Глупый, чего ты боишься?

– Ну, чего ты? Ещё давай. – принуждал тот, питая свои внутренние эмоции слезами мальчика. Вид солёных струек на щеках мальчишки и ручей крови из раны нереально возбуждали его. Ему нравилось держать ситуацию под своим контролем. Нравилось приказывать, быть в главной позиции. Проучать. В ответ на это, паренёк лишь отрицательно замотал головой, судорожно хватаясь за плитку под собой. Слёзы капали на чистую, клетчатую рубашку, которую мама постирала как раз перед выходом из дома. Мальцев понимал. Домой он живым не вернётся. Его убьют, не дав возможности даже предупредить родителей о своей скорой смерти. Ему хотелось убежать. Спрятаться, скрыться от насильника. Он даже не мог поверить в то, что делает это под давлением своего старого друга. Добродушного дяденьки, который только примерял маску хорошего человека. Он вовсе не человек. Он бессердечный монстр. Голем, состоящий только из наружной, твёрдой оболочки. Бездушный. Не способный на сострадание и сожаление. Единственные его возможности – убивать и доставлять людям боль. Мир мальчика рухнул. Он понял, что его всё это время обманывали. Надуривали, водили за нос как слепого котёнка. Создавали иллюзию хорошего мира. А когда детская версия жизни сломалась, перед Игорем открылась страшная, горькая правда. Он отказывался верить в настоящее. Он искренне надеялся, что это всё лишь страшный сон. Вот, сейчас он вот-вот проснётся, протрёт глаза, и выйдет к вечно общающимся между собой родителям. И всё будет как прежде. Иллюзионно. Радужно. Не как сейчас. Парниша очнулся от своих мыслей, вернувшись в ужасающую реальность только тогда, когда его хлопнули по щеке так, что мягкая оболочка начала гореть. Ладонь мужчины обожгла кожу как пламя, всё таки разбудив мальчика. Сергей хихикнул и схватил лезвие, сжав его между двумя пальцами за кончик, приговаривая:... – Не хочешь сам, значит это сделаю я. Нечего сидеть без дела, скажи? – наигранно дружелюбно, но с лёгкими нотками грубости произнёс тот, обхватывая другой ладонью кисть мальчишки и поднося рядом с кровоточащей раной лезвие. Мальчик знал, сейчас будет больно. Очень больно. Головкин мягко вонзил лезвие в нежную кожу, вновь пуская кровь. Игорь запищал и вновь захныкал, пытаясь отодвинуться от мучителя. – Да ну, ты же сам это делал. Буквально только что. Что за реакция, ну? Сергей резко дёрнул лезвие дальше, едва касаясь вены. Кожа сильно рассеклась, открывая вид на противно выглядящее мясо, пропитанное алой, густой жидкостью. От вида собственной плоти у мальчика скрутило живот, и его вырвало прямо на пол. Он захлёбывался в собственной рвоте, после каждого порыва жадно глотая ртом воздух. В нос ударил противный запах блевоты, смешавшийся с металлическим запахом крови. От этого столь органического запаха Игоря вывернуло ещё раз. Он дрожал, из носа текли сопли, а слёзы смешивались с желтоватой субстанцией на полу. Как только рвотный фонтан утихомирился, Сергей схватил мальчугана за воротник и развернул к себе лицом. В уголках рта мальчика остатки рвоты, на щеках слёзы и размазанные сопли. Довольно непривлекательная картина, но Головкину это нравилось. Он сам был отвратным, из-за чего не был воспринят обществом. Осуждать людей за свой же недуг – удел слабака. А разве Головкин слабак? Нет. Удав считал, что он достоин гораздо лучшей участи. Но и сейчас у него было не самое плохое положение. Работа на конезаводе приносила небольшую прибыль, но её было достаточно для оплаты жилья и еды.Тем более, Сергею платят больше, чем другим сотрудникам. Головкин работал лучше всех, но, почему то, до сих пор оставался на своём месте малого работника конезавода. Он, конечно, не раз намекал начальнику о повышении должности , но ему отказывали. Несправедливо отказывали. Он достоин большего. Он достоин быть лучше. Он должен быть лучше. Не смотря на упрёки матери и отца, не смотря на диагноз врачей и подозрения в слабоумии. Не смотря на все недуги, он должен быть лучше. По крайней мере, он вынужден только стремиться к этому. Но, пока, его ждёт только пиздевка с какими то подростками за углами и харчки в свою сторону из за низкого статуса. Он не достоин этого. Он должен победить. Сергей усмехнулся и ткнул мальчика лицом в свою же рвоту. Нагло, мальчишку поставили в безвольное положение. Его топят в своей же блевотине. От этого его ещё раз вырвало.