Кровавые Руки

По прибытию в поместье Убуяшики, Гию сидел на против господина Оякаты и его жены, —Аманэ. Убуяшики улыбался тёплой и расслабляющий улыбкой, так думал мастер. Но Гию был напряжён и не понимал, что же он сделал не так. Ояката начал разговор: — Гию, может есть всё-таки какие-то аргументы? На тебя наговорили много плохих вещей... Гию продолжал молчать, аргументов, ничего у него не было. Сердце бешено билось. Он посмотрел на свои ладони, на которых появились какие то символы. Иероглиф “Жестокость„ был на его ладонях. Гию был в шоке, заметив это только тогда, когда взял отпить глоток чая. Но не подал виду, что он что-то увидел, и поставив чашу, начал свою речь: — Я не знаю... Я не могу сказать, что это натворил я. С Обонаем мы подрались... Лишь из цели тренировки... И я правда, не специально его ранил... Я улыбнулся лишь из наслаждения некой победы... Санеми просто никогда не видел моей улыбки. Возможно из-за этого, он мог что то заподозрить... Ояката выдохнул, и добавил уже с позитивной ноткой в голосе: — А Кёджиро? Гию нахмурился. Он пытался забыть о нём, ведь было чувство, что он собственными руками ранил его отца, чуть ли не смертельно. Гию выдохнул, начав придумывать аргумент, и начал говорить: — Кёджиро был на эмоциях... Он мог наговорить много лишнего, чего на самом деле не было... Простите, мастер... Если я напугал кого то и растерял доверие. — Не дави на жалость... Манипуляция — не лучший выход, а вот насчёт твоих аргументов, я не знаю что сказать... Нужно найти ещё очевидцев, кто подтвердит то, что с тобой всё в порядке. Убуяшики был впервые очень серьёзно настроен, даже, если бы он встретился с Мудзаном, явно бы улыбнулся, но тут с его лица слетела та самая его добрая улыбка. Гию кивнул, и спросил: — Извиняюсь, могу идти? Ояката выдохнул, и вновь улыбнувшись ответил: — Не хочешь моти со сладкой фасолью? — Нет, спасибо... Сказал Гию на слова Главы, и встал с места, поклонившись. А после, покинул поместье Убуяшики. Гию чувствовал, что его что-то тянуло в сторону леса, и он решил, что это знак, — пойти и прогуляться по лесу, подышать свежим воздухом, чтобы отдохнуть. После, сознание стало туманным, он лишь начал слышать чей-то крик. Жалкий, слабый крик и хрипение. Это продолжалось час или чуть больше. Гию чувствовал себя странно, плохо. Дрожь, глаза словно закатываются назад, а ноги — не слушают, но спустя немного времени, он пришёл в себя, и почувствовал, как что-то тёплое капнуло на руки. Он держал в руках катану, и чуть скривился, в раздражительности подумав “Я убил демона?...„. Эта мысль была всего на пару секунд, пока он не увидел перед собой ужасную картину: Какой-то мужчина, привязанный верёвкой. Он корчился от боли, на ногах порезы, изо рта капает кровь, и он кашляет под деревом, под который лежало ружьё и капканы. Это была кровь точно не Гию, а этого мужчины. Гию сказал, хмурясь: — Ты разбойник?.. Мужчина хрипел и крикнул из-за всех мощей и сил — Ты говоришь?! Маньяк!!! Убийца!! Кха!! КХА!!! Помогите!! Гию сильнее хмурясь и злясь, подумав, что он сделал это своими руками. Сомнений нет, это был либо демон, которого он убил сейчас, либо это был он сам. Но как он мог вспомнить? Он ведь даже не знает, убил ли он демона? Всё как в тумане: руки не слушают, сердце бьётся и колотится. Впервые, настолько сильно, руки начали дрожать. Самое ужасное, что на лице лишь в глазах отображался страх, а до этого момента он ухмылялся. Это бесспорно, плохой знак. Гию представил катану к горлу, но в голове, словно что-то прокричало: “Что ты делаешь!? Успокойся!! Я же стольких спас... Обонай или тот же Санеми явно убивали кого то! Или Тенген... Чем ты хуже?„. Гию выдохнул и убрал катану от шеи. Как он так может? Это точно не нормально, на все сто процентов, каковы бы не были аргументы. Гию резко заговорил: — Это я тебя так? Мужчина начал орать что есть мощи: — ЭТО ТЫ! МРАЗЬ! ТВАРЬ! Т-ТЫ!! ДАЖЕ НЕ ПОМНИШЬ!? — Не помню..., — Гию сказал, перебивая мужчину и теперь у него выбор. Убить избавляясь от свидетеля или же оставить его в живых и если он расскажет получить действенное наказание. Но Гию ещё нужен миру он замахнулся Катаной и....

***

Мужчина шёл по лесу, недавно избив свою жену, за то, что та "неправильно" приготовила ужин, а позже, ушёл на очередную охоту. Может, это и незаконно, но каждый живёт, как может. Он собирался убивать лося, но вдруг, резко, на его теле появилось множество порезов и его откинули в дерево. Послышалось лишь молчание. Взмах катаны рывком нанёс ему столько ударов? Это самурай? Гию задумался на этот счёт, он не знал, что делать. Крепкая верёвка охватила его тело. Гию повесил его на ветку дерева, и одним ударом сломал ему ногу. Мужчина крикнул: — Что ты делаешь, ублюдок!? АА!! Жестокий крик вырвался из уст мужчины. Ноги сломаны, по рукам стекает кровь, ну а в глазах ублюдка лишь холод и безразличие. Может, любовник жены? Нет, точно нет, ведь та давно бы уже рассказала своему любовнику-самураю, и он убил бы его, но хотя, это точно не самурай. И уж точно не любовник жены. Через чур он красив: фарфоровая кожа, волосы цвета крыла вороны, которые переливаются на свету, а глаза, которые веют холодом и жестокостью вот что такое ад, они словно море, утягивающее вниз

***

Гию не знает, сколько дней прошло. Он не знал, как он мог такое совершить. Отпустив мужчину, он побежал с ним к лекарю, заставив молчать об этом случае, угрожая, что Гию убьёт его. Он сам не понимал что говорит, а просто знал что его слова не пустой звук. “Сабито... бы ты был рядом... Ты бы не допустил у себя такой поступок... Ты можешь контролировать себя, лучше бы тогда умер я вместе с Цутако или вместо неё..„ Гию часто размышлял об этом. Как бы повёл Сабито на его месте? Или, как бы решил сделать Сабито если был бы рядом? Но Гию знал, что Сабито отличный столп, если бы только Гию не струсил в тот раз. Цутако, — любимая старшая сестра, что его нежно обнимала и улыбалась своей доброй и милой улыбкой. Гию сел даже не переодевшись со вчерашнего дня, так и уволился в одежде, что была в пятнах крови того мужчины. Гию не знает: выжил ли тот мужчина, но если нет, он не хочет знать об этом. Сколько он уже ошибок совершил за жизнь? Вдруг, оставить Танджиро в живых так же было ошибкой? Лишь бы Сабито не узнал об этих ужасных поступках. Единственный светлый поступок это было — оставить Камадо в живых. “Он точно должен стать столпом. Он не сделает те же ошибки, которые сделал я!!„ Во время своих мыслей, он даже не услышал шаги. Муичиро Токито открыл Сёдзи, наклонился, посмотрев на Гию, и сказал: — Идём тренироваться... Я хочу потренироваться... Гию впал в ступор. Муичиро, что забыл дорогу в своё поместье, и помнил, только, как дойти до поместья воды? Ладно, не важно. Гию выдохнув, сказав: — Сейчас пойдём... Подожди ладно? Гию после этих слов сел. Муичиро увидел на его одежде и руках кровь, и холодно спросил, из интереса: — Ты что, убил кого то? Или просто ранен? — Что то типа того... Гию не видит смысла врать в глаза Муичиро, он знает, что либо он забудет об этом уже завтра, либо вспомнит отказ, и посчитает, что это опасно и расскажет кому-то и тогда Гию не поздороваться все выходы шли к концу так что Муичиро не предсказуем — Я ранил... Я ранил, и вовремя пришёл в себя... Нужно отмыться от своих ужасных поступков... А ты, Муичиро забудь что я сказал... Муичиро чуть побледнел, ведь не ожидал такого ответа, но неуверенно кивнул. Был бы это тот же Обонай или Санеми, может, Муичиро бы забыл об этом уже на утро, или вечером, ему на самом деле было вообще всё равно, ведь это Санеми и Обонай, они жестоки значит так было нужно, но Гию... Он не такой, как они значит, это что-то непредсказуемое с его стороны, он опасен. Муичиро быстро достал, и в спину Гию влетел сильный удар ногами, он упал на пол, чувствуя ноги на своей спине, и послышался голос Муичиро — Тебе понравилось, что ты сделал? Ты хочешь вновь этого? Убьёшь ли ты кого-то из столпов по желанию? Гию был в шоке от реакции Муичиро, и сказал спокойно: — Тогда это было нужно... Тем более, я не убил Муичиро... Убивать это плохо... Ты же, сейчас не лучше... Муичиро нахмурился, и чуть пнув Гию, встал с его спины и сказал: — Надеюсь, ты будет рассказывать о своих поступках. Ведь это плохо закончится Гию кивнул и ушёл в купель, что бы отмыться от этой грязи и крови а Гию ушёл ждать на крыльцо. Муичиро начал думать что может стоит сообщить об этом Главе? Или же рассказать Сабито и Макомо пока не забыл он встал и пойдя в комнату Гию взял бумагу и чернила и быстро начал писать о том что Гию сделал и то что точных деталей не знает он чуть потёр бумагу об футон Гию, где была кровь для более сильного доказательства и сжал бумагу в комочек положив в карман услышал Голос Гию — Токито, что ты делаешь? — Смотрю, как давно ты лежал в таком состоянии... Кровь не такая сухая, как я думал... Это было вчера? Или позавчера? Гию Нахмурился и сказал: — Давай позже поговорим... Токито если хоть слово с твоих уст выйдет об этом при разговоре с кем то... То мы не победим Кибуцуджи, из-за того что столпов станет меньше! — Так из-за тебя их и может стать меньше... Ладно идём потренируемся Гию...