Стихи, которые не осмелился прочесть

Прошло несколько месяцев. Весна давно уступила место лету, и храм зазеленел, словно принял новую жизнь. На дорожках среди травы лежали камешки, выложенные в форме журавлей. Это был замысел Хуа Чэна. Се Лянь сначала смеялся, потом всё равно помогал. Они редко говорили об «их ночи». Не потому, что избегали, а потому что с того момента всё встало на свои места. Не было больше сомнений, намёков, стеснения. Только быт — тёплый, полный спокойствия. Иногда они выбирались в деревню — помочь, принести лекарства, починить крышу. Иногда оставались дома, читали вслух, пили чай, молчали. Се Лянь писал. Редко, не для других, не ради подношений. Иногда — стихи. Иногда — просто мысли, обрывки. Рядом всегда был Хуа Чэн, не нарушавший покоя. Однажды утром, когда Се Лянь снова возился в саду, он услышал голос за спиной: — Ге-ге, если бы ты мог вернуться в прошлое, ты бы что-нибудь изменил? Се Лянь выпрямился, вытер руки от земли и подумал. — Многое хотелось бы изменить, — признался он. — Но… если изменить хоть что-то, может, я бы не встретил тебя вот так. Хуа Чэн наклонился ближе, его волосы чуть коснулись плеча. — Тогда пусть останется всё, как было. Они стояли среди цветущей зелени, в храме, который больше не был заброшенным. Он стал домом. Не благодаря божеству. Не благодаря чуду. Благодаря двоим, которые выбрали быть рядом. В тот вечер Се Лянь лёг спать первым. Он оставил свечу гореть, лёг на бок, уткнулся носом в подушку. Через несколько минут почувствовал, как Хуа Чэн лёг рядом. Он не открыл глаз. Просто прошептал: — Хуа Чэн? — Да, ге-ге? — Я больше не боюсь. Ни прошлого. Ни будущего. Пауза. А потом — тихий ответ: — Я тоже. И за окном, где раньше гудел ветер, теперь пела тишина. --- Конец. Или, может быть, только начало.