Солнце шиппер венкури

Солнечная система с недавних пор до жути пуста. Неважно, куда и почему пропали планеты, важно было только то, что остались лишь двое. И, казалось бы, что могло быть хуже? Ну...

—Нет! Солнце, ни за что! —раздался тонкий, немного писклявый голос меньшей планеты. —Я согласен с Меркурием, Солнце, что за чëрт?! —вслед за ним слышится более грубый, рычащий и явно недовольный тон. Венера и Меркурий там стояли, совершенно не понимая, чем они должны были не угодить судьбе, чтобы в итоге оказаться здесь. Солнце лишь непонимающе, но всë таки настойчиво качает головой. —Как вы не понимаете? С недавних пор вы планета и спутник. Но я устал наблюдать, как вы постоянно спорите! —Солнце показательно хмурится. —Вам, мои ненаглядные, нужно любить друг-друга, быть друзьями. В ином случае, как вы собираетесь провести вечность вместе, питая ненависть, хмм?? —И это единственная причина, по которой ты заставляешь нас делать эту мерзость?! —Венера морщился. Он не ощущал никакого энтузиазма. Меркурий не хотел соглашаться с Венерой вслух, однако мысленно отметил себе, что кардинально не согласен со своим Светилом. —Солнце, понимаешь ли, мы сейчас серьёзны. У тебя правда очень странные понятия о дружбе и еë проявлении... —неловко мешкается Меркурий, всë ещё питая надежду на рациональность Солнца. Но, как говорится, надежда умирает последней. То есть, всякая "рациональность" исчезла ещё давно, и теперь пришла очередь надежды. Солнце, строго прищурившись, громко восклицает: —Нет! Я сказал, целуйтесь! —лица двух планет.. Точнее, теперь уж планеты и еë спутника, побледнели от ужаса, услышав это слово вновь. —Я стараюсь для вас, так что будьте послушными! Я не хочу больше никаких споров и ненависти в моей Солнечной системе 2.0! —Но... —Целуйтесь! Неважно как, просто сделайте это! Меркурий испуганно переводит взгляд на не менее испуганного и, может быть, смущённого Венеру, который в этот момент с недоверием и мольбой смотрел на Солнце. И всë таки звезда не проявила жалости, упрямо глядя на них со всей своей немалой строгостью в глазах. Меньшая планета —то есть, спутник— мог поклясться, что видел, как Венера смиренно вздохнул. Подождите-ка, что? Смиренно вздохнул? Не успевает Меркурий что-либо сказать, как Венера на автопилоте поворачивается к нему. Честно говоря, спутник хотел, чтобы планета умела читать по глазам - настолько он не хотел этим заниматься, как минимум, под пристальным взглядом Солнца. Увы, Венера плохо понимает такие тонкие намёки, да и не то чтобы они могли избежать всей ситуации. Тогда Венера принялся делать то, что им буквально приказали. Он хватает другого за плечи, сдерживая порыв инстинктивно сморщиться ещё раз, после чего наклоняется к меньшей фигуре и оставляет быстрый, невесомый, лëгкий как пëрышко поцелуй в щëку. Он настолько незначительный, что Меркурий даже не сразу понимает, что произошло, не говоря уже о ощущениях. Им определённо после этого стоит принять душ семь раз, но это был, чëрт бы его побрал, космос. Высокая планета отстраняется от красного лица Меркурия так быстро, как только может, чтобы с раздражением смотреть на уже улыбающееся лицо звезды. О, ура, они сделали это. Как мило, угу. —Вот и славненько! Вы можете быть хорошими планетой и спутником, если захотите, -радостно пропело Солнце, раз хлопнув в ладоши. Никто из присутствующих, кроме него самого, не был рад. —Я уверен, всë не так плохо, как вы могли подумать сейчас. А теперь прошу прощения, но мне нужно погрузиться в свои светлые мысли, если вы понимаете, о чëм я! И не без этого странного каламбура, конечно же. Наконец, они остаются наедине друг с другом. Тишина висит настолько тяжёлая, что могла бы раздавить их за долю секунды, стоит кому-нибудь посмотреть на другого. Оно и ясно - не каждый же день ты получаешь поцелуи от своего мучителя. Никто не уверен, что чувствовать по этому поводу. Меркурий думает, как он, наверное, будет потом смотреть в глаза Венере. Ему стыдно признаваться, но он снова ощутил тоску по тому времени, когда они были более похожими на друзей, чем сейчас. Может быть, случись подобная ситуация тогда, то никто бы не чувствовал такую ужасную неловкость. Тогда было бы больше шансов на... На что? Чего хотел Меркурий? Обнимать Венеру, гладить его волосы и успокаивать, не получая грубое слово в ответ? Меркурий бы хотел быть ближе. Вот и всë. Венера в растерянности. Он, на самом деле, плохо распробовал тот момент, когда он прикасался своими губами к чужому лицу. Не то чтобы он хотел это повторять и признавать, что питает слабость к этой мысли, и всë же... О, это глупо. Венера хотел убедиться, что Меркурий даже здесь будет никудышным. Ничего более. Это должно было остаться простой мыслью в его голове, но, опять же, всякая рациональность исчезла ещё очень давно. —...Я думаю, нам стоит попробовать наладить отношения, -подобно грому среди ясного неба звучит голос Венеры. Он чувствовал, как рот Меркурия открывается в шоке, даже не смотря на него. Но намёк был понят.

—Я думаю... Я думаю, можно, -тихо соглашается Меркурий, сам не веря своим словам.