без ответа, а он — слепой. — Сиф… любила меня? — раздался за спинами глухой голос. Тишина рухнула на раздевалку, как выстрел. Все трое обернулись. У входа стоял Тор, в форме, с растрепанными волосами и растерянными глазами. — Ты… Ты подслушал? — пробормотал Фандрал, виновато опуская взгляд. — Почему мне никто не сказал? — голос Тора дрожал от непонимания и обиды. — Кто еще знал? — Все, — буркнул Вольштагг. — Весь участок знал. Даже Локи. Он как-то раз… — Локи знал?! — Тор шагнул вперед. — А мне не сказали? Ни слова? Фандрал пожал плечами: — У тебя была Джейн. Ты был счастлив… или выглядел счастливым. Не наше было дело мешать. — А отец? — Тор перевел дыхание. — Отец тоже знал? — И капитан Один, — ответил Огун. — Он знает всё. Он же не просто начальник — он всё видит. Тор не стал отвечать. Резко развернулся и вышел. Шаги гремели по коридору, пока он не остановился перед кабинетом с табличкой: "Капитан Один Бьёрнсон". Постучал — не дожидаясь ответа, распахнул дверь. Капитан поднял взгляд от бумаг. Усталый, седой, с прямой спиной и железным голосом. — Ты знал, — сказал Тор. — Ты знал, что Сиф любила меня. — Да, — спокойно ответил Один. — И? — Почему ты не сказал? — Потому что у тебя есть Джейн. Потому что у тебя есть сын. Потому что Сиф — сильная, она сама приняла решение. Она ушла, чтобы не разрушать твою жизнь. А ты даже не заметил. Тор сжал кулаки. — Это не честно. Я должен был знать. — Ты хочешь знать правду? — Один поднялся. — Тогда вот она: ты слишком долго был занят собой, Тор. Все думали, что ты счастлив. Может, Сиф и надеялась, что ты посмотришь на неё. Но ты не смотрел. И она ушла. А теперь у тебя есть семья. И займись ей. Не прошлым. Тишина. Тор стоял, стиснув челюсть. А потом… кивнул. Медленно. С горечью. — Понял, капитан. Он развернулся и ушел, оставив за собой только едва заметное эхо шагов и слишком позднее понимание.

***

Дублин. Огайо. Снег медленно падал на тротуар. Тор сидел в машине, припаркованной через дорогу от парка. Руки на руле, взгляд — на детскую площадку. Сиф стояла у качелей, укутанная в тёплое пальто, с пушистой шапкой, слегка сползшей на глаза. Две крошечные девочки смеялись, цепляясь за качели. Одна упала — Сиф наклонилась, подняла её, прижала к себе, поцеловала в макушку. Тор смотрел, как в замедленном кино. Он вспомнил, как когда-то смеялся рядом с ней в тренировочном зале, как они прикрывали друг друга на патрулировании. Как однажды, на крыше, она оттолкнула его в сторону и стрела из арбалета вонзилась в стену, где секунду назад была его грудь. Он никогда не думал… не замечал. Сиф была рядом, всегда — как напарник, как друг. Никогда не больше. У него была Джейн. Есть Джейн. И сын, которого он учит бросать мяч и читать полицейские протоколы. Они счастливы. Они настоящие. Он посмотрел на Сиф. Она рассмеялась, когда одна из девочек принялась крутиться на месте и упала прямо в снег. Он впервые увидел в её лице лёгкость — ту, которой раньше не было. Не ту, с ним. Она счастлива. Старые раны... не стоит их тревожить. Особенно, если они уже зажили. Тор вздохнул — тяжело, глубоко, как будто отпуская что-то внутри. Повернул ключ зажигания. Машина тронулась с места, медленно выехала из переулка и растворилась среди улиц.