Секрет магов

— Все в нашем мире обладают магическими силами, но только вы прошли особый отбор, чтобы стать Старшими магами, — торжественно вещала с кафедры деканесса. — Вам предстоит долгий и трудный путь. И только самые упорные и талантливые смогут получить золотой кристалл силы. Будьте усердны и воздастся по заслугам! — Аве! — хором ответили первокурсники и зашевелились, желая поскорее разбежаться по комнатам. Они только-только вселились в общежитие и мечтали начать новую взрослую жизнь. Мона нашла в толпе Кёхуна, схватила за руку и потащила за собой. Они знали друг друга всю жизнь, жили по соседству, на учебу поступили тоже вместе и заняли соседние комнаты в общежитии. Каждому юному магу полагалась своя собственная комната с крохотным, но все же личным санузлом и чудесным видом на парк. Шустрая Мона смогла уболтать камендантку и забрать для них с Кёхуном соседние номера. По половому признаку этажи в общежитии не делились. Считалось, что учебная нагрузка такова, что на глупости не останется сил. Да и сами студенты поостерегутся заводить слишком близкие знакомства, ведь беременных магинь исключали без разговоров и незадачливых отцов тоже. Магия позволяла мгновенно определить кто с кем и кто виной. Так что маги предпочитали просто дружить. Ну, чаще всего. Мона с Кёхуном дружили и составляли отличный тандем. Ведь общительная Мона была магом воды, а закрытый, молчаливый Кёхун — магом природы. Сады, выращенные возле их родных домов, считались самыми красивыми в округе. Так что в магическую академию они попали не просто так.

***

Может быть подслушивать старших магинь было и не прилично, но очень информативно. Иначе как бы Мона узнала, что тот самый розовый камень, что ей выдали для тренировок, можно использовать, как ключ к порталу, для вызова особых сил. Что это за силы Мона не поняла, на этом месте магини принялись кашлять и хихикать, как ненормальные, но суть была ясна. Обычное заклинание перехода в сочетании с этим камнем давало нужный результат. Мона хотела быть сильной магиней. Она хотела быть самой сильной на планете. Тогда бы она навела порядок и покончила… Со всем, что ей не нравилось. Например, с ананасовой пиццей и мятным шоколадом. Как можно любить такое?! Гадость. Не медля ни минуты, Мона побежала в свою комнату, тщательно заперла ее на замок, закрыла ставни на окнах, задвинула стул под стол, чтобы освободить место на полу, положила по центру свой розовый камень, в виде удлиненной призмы, и скастовала заклинание перехода. Некоторое время ничего не происходило, только знаки светились в воздухе, перемешиваясь весьма странным образом. Мона никогда не видела такого плетения. Она так увлеклась, рассматривая их, что не заметила существо, показавшееся из открывающегося портала. — Ой, мамочки, — округлила она и так большие глаза и прижала руки к груди. Из светящейся бирюзовым дымки выползала прозрачно-синяя слизь. По сути, это была уплотненная вода, Мона сама делала такую, но никогда субстанция не действовала самостоятельно. Слизь тихонько распределялась тонким слоем, исследуя пространство. Когда она дотронулась до Моны, та взвизгнула и быстро забралась на кровать. Слизь не проявляла агрессии, наоборот, она медленно перетекала, образуя свивающиеся жгуты. Непрерывное гипнотизирующее движение. Скоро Мона совершенно успокоилась и протянула руку, чтобы потрогать гостя. Слизень оказался очень приятным на ощупь, гладким и шелковистым, легко скользящим между пальцев. Он легко принимал любую форму, и Мона стала развлекаться, вылепливая из него разные предметы: яблоко, чайник, член… Член? Мужской орган получился великоват, но очень натуральный. Не то, чтобы Мона когда-то разглядывала чей-то член так пристально, но в ее дружбе с Кёхуном был период, когда они разглядывали и изучали друг друга. Тогда она не осмелилась даже трогать, только глядела, а теперь перед нею оказался отличный объект для изучения. Судя по всему, слизь знала, что показывала. Краснея и оглядываясь на дверь, Мона погладила скользкий фаллос, ощущая какой он упругий. Руки приятно скользили по стволу, а губы так и тянулись прикоснуться к поблескивающей головке. Ничего же такого, если она немного лизнет чудесную слизь? Чем дольше она гладила фаллос, тем приятнее становилось. Одного прикосновения губами показалось недостаточно. Мона открыла рот и втянула немного слизи, скользнувшей по языку прохладной водой. Кажется, она проглотила кусочек… Это же не ядовито? Сосать отросток слизи было так же приятно, как и гладить. Мона втягивала щеки и вылизывала, стараясь изо всех сил. По телу разливалась чудесная нега, между ног потяжелело, припухло и стало влажно. В голову пришла шальная идея. А что, если… Вынув слизь изо рта, Мона развернулась и встала на четвереньки. Слизь потерлась через трусики, делая их еще более влажными. Мона подумала, что следовало сперва раздеться. Она стянула маечку, освобождая грудь, и повыше задрала коротенькую юбку. Больше ничего не успела сделать. Поднырнув под край трусиков, слизь отодвинула их в сторону и медленно проникла… В попку? Ой. Не прошло и нескольких секунд, как очень захотелось в туалет. Наплевав на условности, Мона пулей кинулась в санузел. Не хватало еще испачкать кровать. В туалете Мона просидела удивительно долго. Она и не предполагала, что в таком худеньком тельце столько… ненужного. Из нее вышло все, даже случайно проглоченный кусочек слизня. Простите. Внезапное очищение совершенно не убавило ее желания, скорее даже усилило. Ей не терпелось скорее вернуться к слизи. Наскоро ополоснувшись, она легким дуновением магии собрала с себя всю лишнюю воду и вернулась в комнату. Слизистый фаллос стоял посреди кровати и слегка светился в полутьме комнаты. Закрыв ставни, Мона включила ночник на тумбочке возле кровати, но его света хватало только чтобы совсем не потеряться в кромешной тьме. Вся слизь слегка светилась, а собранная в фаллос — ярче всего. Быстро перебирая коленками и руками, Мона подползла к нему и поцеловала в кончик. — Будь хорошим, найди правильную дырочку. Я никогда не была с мужчиной, но мне очень хочется понять, каково это. Тебе придется быть поаккуратнее. Неизвестно, поняла ее слизь или нет, но в этот раз она протиснулась куда нужно. — Ой-ой! Не торопись, мне больно! — воскликнула Мона. Слизь замерла, а потом резко ворвалась в ее тело, заставив вскрикнуть. С этого момента слизь двигалась непрерывно, не обращая внимания на мольбы и протесты. Бедная Мона хотела избавиться от нее, поджималась и уползала, но только раззадорила гостя. Связав ее по рукам и ногам, слизь без остановки врывалась в девичье тело, проникая все глубже. Боль сменилась приятными ощущениями, Мона немного расслабилась и в этот момент слизь запульсировала у нее внутри, кончая тягучей субстанцией. Щупальце вышло и заколыхалось перед лицом Моны, преображаясь. Кончив первый раз, оно из тонкого и гладкого стало толще и обзавелось небольшим рельефным гребнем. Покачавшись в раздумьях, оно согнулось, примеряясь. Остальные щупальца, удерживавшие Мону лежащей на спине, развели ее колени шире и притянули к голове, выставляя ее нежные дырочки на всеобщее обозрение. Мона затаила дыхание. Помедлив еще минуту, щупальце с размаху ворвалось в ее влагалище, растягивая сильнее прежнего. Теперь от активных движений по всему телу разливалось удовольствие. Липкая конча тянулась и расплескивалась при каждом движении. Мона поняла, что кончает. Слизь доставила ей первый в жизни оргазм. Это было чудесно. Ярко и расслабляюще. Магия слизи соприкоснулась с ее собственной, вызывая щекочущий резонанс. Слизь кончила вместе с Моной и вяло елозила по впалому животу, пачкая его липким. Другие щупальца тоже обмякли, и Мона смогла вытянуться на кровати, переживая блаженство. Слишком короткое, но весьма познавательное. Вот оно значит, как выглядит? Интересно, весьма интересно. Мона подумала, что на сегодня достаточно, но слизь думала иначе. Зафиксировав девушку, она вновь начала преображаться. Пузырясь и пощелкивая, член стал еще больше и бугристее. Мона замотала головой и задергалась, когда новая версия члена склонилась к ее телу. Щупальца сжали ее сильнее и перевернули на живот, тут же вздергивая на колени. Теперь она не могла видеть, но отлично ощутила, чем ее будут иметь в этот раз. Упругий и скользкий, член потерся о промежность, мягко потыкался в анус, пачкая липким и немного раздвигая мышцы, будто в раздумье, потом спустился ниже и… — Хах! Вошел одним длинным толчком, заполняя Мону изнутри. На животе образовалась шишка, которая принялась двигаться вперед-назад, соответственно движениям члена. Мона не представляла, как он может поместиться у нее внутри. Кажется, все внутренние органы в страхе прижались по сторонам, освобождая место для растягивающегося влагалища и матки. Кончая, слизень наполнял ее своей кончей, заставляющей раскрываться шейку матки. Мона не могла этого видеть, но чувствовала и растяжение, и глубину. Одновременно все сильнее волновалась магия, активнее циркулируя по каналам тела. В новом положении Мона могла видеть свой камень, засветившийся едва заметным розовым светом. Он беспокойно шевелился, будто вместе с Моной совокупляли и его. Преодолевая удерживающие ее путы, Мона поползла к камню. При этом слизистый член продолжал стараться вовсю, доставляя нарастающее удовольствие. В тот момент, когда Моне удалось схватить камень, слизень, а следом и она, бурно кончили, содрогаясь в конвульсиях удовольствия. Теперь оргазм был гораздо сильнее и длился дольше. Мона никак не могла прийти в себя, витая в облаках блаженства и прижимая к груди пульсирующий кристалл. Щупальце уже покинуло ее и обтекало, отдыхая рядом, но во влагалище все равно что-то мешало. Мона привстала и заглянула себе между ног. Из растянутой вульвы выглядывал бок голубого шара, переливающегося внутри перламутровым светом. Поднатужившись, она вытолкнула его на ладонь, под присмотром множества любопытных мелких щупалец. Магия шара ощущалась чужеродной, и Мона отдала его щупальцам, тут же укутавшим его толстым слоем слизи. Монстр снес магическое яйцо, но оно было не ее, не Моны. Следовало продолжать. В памяти всплывали обрывки подслушанного разговора. Теперь все непонятное вставало на свои места. Верховные маги не рождались такими, особую силу им давало вот такое яйцо. Но чтобы получить то, что подходит, надо очень постараться. Редко у кого получалось с первого раза. Пройдя половину пути, Мона решила не отступать. Повернувшись на бок, она обняла слизистый щуп и принялась лизать и посасывать вялый кончик. Тонкие щупальца, спрятав драгоценный шар, вернулись, чтобы заняться ее попкой. Сперва внутрь скользнул один, потом к нему присоединился второй. Они медленно двигались внутри, забираясь все глубже, непрерывно смазывая и растягивая. Мона прогнулась и подняла ногу, облегчая им доступ. Тогда к двум щупальцам присоединилось третье. Главный член ожил, когда в Моне орудовало уже четыре щупа. Она встала на колени, укладываясь головой на руки, и покачивалась, подаваясь назад. При этом из влагалища выплескивалось немного слизи и тонкими нитками тянулось между бедрами. В теле легкость, в голове — пустота. Вдруг все четыре щупальца вошли разом и потянули в стороны, превращая анус Моны в зияющую дыру. Она замерла, а в следующее мгновение внутрь ворвался главный член. Мона закусила подушку, чтобы не завизжать. Такого ей испытывать еще не приходилось. Тонкие щупальца плотно обвили ее тело, не позволяя сдвинуться или отстраниться. Брызгаясь смазкой, монстрочлен врывался в ее нутро вновь и вновь, проникая почти насквозь. По крайней мере именно так казалось бедной Моне. Ее собственная магия будто взбесилась, вскипев и раскаляя несчастное тело. Мона пылала, распадаясь на атомы и собираясь вновь при каждом толчке, распиравшем ее внутренности. Если бы не подушка, она бы кричала во все горло от слишком сильных ощущений. Ей казалось, что она вот-вот кончит, и тут слизень затрясся и принялся накачивать ее живот кончей, надувая его, будто футбольный мяч. Вязкая слизь заполнила Мону изнутри, проникая в желудок. Икнув, Мона поняла, что слизь выходит через рот. Она была полна до краев, но все еще не удовлетворена. Боже, какой стыд. Из нее текло сзади и спереди, на кровати образовалась огромная пенная лужа, пол тоже залит, все в слизи, она перемазана с ног до головы, но не готова отпустить чудовище, не получив своего. Медленно двигая непослушным телом, она села, посидела, немного приходя в себя, встала на пол, отрешенно глядя, как по ногам струится конча, нашла в переплетении щупов главный член и принялась его ласкать, прижимая между грудями. Розовый камень она так и держала в руке, и он светился гораздо ярче, чем раньше. Член, отогревшись на груди, ожил и вновь забурлил, преображаясь. Теперь он потолстел еще сильнее и со смачным чавканьем разделился на два. От неожиданности Мона выпустила его из рук. Член упал на пол, но не завалился, а остался стоять торчком, призывно покачиваясь. Мона быстро поняла, чего он хочет. Расставив ноги, она медленно присела, надеваясь на толстый конец, пока он не выпер шишкой. Второй конец, чуть потоньше, забрался в нее сам, ловко ныряя в растянутый анус. Мона выдохнула и замерла. Такой наполненной она еще не была. Каждый следующий заход приносил все более интенсивные ощущения, доказывая, что всегда есть куда еще: глубже, толще, сильнее, быстрее, ярче. Тонкие щупальца обвили ноги и заставили встать на колени, а потом сесть на пятки, принимая оба члена еще немного глубже. Если бы не магия, она бы давно умерла, но магии сейчас в ней было хоть отбавляй. Кристалл в руке уже вибрировал от напряжения. Оба члена двигались внутри, пульсируя и скручиваясь спиралями. Снаружи это было незаметно, но внутри все ходило ходуном, заставляя сходить с ума от возбуждения. Мона опять легла лицом в пол, раздвигая колени как можно шире, и щупальца радостно вырвались на свободу, тут же возвращаясь внутрь. Одновременно и по очереди, медленно и быстро, постоянно наращивая толщину, они двигались без устали и остановки, выбивая из Моны остатки рассудка. Что было дальше она помнила урывками. Кажется ее подвешивали за ногу к потолку, распинали на стене, растягивали на кровати, укладывали грудью на стол, складывали пополам на стуле. Щупальца вертели ее, как хотели, и при этом непрерывно ебли. Сильно, изматывающе, без остановки. В растянутую попу, раскрытую киску и в горло, едва не до желудка. Все продолжалось, пока розовый кристалл не повис посреди комнаты, вращаясь так быстро, что стал почти не виден. Монстр содрогнулся в последний раз, заливая Мону своей кончей, отстранился и расплылся в аморфную лужу, окончательно выдохнувшись. Мона сидела на полу, раскинув ноги, наблюдала, как из нее толчками вытекает слизь, и пыталась отдышаться. Все ее тело пульсировало в затухающем оргазме, навалилась жуткая усталость, и только магия держала в сознании, не давая отключиться. Маленькие щупы вновь пришли в движение и вынесли Моне новый шар, чуть меньше предыдущего, чудесного розового цвета, такого, как ее магический камень. Раздвинув распухшие от долгого секса нижние губы, тонкие щупы толкнули шар внутрь девушки, двигая его все глубже и глубже. Короткая боль подсказала, что шар протолкнули прямо в матку, где он и будет лежать, наполняя Мону магией высших магов. На прощание щупы погладили Мону по лицу и собрались в компактный ком. Мона сотворила заклинание, вспыхнувший портал проводил скользкого гостя. Она облегченно вздохнула, погладила живот, согретый розовым шаром изнутри, и распахнула ставни. Солнце лениво поднималось над горизонтом. Она отвернулась от окна и огляделась. Прошедшая ночь обеспечила ей великое будущее. Но как отмыть комнату?!