Ты как воздух (везде)

Ему уже давно хочется разуться. Сидеть в комнате Сана в обуви в конце концов очень неприлично и невоспитанно, но в общежитии они сейчас абсолютно одни: у Сонхва - расписание, а Минги унесся к Юнхо, пользуясь тем, что Есан в студии. Никто не будет коситься на Уена многозначительно и осуждающе (Минги) и никто не будет смотреть на него расстроенным любящим взглядом (Сонхва) за такую невоспитанность. Тем более, что Сан сам попросил его не разуваться. В другое время Уен и рад был бы побыть с Саном наконец тет-а-тет, потому что ужасно соскучился и по нему, и по близости с ним, но сейчас Уена очень уж занимает вопрос: что у Сана на уме. Обычно Сан начинал целовать его как только они переступали порог его или Уена комнаты, но в этот они просто заходят и Сан садится в игровое кресла, а Уен - на его кровать и пытается понять что же черт возьми тут не так. …пока Сан не наклоняется и его пальцы не ложатся на щиколотку Уена. Сан поднимает его ногу и тянет к себе. - Что ты делаешь, - брови Уена взметаются удивленно вверх… …пока каблук его ботинка не упирается Сану в пах. Уен закусывает губу, чувствуя, как у него начинает пылать лицо. Уен знает, что Сану нравится, когда он носит обувь с каблуками. Нуны стараются хоть как-то подогнать их всех на мероприятиях под один рост настолько, насколько это возможно, а это не так уж и просто, когда в группе две ходячих “Лотте Плазы”. Каблуки и женственные вещи делают Сонхва-хена мягче. Уен знает - остальным и Сану, в том числе, просто нравится любоваться им в такие моменты, ведь Пак Сонхва лучится и сияет от счастья, согревая этим всех вокруг Юнхо же наоборот - всегда выглядит строго и степенно. Иногда Уен думает, что жаэе если нарядить Юнхо в легкомысленное платье, то на выходе все равно получишь джентльмена. Уен же что на каблуках, что в юбке всегда выглядит как растрепанная школьная хулиганка, которая курит на переменах и отбирает мелочь у своих младших. Он не выглядит элегантно, он не выглядит мило. Уен выглядит испорчено до самых костей и это кажется заводит Сана куда больше, чем любое количество его обнаженной кожи или то, как Уен касается Юнхо иногда на сцене, потому что Уену нравится по-доброму раззадоривать Минги: тот слишком привык к своему Юнхо и воспринимает их отношения как данность). Уен помнит как смотрел на него Сан во время съемок Birthday, пока никто этого не видел. Для Уена же одежда - это всегда просто одежда, но для Сана - это что-то особенное. И иногда Уену хочется заглянуть и увидеть, что прячется у Сана в самых потаенных его мыслях. Сан никогда не попросит одеться Уена для себя по-особенному, а Уен не хочет его ненароком спугнуть и не одевается так сам. Их отношения меняются - такое бывает, когда вы встречаетесь так долго. И иногда Уену кажется, что они ходят по тонкому канату, натянутому над пропастью, с которого никто не хочет сорваться. В последние месяцы они занимаются сексом очень редко из-за расписаний и поэтому Уену просто приятно быть рядом с Саном в те свободные минуты, что у них появляются. Но когда у них получается остаться совсем наедине, то секс выходит все жестче. Сан словно впервые в последний год понял то, насколько хорошо друг друга они знают, то насколько Уен действительно ему доверяет, раз позволяет с собой в постели так многое. Уен же просто с ума сходит от того, что им нельзя оставлять друг на друге никаких следов, поэтому старается, чтобы их близость впечатывалась в память беспощадно кажды раз, после того, как они отстраняются друг от друга, вымотанные и взмокшие. Весь мир знает, что Сан - его. Но Уену хотелось бы, чтобы весь мир это видел. И сейчас его ботинок упирается Сану, сидящему в кресле напротив, в пах и по тому, как темнеет взгляд Сана, Уен понимает, что именно это тот от него и хотел. Он ведет каблуком вверх и Сан закусывает губы. Легонько давит и Сан издает низкий стон. В последние дни Уен сам себе кажется кучей осенней листвы - достаточно обронить спичку и все - пуф! - он нахрен сгорает. …Сан пьяный сбрасывает ему фото с мороженым и пишет хочу чтобы это был ты. И Уен даже не может подколоть его в ответ: а хен знает, чем ты там занимаешься у него за спиной? Уен смотрит на влажные губы Сана сомкнутые вокруг конуса подтаивающего мороженого, стискивает член через штаны, чувствуя, как мозг его начинает плавиться так же, как мороженое там, где Сан трогает его губами. И Уену хочется, да, хочется, чтобы Сан так трогал сейчас его. Уену хватает пары минут, чтобы кончить от того, как он трет ладонью о свой пах. Пульс бухает за барабанными перепонками, оргазм смазанный и он не чувствует ни капли удовлетворения. Уен чувствует себя невыносимо глупо, а еще ему так и не удалось от Сана отшутиться. Дрожащими пальцами он снимает себя как есть: растрепанного, с пятном на светлых домашних шортах и отсылает с припиской: ты доволен? Получает в ответ довольный стикер и Сан должен быть рад тому, что Уен слишком далеко от него для того, чтобы как следует ему отомстить... Поэтому сейчас, вспоминая об этом, Уен упирается каблуком сильнее, ехидно глядя Сану прямо в глаза, и тот болезненно стонет, но не останавливает его. Сан сжимает его ногу коленями и сердце Уена от этого начинается биться быстрее. Уена это заводит сильнее, чем он думал. - Чего ты хочешь, мальчик Санни? - это могло бы прозвучать издевательски или флиртующе, если бы голос его не срывался так, словно Уен только что пробежал многокилометровый марафон. Его собственный член стоит колом и Сан видит это. И его улыбка дает самый красноречивый ответ на вопрос Уена. - Тебя, - голос Сана неожиданно звучит твердо и уверенно. Он убирает ногу Уена только для того, чтобы оказаться перед Уеном на коленях. Сан расстегивает ширинку на джинсах, спускает вниз, снимает, затем - закидывает ноги Уена себе на плечи и тот чувствует себя от этого как лис в капкане. Дыхание застревает у него в горле комом, когда Сан целует и ласкает губами его живот, прежде чем опуститься ниже. Сан трется о его твердый член под бельем лицом и Уен с громким шипением втягивает воздух. Под пупком сладко тянет словно он оказался на самом верхе американских горок и сейчас вагонетка понесется, ухнет вниз. Уен закусывает губы, когда Сан начинает вылизывать и ласкать губами его через тонкую ткань. Это тянет на издевательство, его бедра дергаются вверх инстинктивно, но Сан их удерживает ладонями на месте. Это продолжается безумно долго, пока Уена не начинает колотить. Покрывало кровати Сана сбивается в гармошку там, где Уен стискивает и мнет его пальцами. Ткань трусов облепляет член и Уену хочется умолять Сана, чтобы тот сделал хоть что-то. Уен кажется так перевозбужден, что не уверен, сможет ли кончить даже если Сан возьмет у него в рот и начнет сосать. Внизу живота безостановочно пульсирует жаром и когда Сан обхватывает его яйца ладонью через тонкую влажную от слюны ткань трусов и начинает их массировать, Уен начинает скулить. - П-пожалуйста... - Будь хорошим и порадуй меня, - говорит Сан, стаскивая с него наконец белье. Губы Сана касаются его татуировки, их татуировки, а потом Сан ведет ими выше. Язык оставляет влажные щекочущие следы на коже. Сан прикусывает и засасывает кожу на внутренней стороне его бедер. Здесь она нежная и Уен знает, что следы от зубов Сана останутся с ним надолго. Ему хочется притянуть за голову Сана, к своему члену, хочется, чтобы Сан взял его в рот, сделал, хоть что-то, но Сан не делает ничего. Уен думает о том, как засосы и следы укусов останутся с ним надолго, думает о том, как завтра будет все еще чувствовать то, как саднит его кожа. Его член дергается, когда дыхание Сана обдает ствол, и Уен слышит сдавленные ноющие звуки откуда-то со стороны и понимает, что эти звуки издает он сам. Сан немного приподнимает его, раздвигает ягодицы, а потом касается раскрытого входа, медленно массируя его кончиками пальцев. - Кажется, - говорит он, - тебе было очень одиноко эти дни. Уену хочется его лягнуть за это, но он сдерживается. Хочется сказать что и да, одиноко, и да, я просто надеялся, что мы окажемся вдвоем после фансайна, и ты быстро оттрахаешь меня так, что я на следующее утро все еще буду это чувствовать. Надеялся, что у нас будет всего полчаса или еще меньше и ты вдавишь меня грудью в стену в коридоре или поставишь там же на колени на полу. Все для тебя, Санни, только не говори, что тебе это не нравится. Но тут Сан сплевывает в него и Уен не выдерживает,стонет в полный голос, встречается с твердым взглядом Сана. От его взгляда пальцы Уена на ногах поджимаются. Он все еще в ботинках. В ботинках и в футболке, которая сбилась у ему под мышки от этой позы. Просто пиздец. Уен чувствует себя от этого беззащитным и открытым, хуже, чем если бы он был голым, а потом Сан облизывает свою ладонь. Он делает это медленно и демонстративно, и Уену, честно говоря хочется, чтобы Сан вот так сейчас лизал его и трахал языком, проникая все глубже и глубже. Уен чувствует как его тело сжимается вокруг пустоты, а потом Сан отпускает его, смеется и говорит: - Ты так меня хочешь, Уен. Он расстегивает ширинку на брюках, размазывает слюну по своему члену и Уен понимает, что еще пара минут с картиной Сана, медленно ласкающего себя вот так, перед его глазами и он кончит только от нее. - Ты такой тихий сегодня, - добавляет Сан, переворачивая его на бок, ложась рядом. - Так исправь, - огрызается на это Уен и в следующий момент его шея оказывается в захвате. Временами Уен забывает о том насколько Сан силен. Про его силу легко забыть, особенно если вы росли вместе и ты видел его каждый божий день как Санни и только как Санни: такого ласкового, доброго, ранимого, заботливого. Поэтому сейчас ощущение всей его реальной силы обрушивается на Уена огромной десятикилометровой волной. Сан не торопится, удерживая Уена. Вторая рука Сана касается его бедра и Уен понимает, что он ждет от него реакции. Сан не хочет сделать что-то не то и не так. И если Уен попросит - остановится. Уен прикладывает все силы на то, чтобы не подтянуть колени к груди и не сжаться. Собственное возбуждение давно перестало быть чем-то приятным. Член Сана прижимается к его задница и Уену больше всего на свете хочется насадиться на него. Сейчас. До конца. Услышать, как стонет от этого Сан. Почувствовать его наконец в себе. - Пожалуйста, - выдыхает Уен и вскрикивает, когда Сан наконец в него входит. Эта поза фиксирует Уена на кровати в состоянии полной беспомощности. Захват не душит, точнее, не душит сильно, и не смотря на то, что Уен трахал себя утром, зажав рот ладонью, чтобы не разбудить Чонхо за стенкой, член Сана все равно кажется ему слишком большим. Слюны мало для смазки и поэтому каждое движение внутри ощущается слишком хорошо. От такого угла проникновения Уену кажется, что еще чуть-чуть и он почувствует член Сана у себя в животе. Вначале Сан двигается очень медленно и от его сдержанности и выдержки у Уена перехватывает дыхание. Сан дает ему время привыкнуть к себе заново и Уену хочется вывернуться и поцеловать его наконец, но в крепком капкане рук Уен не может ничего. Только держаться за покрывало Сан начинает двигаться резче и глубже. От звука шлепков их тел Уена начинает вести. Ему хочется перевернуть Сана, подмять под себя и как следует его объездить, потому что Сану нравится, когда они занимаются так сексом, ему нравится держать Уена за бедра, пока тот трахает себя о его член. Но Уену сейчас никто не даст перетянуть верховенство на себя и все, что он может сейчас, так это покорно принимать в себя член Сана, чувствуя каждый его сантиметр в себе, чувствовать то, насколько сильно член растягивает ему задницу. Это не больно, просто невыносимо. Уен тонет в своей беспомощности, ему хочется коснуться собственного члена и сдрочить себе, но Сан замедляется в этот момент. Его свободная рука сдвигается с бедра Уена и прижимает его руку к кровати. - Нет. В какой-то момент Сан сжимает его шею чуть сильнее и это давление становится последней каплей. Уен чувствует себя так, словно внутри него что-то ломается. Его тело судорожно сжимается вокруг члена Сана, его бедра дрожат и он чувствует каждый укус Сана на них. Из глаз начинают течь слезы и он плачет, задыхаясь, чувствуя, как сперма выплескивается на живот. Уен кончает так сильно, что кажется ее капли попадают ему на лицо, на грудь под задравшейся футболкой, на руку Сана. Захват исчезает. Сан разворачивает его лицо к себе. Так неудобно, но Уен даже сквозь пелену слез видит его лицо с широко раскрытыми глазами. Уен подается к нему бедрами, чтобы Сан не запаниковал, что с ним что-то не так. С ним все так, с ним все просто охуенно, но Уен не уверен в том, что если бы Сан спросил с полминуты назад как его зовут, Уен назвал бы ему свое имя, что он вообще был бы в состоянии тогда говорить. Губы Сана мажут в уголок его рта и Уен пытается Сана поцеловать. Получается не очень удобно, но Сан все равно целует его в ответ, придерживая за подбородок, и Уену очень хочется, чтобы он сжал пальцы сильнее, чтобы после этого на коже остались хоть какие-то отметины. Уен знает, что Сан может сделать это, он может сдвинуть ладонь ниже, он может сжать шею сильнее, чтобы у Уена потемнело в глазах, чтобы Уену завтра было больно дышать, чтобы он задыхался, пока Сан продолжал бы трахать его, как безвольную куклу. Уена заводит такое. И Сан может это сделать, но он этого не делает, он и не хочет - Уен это знает. Но рано или поздно Сану захочется попробовать как это и Уен покажет ему насколько может быть охуенно. Второй раз он кончает почти одновременно с Саном, ровно после того, как Сан начинает стонать ему в рот, не разрывая их влажный и абсолютно хаотичный поцелуй, когда Уен чувствует то, как выплескивается горячая сперма внутри. Сан безумно красивый в этот момент и Уену кажется, что у него вот-вот разорвется сердце от нежности, которая его переполняет. Ему тяжело, но он тянет на себя Сана после того, как тот выходит из него. Уен прижимает к себе, обнимает и думает с неожиданной грустью и удивлением, что у него не получается как когда-то сомкнуть полностью руки в объятиях у Сана на спине. Иногда Уену этого чертовски не хватает - Сан вырос во всех смыслах. Но факт того, что он вырос вместе с ним, Уену кажется намного важнее возможности обнимать Сана как раньше. Как и всегда после секса его разматывает от нежности и Уен ненавидит это чувство. Но может так будет не всегда... Впрочем, Уен надеется что это "не всегда" никогда не наступит - ему страшно думать о временах, где что-то может быть совсем иначе, где Сана рядом с ним или в его постели больше не нет. - Мне надо разуться, - говорит он, - странные у тебя фантазии, Чхве Сан. Но мне следовало догадаться по твоим селфи с мороженным. - Чем ты недоволен? - Я? Всем доволен...но тебе надо чем-то облить свою одежду и свое покрывало, чтобы менеджер-хен не смотрел на тебя с подозрением, когда ты отдашь ему ее для прачечной - Я скажу, что баночка бананового молока лопнула. - Эту отговорку уже использовал Минги на прошлой неделе и она была так себе. - Минги? - Сан смотрит на него такими удивленными глазами, что Уен не выдерживает и начинает смеяться. Они знают друг друга десять лет, но для Сана то, что Минги и Юнхо спят последние пару лет друг с другом, все еще новость. - Просто скажи менеджеру-хену, что ты уронил на нас торт... - Это разобьет сердце Сонхва-хену, если он узнает. - Его сердце разобьет скорее то, что он не успел выпросить у тебя ни кусочка. - Ты невыносим, Чон Уен. - И ты поэтому попытался меня придушить? - Я подумал... - Сан выдыхает, - что тебе это понравится. - Мне понравилось, - говорит Уен. Между ними зависает пауза и Сан устраивает подбородок у него на груди, глядя Уену прямо в лицо. Его отросшие волосы сейчас в полном беспорядке и Уен с огромным удовольствием запускает в них пальцы, чтобы внести в них еще больше хаоса. - Я бы хотел провести вечность, - говорит ему Сан, - вот так. С тобой. - Я бы тоже хотел провести так вечность...но только после того, как я разуюсь и все же схожу в душ. - Мы можем сходить в него вместе? Сан приподнимает вопросительно брови и Уен понимает, что не может ему отказать. - Хорошо, что ты скажешь Сонхва-хену, когда мы выйдем из душа, а он будет стоять...например в дверях? - Что остатки торта нам пришлось съесть без него. Думаю, что Сонхва-хен поймет. О да, думает Уен, закусывая щеку изнутри, чтобы не рассмеяться, Сонхва-хен поймет это как никто другой.