Руководство по приручению Малфоя. Крайние меры...

      Очередной рабочий день в Министерстве для Драко начался совершенно обычно, за исключением, пожалуй, пары незначительных отличий. К примеру, сегодня он впервые за долгое время зачем-то принарядился — хотя повода, казалось бы, не было. Новый пиджак, идеально отутюженные брюки, запонки, которые он не доставал из шкатулки уже несколько месяцев. Он даже наложил на туфли заклинание блеска, что окончательно его самого удивило.       А ещё он решил ободрить себя кофе из любимой кофейни по пути, хотя был шанс попасть в очередь и опоздать. Но людей вообще не было — словно сама судьба решила сделать его маленькое утро приятным.       Драко не стал задумываться о причинах своего необычного настроения. Нет, он просто… вдруг захотел. Захотел выглядеть достойно. Захотел почувствовать себя человеком, а не серой тенью, прибитой к офисному креслу. И это ощущение — лёгкое, почти забытое — было на удивление приятным.       Однако вишенкой на торте стала дата — первое апреля — и странная, необъяснимая смена настроения у старшего специалиста Поттера. Тот с самого утра вёл себя исключительно дико и вызывающе, и Драко уже начал подозревать, что весь этот цирк — один сплошной розыгрыш.       — Ты сегодня такой красивый, что можно влюбиться, — вдруг обрушил на него Поттер с порога.       Драко истошно закашлялся, когда утренний кофе пошёл не в то горло.       — Поттер… ты пьян? — хмуро вопросил он, вскидывая голову над горой макулатуры.       — Нет, начальник, стёкл как трезвышко! — улыбнулся Поттер той своей солнечной улыбкой, от которой у Драко всегда дёргались уголки губ в ответ, пусть он и пытался это скрыть.       — Ты безумен, — кисло отозвался Драко, но в груди что-то кольнуло.       — Только из-за восхищения моим дорогим начальником! Твоя холодность разбивает мне сердце, Малфой.       — Отстань.       — Только после твоего согласия сходить со мной на свидание, дорого-ой! — совершенно кошмарным, приторным тоном пропел Гарри, и Драко чуть заживо не съели мурашки.       — Поттер! — вспыхнул Малфой. — Пшёл прочь отсюда работать! — гаркнул он, хотя голос прозвучал скорее растерянно, чем по-настоящему зло.       — Ладно, начальник… Но я ещё приду! — мурлыкнул старший специалист Поттер и выскользнул за дверь крошечного кабинета.       Драко нервно приосанился и тряхнул головой, пытаясь отогнать странные мысли. Сосредоточиться на работе — всегда было хорошим решением в любой непонятной ситуации, но в этот раз этого сделать не получалось.       — Соберись, дурак! Ты начальник отдела. Сколько раз уже этот очкастый самодур творил всякое сумасбродство? Почему же именно сегодня тебя это настолько всполошило? — пробормотал он себе под нос и со всей возможной страстью вперился в отчёты. — Не хватало мне ещё из-за него упасть в эффективности. Ему скоро это надоест. Главное — не реагировать.       …сказал он.       Но Поттер продолжил своё наступление ещё активнее. И следующая провокация выпала, конечно же, на обеденный перерыв.       За несколько лет работы Драко полностью привык, если не сказать пристрастился, обедать в столовой Министерства. Возможно, потому что вопреки своим установкам всё же полюбил будничную стабильность. А может… потому что это именно Поттер вечно тянул его сюда, когда Драко забывал о втором приёме пищи в день. Он старался не задумываться о причинах, но факт привычной компании всё ещё знаменитого героя оставался напоминанием о его слабости. Правда, к чести Поттера можно было заметить, что вёл в публичных местах он себя прилично… обычно.       Но сегодня, как было понятно с самого утра, всё было абсолютно не так.       — Ты и в этот раз без разговоров пошёл со мной обедать, а, Драко? Можно ли это считать за благосклонность? — Поттер смотрел на него с каким-то непривычным, почти голодным выражением.       — Разве это не привычка? Мы с первого дня вместе ходим на обед, — безразлично хмыкнул начальник отдела, хотя под этим взглядом ему стало неуютно.       — Мерлин, ты беспощаден! — неожиданно расхохотался Поттер, и Драко бросил на него косой взгляд.       — Ты всё же стукнулся головой, Поттер? — скупо отозвался он, с лёгким сочувствием глядя на явно душевно нездорового сотрудника.       — Возможно, — не стал отрицать тот, вызвав ещё большее замешательство.       Следующие пару минут прошли в странной тишине. Малфой насупился, не в силах переварить очередной «прикол» от Гарри, а последний, как зачарованный, смотрел на него, расплываясь в неконтролируемой улыбке. Драко чувствовал этот взгляд кожей, и от него по спине бежали мурашки.       — Знаешь, ты такой очаровательный, когда хмуришься, — обрушил Поттер. — Так бы и поцеловал.       Драко в ужасе вскинул на него взгляд.       — Чего, пикси мне в уши?! — охнул он, не успев сдержать первую реакцию. — Кхм… — Малфой прокашлялся, возвращая себе лицо. — Я понял, твои очередные шутки. Ты бы поостерёгся заявлять такое в общественном месте — вокруг полно свидетелей. Не говори того, что не решишься исполнить.       — Не осмелюсь, говоришь? — с хитринкой усмехнулся Поттер, блеснув бесятами в зелёных радужках. — Думаешь, не смогу сделать этого прямо здесь?       — Ничего я не думаю. Просто говорю, чтобы ты следил за словами.       — Правда? А мне вот не хочется быть голословным.       Поттер начал подозрительно приближаться. Медленно, с явным намерением. Драко, не осознавая, что делает, начал отступать назад, пытаясь увеличить расстояние.       — У тебя невероятно красивые глаза… — Малфой с испугом и недоумением посмотрел на сотрудника своего отдела, будто только что его увидел. Отметил безумно расширенные зрачки под нелепыми очками, неровное дыхание, алые скулы и уши, и вдруг шокированно осознал: амортенция.       Так вот отчего Поттер с самого утра ведёт себя как маньяк! Осознание напугало Драко ещё сильнее. Он, пятясь назад вслепую, споткнулся о ножку чьего-то стула и рухнул на задницу прямо посреди людной столовой.       Грохот сменился густой тишиной и все взгляды устремились на них:       Драко сидел на полу, красный как помидор, с бешено колотящимся сердцем, и смотрел на Поттера, который застыл в странной позе, явно не ожидая такого развития событий.       — Малфой… извини… — пробормотал Гарри, и поторопился помочь ему подняться. — Не ожидал, что ты такой впечатлительный, выглядишь не очень.       — От такого слышу, — зло прошипел Драко, поднимаясь и отряхивая пиджак.       — От какого от такого?       — От больного! — вспыхнул он, — Хоть понимаешь, что устроил?! Позорище!       — Я не болен, я влюблён! — выпалил Поттер так громко, что несколько столиков рядом затихли.       Тишина в столовой стала абсолютной.       — Ты не влюблён, ты идиот под амортенцией! — рявкнул Драко, чувствуя, как к щекам приливает жар.       — Возражаю, начальник!       — Возражать будешь в суде, а сейчас иди работать, найду тебе противоядие к концу дня, — отмахнулся он, надеясь отделаться от Поттера.       — Я не могу работать до тех пор, пока ты, Драко, не перестанешь меня отвлекать, — вдруг нагло заявил тот, демонстративно складывая руки на груди.       — А не прихринел ли ты часом, Поттер?       — Ну вот… Драко-о, ты знаешь, что ты потрясающая красотка и при том самая последняя стерва? — заканючил Гарри.       — Ты перегрелся? — кисло скривился Малфой.       — Да! От горячей любви к тебе! — усмехнулся своей идиотской улыбочкой старший специалист Поттер.       Драко зажмурился, сделал глубокий вдох, устало масируя переносицу, и медленно выдохнул.       — Я понял, — сухо, почти смирившись, кивнул он, поднимая ладонь, — Даю тебе сегодня отгул. Думаю денёк отпуска тебе не повредит.       — Ну уж нет. Я ни за что не покину Министерство до конца этого рабочего дня! — тут же обрушил Гарри. — Это вопрос жизни и смерти!       Драко не ответил — развернулся и быстрым шагом покинул столовую, оставляя Поттера в центре всеобщего внимания. Сердце бешено колотилось. Он чувствовал на себе десятки взглядов, но ни один не был таким обжигающим, как взгляд, который провожал его до самых дверей.       Что же этот шрамоголовый идиот творит? Действительно что ли, кто шутки ради подмешал ему любовное зелье? Но почему оно сработало на него, на Малфоя?       

***

      Обедать он отправился в ближайшее кафе. Возвращаться в столовую после того, что устроил Поттер он бы не решился, а пойти сразу в офис было стрёмно — был риск нарваться на вернувшегося Гарри.       И ладно бы эта небольшая прогулка и смена обстановки его успокоила — так нет же! Драко только сильнее накрутил себя. Казалось бы, амортенция это не что-то непоправимое, он легко сделает противоядие и всё встанет на свои места, но… Но.       Похоже, этот глупый розыгрыш застал его врасплох и слишком сильно задел, когда он и без того был в растрёпанных чувствах. Где там то приятное начало дня, когда он удивлялся своему неожиданно-приподнятому настроению? Но, как бы там ни было, нужно было работать.       Драко вернулся в кабинет, надеясь хотя бы на час тишины и покоя. Он закрыл дверь, снял пиджак, повесил его на вешалку у двери и… застыл.       На его рабочем столе, посреди отчётов, развалился Поттер, обсыпанный лепестками. С розой в зубах. Он лежал на боку, подперев голову рукой, с самым нелепым и одновременно торжествующим выражением лица.       — Я ждал тебя, Драко, — промурлыкал он.       Драко смотрел на это зрелище ровно две секунды. Затем молча развернулся, вышел за дверь и аккуратно прикрыл её за собой.       Секретарша Аманда подняла на него вопросительный взгляд.       — Аманда, — ровным голосом произнёс Драко. — Вызовите клининговую компанию. Срочно.       — Что-то случилось, сэр?       — Да. Кажется, мой кабинет оккупировал паразит, нужна дезинсекция.       — К-кто?       — Вызовите. И принесите мне успокоительное. Лучше сразу два флакона, — тяжело выдохнул Драко, пялясь пустым взглядом в одну точку.       Он услышал, как из-за двери раздалось возмущённое: «Эй! Я не насекомое!» — и прикрыл глаза. Нет, он точно сошёл с ума. Или Поттер сошёл с ума. Или они оба.       Салазар Великий, что же это за день…       

***

      Остаток дня Драко пытался работать, но это было бесполезно. Поттер прорывался в кабинет с завидным упорством. Раз пять или шесть. Драко перестал считать после третьего, когда уже начал подумывать о том, чтобы заколдовать дверь.       И вот, когда часы показывали без пятнадцати шесть, и рабочий день подходил к концу, дверь снова распахнулась.       — Поттер, — устало выдохнул Драко, отрываясь от отчётов, которые он перечитывал уже в десятый раз без всякого смысла.       Не было никакого труда, чтобы догадаться, кто к нему явился. Драко чертовски устал отбиваться от свихнувшегося сотрудника, но ситуацию усложняло то, что… рабочий день подходил к концу. А оставаться наедине с таким Поттером в кабинете было весьма и весьма опасно.       Драко встал из-за стола, решив, что стоя будет выглядеть солиднее и сможет надавить авторитетом на чёкнутого коллегу, но Поттер был неожиданно тихим в этот раз. Малфой непроизвольно нахмурился. Что этот шалопай выдумал теперь?       Не успел он додумать эту мысль, как Гарри поднял на него решительный взгляд и в пару широких шагов пресёк расстроние между ними, зажимая начальника у его же стола.       — Поттер! — попытался Драко, отстраняясь, но тот не сдвинулся и на сантиметр.       — Не сбегай, — тихим, твёрдым голосом обронил Гарри почти ему на ухо, и Малфой шумно втянул носом воздух, ощущая, как лицо вновь начинает заливаться румянцем. — Знаешь, я так давно мечтал… прикоснуться к тебе вот так. Без оправданий, без сопротивления с твоей стороны, без этого «герой» и «бывший злодей», — глухо и отчаянно бормотал Поттер, низко опустив голову, так что не получалось рассмотреть его выражение лица из-за чёлки.       Он поднял на него глаза, и всё оборвалось. Драко на мгновение забыл, как дышать.       — Поттер, — сипло выдохнул Малфой, пытаясь взять себя в руки, — Ты сейчас под действием зелья. Я понимаю, что всё может казаться тебе именно таким, но… Когда действие будет развеяно, ты пожалеешь, — с горьким привкусом на языке проговорил он.       — Замолчи. — Гарри оказался совсем близко. — Не говори ничего обо мне — расскажи о себе. Что ты чувствуешь? Хочешь прикоснуться ко мне? Поцеловать? Или, может быть, ударить? Чего хочешь ты?       — Я не дурак, Поттер, и не буду вестись на твои провокации.       — Провокации? — Гарри усмехнулся, и в этой усмешке не было ничего весёлого. — То есть ты всё же чего-то хочешь?       — Я… н-не…       — Знаешь, когда Рон очнулся после амортенции, он сказал, что плохо помнит, что делал под её воздействием… — голос Гарри дрогнул. — Так что… ты можешь не волноваться.       — Нет. Это неправильно, — обронил Малфой, упираясь рукой в грудь, нависающего над ним Поттера. — Я не могу…       — Не думай о последствиях. — Гарри взял его за руку, и от этого прикосновения по телу Драко пробежала дрожь. — Сейчас. Просто… сделай это. Чем бы оно ни было. Я хочу знать, что ты чувствуешь на самом деле. Пусть это будет удар, пусть что угодно. Только не молчи… Не беги.       Драко посмотрел в его глаза. Нырнул в грозовую зелень, безумную, отчаянную. И в них не было ни капли притворства — лишь тоска. И любовь. Такая огромная, что у Драко перехватило дыхание.       И он сломался.       Драко потянулся к нему. Медленно, почти против воли, будто кто-то другой управлял его телом. Он не знал, что делает, не думал о последствиях. О том, что это неправильно, что Поттер одурманен, что завтра они оба будут жалеть… Мысли просто выключились и осталось это магнитичное искушение, которое заполонило собой всё его тело. А сил на сопротивление не было уже давно.       Их губы встретились, и мир перевернулся.       

***

      Когда Паркинсон предложила Гарри афёру по завоеванию своего начальника, он сначала долго не решался. Шанс, что Малфой попросту возненавидит его, был слишком велик. А после такого ему останется только одно — с позором уволиться, навсегда исчезнув из жизни Драко.       Но первого числа начальник явился в офис в уже давно забытом образе — и выглядел этот платиновый блондин настолько сногсшибательно, что Поттер… нашёл в себе глупый порыв рискнуть. На кону стояло буквально всё: его карьера и привычная жизнь в Британии, а главное — их почти-дружеские отношения, которые Гарри лелеял и одновременно ненавидел последние пару лет.       Пресловутой гриффиндорской храбрости сегодня, как на зло, ему не хватало. Но с этим помогло одно недооценённое зелье и пару стопок алкоголя, который каким-то чудом в офис пронесла Пэнси в термосе из-под чая. Ну и началось.       Начал Гарри с простого, но видя, как Драко сохраняет невозмутимость, становился всё отчаяннее и, как следствие, безумнее в своих выходках. На его идею с лепестками роз на столе Малфоя даже Паркинсон покрутила у виска. Но было поздно — поттеровский энтузиазм оседлал любимого конька, утопил педаль газа в пол. Обратного пути не было.       Малфой стоял намертво. Гарри мысленно удивлялся: у него сердце не из кремня случаем вытесано?       И продолжал давить ещё активнее, не давая начальнику ни минутки на передышку. Единственная яркая реакция была в столовой, но Гарри подозревал, что на это повлияло любопытство толпы — для Драко его репутация дороже жизни. Гарри с горечью осознавал, что в этом сравнении ему не победить. А день неумолимо подходил к концу. Вместе с ним угасала и надежда Поттера.       Последний визит в кабинет был самым отчаянным. Гарри чувствовал себя таким напряжённым и решительным, каким не был даже в момент битвы за Хогвартс. Сейчас или никогда. Если понадобится — он встанет на колени или встряхнёт Малфоя за плечи, лишь бы тот наконец посмотрел на него!       Так он думал. Но когда дверь открылась, он увидел Драко не таким как привык. Тот выглядел… не ледяным. Не неприступным. Просто уставшим и каким-то по живому уязвимым… Он поднялся с кресла и обошёл рабочий стол, складывая руки на груди в привычном защитном жесте. У Гарри тоже не осталось сил дурачиться.       Он просил — не кричал, не требовал, — просил, вкладывая в слова всю наболевшую искренность. Просил его перестать прятаться, перестать убегать, потому что… Потому что чувствовал, что под стальной выдержкой Малфоя, под его профессиональной маской обязательно должно было быть что-то. Хотя бы что-то…       И неожиданно… это случилось. Драко его поцеловал!       Кажется, в тот момент перед глазами отгремел салют, ослепительно-яркий. А лёгкое касание губ подняло со дна души настоящий ураган.       Внутри Гарри бурлил концентрат из нежности и пьянящей страсти. Казалось, ещё секунда — и его просто разорвёт на кусочки от всего объёма чувств, что копились все эти годы, не находя выхода. Он не мог поверить, что это происходит на самом деле. Что Драко не отталкивает его, а отвечает. Так же жадно, так же отчаянно, так, будто тоже ждал этого мгновения всю свою жизнь.       Стоило Малфою на миллиметр отстраниться — Гарри подался следом.       — Ты такой… такой милый, когда улыбаешься. Такой красивый, когда хмуришься. Когда огрызаешься — очаровательный, — шептал он, вслепую осыпая лицо блондина лёгкими поцелуями, словно обезумевший. — Сводишь меня с ума… Ты моя мечта. Я готов умереть прямо сейчас. Всё это слишком… слишком хорошо…       Его пальцы легли на чужие скулы. Касаться его гладкой фарфоровой кожи и перебирать стеклянные пряди на затылке было непозволительно волшебно. И Драко… не отстранялся. Не отстранялся долго, будто и сам был измучен той же жаждой, потерял остатки здравых мыслей и поддался искреннему порыву.       — Люблю… — против воли сорвалось с гарриных губ. — Как же сильно… люблю.       Драко моргнул, последний раз мазнув губами по щеке Поттера, и резко вдохнул.       Он с силой выпрямил руки, отталкивая Гарри, и растерянно начал собирать себя из кусочков развалившегося сознания. Драко сглотнул, медленно поднимая взгляд на раскрасневшегося Поттера, шумно восстановил дыхание и болезненно закусил щёку изнутри.       Гарри почти воочию увидел, как Драко, по мере того как приходил в себя после всплеска их общего безумия, быстро отстраивает рухнувшие стены и замки. Буквально на глазах лицо Малфоя застывало, затягиваясь привычной маской ледяного безразличия.       — Драко… — отчаянно выдохнул Гарри, пытаясь препятствовать этому.       Но тот резко отстранился, сделав два шага назад.       — Поттер… — с непривычным холодом бросил он. — Этого не должно было случиться. Ты всё ещё под действием любовного зелья, а я… я не хочу допустить повторения ошибки.       — Ошибки? Но…       — Не спорь, — оборвал он. — Ты не сознаёшь происходящего.       — Но я сознаю!       — Гарри, — впервые за весь день Драко назвал его по имени, и от этого голос дрогнул, почти сломался. — Это навязанная магией одержимость. Не любовь.       — Может и одержимость, но точно не навязанная! — Гарри шагнул к нему, протягивая руку. — Драко, послушай!       — Тебе… нужно уйти. — бросил мужчина, не глядя на него.       — А если я скажу, что… — Поттер помедлил, — не было никакой амортенции?       Драко замер.       — Не было? — с недоверием прищурился тот.       — Нет.       На лице Малфоя промелькнула тень. Растерянность и удивление постепенно перерастали в страх.       — Значит, тебя отравили чем-то другим? — медленно произнёс он.       — Что? — охнул Поттер. — Нет!       — Чёрт. Если это было другое зелье, нужно действовать быстро, — Драко заметался по кабинету. — Чем же надо было тебя опоить, чтобы ты творил всю ту мерлинову срань… Салазар Великий!       — Драко, погоди, успокойся. Ни амортенции, ничего опасного для жизни я не пил.       — Да неужели? — с раздражением огрызнулся он.       — Да! — Гарри поймал его за плечи, заставляя остановиться и посмотреть в глаза. — Только, разве что, елейную смазку и закрепил всё парой стопок алкоголя для храбрости.       Драко уставился на него, не в силах осознать услышанное.       — Чего?       — Я… — он сглотнул, чувствуя, как щёки заливаются краской. — Я не стал тебя переубеждать насчёт амортенции, потому что подумал, что это действительно неплохое оправдание… Но я правда ничего не пил.       Драко медленно выдохнул. В его глазах промелькнуло что-то странное — смесь гнева, облегчения и отчаяния.       — Ах вот как? — голос его стал ледяным, почти звенящим. — Я увольняюсь.       — Что?! — Гарри опешил.       — Точно. Меня ждёт пансион со старыми тётушками где-то во Франции…       — Постой, обожди минуточку, Малфой! — Гарри попытался схватить его за руку, но Драко уже лихорадочно собирал вещи.       — Давно надо было так сделать.       — Да постой ты минутку спокойно, а? Мы можем поговорить? — с мольбой обронил Гарри, умудрившись обхватить его предплечье.       — Ни за что! — тут же взъершился начальник, пытаясь вырвать руку. — Я всё ещё помню, как накладывать Обливиэйт, Поттер, так что отпусти меня немедленно.       — Зачем он тебе?       — Потому что ты… — Драко стушевался, будто слова застряли в горле.       — Что я? — фыркнул Гарри. — Буквально минуту назад был поцелован тобой?       — Ты сам меня спровоцировал! — Драко обернулся, и в его глазах сверкнула обида, а под кожей разлился стыдливый румянец — он чувствовал его жар. — Теперь будешь меня этим шантажировать, что ли? И потом — это не я пытался обслюнявить чьё-то лицо! — встал в позу Малфой.       — Шантажировать? Нет, с чего бы? Я никогда… — Гарри запнулся, — Кхм… хотя, может…       — Я ухожу, — бросил Малфой, вырывая руку.       — Пошутил! — Гарри выпалил это так громко, что Драко замер в дверях. — Я по-шу-тил! Извини, просто перенервничал сегодня.       Тишина повисла между ними. Тяжёлая и густая, как раньше, в больнице после несчастного случая. Драко стоял, не оборачиваясь, и Гарри видел, как дрожат его плечи, как он судорожно сжимает в руках пиджак, как пытается дышать ровно, но не может.       — Драко, — тихо, почти шёпотом, позвал Гарри. — Пожалуйста, не уходи.       — Зачем? — голос Малфоя сорвался. — Чтобы ты продолжил издеваться надо мной?       — Я не издеваюсь.       — Ты выставил меня посмешищем перед всем Министерством! — процедил в ярости он, но в голос прорвался совсем другой тон.       — Я пытался добиться твоего внимания! Уже столько мордредовых лет, но ты ни разу не посмотрел на меня, ещё с Академии… — вдруг высказал Гарри и Драко сдвинул брови. — Чёрт, я правда не знал, что мне ещё сделать!       — А ты не подумал, что я не хочу твоего внимания? — колко ввернул Драко, сжимая кулаки. — Что я хочу, чтобы ты оставил меня в покое?       — Ложь.       Драко резко обернулся.       — Что?       — Я видел, как ты смотрел на меня. В библиотеке, в столовой, на злосчастном корпоративе… Каждый день. — Гарри снова сделал шаг к Драко, голос его слегка дрожал, но был твёрд. — Ты боишься, понимаю. Я тоже боюсь, но я не хочу больше так продолжать. Я хочу быть с тобой, пожалуйста. Если есть шанс, что ты чувствуешь то же, то… не убегай, прошу.       Драко смотрел на него. Смотрел долго, и в его глазах отражалась такая боль, что у Гарри сжалось сердце.       — Ты даже не представляешь, — голос Драко был тихим, почти безжизненным. — Ты даже не представляешь, что я чувствую… когда ты рядом. Когда ты улыбаешься. Когда ты произносишь моё имя. Это… это разрывает меня изнутри. Потому что я знаю, что никогда не буду достоин тебя. Что я всегда буду тем самым «бывшим Пожирателем», которого ты спас. И это… это невыносимо.       — Драко…       — Я не могу. — сорвано выдохнул он, — Я не могу быть с тобой. Потому что если я позволю себе поверить в это и потеряю, — я не выживу.       — Ты не потеряешь меня, — Гарри подошёл почти вплотную. — Я никуда не уйду.       — Ты не знаешь этого, — с горечью мотнул головой Малфой.       — Знаю, — Гарри осторожно взял его за руки.       Драко поднял голову. Глаза его были красными, но в них больше не было паники. Только усталость и, кажется, что-то похожее на надежду.       Гарри вздохнул и обнял его. Медленно, осторожно, будто боялся спугнуть. Прижал к себе и прошептал:       — Всё будет хорошо. Я обещаю.       — Не обещай того, чего не можешь гарантировать, — глухо отозвался Драко.       — Я могу. Я всегда могу, когда дело касается тебя. Мне не хватило и десяти лет, чтобы выкинуть одного слизеринца из головы.       Драко усмехнулся — сухо и горько, но в этой усмешке уже не было прежней тоски.       — Идиот, — пробормотал он глухо.       — Твой идиот.       — Это ещё неизвестно, — из вредности бросил блондин, отстраняясь. — И что мы теперь будем делать? — спросил он. — Ты устроил весь этот цирк, я едва не уволился… Всё Министерство будет говорить об этом завтра.       — Пусть говорят, — Гарри улыбнулся, и в его улыбке было столько нежности, что Драко невольно отвёл взгляд. — Если захотят — устроим им шоу.       — Поттер, ты невыносим!       — Я знаю. Но ты меня любишь, — резюмировал тот.       — Я этого не говорил, — тут же вскинул подбородок Драко.       — Ты только что поцеловал меня.       — Это был несчастный случай! — буркнул он.       — Драко-о…       — Отстань.       — Ни за что, — восторженно хмыкнул Поттер с выражением победителя.       Они стояли в полумраке кабинета, сжавшись в маленьком пространстве между столом и стеной, и мир за окном не имел значения.       — Завтра… — Драко прочистил горло, отстраняясь, но не убирая рук с плеч Гарри. — Завтра мы всё обсудим. Спокойно. Без роз и публичных сцен.       — Хорошо, — согласился Гарри, чувствуя, как внутри разливается невероятное счастье. — А сегодня…       — Сегодня я иду домой и пытаюсь осознать всё произошедшее!       — Можно мне пойти с тобой? — Гарри смотрел на него с надеждой.       — Поттер, — Драко устало прикрыл глаза. — Ты совершенно невыносим…       — Ты уже говорил.       — Могу ещё повторить, потому что это чистая правда!       — Так можно?       Драко вздохнул. И в этом вздохе было столько обречённости, сколько умещается только в одном Малфое.       — Ко мне — нельзя, — отрезал он и Гарри тут же поник. — Кафе, — добавил Драко, сдерживаясь из последних сил, чтобы не закатить глаза. — Один раз. Один кофе. И если ты сделаешь что-то не то, я заколдую тебя так, что ты три дня будешь квакать.       Гарри просиял.       — Договорились, — без раздумий кивнул он. Квакать три дня подряд было не так страшно, как отпустить сегодня Малфоя в неизвестность.       

***

      Драко проснулся до странного рано. Солнце ещё только начинало золотить край неба, но он уже не мог спать. Он лежал в постели и смотрел в потолок, трепетно перебирая события вчерашнего дня.       Гарри, окончательно сошедший с ума… Те кошмарные розы на его рабочем столе. Потом поцелуй, признание…       Это было абсолютное безумие! Непозволительное, неправильное… и такое сказочное. Случившееся было тем, чего он боялся больше всего, и больше всего хотел, но запрещал себе даже мечтать.       Драко медленно поднялся, подошёл к гардеробу и замер. Рука сама собой потянулась к костюму, который он не надевал уже больше года. Тёмно-синий, с идеальными стрелками, с запонками, которые подарила мать. Дорогой элегантный образ, кажется, был к лицу ему сегодня.       Он надел его не задумываясь. И, глядя в зеркало, вдруг понял — он улыбается.       Не натянуто, не для протокола. Искренне и глупо, хотя думал, что забыл, как это делается.       — Вот же идиот, — прошептал он себе беззлобно и улыбнулся ещё шире.       В кофейне была очередь, но он не торопился: стоял, лениво поглядывая на часы, а внутри разливалось странное, давно забытое тепло. Он снова выбирал свой кофе так, как будто это решение было важным. Потому что сегодня — не простой день.       Сегодня он впервые за долгие годы хотел идти на работу.       

***

      — Доброе утро, — сказал он секретарше, проходя в отдел. — Где старший специалист Поттер?       — Он ещё не приходил, сэр.       — Хорошо. — Драко кивнул и направился в свой кабинет. — Когда появится, скажите, что я жду его.       Он вошёл в кабинет и увидел на столе записку. Свернутый клочок пергамента со знакомо-небрежным почерком.       «Драко. Я знаю, что обещал не делать глупостей, но… ты слишком долго не давал мне спать по ночам. Я решил не ждать, прости.       Встретимся на крыше Министерства. В 9 утра, как ты любишь (да, я знаю о твоей привычке выходить на крышу подышать воздухом перед работой).       Если не придёшь — я прыгну. (Шучу. Но буду очень грустным.) Приходи.       Твой Гарри.»       Драко перечитал записку три раза и рассмеялся. Громко, от души, так, что стёкла дрогнули.       — Вот же идиот, — повторил он, и в голосе не оказалось ни капли раздражения — только неожиданное тепло. Кажется, день дурака накладывает свой отпечаток.       Он посмотрел на часы: 8:52. Идеально. Он мельком заглянул в маленькое зеркало на стене, поправил воротник и неспешно вышел из кабинета, подстёгиваемый предвкушением.       На крышу завудвал плохладный ветер, и обычное лондонское утро было серым, но для Драко оно выглядело самым солнечным за последние годы.       — Ты пришёл, — сказал Гарри, оборачиваясь.       — Ты оставил мне записку с угрозами. Я не мог не прийти.       — Угрозами? Это было романтическое послание!       — Глупое послание. Не вижу ничего романтичного в том, чтобы угрожать начальнику своего отдела прыгнуть с крыши, — едко прокомментировал он.       — Я сказал, что это была шутка!       — Угрожать «быть грустным» — это тоже шантаж.       — Но ты всё же пришёл, — Гарри с надеждой поджал губы.       — Да, — Драко сделал шаг ближе, и коварно блеснул бесятами в глазах. — Пришёл, чтоб подтолкнуть.       Гарри улыбнулся так глупо, как улыбаются только счастливые люди. И Драко понял, что уже не может удерживать высокомерное холодное выражение на лице.       — Я подумал… — Гарри осторожно шагнул к нему. — Может… начнём сначала?       — Сначала? — Драко изогнул тонкую бровь.       — Да, — Поттер неловко отвёл взгляд, — Без роз, без зелья, без глупых шуток. Просто два человека, которые хотят быть вместе.       Драко посмотрел на него, такого неловкого. На его растрёпанные волосы, на вечно съехавшие очки, на эту дурацкую клетчатую рубашку, которая торчала из-под мантии.       И вдруг понял: он так долго бежал от внимания Поттера, из-за страха перед собственными ощущениями. Но сейчас, глядя прямо в зелёные глаза, осознал, что больше так не хочет.       — Хорошо, — сказал он. — Давай начнём сначала. Я Драко. Драко Малфой.       — Гарри Поттер, — Гарри протянул руку. — Очень приятно познакомиться.       Драко ответил на рукопожатие, задерживая пальцы чуть дольше положенного. Это оказалось куда проще, чем он всегда думал…       — Искренне надеюсь, что ты не собираешься снова выкинуть какую-нибудь глупость, — прищурился он.       — Не могу этого обещать, — усмехнулся Гарри.       — Поттер… — с угрозой в голосе повёл Драко.       — Но я обещаю, что ты будешь рядом, когда это случится.       — Какое ужасное обещание, — скривился он в ответ.       — Это самое честное обещание, которое я могу дать.       Драко покачал головой, но улыбка не сходила с его лица.       — Идиот, — сказал он.       — Твой идиот, — отозвался Гарри.       И в этот раз Драко не стал спорить.