С визгом шин // With screeching tires

Эндрю не знал, сколько времени он просто сидит и втыкает в стену после очередного кошмара. Шрам на бедре, полученный кухонным ножом от Дрейка Спира, саднил так, что было фантомное ощущение стекающей крови. Она прилипает к штанам, пачкая их, и стекает по ногам, заставляя вздрагивать. Эндрю до сих пор ощущал его тяжёлые удары, прикосновения и шёпот на ухо, с которым не может смириться по сей день. Ему уже двадцать пять, а он не может закрыть глаза, боясь увидеть по ту сторону век монстра, вылезающего из проёма. Потерая бедро сквозь пижамные штаны, Эндрю поднялся с кровати и пошёл к двери. Даже не задумываясь, ноги привели его к спальне Аарона, которая едва излучала свет. Значит, тот тоже не может заснуть. Тихо постучав, он вошёл в комнату, заставляя Аарона вздрогуть всем телом от неожиданного появления брата. -Эндрю, блять, ещё раз так сделаешь - я кину в тебя кость Кости!- яростно прошептал Аарон, надувая губы, как делал это с детства. -Да хоть всего кидай, всё равно развалится,- скучно произнёс Эндрю и подошёл к столу, заглядывая в работу брата. Аарон учится на хирурга и остался ему жалкий год, а значит и программа обучения стала ещё сложнее. Из-за всего этого Аарон много стрессует и ночами не спит, боясь того, что что-то забудет или где-то ошибётся. -Ложись уже спать, подождёт твой мед,- сказал Эндрю, отбирая тетрадь, которую Аарон усердно изучал, будто никогда не видел. -Эй!- воскликнул он, но Эндрю приставил палец к губам, мол, не шуми. -Тихо. Если сейчас проснётся Дэй, то ор будет на всю хату,- констрактировал он, отведя руку с тетрадью за спину. -Я Ники пожалуюсь за то, что ты мне мешаешь!- угрозил Аарон. -Ради Бога. -Ты в него не веришь. -Слава Богу. Аарон устало вздохнул и упал головой на стол, что-то недовольно бормоча. Эндрю быстро кинул тетради под кровать и сел на рядом стоящий стул, что был около рабочего места. Аарон всё корчился на столе, проклиная брата что на английском, что на немецком, что на латыни. Не поняв ни единого слова из его беспорядочной речи, Эндрю отвесил ему подзатыльник, чтобы тот наконец успоколся. Аарон, потерев взорвавшееся болью место, снова посмотрел на него, а потом его плечи опустились. -А ты чего не спишь? Кошмары?- тон брата стал слегка взволнованным. Он повернулся к нему в пол оборота и, положив локоть на стол, провёл взглядом фигуру Эндрю. Тот был словно большой комок нервов, накаленный провод или туго натянутая струна гитары. Хоть и выглядел он относительно спокойно, но в его резких движениях можно было увидеть детский страх. -Эндрю, посмотри на меня,- сказал Аарон и, когда Эндрю поднял на него голову, продолжил.- Он мёртв. Семь лет назад его захоронили. Тебе нечего бояться. Плечи самого Аарона тоже напряглись в одно мгновение, с ужасом вспоминая дни, когда Дрейк был дома. Это было ужасно. Каждый раз новые синяки, фингалы и порезы, Дрейк тушил об них двоих свои сигареты и своих дружков, потому как близнецы должны были всюду следовать за старшим братом. Приёмным. По словам воспитателей, их мать умерла при родах, а отца никто не знает, поэтому с ранних лет они находились в детском доме. Их пару раз забирали, но вновь отдавали по разнымпричинам: то передумали, то поняли, что ребёнок - это слишком большая ответственность. Когда Миньярдам было по восемь их забрала семья Спир. Их приёмная мать, Кэсс Спир, души не чаяла в них двоих, а её муж относился к близнецам сдержанно. Каждый день им давали сладости, читали сказки на ночь, целовали в щёчки и укладывали спать, помогали с уроками и были рядом. Мечта, которую они вдвоём загадывали столько лет, наконец сбылась, казалось им. Но каково же было им, поняв, в каком Аду на самом деле они находились, маскирующий себя под Рай. Дрейк Спир - старший сын Кэсс и Ричарда Спир, и по совместительству их родной сын из всех приёмных. Именно он был любимчиком Кэсс и именно ему всё прощалось, пока мать носила розовые очки на глазах. Поэтому, пока Кэсс отворачивалась и закрывала глаза, Дрейк творил ужасные вещи с их телами. Но до грани дошёл лишь единожды и эта попытка стоила ему жизни. Эндрю тогда не знал, как и каким образом он оказался за закрытыми дверьми, а Дрейк уже начинал растёгивать штаны. Ему было всего десять, когда его чуть не изнасиловали, что понял он намного позже. Страх сковал тогда его тело, заставляя лишь сидеть на кровати и сжимать в руках простыни. Эндрю был в ужасе от осознания того, что ему хотят сделать ещё больнее, что это новая игра Дрейка, которая нравилась только ему. Ведь его игры никому не нравились. Сколько раз близнецы от него страдали, сколько отметин он оставлял на их телах, подтверждая их никчёмность. Эндрю пытался защищать Аарона, который всегда был с ним несмотря ни на что, но это не уберегло его от напасти злобного подростка. Люди злы и жестоки, Эндрю это понял как нельзя рано. Ему просто хотелось, чтобы они с братом отсюда убежали как можно дальше, чтобы не видеть, как к нему подходят с растегнутой ширинкой. Смертельной ошибкой Дрейка была в том, что он настолько увлёкся, что забыл закрыть дверь. Влетевший в неё Аарон и сам чуть не упал от картины в комнате. Он знал, что Эндрю и Дрейк там, он хотел помочь своему брату. Мандраж хватил его тело, но оно само понеслось на Дрейка. Аарон не был борцом, не был спортсменом, поэтому взявшаяся из ниоткуда сила его шокировала. Аарон толкнул Дрейка правее Эндрю, и тот налетел на острый штык кровати. Пробитый висок истекал кровью, а звук, с которым тело Дрейка упало на пол, заставил Аарон почувствовать тошноту. Эндрю, воспользовавшись ситуацией, подскочил к брату и стал его осматривать, хоть и зная, что с ним ничего не произошло. Ему просто нужно было убедиться, что его спасли. Наконец свобода ощущалась свободой, а не кандалами на ногах. Они не вызвали службу спасения, они не вызвали скорую, ведь оба жаждали смерти монстра их жизни, сам навлёкший на себя последствия. Дрейк умер. Прошло семь лет с его похорон, которых он был не достоин. -Мне позвонить Бетси?- спросил Аарон, смотря на пустого брата. Бетси Добсон - новая приёмная мать. Она работала психологом в их школе и была единственной, кто знал настоящую историю смерти Дрейка. Все посчитали, что это несчастный случай, что было на руку, хоть Кэсс и слёзно не верила в это. Бетси забрала обоих детей к себе, когда Кэсс и Ричард лишились родительских прав за недосмотр, ведь выяснилось, каким человеком был на самом деле Дрейк. - Нет,- отрезал Эндрю, откинувшись на спинку стула. -Хорошо,- согласился Аарон и вдруг щёлкнул по столу, будто что-то вспомнив.- Раз уж ты здесь, то нужно поменять плёнку на лексусе. И сделаешь это ты. Эндрю недовольно поджал губы. - С чего бы? -Потому что в нашей уже потёртости и царапины, надо сменить. И ты на ней чаще всего гоняешь. Кстати, я думаю, на зелёный. -Блевотня. -Ты осуждаешь мой любимый цвет? -Абсолютно точно да. -Мудак,- усмехнулся Аарон. -Конечно,- закатил глаза Эндрю, но всё же поднялся с кровати и направился в свою комнату. - Ложись давай, а то эта ночь будет твоей последней. -Агрессивная забота? -Заботливая агрессия скорее. -Ой, попизди мне здесь,- это были последние слова, которые дошли до слуха Эндрю, когда он закрыл дверь. Свободными шагами он шёл до своей комнаты, залез в кровать зарылся обратно под остывшее одеяло и закрыл глаза, пытаясь стереть из памяти силуэт Дрейка навсегда. *** Утро в этом доме никогда не бывает тихим. Это был не просто шум и гам, а целый хаос, разносивший всё на своём пути в радиусе двух километров. Аарон мечется из комнаты в комнату, словно наступил на раскалённые угли, пытаясь на ходу собрать всё нужное для университета. Несмотря на то что ему сегодня ко второй, он поднялся как к первой, не выспавшийся и бормочащий что-то под нос. Из-за него проснулся Эндрю, благодаря своему поверхностному сну он всегда слышит, если где-то что-то скрипнет или упадёт тихо на ковёр. Как бы он не пытался отучиться от этой привычки - ничего не выходило, из-за чего он только зря ходил невыспавшимся, хоть и много спал. Аарон, поняв, что его клонит в сон, решил немного прилечь, как он сказал "на пол часика". Как итог: прошло два часа. Проснувшийся от шума и копошений Ники напомнил Аарону, что у него ещё много времени до пары. Но тот в момент сборов будто глухим становился, лишь метаясь между дверями лишь бы найти, что он ищет. Несмотря на то что у него всё собрано. Ники всё сидел и попивал свой чай за столом, несильно волнуясь о своей работе, ведь та была из дому. Скоро он должен улететь обратно к Эрику, что значительно уменьшило бы хаос в доме. Кевин, пытающийся докричаться до Аарона, бухтел и кряхтел, как дед у старого обшарпанного подъезда, который справлялся с похмельем. Эндрю же всё это время, с самого начала, сидел на диване и почти молил о покое и тишине, которых здесь отроду не было. Он просто надеялся на спокойное утро в кои-то веки, но кто он такой, чтобы вселенная снизошла к нему. -Не забудь про плёнку!- последний раз крикнул Аарон и пулей вылетел из дома, скрываясь за дверью. Ники и Кевин недоумённо уставились друг на друга с минуту, а потом перевели взгляд на пьющего свой отвратительно, по мнению Кевина, сладкий кофе Эндрю. -Это он кому?- спросил Ники, всё ещё качая головой между ними тремя. Эндрю молча встал и пошёл наверх. Время близилось к полудню, поэтому он должен успеть до того, пока в автосалоне не станет больше очередь, если она вообще имеется. Хоть Эндрю и не имел понятия в какой автосалон ему лучше поехать, он решил поискать в телефоне какой-то. Пролистывая всевозможные рекламы и баннеры, которые ему попадались в ленте, Эндрю наткнулся на простенький гараж, минимально обделанный, но с хорошим ремонтом. Внутри были все станки и запчасти, а снаружи стояли в определённой стойке шины разных размеров и диаметров. Прочитав в описание, что там находится и что делается, Эндрю понял, что это то, что ему нужно. Другие автосалоны ниже его больше не интересовали, ведь цель поставлена, он уже знал адрес и номер гаража, хоть это больше смахивало на маленькое здание. Эндрю отложил телефон и, не замарачиваясь над выбором одежды, надел на себя, что нашёл под рукой и вышел из своей комнаты. Подхватив ключи при выходе, он громко хлопнул дверью, сообщая так, что он ушёл. Улица встретила его лёгкими холодными порывами ветра, сладким ароматом ближайшей пекарни и шумом машин. Несмотря на то что они живут в доме, до города здесь рукой подать. Вдалеке возвышаются многоэтажки, а светодиодные вывески бутиков слепят за несколько метров. Эндрю прошёл к своей машине, купленной на наследство мёртвой матери, что им с Аароном досталось на совершеннолетие, и обогнул её со всех сторон. На их старой тёмно-серой плёнке появилось множество царапин, а поверхность была почти сплошь стёрта. Вид, мягко говоря, печальный. Именно поэтому он на самом деле давно подумывал её сменить, но руки всё никак не доходили до этого. То времени не было, то лень, то оно само как-нибудь. Но упоминание Аарона дало о себе знать. Всё же когда-то он должен был сменить её. Открыв ключом машину, Эндрю сел на переднее сиденье и тронулся с места, выезжая на дорогу. Автосалон был в паре кварталов от их дома, там, где множество маленьких гаражей. Он проезжал светофоры, другие машины, постоял в какой-то пробке, возникшей на дороге, и наконец добрался до места. Повернув направо в глаза сразу бросился огромный гараж средь маленьких построек. Его вид говорил о том, что это то, что Эндрю ищет. Не заглушая двигатель, он вышел из машины и подошёл к двери, откуда, скорее всего, выходят люди. Около неё висел звонок с надписью "время работы от 10 a.m. до 9 p.m.", а ещё ниже листок "звонить в звонок для вызова сотрудника". В ту же секунду Эндрю нажал на звонок и, почувствовав вибрацию в кармане, понял, что ему кто-то написал. Он залез в телефон и уткнулся в чат с Ники, где тот спрашивал про плёнку. Он только занёс палец над буквой "ф", как дверь внезапно распахнулась. Не потрудившись поднять голову на аппонента, Эндрю сразу с порога сказал, указывая на машину. - Надо сменить плёнку, желательно быстро, но аккуратно и качественно. Работник промычал, посмотрев на машину из-за его спины, а потом послышался в меру грубый, но в то же время мелодичный голос, который он слышал впервые: - Как только ворота до конца откроются - загонишь машину,- голова Эндрю вскинулась настолько резко, что он побоялся не сломалась ли шея. Перед ним стоял молодой парень, может на один или два года младше него. Он был немного выше Эндрю, поэтому тому пришлось держать голову поднятой, чтобы рассмотреть незнакомца. Эндрю чуть не выронил телефон(или челюсть) от того, насколько работник был блядски горячим и сексуальным. Ему даже показалось, что на улице вдруг стало так жарко, что он начал задыхаться от нехватки воздуха в лёгких. Покалывание началось с пальцев ног, а потом прошлось мурашками по всему телу, вызывая табун. Время в это мгновение будто остановилось, ведь Эндрю не мог отвести взгляда от образа парня и то, как тот тяжело дышал, явно чем-то до этого усердно занимаясь. Его рыжие, а на свету из помещения, яркие локоны походили на вспыхнувший огонь. Они выглядели так мягко и нежно, что рука Эндрю дёрнулась в желании к ним прикоснуться. Причёска скорее походила на гнездо, но выглядела настолько домашне в его образе, что у него кружилась голова. Пронзительные голубые, словно безоблачное небо, глаза смотрели на него в ожидании. Они напоминали и море, и небеса, но были столь чужими, сколь и опасными для его сердца, которое, вероятно, остановилось при взгляде в них. Ему хотелось утонуть, захлебнуться, никогда не выбераяясь оттуда, и эти мысли его пугали. Шрамы на лице добавляли шарм и изюминку его виду, они были необычными, что Эндрю желал к ним прикоснуться, провести по ним, почувствовать их ребристость. В конечном счёте его добила расстёгнутая на первые три пуговицы чёрная рубашка, из-под которой была видна острая ключица, а её рукава были закатаны до локтей, показывая мускулатуру рук, по которым хотелось провести губами. Говоря о его губах, они безумно манили Эндрю своим блеском и краснотой, что ему пришлось поджать свои. Он в жизни не видел таких прекрасных людей, как этот парень-сотрудник, но всё, что он мог сделать - это сжать от бессилия телефон в своих руках с открытым чатом с Ники. Парень ещё раз окинул его взглядом и поднял одну бровь, мол, хули ты тут ещё стоишь. А Эндрю всё никак не мог справится с паникой, которая захлестнула его с головой, что ему показалось, что кровь либо отхлынула от его лица, либо наоборот. -Может ты пойдёшь пока к машине?- разворачиваясь, сказал сотрудник. Эндрю лишь пожал плечами, но вышло это столь судорожно и нервно, что он побеспокойлся, не нужно ли вызывать ему скорую. Он дошёл до машины на шатаюшихся ногах, пока в животе бурлило необъяснимое тепло. То, что парень-сотрудник ему симпатизировал - несомненно, нравился - определённо, влюбился - вот здесь стало страшно. Его никогда и никто за такой мизерный промежуток времени не интересовал, были интриги в университете, но это было лишь для снятия напряжения да и только. Но в данный момент он не чувствовал сексуальной потребности, а что-то другое. Что-то, что Эндрю никогда не получал, а даже если и получал, то недостаточно. Его мозг будто бы просто выдал ошибку, стоило посмотреть в те небеса, прятавшиеся за чужой радужкой. Эндрю показалось, что он определённо сходит с ума от этого парня. Но он просто надеется, что, как только отсюда уедет, это чувство неполноценности и тепла пропадёт, упадёт в бездну забытых. Сев в машину, Эндрю дождался, пока ворота откроются, и постарался спокойно въехать в гараж, ничего не задевая. Хотя ему показалось, что он услышал грохот и матерную брань, которой хотелось просто усмехнуться. Выйдя из лексуса, Эндрю только хотел что-то сказать, как его снова перебили. Перебили блядским горячим парнем, который вырос в паре метров от него. В этот раз он был в таком же чёрном фартуке и с бейджиком, на котором были выведены "сотрудник" и "Нил Джостен ". Боги, этот Нил станет его погибелью, если он ещё раз устало выдохнет и зачешет своими тонкими шрамированными пальцами рыжие волосы назад. Эндрю хотел отвернуться, но не мог. Ему приходилось искоса пялиться на Нила и молча пускать слюни на то, как же он хорош. Его длинные пальцы зарылись в огне из локон его пышных волос, пытаясь их утихомирить, но делая лишь хуже его гнезду. Слегка приоткрытые губы были столь желанны, что Эндрю приходилось вбивать свои ноги в землю чуть ли не гвоздями, лишь бы не сорваться с места. Нил посмотрел на него и коротко проговорил дежурную фразу: -Нил Джостен, сегодня помогаю вам я. Обращаться можно на "ты", мы всё равно практически одного возраста. Он стал обходить машину, осматривая её со всех боков, потом остановился и вновь посмотрел на стоящего столбом Эндрю, который не мог дышать, боясь засорить воздух вокруг этого Нила. Нил выдохнул и указал на него пальцем. -Как я могу к вам обращаться? Эндрю пришлось собрать все свои разбежавшиеся мысли, чтобы с крайне невозмутимым лицом и твёрдым голосом сказать: -Можно просто Эндрю и на "ты". Нил кивнул и снова оглядел машину. Остановившись у капота, он пригляделся к вмятине около фары и его брови слегка сошлись. -Хорошо, Эндрю, - звучание его имени из уст Нила норовило сбить Эндрю с ног, но он упорно стоял, поджав губы и считая от десяти в голове,- Нужно сменить плёнку, так? На всю машину или на какую-то определённую часть? -На всю. -Ага, я понял,- с этими словами Нил отошёл от машины и направился к огромному стенду напротив них. Почему-то Эндрю почувствовал стыд, когда он осматривал его машину и кривился на особо покоцанных местах. -Иди сюда,- внезапно позвал его Нил, и Эндрю вздрогнул от неожиданности. Он проследовал за Нилом и уставился на многообразие разных плёнок. Несмотря на то что цветов было огромное море, его взгляд зацепился именно за глубокий голубой. Эндрю не знал почему, но этот цвет его пленил и сам он руки развязать не мог. Хотя верёвка была просто накинута. Может он просто хочет быть в этом плену. -У нас есть разные плёнки, они различаются от цвета и плотности покрытия. Советую брать те, что справа. У них отличный металлический цвет и хорошие качества, носка будет долгой,- Нил говорил всё профессионально, ненароком Эндрю просто заслушался, впитывая его голос, словно губка. Пока он не понял, что от него ждут ответ. -Мне нужна вон та плёнка,- указав пальцем на ту самую голубую, произнёс Эндрю. Нил ничего не сказал по поводу выбора, а лишь одобрительно хмыкнул, подмечая выбранную взглядом. -Хорошо, время займёт небыстрое, поэтому можешь посидеть либо на тех диванах,- он указал на тёмно-зелёные диваны неподалёку, которые выглядели весьма мягко и удобно,- либо же можешь оставить мне свой номер телефона и пойти куда-нибудь по делам, а я по завершению работы позвоню. Эндрю метался между выбором оставить свой номер телефона, чтобы потом разузнать Нила получше, или посидеть на диванах, наблюдая в последний раз, как тонкие и длинные пальцы выполняют свою работу. Всё же он надеется отвязаться от этого образа, вызывавшего в нём что-то необъяснимое, поэтому просто посидеть было лучшим вариантом. Всё равно он ещё не скоро сюда вернётся. -Я посижу на диванах,- Эндрю направился к месту и, дойдя, скромно, но одновременно властно расположился. Нил ничего не сказал по этому поводу, а лишь приступил к работе. Его руки отчётливо знали, как лучше убрать старую и расположить новую плёнку, выветренные до идеала движения вызывали восторг. Сильно сосредоточенный Нил даже высунул кончик языка, заставляя Эндрю беззвучно скулить, чтобы убрать напряжение. Проходило время, но, как бы Эндрю не пытался кому-то написать, его взгляд все равно поднимался на Нила, что вертелся вокруг машины. Когда он почти лёг на копот к нему спиной, Эндрю клялся, что он сейчас просто задохнётся. К его голове прилила кровь, а головокружение останавливалось на фигуре, снова залезшей на копот с высунутым кончиком языка. Господи, Эндрю просто молился, чтобы время текло быстрее, чтобы ему не пришлось потом снимать всё своё напряжение в холодном душе. Спустя продолжительное количество времени Нил сделал последние штрихи, протёр поверхность и поставил руки в бока, символизируя это победой. Потом он повернулся на Эндрю, мгновенно уставившегося в телефон, чтобы избежать пронзительных голубых глаз, где он лишь тонул, тонул, тонул. -Работа окончена, иди посмотри,- крикнул ему Нил, маня пальцем. Эндрю почувствовал себя собакой на поводке этих голубых морей. Он обошёл машину и подметил, что работа выполнена настолько прекрасно, что даже забыл, что здесь вообще была плёнка. Стыки не видны, отпечатков нет и придраться вообще не к чему. Это настолько поражало, что за такой срок человек может выполнить такую идеальную и кропотливую работу. Он кивнул головой в знак благодарности и залез в карман, вытащив оттуда бумажник. -Сколько с меня?- Эндрю знал, насколько дорого поклеить плёнку на весь лексус, поэтому не удивился, когда услышал цену, лишь выискивая нужные купюры. -Три с половиной тысяч. Он отдал ему деньги, нечаянно коснувшись кончиками пальцев ладони Нила. И это было схоже с разрядов дефибриллятора, что Эндрю показалось, будто его откинуло к другой стене. -Спасибо, - сел он в машину и, когда ворота открылись, выехал задом. Нил помахал на прощание и скрылся в какой-то комнате, а Эндрю лишь надеялся забыть этого сотрудника, вызвавшего у него слишком много странных чувств.