«Вот так неожиданное стечение обстоятельств»

***

      Кинич разглядывал фотографии на стене комнаты человека, на которого заказали убийство. На них был мальчик с очень светлыми волосами, ресницами, да и бровями тоже. И с очень запоминающимися зелеными глазами. Такие яркие, словно это какие-нибудь драгоценные камни. Брюнет потерял счет времени и отвлекся на фотки, совсем позабыв о своей изначальной цели. Когда он всё же опомнился, то заметил, что в комнате уже давно не один. Повернув голову в сторону двери, он увидел в тени силуэт парня, который облокотился спиной о стену и наблюдал за Киничем. Пока брюнет пытался разглядеть человека, этот парень начал: — Опа! Вот так неожиданное стечение обстоятельств.. — с усмешкой произнес парень.       Брюнет потерял дар речи и вообще стоял в ступоре. Знакомый голос… Стоп! Это он? Такого быть не может, на фотографиях вообще другой человек. Да и глаза другого цвета. Больше болотные, нежели ярко-зеленые, как у этого ребенка. Когда Кинич всё же разглядел этого парня, то вообще не мог поверить своим глазам. Неужели реально Ахав? — Ты явно не зашел сюда просто за чашкой чая, верно? — произнес Ахав, скрестив руки на груди.       Кинич стоял как вкопанный, не в силах произнести что-либо. Он мог бы запросто просто взять и убить его, так что же его держит? Почему он не может ничего предпринять? Почему стоит и слушает этого паршивца, который каждый день ему портил? У него есть шанс покончить с ним, но он стоит. Просто стоит, ожидая того, что будет дальше. — Знай, я не дам себя так просто убить. Но, если всё же тебе удастся это сделать, я не против умереть от твоей руки. — С чего это вдруг ты заговорил такими красивыми словами? — спросил Кинич после того как всё же пришел в себя, пристально глядя в глаза собеседника. — Раз уж мои минуты сочтены, я хочу быть откровенным с тобой. Когда мы впервые встретились у входа в школу, я сразу понял, что ты не простой человек и что-то скрываешь. А когда ты стал жертвой моих нападок, ловко уворачивался и даже порой мог ударить меня в ответ. Это поразило меня. Все вокруг из моей компании уже утихомирились, ведь мы договорились не нападать друг на друга, но я не мог остановиться. Я не знаю, что со мной произошло, но в последнее время я стал… Ах, впрочем, не важно, — закончил Ахав, явно недоговаривая. — Продолжай! — с дрожью в голосе произнес Кинич, направив острие ножа на собеседника. — Воу, чего так кипишуешь? Успокойся, скоро вон из ушей дым пойдет. Самовар.. Ну в общем, я поговорил со своим психологом и она сказала, что… я должен извиниться за содеянное. Поэтому позволяю тебе убить меня в знак своего раскаяния.. Но не всё так просто! — с ехидной улыбкой он стал подходить к брюнету, — посмотрим, кто из нас уйдет отсюда живым.       Кинич крепко вцепился в свое оружие, направляя его на Ахава, идущего прямо на него. Сердце бешено колотилось в груди, как будто предчувствуя катастрофу. Казалось, его цель была прямо перед ним, осталось только подойти и вонзить нож, вспоров живот. Только одно движение отделяло его от завершения миссии. Но в то же время его собственные чувства, вспыхнувшие в последние дни, сковывали его. Кинич не знал, что сказать. Он просто пятился назад, не спуская взгляда с блондина. Когда он уже понял, что уперся в стену, Ахав навис над ним, прижав к ней. Блондин схватил руку брюнета, в которой был нож и повернул в сторону Кинича, заставляя ощутить всю безвыходность ситуации. — Чё, неприятно, когда не можешь справиться со своей работой? — Заткнись, ибо тебя потом по косточкам собирать будут. — Смешно. Но ты хоть сам осознаешь, что в проигрышной позиции?       Вот ублюдок, насмехаться над ним вздумал. Парень сопротивлялся, пытаясь выбраться из сложившейся ситуации. Правда ли он позволит Ахаву убить себя? Это Кинич тут убийца, ему решать, кто будет жить, а кто нет. Но этот блондин был в хорошей физической форме «Вот зараза вшивая». Однако Ахав не спешил его убивать. И с чего вдруг такое милосердие? Ему стоило только приложить ещё сил, выхватить нож из рук, так как брюнет был не в лучшем положении, и тогда Кинич был бы трупом. Да он играется с ним!       Пока Кинич пытался хоть как-то изменить ситуацию, внезапно он вспомнил сон, который так старательно хотел забыть «Вот черт!..». И почему-то именно тот момент, когда Ахав прижал его, сковывая в объятьях. После этого он вспомнил момент из душа. «Блядство, почему сейчас?». Опять тоска накрыла брюнета и он понимал, что ещё немного и не выдержит такого давления. Изначально, когда Кинич увидел, что должен был убить Ахава, он уже понял, что стал слишком мягким, что не может просто взять и убить его. Эти гребаные чувства не давали ему покоя. «Уж лучше сдохну, чем буду жить так...». В отчаянии он опустил нож и вонзил его себе в живот. Кровь хлынула рекой, заливая всё вокруг. В этот момент Кинич почувствовал облегчение, будто снял с себя бремя, которое не мог больше нести.       Ахав застыл на месте, глаза расширились от ужаса. Он подхватил падающего Кинича, который уже не мог стоять на своих ногах, и прижал его к себе, обнимая. «Тепло» — последняя мысль, которая посетила Кинича перед тем, как он окончательно потерял сознание. — Чёрт! Придурок! — выкрикнул блондин, глядя на парня в своих руках. Слезы сами подступили к глазам, ком в горле не позволял произнести что-то ещё. Он прижал Кинича к себе с такой силой, словно надеялся удержать его жизнь в своих объятиях. — Придурок, я не собирался тебя убивать... Так почему ты решил убить себя?.. Почему я не выхватил нож раньше?!       Не медля ни минуты, он выскочил через окно во двор и, заведя машину, рванул к ближайшей больнице. Мысли путались в голове: «Сука, так и знал, что нужно было слушать на уроках оказания первой помощи». — Кинич.. держись, слышишь? Только не умирай, прошу!.. — голос дрожал, хотелось просто разрыдаться от отчаяния. Но нельзя, если он будет медлить, то спасти эту ситуацию уже будет невозможно.       Благо, неподалеку находилась местная больница, до которой Ахав знал дорогу. Доехав, парень взял на руки Кинича и рванул к дверям здания, вбежав внутрь, Ахав закричал, пытаясь позвать на помощь: — Помогите! Чего вы стоите?! Не видите, человек ранен?!       Врачи бросились к ним, и вскоре Ахав стоял, смотря, как уводят Кинича на медицинской каталке. Его сердце сжималось от страха и отчаяния. За эти несколько минут он испытал такой сильный шок, что сам свалился с ног, обессиленный от боли и беспомощности.

***

      Ахав медленно открыл глаза, ощущая, как свет больничной палаты щиплет его глаза. Он сел на краешек кровати, пытаясь вспомнить, что произошло. В голове все еще всплывали яркими вспышками вчерашние события, и его сердце сжималось от страха. «Где он?» — первая мысль, которая пришла в голову.       С трудом поднявшись, Ахав покинул свою палату и направился к приемной. Двери распахнулись, и он увидел дежурную медсестру. — Извините, — начал он, стараясь говорить спокойно, хотя внутри все кипело. — Где палата Кинича Малипо? Я должен его увидеть..       Медсестра взглянула на него с легким недоумением, но быстро нашла нужную информацию. — Палата 203. Но будьте осторожны, его состояние стабильное, но всё еще серьезное. Если пациент очнется, позовите врачей.       Ахав кивнул и поспешил к указанной палате. Каждый шаг давался ему с трудом; он чувствовал, как его сердце колотится в груди. Войдя в палату, он увидел Кинича, лежащего на кровати с закрытыми глазами. Он не подавал признаков жизни, лицо было бледным и безжизненным, в этом теле едва теплилась жизнь.       Ахав подошел ближе и сел рядом с кроватью. Он осторожно взял руку Кинича в свои ладони, стараясь не причинить боль. Рука была холодная, словно он держал в руках труп, а не человека. Его сердце сжалось от горечи и сожаления. — Кинич... — тихо произнес он, наклоняясь к руке брюнета и прижимая к ней свою голову. — Я так сильно переживал за тебя... Ты не представляешь, как мне было страшно. Я думал, что потеряю тебя навсегда.       Он закрыл глаза, пытаясь сдержать слезы. Его впервые волновала чья-то жизнь. Ахав никогда бы и не подумал, что будет так сильно переживать за кого-то. — Знаешь, я всегда думал, что могу справиться со своими чувствами. Но когда ты... когда ты это сделал... Я понял, как сильно ты мне важен. Я не хотел этого признавать, но теперь я понимаю — ты мне дорог. Я столько хуйни для тебя сделал, что ты явно не простишь меня, но мне правда так жаль..       Ахав замолчал, погружаясь в свои мысли. Воспоминания о его не очень-то хороший отношениях с Киничем заставляли задуматься над тем, зачем он всё это затеял. Ахав и сам не помнил, как-то резко всё началось, а ведь изначально он был зачарован этим брюнетом. — Я не знаю, что будет дальше... — продолжал он, глядя на бледное лицо Кинича. — Но я обещаю тебе одно: я не причиню тебе больше вреда.. Возможно, звучит глупо, но.. — Ахав замолчал, он не продолжил.       В это время двери палаты открылись, и вошла медсестра. — Как он? — спросила она, глядя на Ахава с участием. — Стабильно... — ответил блондин, не отрывая взгляда от Кинича. — Он проснется? — Да, надеемся. Но ему нужно время. Вы сделали много для него, когда привезли его сюда. Операция, благо, прошла успешно, ждем, когда он придет в себя.       Ахав кивнул и снова посмотрел на Кинича. — Я не позволю тебе уйти... — прошептал он, словно это было единственным обещанием, которое он мог дать. — Ты должен вернуться ко мне.       Он прижал голову к руке Кинича и остался в этой позе, надеясь, что его чувства дойдут до того, кто сейчас находился в глубоком сне. «Пожалуйста, вернись ко мне», — повторял он про себя, как молитву.       Парень пролежал так час или два, может, и больше, он потерял счет времени, а после принял решение, что лучше уйти и стараться меньше пересекаться с Киничем впредь. Всё равно пока Ахав рядом с ним, он причиняем ему только боль. Когда блондин встал и уже стоял у двери, чтобы выйти, он в последний раз взглянул на брюнета и шепотом произнес: — Надеюсь, тебе станет лучше.. — произнес с искренней улыбкой и вышел из палаты Ахав.

***

      Автобусная остановка. Как Кинич здесь оказался? Хотя, в принципе, это не имеет значения. Возможно, он пришел сюда в полусонном состоянии и просто не осознавал, как это произошло. Раз уж он здесь, значит, пора в школу. Дождавшись нужного автобуса, он отправился в путь.       Как ни странно, но все кругом были какие-то грустные, даже атмосфера в самом автобусе давила на парня, заставляя его желать остановить транспорт и выйти. Однако Кинич решил не зацикливаться на этом и открыл телефон, чтобы почитать, что интересного происходит в мире. К его удивлению, все новости были похожи друг на друга: везде кому-то вспарывали что-то кинжалом с красивым дизайном. Неужели мода на них пошла? Если подумать, то у Кинича тоже был такой. Но, в конце концов, какая разница? Брюнета это не волновало, и он не следил за трендами.       С момента его посадки в автобус прошло 10 минут, но он двигался настолько медленно, что казалось, будто пешком дойдет быстрее. Поэтому Кинич принял решение выйти на следующей остановке и пойти пешком. И вот спустя чертовых 15 минут, которые казались брюнету вечностью, автобус наконец-то добрался до остановки. Парень решил проверить время и узнать, успеет ли он в школу. Включив телефон, парень удивился, что прошло всего 3 минуты. Как такое может быть? Да и когда парень вышел из автобуса, то тот быстро исчез из поля зрения, будто вспомнив, что может ехать на обычной скорости. Да и когда парень решил, что может не спешить и медленно пройтись до школы, то время каким-то боком тоже стало идти быстрее.       Кинич подумал, что можно не спешить и медленно пройтись до школы. Но время снова стало течь быстрее: казалось, он шел всего 5 минут, а на самом деле прошло 10. Может быть, он еще не до конца проснулся? Если так, то стоит на следующей остановке сесть на нужный автобус. Когда он наконец дошел до остановки, тот самый автобус как раз подъехал — какое совпадение! Не теряя ни минуты, Кинич зашел внутрь. Но когда автобус тронулся, он опять ехал медленно. Время тоже не спешило. Брюнет почувствовал что-то неладное, но всё же сел на свободное место и продолжил путь до школы. Пока парень скучающим взглядом смотрел в окно, следя за медленно сменяющимися картинками, он услышал чей-то шепот, который эхом проносился по транспорту. Кто-то явно окликал его. — Кинич... Я так сильно переживал за тебя...       Стоп. Какого черта кто-то переживал о нем и откуда его вообще знают? Кинич обернулся, но никого не увидел. Это ещё сильнее напрягло его. Но этот спокойный и тихий голос был ему до боли знакомым, но он не мог вспомнить, кому он принадлежал. «Ай, ладно, кажись, реально не выспался». Не задерживая своего внимания на этом, он продолжил наблюдать за пейзажем за окном.       Наконец, спустя по ощущениям 30 минут, а на деле 15, он доехал до нужной остановки. Выйдя, он решил поспешить до школы. Обычно по пути он всегда встречал Муалани, но сейчас её здесь не было. Может быть, опаздывает? Посмотрев на время, брюнет понял, что должен поторопиться, а иначе сам опоздает. Когда парень решил побежать, то время опять будто замедлилось и сам он тоже стал медленным, в точности как автобус. Что за чертовщина? Но одно он знал точно, если будет продолжать бежать, то вполне успеет в школу, вот только хватит ли ему выносливости? Нет, Кинич, конечно, был в хорошей форме и с выносливостью у него никогда не было проблем, но сейчас ситуация была другая. Ему по ощущениям нужно было без перерывов бежать минут 25. Парень надеялся, что сможет преодолеть эти странные сложности. Наконец, когда Кинич увидел двор школы, он обрадовался — осталось пройти всего несколько метров. И по времени прошло всего 2 минуты. Всё-таки странно это всё.       Наконец брюнет оказался у порога школы и понял, что бежать больше не нужно. Он сбавил скорость, и мир снова вернулся к привычному состоянию... Или так казалось сначала? — Ты не представляешь, как мне было страшно. Я думал, что потеряю тебя навсегда.       И снова этот странный, но приятный голос. Почему он боялся, что потеряет его, если он жив здоров стоит у порога школы? А самое странное, кто это говорит? Неужели, голоса в голове? Он же не болеет шизофренией или чем-то подобным. Хотя, может, пора провериться. Зайдя внутрь все вокруг также были подавлены и явно чем-то расстроены, будто во всем мире произошла какая-то катастрофа. Киничу стало интересно, в чем дело, и он решил дойти до своего кабинета и узнать об этом у Муалани. Наконец, оказавшись в нужном месте, он подсел к подруге, но она на него никак не отреагировала. В чем дело? Обиделась, что ли? — Хей, бездельница! Что с тобой? — с мягкой улыбкой спросил Кинич.       Но девушка просто вздохнула и легла на парту. Да что случилось-то сегодня? Ладно, брюнет решил дождаться перемены, чтобы потом узнать у Лини с Линетт. Окинув взглядом весь класс, Кинич удивился, когда не увидел хулиганов вместе. Они сидели порознь друг от друга. Тоже поссорились? Ладно, его не волновала эта кучка болванов, хотя среди них и была его напарница.       Урок шел медленно. Мучительно медленно. Дела обстояли как с автобусом и бегом. Но почему? Он же не ускорялся, сидя на стуле. Время тоже никуда не спешило. То есть ему придется отсидеть эти 45 минут, ощущая, как проходит 2 часа? И вдруг ему пришла идея выйти и пройтись. Когда он ходит, время обычно течет быстрее. Отпросившись у учителя, он вышел из кабинета и направился к туалету, с которым его связывало немало воспоминаний.       Зайдя внутрь, парень первым делом подошел к раковине и посмотрел в зеркало. Он не видел себя с самого утра, потому что каким-то чудом уже оказался у остановки. Посмотрев на себя, он удивился тому, что на нем был его рабочий костюм. Почему он решил так одеться в школу? День был не просто странным, это был какой-то абсурд. Кинич решил умыться, но каждый раз, когда подносил руку к струе воды, то не ощущал её вообще. Поняв, что тут что-то не так, он решил проверить кое-что.       Кинич покинул уборную и направился к расписанию. Проверив нужную информацию, он направился в 29 кабинет. Кабинет, в котором на данный момент находится 11 класс. Открыв дверь, парень осмотрел его, но не увидел того, кого искал. Ахава.. И тут его мысли стали проясняться. Он вспомнил, как сам себя пырнул ножом. А эти голоса, которые он слышал? Наверное, они были из вне. Но кто это был. Неужели он? Нет, звучит как бред сумасшедшего. Чтобы этот и переживал? Да ни за что. Он в жизнь подобному не поверит. Но все же других предположений у него не было, потому что Ахав был последний, кто его видел.       Поразмыслив, Кинич пришел к выводу, что сейчас находится в бессознательном состоянии. Как только он это понял, мир вокруг исказился. Всё кругом растворилось в воздухе, будто этого вовсе не было. Пространство, в котором он оказался теперь, было пустым — просто белый фон. Неужели это тот самый свет в конце туннеля, о котором говорят? Хотя нет — если бы это было так, белый свет находился бы в конце длинного коридора. Может быть, он уже на этом конце? Кинич умрёт? Печальный конец. Он так и не смог познать любовь и прочувствовать эту жизнь сполна.       Брюнет не знал, сколько он уже тут находился, по ощущениям, будто прошла целая вечность. — Знаешь, я всегда думал, что могу справиться со своими чувствами. Но когда ты... когда ты это сделал... Я понял, как сильно ты мне важен.       Опять этот голос. Если он его слышит, может, всё ещё жив? Этот голос был таким спокойным и нежным, что слушать его было так приятно. Он давал Киничу некую надежду, что он всё же сможет выбраться отсюда. И эти слова.. Неужели он кому-то настолько важен? О каких чувствах говорил этот человек? Брюнет сел на пол, поджав колени и обхватив их руками, стал ждать. Он верил, что снова услышит этот утешающий голос. Прошло уже достаточно времени, но Кинич ждал. И вот, спустя день, по его ощущениям, он снова услышал его. — Я не хотел этого признавать, но теперь я понимаю — ты мне дорог. Я столько хуйни для тебя сделал, что ты явно не простишь меня, но мне правда так жаль..       Этот человек... Он раскаивался? Если вспомнить все события, то портить ему жизнь могли всего двое: отец и Ахав... Но это точно не мог быть отец — он был в другом городе и наверняка спился уже где-то. Тогда это был Ахав... Кинич не верил этому.       Вдруг он ощутил, что его руку кто-то держит. Тепло чьей-то руки на его левой ладони изначально не привлекло его внимания. Однако сейчас, находясь в своем подсознании, он особенно остро почувствовал это касание.       Прошло ещё где-то столько же. А может, прошло всего минут пять. В этом пространстве время шло странно, а может, и не шло вовсе. Кроме пустоты он ничего не видел, поэтому не знал, сколько времени он тут провел. И вот вновь он услышал этот голос. — Надеюсь, тебе станет лучше..       Голос звучал всё более отдаленно, а вскоре и вовсе исчез. Это всё? Он больше не услышит его? На мгновение Киничу стало грустно. Ему хотелось остановить его и попросить остаться ещё немного. Но ни голоса, ни тепла на руке он больше не ощущал. Он остался один. Хоть он и был в бессознательном состоянии, но даже тут слишком утомился. Оставаться при жизни было ещё труднее, чем просто жить. Но он не мог закрыть глаза и уснуть. Ведь боялся, что после уже не проснется.

***

      Кинич еле приоткрыл глаза — яркий свет в помещении резал по глазам, заставляя их слезиться и щипать. Преодолев это мучительное ощущение, брюнет вновь смог взглянуть на мир, словно ребенок, впервые открывающий глаза. Первым делом ему хотелось понять, где он и что произошло. Голова была тяжелой, и он не мог вспомнить ни одной детали. Сколько дней прошло? Как долго он лежал здесь?       Поразмыслив, парень осознал, что явно не дома, а в больничной палате. Но что же, черт возьми, случилось? Кинич попытался встать, но с трудом смог лишь приподняться. На его теле были наложены швы и он чувствовал глухую боль, отдающуюся по всему телу. Пока он пытался вспомнить произошедшее, в палату вошел врач. — Что вы делаете? Не двигайтесь, а то швы разойтись могут. Лучше полежите и отдохните. — Что произошло? — хриплым голосом спросил Кинич. — Вас привез в больницу молодой человек, сказал, что нашел вас раненым и доставил в ближайшую больницу. «Точно.. Я же пришел за выполнением поручения.. Так, стоп! Его что, Ахав в больницу привез?» — парень удивился подобному жесту. Зачем ему спасать Кинича, если он сам хотел его убить? Но ещё сильнее расстраивало, что из-за нахлынувших чувств, он так и не смог выполнить заказ и в итоге сам пострадал. Может, ему и вовсе нужно найти другую работу? Ладно, об этом он подумает чуть позже, а пока у него нет сил даже просто пошевелить рукой. — Извините, а сколько дней прошло? — Где-то три дня.       Он три дня провалялся здесь?! Он ничего не помнил, пока находился без сознания. А что в школе сказали на счет его отсутствия? У него же не было родителей рядом, которые могли бы оповестить классного руководителя. Наверное, друзья сильно переживают за него. «Надо бы поскорее выбираться отсюда». — А когда меня выпишут? — Через неделю, думаем. Вы не переживайте, отдыхайте и меньше напрягайтесь, если что-то нужно, то зовите. — произнес врач, указывая на кнопочку на стене рядом с кроватью.       Вот черт, ещё неделю тут торчать.. Но Кинич и сам понимал, что сейчас не в лучшем состоянии, поэтому перечить не стал. Вряд ли смог бы самостоятельно добраться хотя бы до туалета. Наконец придя в себя он почувствовал себя слишком утомленным и решил поспать. Он не знал, почему так устал, если ничего не делал все эти три дня, но решил, что не будет забивать себе этим голову. Она и так была слишком тяжелой, будто он не лежал без чувств, а занимался сложной мыслительной работой. Из-за этого брюнет чувствовал, что готов был хоть всю неделю спать и ждать своей выписки.       Но как ему теперь смотреть в глаза Арлекино, Розарии и даже самого Ахава. Он провалил это задание, хотя, казалось, что в его выполнении не было ничего сложного. Он проявил неосторожность и дал слабину — вот к чему это привело. Несмотря на беспокойство по этому поводу, Кинич меньше всего хотел думать об этом сейчас. Он просто закрыл глаза и мгновенно заснул.

***

      После того, как Ахав покинул больницу, он пошел в бар. Да, рано утром, и что? Когда на душе так тяжело, неважно когда, главное пойти. Да и сейчас ему хотелось просто напиться до беспамятства и забыться. Ахав никогда не испытывал подобных чувств и они были неприятными. Он хотел вырвать себе сердце, лишь бы не ощущать этих давящих чувств. Но он же не Данко из «Легенды о Данко» и не мог просто взять и вырвать свое сердце и при этом остаться живым. Ничего, кроме как нажраться как свинья, не приходило на ум. Зайдя в свою излюбленную таверну, он заказал себе чего покрепче, чтобы сразу взяло. Хотя парень знал, что от одной бутылки он не опьянеет, но решил пока выпить одну. Ахав пил глоток за глотком, словно это была вода. Допив первую бутылку, он отчаянно лег на столик. Почему ему так паршиво? Может, потому что изначально хотел просто выхватить нож у этого человека, а после проводить до выхода и выгнать из дома, обойдясь без жертв. Хоть блондин тогда и сказал, что позволит ему себя убить, но на самом деле не планировал умирать. Ему столько всего нужно сделать. А ведь Кинич тоже был ещё молод.. А если он умрет? Эта мысль не давала ему покоя. Если он умрет, то не сможет выполнить свой список дел на эту жизнь. Отчаянно простонав, парень пробормотал: — Идиот.. Ну и чего ты сделал? Думаешь, легче станет, если ты умрешь?       Да, если бы это был Ахав в начале этой всей истории, ему, скорее всего, было бы плевать. Хотя, судя по тому, какое первое мнение у него сложилось на счет Кинича, то навряд ли он хотел, чтобы он умер до тех пор, пока Ахав не узнал бы, что он из себя представляет. Да, блондину хотелось бы начать всё заново, но вряд ли этот брюнет простит его. «Нужно было с самого начала просто наблюдать за ним, вот идиот, последовал примеру рыжего..» — ударив себя по лбу, парень поднялся и попросил принести ещё бутылку. Видимо, он тут на целый день зависнет.

***

      Прошло два дня с того момента, как Кинич оказался в больнице. Было обычное утро понедельника. Ахав собирался в школу. Он размышлял о том, чем сегодня себя занять и вспомнил про брюнета. — А мне стоит сказать их классухе, что он лежит в больнице?       Задумавшись над этим, блондин застегнул пуговицу на рукавах. Он впервые надел что-то не выделяющееся. Обычную черную рубашку. Даже он сам понимал, что не похож на себя. То ли он повзрослел, то ли поумнел. Хотя ни то, ни другое не было правдой. Но Ахав никогда и не был глупым. Он родился в семье, где требовали с него хороших оценок, поэтому он практически был отличником. Да, изначально родители были против его тяги посещать школу, но смирившись, наказали ему учиться на отлично, дабы не разочаровывать их и не позорить их светлое имя.       Наконец закончив с приготовлениями, он взял свою черную сумку и вышел из дома. Сев в машину, блондин сразу же направился в школу. Дорога была скучной. Впрочем, как обычно. Он сотню раз проезжал мимо этих мест, что здешние пейзажи уже не вызывали у него восторга, как в детстве. Он вышел рано, до уроков был ещё час, но оставаться дома Ахав тоже не горел желанием. Но парень не понимал, что ему делать в школе так рано, даже магазины в это время закрыты. Но он лучше посидит в фойе, нежели дома, слушая нотации родителей. Благо, они не знали, что одним субботним вечером их «любимый» сын отвозил в больницу человека, который чуть не умер в его комнате. Да и они бы никогда не узнали. Родители не то, чтобы не интересовались его жизнью, они даже в его комнату не заходили. Блондин бы всё отдал, лишь бы родиться в обычной семье, чтобы его любили. Может, тогда бы он вырос не таким хулиганом, как сейчас?       Доехав до школы, Ахав зашел в учебное заведение и поднялся сначала к расписанию, чтобы посмотреть, в каком сегодня кабинете. Как и ожидалось, никого не было почти в 7 утра, кроме пары учителей и охранника. Сев на скамейку он решил поесть, ибо подумал сегодня есть вне дома. Постепенно людей становилось всё больше и больше, и парень не видел причин сидеть внизу, поэтому поднялся к своему кабинету. Пока он поднимался, то вновь вспомнил про Кинича и всё де решил предупредить его классную руководительницу. Ахав подошел к расписанию, чтобы узнать, где находился урок у 10 «А», чтобы найти старосту и спросить, знает ли он, где их классный руководитель. На удивление, старостой оказалась подруга Кинича, Муалани. — Доброе утро, ты не знаешь, где может быть ваша классная руководительница?       Девушка удивилась, но всё же ответила. — Возможно, в кабинете истории. — Спасибо!       Поблагодарив Муалани, Ахав направился к кабинету истории, который находился на том же этаже, на котором он сейчас был. Войдя в кабинет, был рад, что Джинн была на месте. — Здравствуйте, Джинн Гуннхильдр, можно вас на пару слов. — А? Хорошо, сейчас подойду.       Женщина отложила небольшую стопку бумаг и подошла к парню. — Что-то случилось? — Понимаете.. Тут такое дело. Я в субботу вечером прогуливался по городу и решил пойти по темным переулкам. Когда я завернул на нужную мне тропинку, то увидел, как четверо мужчин столпились вокруг какого-то человека. Ну я прогнал их и увидел, что жертвой был Кинич Малипо. Он был сильно ранен, поэтому я отвез его в больницу, сейчас он лежит там.       Еле выдумав кое-какую историю, он рассказал классному руководителю, где находился её ученик. Она испуганно ахнула, а после поблагодарила Ахава за то, что тот спас Кинича. Блондин отмахнулся, сказав, что ничего в этом такого не было и он просто шел мимо, а после попрощался с женщиной и ушел к своему классу. Интересно, узнают ли его друзья, где их друг сейчас или нет. А может, Джинн Гуннхильдр уже уведомила его класс о том, что случилось с ним, поэтому Муалани уже могла знать. Хотя, кто знает? Может, только учителям сказала, чтобы те лишний раз не спрашивали, где находился её ученик.