За одной партой

С каждым днём между нами становилось всё проще. И хотя я всё ещё была упрямой и не всегда показывала свои настоящие чувства, мне было приятно быть рядом с ней. Мы сидели за одной партой, а после уроков часто встречались в библиотеке, где Юри продолжала читать свои толстые тома книг, а я — мангу. Однажды, после долгого обсуждения книги, Юри неожиданно сказала: — Ты знаешь, мне кажется, что ты в какой-то степени особенная. Ты не боишься быть собой, несмотря на то, что тебе приходится сталкиваться с трудностями. Мои щеки покраснели. Я не знала, что ответить. Юри, казалось, всегда так уверена в себе, и её слова заставляли меня чувствовать себя немного неловко. — Ты тоже, — сказала я, — в тебе есть что-то, что привлекает. Может быть, ты не так открыта, как некоторые, но это не делает тебя менее интересной. Юри посмотрела на меня, и в её глазах я заметила искорки благодарности. Это было что-то новое и непривычное. С каждым днём мне становилось всё легче проводить время с Юри. Мы сидели в библиотеке, читали книги и мангу, обменивались мыслями. Она начала рассказывать мне больше о своих интересах, о том, что для неё значит каждый персонаж в её любимых романах. Иногда она даже делала мне свои собственные заметки, не забывая вставить маленькие, но очень важные детали, которые могли бы быть полезными, если бы я захотела прочитать одну из её книг. Я всё чаще стала замечать, как её внимание ко мне становилось всё более явным. Юри, как всегда, была сдержанна, но я ощущала, что она ждёт чего-то от меня. Это заставляло моё сердце биться быстрее, хотя я и пыталась не показывать этого. Я была упрямой, как всегда, и не могла позволить себе слишком много чувств. Юри тихо перевернула страницу своей книги и, взглянув на меня, сказала: — Знаешь, Нацуки… я никогда не думала, что дружба может быть такой важной. Мне всегда казалось, что книги — это всё, что мне нужно. Но теперь, когда я с тобой… я понимаю, что это не так. Мне стало странно. Мы сидели рядом, между нами была всего пара сантиметров, но я чувствовала, как нас разделяет не только расстояние, но и что-то большее, невыразимое. Я не знала, что сказать. Честно говоря, мне было страшно открыться, ведь я не могла точно понять, что на самом деле я чувствую. — Я думаю, ты права, — ответила я, стараясь звучать спокойно, — иногда книги не могут заменить настоящих людей. Юри улыбнулась, но её взгляд был немного грустным, как будто она что-то переживала, что не могла сказать вслух. — Ты знаешь, иногда мне кажется, что я слишком сильно привязываюсь к людям. Это меня пугает. Я поняла, что она говорит не только о себе, но и обо мне. Я тоже начинала привязываться к ней, но я не знала, как с этим справиться. Я всегда боялась, что привязанность сделает меня уязвимой, но здесь, с Юри, всё было иначе. Её спокойствие, её нежность заставляли меня чувствовать себя в безопасности. — Ты не одна, — сказала я, пытаясь успокоить её, хотя сама не была уверена в своих словах. — Я тоже не всегда понимаю, что происходит внутри. На следующий день, когда мы снова сидели за одной партой, я заметила, как сильно она изменилась. Юри стала немного более уверенной в себе, её улыбка была теплее, а разговоры — лёгкими и естественными. Это было как тёплый свет, который постепенно заполняет тёмную комнату. Учитель дал нам задание — написать эссе о дружбе. Когда я увидела, что нам придётся работать над этим заданием вдвоём, я почувствовала, как напряжение в воздухе растёт. Мы никогда не писали ничего совместно, и я не была уверена, что мне понравится работать с кем-то. Но когда я посмотрела на Юри, то поняла, что это может быть хорошим опытом. — Ты хочешь начать, или мне? — спросила она, слегка наклоняя голову. Я подумала и вздохнула. — Давай начнём вместе. Мы же всё равно друг друга знаем, правда? Юри кивнула и начала писать несколько фраз, а я следила за её рукой, чувствовала её внимание и сосредоточенность. Когда она начала развивать тему о том, что истинная дружба требует терпения и понимания, я почувствовала, как её слова проникают в моё сердце. Мы писали молча, но в этом молчании было что-то тёплое, что не хотелось нарушать. Я начала понимать, что она становится для меня чем-то большим, чем просто другом.