Ты мое наказание

Солнце безжалостно било в окна одиннадцатого «А» класса, высвечивая пылинки, лениво танцующие в воздухе. Бомгю, староста с идеально уложенными волосами и стопкой тетрадей в руках, скривился. Жара и духота – это еще полбеды. Главная проблема сидела на последней парте, развалившись как царь на троне, и, кажется, специально притягивала к себе вселенскую тьму. Чхве Ёнджун. Хулиган, плейбой, золотой мальчик директора и – по совместительству – личный ад Бомгю. Ён лениво постукивал пальцами по парте, насвистывая какую-то дурацкую мелодию. Его рубашка была небрежно расстегнута на пару пуговиц, обнажая ключицы, а взгляд, наглый и самоуверенный, прожигал дыру во лбу Бомгю. — Чхве Ёнджун, ты вообще собираешься что-то делать? – процедил младший сквозь зубы, стараясь сохранить остатки самообладания. Тот оторвался от своего занятия и с притворной невинностью посмотрел на старосту. — Делаю, Бомгю. Наслаждаюсь твоим присутствием. – Несчастный закатил глаза. — Очень смешно. Ты опять не сделал домашку по химии. Я не собираюсь прикрывать твою наглую задницу перед учителем. — Ой, да ладно тебе. Не кипятись. Ты же у нас такой правильный, такой ответственный. Один раз поможешь бедному однокласснику, с тебя не убудет. — Ненавижу тебя! Ты думаешь, раз твой папочка – директор, тебе все можно? Да ты просто избалованный кусок дерьма! Джун усмехнулся, медленно поднимаясь со своего места. Он надвигался на старосту, останавливаясь в опасной близости. — Осторожнее на поворотах, заучка. А то ненароком запнешься и упадешь.. ну, скажем так, с лестницы, к примеру. — Да пошел ты! — С удовольствием, но сначала ты сделаешь за меня домашку. Иначе я расскажу всем, что ты тайно влюблен в меня. — Ты…! – Бомгю сжал кулаки. – Ты просто невыносим! Я клянусь, я добьюсь, чтобы тебя отчислили из этой школы! — Попробуй, киса, – промурлыкал старший. В этот момент раздался скрип открывающейся двери. В класс вошла госпожа Ким, учитель химии, с кипой учебников подмышкой. Напряжение, висевшее в воздухе между парнями, мгновенно испарилось, сменившись на натянутую, почти гротескную вежливость. Бомгю выпрямился, а Ёнджун, как по волшебству, принял вид прилежного ученика. Урок химии тянулся мучительно долго. Госпожа Ким бубнила что-то про молекулярные связи и валентности, но Джун, казалось, не слышал абсолютно ничего. Он устремил свой взгляд в окно, наблюдая за пролетающими мимо птицами и лениво плывущими облаками. Замечания учителя пролетали мимо него, как комары мимо слона. Бомгю же, напротив, ловил каждое слово, записывал все важные моменты в тетрадь и активно участвовал в обсуждении. Он даже пару раз попытался привлечь внимание Ёнджуна, толкнув его локтем и прошептав правильный ответ на вопрос учителя. Но тот лишь презрительно фыркнул и снова отвернулся к окну. В конце урока, когда звонок прозвенел особенно громко, госпожа Ким вздохнула и устало посмотрела на старшеклассника. — Чхве Ёнджун, твое поведение на уроке просто возмутительно! Ты абсолютно не слушаешь, не записываешь, игнорируешь все мои замечания! Я вынуждена тебя наказать. Тот лишь пожал плечами, демонстрируя полное равнодушие. — Ты останешься убирать кабинет, – строго заявила госпожа Ким. – И, Бомгю… Мне очень неловко просить тебя об этом, но, пожалуйста, останься и проследи за тем, чтобы Ёнджун выполнил свою работу как следует. Я знаю, ты ответственный ученик, и я надеюсь на твою помощь. Бомгю застыл. С одной стороны, ему совсем не хотелось оставаться наедине с этим олухом, тем более в роли надзирателя. С другой стороны, он не мог отказать учителю. — Хорошо, учитель. Я останусь.

***

Бомгю с неохотой остался в классе, наблюдая, как остальные ученики потихоньку уходят. Джун же, лениво потягиваясь, направился к шкафу с инвентарём. — Ну что, надзиратель? Начнём парад чистоты? — ухмыльнулся он, выуживая из шкафа пыльную тряпку и ведро. Бомгю проигнорировал ядовитый тон. – Просто мой пол, Чхве Ёнджун. И сделай это нормально, иначе я расскажу госпоже Ким, что ты филонил. Двадцать минут уборки превратились в ад. Ёнджун демонстративно ленился, размазывая грязь по полу, плевался в ведро и постоянно цеплялся к младшему с обидными шуточками. Тот отвечал колкостями, и вскоре словесная перепалка переросла в настоящую ссору. — Да ты просто зануда! — крикнул Ёнджун, швыряя тряпку на пол. — Живёшь по правилам, боишься собственной тени! — А ты просто избалованный эгоист, которому наплевать на всех, кроме себя! — огрызнулся Бомгю, вскакивая со своего места. Ярость застилала глаза. Бомгю подошел к Ёнджуну вплотную, собираясь высказать ему всё, что накипело за долгие годы ненависти. Но тот резко схватил его за запястья и прижал к школьной доске. Мел тут же покрыл волосы и одежду Бомгю белым порошком. Он попытался вырваться, но хватка одноклассника была на удивление сильной. — Что ты… Отпусти меня! — прошипел он, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Но вместо ответа Ёнджун наклонился и, не говоря ни слова, жадно впился в его губы. Мир перевернулся. Бомгю замер в шоке. Поцелуй был грубым, требовательным, лишенным всякой нежности. Зубы старшего слегка прикусывали его губы, заставляя стонать от боли и странного, доселе неведомого наслаждения. Это его способ закрыть ему рот? Заткнуть его? Наказать? Бомгю не понимал, как такое могло случиться. Ещё минуту назад они ненавидели друг друга, а теперь… И самое ужасное, что ему это нравилось. Его тело, предав его самого, реагировало на каждое прикосновение. Голова кружилась, в животе порхали бабочки, а сердце колотилось так, словно собиралось вырваться из груди. Ненависть уступила место странному, обжигающему желанию… Неосознанно, словно под гипнозом, Бомгю обвил руками шею Ёнджуна, отвечая на поцелуй. Пальцы зарылись в густые волосы, притягивая старшего ближе. Да, он ненавидел этого придурка, ненавидел всем сердцем. Но сейчас, в этот момент, он хотел только одного – чтобы этот поцелуй никогда не заканчивался. Старший, не разрывая поцелуя, потянул Бомгю за собой. Шатаясь, словно выпившие, они пересекли класс. Бомгю пытался сориентироваться, но разум отказывался работать. Все его чувства были сосредоточены на чужих губах, на его обжигающем дыхании, на крепких руках, сжимавших его талию.. В одно мгновение они оказались у учительского стола. Джун, не церемонясь, толкнул старосту на него. Стопки учебников, ручки, тетради и другие учительские принадлежности посыпались на пол, создавая оглушительный грохот. Но ни Ёнджун, ни Бомгю не обратили на это никакого внимания. Сейчас существовали только они, их разгоряченные тела и безумное желание. Младший уж было хотел что-то сказать, спросить, что происходит, но Ён снова накрыл его губы своими, прерывая любые попытки произнести хоть слово. Его руки скользнули под рубашку блондина, обжигая кожу своим прикосновением. Пальцы сжали талию, вызывая тихий, невольный стон, который сорвался с губ одноклассника. Лишь услышав этот звук, Ён оторвался от пухлых губ. — Ты сейчас простонал лишь от моего прикосновения? Бомгю ничего не ответил. Он не знал, что сказать. Он не понимал, что происходит. Все, что он чувствовал – это бешеное сердцебиение, дрожь во всем теле и нарастающее желание, которое, словно ураган, захватывало его целиком. Блондин лишь поднял руки, обвивая шею старшего и притягивая его ближе. Ён тут же принялся расстегивать чужую рубашку, не обращая внимания на то, что пуговицы отлетали и рассыпались по полу. — Сукин сын… — выдохнул Ёнджун, проводя рукой по торсу Бомгю. — Ты чертовски красивый… Но только когда не затираешь про учёбу. Его пальцы коснулись пряжки ремня. Щелчок. Тот упал на пол, добавляя хаоса в и без того сумасшедшую обстановку. — Я собираюсь трахнуть тебя прямо здесь, на этом столе. Ты будешь кричать мое имя, слышишь? Бомгю вздрогнул от этих слов. Он чувствовал, как по телу разливается жар. Сознание боролось с желанием, пытаясь удержать контроль над ситуацией. Но тело, предав его, уже давно сдалось. — Заткнись… — прохрипел Бомгю. — Ты… ты придурок… Но вместо того, чтобы сопротивляться, он схватил его за волосы и прошептал, захлебываясь от возбуждения: — Просто… Просто сделай это, Чхве Ёнджун. Прошу, быстрее… Быстрым движением Ёнджун стянул с себя кофту, а затем скинул брюки с бельем, оставляя их валяться на полу вперемешку с учительскими вещами. Закончив с одеждой обоих, Ён уперся руками о стол, нависая над старостой. Теперь до Бомгю наконец дошло, насколько безрассудно он себя ведет. Он закрыл лицо руками, пытаясь спрятаться от взгляда одноклассника, но ненадолго, ведь, схватив со стола линейку, Ёнджун резко ударил ею по бедру блондина. Удар был чувствительным, но не сильно болезненным. — Не смей прятаться от меня. Ты же сам этого хотел. Через пару минут младший уже лежал на столе, распластавшись, словно распятый. Дыхание было прерывистым, а щеки горели ярким румянцем. Ёнджун умело растянул его пальцами, используя вместо смазки свою слюну. Бом тихо стонал, чувствуя, как внутри него нарастает возбуждение. — У меня нет презерватива, — вдруг сказал Ёнджун, нарушая тишину. Бомгю на мгновение замер. Страх кольнул его сердце, но желание было сильнее. — К черту его, — прошептал Бомгю, закрывая глаза. — Я хочу чувствовать все. Ён усмехнулся, услышав его слова и развел ножки старосты пошире. Смазав слюной вход и свой собственный член, Джун аккуратно вошел в него. Боль смешалась с наслаждением, создавая странное, пьянящее ощущение. Старший замер, давая привыкнуть к новым ощущениям. Одной рукой он поддерживал Бомгю за бедро, а другой играл с его соском. — Ну же, расслабься, Гю. Спустя несколько мучительных, но одновременно и восхитительных минут, старший начал двигаться. Сначала медленно, осторожно, давая привыкнуть к ощущениям. Но с каждым толчком его движения становились все более уверенными и напористыми. Вскоре парень и вовсе вбивал одноклассника в учительский стол, отчего тот жалобно стонал и извивался под ним. Его руки и ноги обвились вокруг, удерживая его. Бомгю царапал чужую кожу на спине, выплескивая всю страсть и возбуждение. — Ты такой узкий, такой горячий… Он шлепал Бомгю по щекам, заставляя его открывать рот, а затем засовывал палец в податливый ротик, заставляя посасывать. — Хороший мальчик. Ты любишь это, да? Нравится, когда я контролирую тебя? Бомгю не мог ответить. Его рот был занят, а разум затуманен. Он просто стонал и извивался, отдаваясь во власть Ёнджуна, позволяя ему делать с собой все, что тот пожелает. — Скажи мне, что ты хочешь, Гю, — настаивал Ёнджун. — Скажи, что ты хочешь, чтобы я с тобой сделал. — Т.трахни.. Т.трахни меня.. Сильнее.. Прошу! Толчки стали более грубыми и глубокими, каждый удар отдавался эхом в теле. Он застонал громче, чувствуя, как все его чувства обостряются до предела. Ёнджун выполнил его просьбу, трахая его до слезок удовольствия. Бомгю кричал, прикрывая собственный рот ладонью, чтобы никто их не услышал.. — Ён… А-ах… Ё.ёнджун, прошу… — выдыхал Бомгю между стонами. — Не останавливайся… Не сейчас… Мир вокруг него расплывался, теряя очертания. Остался только одноклассник, его сильные руки и тело, которое заполняло его целиком. И вот, когда он уже думал, что лучше быть не может, тут же крупно задрожал. — Я… Я совсем близко… — прохрипел Бомгю, задыхаясь. — Ё.ёни… А-ах… Я.. Хочу… хочу кончить… О.одновременно… Ёнджун был только рад этому. Он резко вынул член из Бомгю, и сразу же сжал чужой в руке. Бомгю, словно повинуясь невидимому приказу, последовал его примеру и обхватил член старшего своей рукой. Они дрочили друг другу в ускоренном темпе, двигаясь в унисон. И вот, через несколько мгновений, их тела содрогнулись в финальной конвульсии. Они излились друг другу в руки с приглушенными, сладкими стонами..

***

Даже спустя несколько минут после оргазма, Бомгю продолжал мелко дрожать от удовольствия. Он лежал на столе, полностью обессиленный, словно выжатый лимон. Ёнджун же, напротив, казался полным энергии. Он тут же начал убирать за ними следы их "ненависти", подбирая разбросанные вещи и вытирая поверхности, стараясь стереть все улики. Глядя на то, как Ёнджун тщательно убирает за ними, староста вдруг осознал всю абсурдность произошедшего. Они, два заклятых врага, только что занялись сексом на учительском столе, прямо в школе. Что это вообще было? Будущее казалось туманным. Неизвестно, как сложится их судьба. Станут ли они друзьями? Любовниками? Или останутся врагами, которые время от времени будут утолять свою страсть в тайных встречах? Но одно было ясно наверняка: их "уборка" обязательно повторится. И не один раз. И даже не обязательно в школе…