Поцелуй под украденной Луной.

Луна вернулась на небо — как будто никто и не крал. Мягкая, полная, румяная, с лёгкой ухмылкой. Она повисла над Диканькой, сияя на полуголых ведьм, обнявшихся в небе, на пьяных попов, вылезающих из мешков, и на Снейпа, который впервые в жизни сидел на бревне и пил квас… с удовольствием. Гарри — рядом. Чуть ближе, чем нужно. Губы — уже были около уха, пальцы — лениво касались запястья, как будто случайно, но не совсем. Снейп не отстранялся. Он горел. Солоха устроила бал. В воздухе — музыка, жареная свинина, запах медовухи, смех и ведьмин смех в придачу. Пёстрые платки развевались, вареники летали в воздухе, и где-то в углу Чёрт влюблённо смотрел на медный самовар. — Этот вечер… — пробормотал Снейп, не отрывая взгляда от Луны, — окончательно сведёт меня с ума. — А ты дай ему шанс, — прошептал Гарри. — Мы же всё равно не выйдем отсюда, пока история не дойдёт до кульминации. А по всем правилам, — он наклонился ближе, — кульминация — это страсть. Желание. Разрешение. Снейп посмотрел на него. В его глазах — темнота, не ледяная, но глубокая. — Поттер… — Я здесь. Гарри. Пауза. Снейп выдохнул. — Тогда иди за мной. Они скрылись от бала. За мельницей, где тихо. Где слышно только воду, и Луна сочится сквозь ветви, как серебро. Снейп толкнул Гарри к дереву — не жёстко, но с решимостью. Их губы столкнулись — резко. Без церемоний. Он держал Гарри за лицо, целовал, как будто задыхался — будто больше не мог ждать. — Сколько… — выдохнул Гарри, обнимая его за шею, — сколько ты это сдерживал? — Слишком, — прошипел Снейп, — чёрт бы тебя побрал. Он прижал Гарри к себе — бёдра к бёдрам. Их дыхание стало тяжёлым, пульсирующим. Снейп прикусил нижнюю губу Гарри, и тот тихо застонал. — Здесь? — хрипло спросил Гарри. — Здесь, — ответил Снейп, уже расстёгивая пуговицы. — Под этой проклятой Луной. Прямо в этой сказке. И Гарри позволил. Пальцы — на коже. Горячие. Скользкие. Соприкасаются. Обнажают. Тела сплетаются, трение — невыносимое. Влажное дыхание, пот, стон, руки, сжимающие плечи. Снейп вошёл в него не резко, но мощно. Тот первый толчок — как огонь. Как долгожданное возвращение. Гарри задыхался. Стонал. Шептал: — Ещё. Да. Северус… А Снейп двигался — сдержанно, но вглубь. Губы на шее. Зубы на плечах. Спина дрожит. Мир исчезает — только он, только Гарри, только ночь. И когда всё кончилось — Гарри целовал его. Долго. С жаром. С благодарностью. Позже они лежали на траве. Обнявшись. В шубах. Потные. Уставшие. Снейп хрипло прошептал: — Поттер… — Гарри. — Гарри. — Да? — Не вздумай снова взрывать ёлку. Особенно с порталами. Гарри рассмеялся и поцеловал его в висок. — С тобой — хоть в печную трубу. А Луна сверху кивала. Словно говорила: Так и быть. История завершена. С Рождеством вас, дураки влюблённые.