Второй шанс

Хрупко. Счастье не любит шума, счастье любит тишину. Даня гадал про себя, когда сорвётся Слава, но тот вёл себя нормально. Резко как-то он бросил пить, ведь даже жена не могла его унять, а тут! Слава готовил перловку с тушёнкой, которую они потом вместе ели, сидя в чистой кухоньке. Выкинул хлам, в том числе и стулья, которые уже давно надо было выбросить, купил посуду домой. А много ли надо? Пару новых тарелок только, а ложки-вилки были. Постельное пахло чистотой, в туалете-ванной появился стиральный порошок. Слава стирал руками, стиралки не было. Даня даже подумать не мог, что мужчина может быть таким нежным. Данька тоже учился вместе с ним интимным премудростям, он ведь и не знал ничего. Слава учил правильно брать член в рот, чтобы не повредить зубами нежную кожицу. Странно, года два назад Слава бы плевался, если бы ему сказали, что он будет сношать тихого мальчишку у себя в квартире, а теперь вот вдыхает его запах, медленно трахая, пристроившись боком сзади к юношеской спине. Не противо, но всё равно не совсем обычно. В России такое недопустимо. У Славы был диплом о среднем-специальном образовании, он не заканчивал институтов, но вполне мог размышлять не однобоко. Читать любил, пока не загремел в Чечню. Знал прекрасно, что во все времена были такие люди с нетрадиционной ориентацией. Когда-то в древние века это вообще считалось нормальным, но не здесь. В СССР можно было получить статью за такую "симпатию" и запросто сесть в тюрьму, и девяностые не были исключением. А вот верхушка-то власти баловалась таким, и им ничего не было. Да и как им не баловаться, когда они сами п.... ы. Ещё хотелось выпить, как говорится, "трубы горели". Он вроде и обещал Даньке попробовать начать другую жизнь, но ведь только попробовать, не больше! Алкоголики – не наркоманы, с наркотой завязать тяжелее, до наркотиков, слава богу, Вячеслав не опустился. Но и сказать "стоп" алкоголю тоже трудно. Появился тремор рук, ему стало невыносимо хреново, болела голова, хотя когда он перестал пить, то поначалу вроде всё было относительно спокойно. Слава злился. На себя, на Катьку, на Даньку, что так бесцеремонно вошёл в его жизнь. Он сдерживал себя, чтобы не заорать на глупого мальчишку, который котёнком ластился к мужчине, желая хоть как-то помочь ему. Слава понимал, что и Катя, и Даня хотели для него лучшего, но его спросил кто-нибудь: а хочет ли он этого сам? Крепкий чай нисколько не помогал, помогло бы другое. Один раз он всё-таки рявкнул на Даньку, который опять затеял уборку. Даня сделал вид, что ничуть не обиделся, но Слава чувствовал, что парень сильно огорчился. Подойдя к смотрящему из окна Дане сзади, он обнял его за талию, виновато прохрипев в ухо: — Прости. Член как по волшебству встал, упираясь в крепкую попку парня через плотные, недавно купленные джинсы на рынке. Отчего-то на Даньку член вставал как по волшебству. Даня бесстыдно потёрся задом о пах мужчины, возбуждённо задышав. Какой же он всё-таки сильный, Славка... — Я хромой, Дань. Калека. Зачем? — Потому что я тебя люблю. – выдохнул Данил. Он сказал это так легко, и Слава поверил. Потом пусть будут сомнения, а сейчас завалить бы мальчишку в горизонтальное положение и больше ничего! *** В гости к родственникам поехать очень хотелось. Краснодарский край, море. Хорошо бы поваляться на берегу, только вот и людей там много, несмотря на тяжёлое время, но всё равно. Слава попросил не приходить пару дней, сказал, что он сильно раздражается оттого, что ему хочется выпить, и он запросто может сорваться на Даньке. Прямо сказал, не обманул. Даня не обиделся, но стало тоскливо. Он понимал, как сложно закончить со всем этим, но если есть желание, то можно справиться с пагубной привычкой. Все эти двое суток Даня был как на иголках, на исходе третьего дня после работы в ресторане он поспешил к Вячеславу. Начинались майские праздники, после девятого числа у него были экзамены в училище, а дальше диплом, и Даня наконец сможет устроиться в какую-нибудь строительную фирму. Отделочники зарабатывали неплохо, только опыта в этой сфере у него пока не было. Уже у квартиры Славы Даня почувствовал неладное. Сердце тяжело забилось, и Даня, открыв незапертую дверь, вошёл в дом к мужчине. По носу мазнул неприятный запах перегара и спирта. Слава сорвался. Мужчина сидел на кухне за некогда чистым столом, на котором сейчас громоздились две бутылки непонятной мутной жидкости. Перегон с рук продавался дешевле. Открытые консервные банки, квашеная капуста и этот отвратный запах спирта и еды. — Слав? – дрогнувшим голосом произнёс Даня, в груди сдавило. Всё снова пошло прахом. Мужчина, до этого не смотря на входящего на кухню Даню, поднял на него перекошенное злобой лицо. — А..припёрся опять? Чё ты ходишь-то всё?? Слава, пошатнувшись, поднялся из-за стола, лицо его было красным от выпитого, но ещё этот дикий взгляд.. Буравящий насквозь, полный неприязни. — Ты что думаешь, подставил мне свою жопу, педик, и я теперь другую жизнь начну что ли? Светлую? Мужчина издевательски расхохотался, а Даня даже и пошевелиться не мог от шока. Не мог поверить в то, что несёт этот человек, который ещё недавно совсем говорил по-другому. А этот, непохожий, улыбаясь ядовито, делал больно обидными словами. Данилу и ответить на это было нечего. — Я баб люблю! Катьку вот любил! А ты.. Допился я, видать, до края, раз на тебя полез! Что с пьяну не бывает? Хватит меня лечить уже! Я хочу жить и сдохнуть так, как я хочу! Не надо мне твоей ебаной заботы, не просил я о ней! Давай вали-ка ты отсюда, пока я тебя с лестницы не спустил! Слава снова опустился на табурет, наливая пойло из початой бутылки в грязный стакан. Данил на автомате развернулся и тихо прикрывая за собой дверь, спустился по лестнице. Ничего не вышло. Экзамены сдал кое-как, но диплом всё-таки теперь есть. Мать выслала немного денег, зная, что Даня собирался к родственникам. Надо отдохнуть, забыть всё то, что с ним произошло. Хватит. Может там, на море, он и подыщет себе кого-то, только вот интересно как? Думать об этом не хотелось, было адски больно от слов мужчины. Даня сделал всё, что мог, дальше уже не его заботы. Он переболеет. Сможет. Уволившись из ресторана и получив копеечный расчёт, Даня начал готовится к поездке на юг. Пару месяцев отдохнёт, а потом устроится на работу. Правда, сейчас безработица и платят не вовремя, но ведь когда-нибудь придёт и лучшее время. О Славе он старался не думать, было жаль не потраченного времени, а именно Славу как человека. *** Даня за пару дней до поездки выкупил билет в кассе ж/д вокзала. В субботу утром он благополучно сел в поезд, и под мерный стук колёс почти сразу же уснул. На одной из станций поезд должен был простоять полчаса, и за это время Даня решил сходить в буфет около ж/д. Купив пирожки, он надумал сходить в туалет, который почему-то находился не в здании вокзала, а чуть дальше. Туалет был убитым напрочь, чтобы дойти до мужского, ему требовалось пройти по недлинному полутёмному коридору. — Катакомбы какие-то.. Что это за туалет такой?! – пробурчал про себя юноша, быстро идя на отсвет, который был в самом конце коридора. На полпути в сортир он услышал негромкую возню в туалете, затем резко послышался приглушённый хлопок, будто кто-то ударил хлопушкой по паласу. Даня замер у полуоторванных дверей, не смея входить внутрь. Тут же и без того висящая на одной петле дверь широко распахнулась, и он оказался нос к носу с высоким светловолосым мужчиной. Мужчина на секунду замешкался, удивлённо глядя на внезапно появившегося человека у туалета. В следующий миг глаза его озорно блеснули, а губы растянулись в смешивой ухмылке. Взгляд Дани выцепил чёрный ствол с глушителем, и не поверив в происходящее, он глупо воззрился на мужчину, открыв рот. — Опа! – светловолосый радостно залыбился.– От оно как! Подожди-подожди, парень, я сейчас! Он перезарядил затвор, наведя пистолет на юношу. Даня наконец отмер и некрасиво взвизгнув, кинулся прочь от убийцы. Краем уха он слышал масляно-мягкий звук выпускаемых пуль из ствола. Даня не чувствовал зацепила ли его хоть одна из них: он бежал так, как не бегал никогда в своей жизни. Выбежав из мрачного здания, Даня понесся прямиком к поезду, тот вот-вот должен был отъехать от станции.