Рыжее бедствие

В Запретной роще, утопая в тени красных кленов, стоял небольшой, заросший диким виноградом домик. Сколоченный так давно, что некоторые доски местами прогнили, а черепица осыпалась, он казался совсем заброшенным, но на самом деле у него был хозяин. – Ход времени не жалеет никого, – по-доброму глядя на свое жилище, проговорил вернувшийся из длительной медитации совершенствующийся. – Ничего, теперь все будет хорошо. Я дома. Будто утешая старого друга, мужчина в длинных бело-голубых одеждах погладил дверной косяк и вошел. Хоть внешне дом претерпел серьёзные изменения, но внутри все оставалось примерно так же, как и много лет назад: в углу стоял небольшой пыльный столик с кухонной утварью, за ним расположился стул. Циновка была свернута в рулон и располагалась около приоткрытого сундука, в котором заклинатель хранил свою одежду. Повнимательнее присмотревшись к вещам, мужчина вдруг хмыкнул. Стараясь не шуметь, чтобы не спугнуть гостя (хотя, если уж говорить по-справедливости, то этот самый гость имел больше прав на дом, чем сам хозяин), заклинатель тихонько поднял крышку сундука и заглянул внутрь. Там на голубом шёлке лежал небольшой золотисто-рыжий пушистый шар. Его с лёгкостью можно было бы принять за меховую накидку, если бы не мерное движение грудной клетки при дыхании. Уголки губ мужчины приподнялись ещё выше, и он осторожно опустил руку. Бледные тонкие пальцы зарылись в густой мех. – Доброе утро, соня… Потревоженный во сне зверь тут же вздрогнул, а после, извернувшись, с громким свирепым рычанием напал. Прежде, чем заклинатель успел убрать кисть, острые клыки вонзились в плоть. Кровь лентами скользнула по коже и закапала на одежды. – Мгх, – стараясь не показывать, что ему больно, мужчина мягким тоном произнёс: – Тише, это всего лишь я. Сонная мгла постепенно таяла в золотистых глазах лиса, и он, вдруг осознав, что сделал, быстро разжал челюсти. Убрав морду, он посмотрел деяние своих клыков. На тыльной стороне руки виднелись две раны. Кожа около них припухла и покраснела. – Это ерунда, – отмахнулся заклинатель. – Я сам виноват: не стоило пугать спящего. Лис, казалось, не слышал попыткок человека успокоить его. Он, по прежнему не отрываясь, смотрел на то, как крупные капли крови набухали на бледной коже. – Ты не виноват. – На всякий случай повторил мужчина, а потом поспешил перевести тему: – Сколько же мы с тобой не виделись, маленький лис? Разве ты хочешь запомнить наше воссоединение таким? Лис виновато опустил уши и, подавшись вперёд, осторожно стал зализывать ту рану, которую сам же и нанёс. Вид и действия зверя говорили о том, что ему очень жаль. Заклинатель не смог сдержаться и беззвучно рассмеялся: его лицо никак не выдавало веселья, лишь плечи слегка дрожали. Хоть смеяться над раскаивающимся лисом было неправильно, но тот выглядел до того мило, что мужчина никак не мог сдержаться. – Хватит, я в порядке. – Убрав прокушенную руку, заклинатель потрепал лиса между ушами. – Я смотрю, ты неплохо присматривал за домом – ничего не пропало. Только вот пыли явно прибавилось. Ну ничего, мы это исправим. Как насчёт небольшой уборки? Лис вскинул голову и с таким кислым выражением на морде посмотрел на мужчину, что последний тихонько засмеялся. Так уж вышло, что в обществе своего маленького пушистого друга совершенствующийся веселился гораздо больше, чем за всю свою жизнь. Смахнув набежавшие на ресницы слезы, мужчина сам пошёл за метлой. Зверёк же выпрыгнул из сундука и, махнув пушистым хвостом, выскочил за дверь. Заклинатель не стал его останавливать и принялся за дело. Уборка отняла достаточно времени, но зато дом хотя бы изнутри стал выглядеть вполне ухоженно. Довольный результатом, заклинатель присел на стул и опустил взгляд. Тут то он и заметил, что, похоже, вся пыль и грязь из комнаты будто осела на его одежде. – Так не гордится. Поднявшись, мужчина подошёл к сундуку, в котором спал лис, и достал оттуда отрез ткани, чтобы после купания вытереть мокрое тело, и комплект одежды с причудливой вышивкой в форме плывущих по небу облаков. Перекинув вещи через руку и взяв с собой мыльный корень, заклинатель покинул хижину. Однако он не торопился сразу же идти к озеру. Вместо этого мужчина остановился и огляделся по сторонам. Он искал одного пушистого проказника, но как бы мужчина не вглядывался в пейзаж, так и не обнаружил даже намёка на присутствие зверька. Немного огорчившись, он все же решил поскорее помыться. Наверняка, если лис увидит его таким, то презрительно проворчит и вновь убежит, а этого заклинатель не хотел. С такими мыслями он повернул к неприметной тропинке и пошел по ней до небольшого пруда. Заросший белыми лотосами, водоём хорошо отгонял зной и духоту летнего вечера. Скинув с себя пыльную одежду, заклинатель сразу же вошёл в воду по пояс. От холода по его коже пробежались мурашки. Впрочем, это было скорее приятное чувство, чем дискомфорт. Несколько привыкнув к температуре, заклинатель сделал ещё несколько шагов, а после оттолкнулся от песчаного дна и поплыл вперед. Его лёгкое после медитации тело прекрасно работало, и мужчина без особого труда оказался на середине достаточно большого пруда. – Ха-а, – раслабленно выдохнул он, но тут странное чувство заставило мужчину слегка нахмурится: ему показалось, что в данный момент кто-то очень пристально за ним наблюдал. Стараясь не подавать вида, что заметил неладное, заклинатель погреб ближе к берегу, заодно осматриваясь. На первый взгляд местность выглядела как обычно, однако когда мужчина оказался аккурат у того места, где оставил свои вещи, то какого же было его удивление от того, что на высоком камне сидел лис и смотрел на мужчину сияющими янтарными глазами. Настороженность сразу же покинула заклинателя, и он тепло улыбнулся. – И давно ты тут? Зверь, само собой, не ответил, а человек, само собой, и не ждал этого. Быстро смыв с себя пот и пыль, мужчина вышел из воды. На ходу выжимая длинные чёрные волосы, он добрался до своих вещей. – Ха, – вдруг хмыкнул заклинатель, не обнаружив ни чистой, ни грязной одежды. Даже сапоги и те исчезли. – Опять шалишь? Лис махнул хвостом и отвернулся, как бы говоря “не понимаю, о чём ты”. Не сдержавшись, заклинатель наклонился и потрепал зверя по голове мокрыми руками. Конечно же, лис тут же недовольно заворчал и отскочил. – Спасибо, что оставил хоть полотенце. В очередной раз радуясь тому, что выбрал в качестве места для медитаций глухой район гор, заклинатель повязал на бёдрах отрез ткани и так пошёл домой. Благо, в сундуке ещё оставался комплект чистой одежды. Тем временем, крайне довольный собой лис засеменил следом, изредка ради развлечения прихватывая полотенце зубами и по-лисьи “хихикая”. Совершенно беззащитный перед игривым зверем мужчина мог только улыбаться и, на всякий случай, придерживать единственный элемент своей одежды, чтобы вдруг не остаться и без него. Так, развлекаясь, они и дошли до дома. Заклинатель сразу же вошел, чтобы одеться. Вот только уже стемнело, и разглядеть что-то внутри было сложно. Нащупав на привычном месте оставленную много лет назад свечу, мужчина зажег ее. Комната сразу же озарилась слабым желто-оранжевым светом и стала куда уютнее. Теперь заклинатель мог беспрепятственно прикрыть наготу. Однако когда он проходил мимо стола, то заметил, что его ждал сюрприз – большой лист лотоса, в котором поместилось несколько горстей разных лесных ягод. Как эти дары леса попали сюда оставалось тайной, хотя… Заклинатель повернул голову и посмотрел на лиса. Тот, забежав в дом, с лёгкостью запрыгнул на стул и, будто подтверждая подозрения человека, подтолкнул носом лист с ягодами. – Это мне? Зверь издал громкий и очень странный звук, говоря что-то на своём, на лисьем. – Надеюсь, ты не украл ягоды у кого-то. Судя по оскорбленному выражению, которое вдруг появилось на лисьей морде, заклинатель пришёл к выводу, что всё-таки подарок собран этим милым лесным духом. Ему тут же стало стыдно, что он усомнился в звере. – Ладно, прости и…спасибо. – пробормотал заклинатель и, дабы загладить вину, закинул в рот парочку ягод. Неожиданно приятный кисло-сладкий вкус растёкся на языке. Немало удивившись, мужчина снова и снова тянулся к “лисьим дарам”. Так заклинатель и сам не заметил, как через мгновение съел практически всё. Обругав себя за излишнюю жадность, мужчина подтолкнул остальные ягоды к лису, а сам принялся приводить себя в порядок. Пора было уже готовиться ко сну. Всё это время зверь тихо сидел на месте, внимательно наблюдая за тем, как человек вытерся, оделся, расчесался и после этого расстелил циновку не земле. По всей видимости решив, что это ему подготовили постель, зверь спрыгнул со своего поста и устроился прямо посередине циновки. На это заклинатель только покачал головой. Задув свечу, он, как-то уж слишком утомившись, и сам лёг. Правда из-за того, что лис разместился как ему хотелось, крупному мужчине пришлось ютится с краю. Впрочем, он не был против. По-доброму погладив роскошный золотисто-рыжий мех, мужчина сонно пробормотал: – Спокойной ночи. Зверь фыркнул и прикрыл глаза. Маленький хлипкий домик погрузился в уютную тишину, нарушаемую разве что тихим дыханием спящего человека, да треском сверчков за маленьким открытым окошком. В этом самом окошке долгое время виднелся только усыпанный звездами клочок неба, но когда бледный диск луны заглянул в домик и пролил свои лучи в комнату, то внутри стало происходить что-то по-настоящему необычное. Лис, который всё это время тихо лежал рядом с человеком, медленно открыл глаза. Стряхнув с себя руку мужчины, он встал, зевнул, потянулся, а после… стал медленно обращаться человеком. Лунный свет высветил из темноты изящный силуэт. Тот, кто раньше был хитрым игривым зверем, сейчас стал удивительной красоты юношей. Его кожа была бледна и мягко сияла, стан тонок, а взгляд прекрасных тёмных глаз мог пленить сердце любого. – Ха-а, – с облегчением выдохнул лис и снова потянулся. Гибкое тело выгнулось изящной дугой, а чёрные, мягкие, словно шёлк, волосы, скользнули с груди и плеч на спину. – Так гораздо лучше. Медленно повернувшись к спящему, зверь окинул его внимательным взглядом, а затем неожиданно надулся. – Я ждал тебя почти пять лет, и что ты мне сказал при встрече? “Доброе утро, соня…” и кто же из нас теперь “соня”? Придвинувшись поближе, юноша поднял руку и осторожно, чтобы не поранить мужчину острыми ногтями, погладил того по щеке. – Лань Сичэнь, сколько можно спать? Разве ты не хочешь немного поиграть со мной? Я так скучал. Заклинатель не ответил, разве что его брови слегка нахмурились. Невольно складывалось впечатление, что мужчина и хотел бы проснуться, да не мог. – Ах да, как я мог забыть…мои ягоды. Они должно быть слишком сильно подействовали на тебя. – промурлыкал зверь, прильнув обнаженным телом к спящему. – Но ничего, я сделаю так, чтобы твои сны были особенно приятными. Шаловливые пальцы лиса прошлись по груди Лань Сичэня к поясу игриво потянули за завязку. Узел развязался, и ткань соскользнула с узкой талии. Теперь зверь был волен делать что угодно. Без капли смущения он забрался сверху на заклинателя и распахнул белоснежную нижнюю рубашку. Ему тут же открылся прекрасный вид на обнажённый крепкий торс. – Как же это соблазнительно. – На миг прихватив клыком нижнюю губу, протянул зверь. – Так и хочется осыпать все это тело поцелуями, но сначала нужно задать правильный настрой. Лукавые глаза чуть сощурились, и воздух вокруг зверя стал гуще. Его наполнил тончайший феромон, напоминающий запах нагретого на солнце мёда и цветущего белого пиона. Лис сразу понял, что лежащему под ним мужчине пришёлся по вкусу его аромат. Во-первых, плоть, что до этого спокойно лежала под ягодицами зверя, слегка дернулась и начала медленно набираться силой, расти, во-вторых, веки Лань Сичэня затрепетали и медленно приподнялись, открывая кажущиеся практически черными глаза. – Ты… – тут же хрипло выдохнул он, явно узнав ночного гостя. – Я, – мурлыкнул зверь, растягивая губы в лукавой улыбке. – Соскучился по мне? Заклинатель хотел передвинуть юношу со своих бедер, но отчего-то его тело совсем не двигалось. Едва дыша от сладкой муки, на которую его обрек один хитрый дух, мужчина тихо застонал. – Мгх… что ты задумал? – Ну что за глупый вопрос? Ты прекрасно знаешь, что я задумал и чем мы будем заниматься всю ночь. Зверь оперся руками на грудь заклинателя и медленно потерся своими ягодицами о его горячий член. Лань Сичэнь пытался сдержаться, но не смог и снова тихо простонал. Для лиса этот звук был самым желанным, отчего по его телу пробежались мелкие мурашки. – О, да, продолжай. Я схожу с ума, когда ты так стонешь. – зверь слегка приподнялся и, широко разведя в стороны колени, продемонстрировал мужчине насколько сильно он был возбужден. – Посмотри, я уже весь мокрый. Лань Сичэнь, не в силах сопротивляться чарам этого создания, действительно опустил свой взгляд на его тело, а если конкретнее, то на небольшую, но привлекательную плоть и слегка подрагивающее колечко мышц, из которого так и сочилась густая прозрачная смазка. Сам того не замечая, заклинатель напрягся и выпустил собственный, свежий, словно ветер в горах феромон. Ощутивший это зверь гортанно застонал. Горячая волна возбуждения нахлынула на него, заставляя задрожать и сжаться. Чтобы хоть как-то взять под контроль собственное желание, зверь в человеческом обличии провел ладонью по своей груди, животу, а после спустился ниже. Слегка приласкав пульсирующий в такт сердца член, он обвел пальцами трепещущий вход в тело. – Бесстыдник, – хрипло произнес мужчина. Он старался не смотреть на нечто настолько развратное, но его глаза будто жили своей жизнью. Не в состоянии оторвать взгляд от медленного скольжения кончиков чужих пальцев, заклинатель тяжело дышал. Его тело стало горячим и мокрым от напряжения. – Кажется, тебе по душе то, что ты видишь. – произнес лис и соблазнительно улыбнулся. Ему до безумия нравилось играть с человеком, хотя на самом деле это была крошечная месть за те муки, которые пришлось терпеть зверю во время длительного отсутствия Лань Сичэня. Медленно облизав губы, лис с тихим вздохом протолкнул пальцы внутрь своего тела. – Мгх… как хорошо. Хотя мне немного жаль, что это не твой дружок. Заклинатель слабо дернулся, а по его виску вниз скатилась капля горячего пота. Вероятно, несколько десятилетий назад, он и смог бы бороться с желанием, но сейчас, когда он уже не раз и не два овладевал этим мягким и гибким телом, противостоять искушению было практически невозможно. Даже этот странный паралич не мог надолго удержать мужчину. Двинув сначала пальцами, а после и рукой, заклинатель собрался с силами и в один миг подмял под себя юношу. – Вот черт! Я думал, что у меня будет больше времени, – раздосадованно пробормотал зверь, но тем не менее охотно обхватил шею мужчины руками. – И что же теперь со мной сделает господин заклинатель? Накажет? Только не будь со мной слишком груб. Я так боюсь боли… хм? Юноша резко замолчал, когда Лань Сичэнь вдруг подался вперед и мягко поцеловал его в красную метку между бровей. – Я скучал, А-Яо. – Надо же, ты помнишь мое имя. – буркнул лис. Теперь его переменчивое настроение немного сместилось с желания поиграть в сторону обиды. – Я уж думал, что меня зовут “ты” или, на худой конец, “бесстыдник”. Лань Сичэнь с бесконечной нежностью во взгляде посмотрел на капризного лиса и улыбнулся. – Ничего не могу поделать, ты слишком… – Ну давай, скажи это вслух. – сильнее надулся Цзинь Гуанъяо. – Развратный? – Не лучше ли сказать раскрепощенный? Зверь фыркнул и отвернулся от мужчины, тем самым открывая красивую тонкую шею с мило выпирающим кадыком. Очарованный плавными линиями, заклинатель склонил голову и принялся покрывать бледную мягкую кожу легкими поцелуями. Хоть это и было щекотно и до смерти приятно, но Цзинь Гуанъяо всё равно держал серьезное выражение на лице, изображая обиду. На самом же деле зверь сходил с ума еще с того момента, как увидел Лань Сичэня в озере. Тогда он чудом сдержался и не принял человеческий облик, сейчас же его ничего не останавливало от того, чтобы раствориться в объятиях заклинателя. Ничего, кроме отвратительного характера и природной обидчивости. Даже не подозревая, какие мысли и настроения бродят в голове Цзинь Гуанъяо, Лань Сичэнь был предельно занят. Он пытался приласкать и утешить обидчивого возлюбленного. Поцелуи заклинателя опустились ниже, переходя на тонкие ключицы, грудь. Теперь, имея большой опыт, Лань Сичэнь действовал куда более уверенно, чем тогда, когда его впервые соблазнил красавец–лис. Погладив тонкую талию юноши, он медленно накрыл губами один из напряженных нежно-розовых сосков любовника. Цзинь Гуанъяо тут же широко распахнул глаза и уставился на некогда чересчур правильного заклинателя. – Подумать только, раньше ты считал прикосновения к себе страшным грехом, а сейчас… – А сейчас я и не прикасаюсь к себе, я ласкаю тебя. – неохотно оторвавшись от груди Цзинь Гуанъяо, произнес заклинатель по-доброму улыбнувшись. – Не вижу в этом ничего плохого. Ты так не считаешь? Лис не нашелся с ответом. Вместо этого, тяжело дыша, он с упоением наблюдал, как мужчина вновь опустил голову и втянул сосок в рот. Обводя ареол языком, он слегка задел вершинку зубами. По всему телу Цзинь Гуанъяо словно пробежался электрический разряд. Низ живота сладко заныл, а нутро рефлекторно сжалось, будто моля о большем. – Лань Сичэнь, – захныкал зверь, невольно прижимая любовника ближе к себе. Он чувствовал, что еще немного и его разум и тело охватит огонь самой настоящей течки. Вот только не рано ли? Насколько мог в данный момент припомнить лис, до его течки оставалось по меньшей мере несколько недель. Значило ли это, что возвращение Лань Сичэня спровоцировало течку или же заклинатель просто поднаторел в любовном искусстве настолько, что его ласки приносили столько наслаждения? Юноша не знал ответа, а размышлять над этим он не мог: Лань Сичэнь решил, что пора бы спуститься ещё ниже. Оставив в покое припухшие и покрасневшие соски, мужчина скользнул губами по животу любовника и взглянул на его член. Слабо подергиваясь, перевозбужденная плоть стала бордового цвета, а из маленького отверстия на головке появилась крупная прозрачная капелька смазки. – Ты же не собираешься?.. Прежде чем Цзинь Яо успел закончить, Лань Сичэнь уже вобрал в рот его член. Это было чертовски горячо и невообразимо приятно. Стоит сказать, что прежде заклинатель не баловал лиса подобным образом, оттого столь смелая и откровенная ласка едва не напугала раскрепощенного зверя. В какой-то момент он даже подумал, что к нему вернулся не Лань Сичэнь, а кто-то другой. Вот только феромоны подделать было невозможно. Резко выгнувшись в спине, трепещущий лис запустил руки во всё ещё влажные волосы заклинателя и застонал. – Сичэнь, подожди, сейчас я… мгх. Брови Цзинь Гуанъяо сошлись на переносице, а руки начали настойчиво отталкивать голову мужчины. Вот только последний не отстранился, напротив, он стал вбирать плоть любовника еще глубже, отчего она раз за разом упиралась в заднюю стенку горла. – Сичэнь, прошу… Сверкнув голодными глазами, заклинатель закинул одну ногу любовника на своё плечо, а вторую отвел чуть в сторону. Сжав на мгновение округлую ягодицу Цзинь Гуанъяо, Лань Сичэнь скользнул пальцами в ложбинку и нашел горячий, влажный вход в тело. После игр самого лиса влажное колечко мышц было мягким и податливым, оттого и с легкостью приняло сразу два пальца мужчины. Не в силах выносить стимуляцию сразу спереди и сзади, лис судорожно втянул в горящую грудь воздух и тут же ощутил, как под влиянием наслаждения его тело просто рассыпается на частицы. Запрокинув голову и стиснув мягкие волосы любовника, зверь с хриплым стоном излился. – Ах! Растворившись в чистейшем удовольствии, Цзинь Гуанъяо далеко не сразу понял, что кончил прямо в рот Лань Сичэню. Когда же до него дошло, то небеса, на которых он пребывал мгновение назад, обернулись адом! Разжав пальцы, Цзинь Гуанъяо резко сел и обеспокоенно посмотрел на заклинателя. Для лиса было в порядке вещей поглощать энергию ян подобным образом, но вот Лань Сичэнь… едва ли он понимал на что шел! – В-выплюнь! – заикаясь протянул зверь, на что привычно улыбающийся мужчина слабо мотнул головой. В следующий миг кадык мужчины дернулся вверх-вниз. Цзинь Яо застонал и прикрыл горящее лицо ладонями. – Ну зачем ты… Глядя на такого милого и одновременно смешного любовника, Лань Сичэнь мог только улыбаться. Ему очень даже понравился вкус семени зверя, а от обилия феромонов его собственная кровь кипела. Всё было настолько плохо, что мужчина ощущал, как пульсирует основание члена. Если заклинатель не хотел кончить сразу же после того, как он войдет, то ему требовалось немного остыть. Повалив своего очаровательного лиса на циновку, Лань Сичэнь лег сверху и с мягкой улыбкой произнёс: – Я был так плох? Несколько мгновений Цзинь Гуанъяо молчал, а после, стремительно убрав руки от лица, прорычал: – Как ты смеешь такое говорить?! Ты был… ты был… ты был так хорош, что я едва не… хм…. Не выдержав, заклинатель спрятал свое лицо на груди юноши и беззвучно смеялся. – Ты что… смеешься надо мной?! – тихо произнес лис. Лань Сичэнь хотел бы ответить, но не стал. Он никогда не врал, да и гнев любимого зверька придавал тому совершенно сногсшибательный вид. Кто бы в здравом уме решился прекратить поддразнивать любовника? – Не злись. Цзинь Гуанъяо опасно сузил глаза. – Хорошо, не буду. В следующий миг стройный юноша без каких либо проблем перевернул заклинателя на спину. Нависая над ним, зверь смерил мужчину презрительным взглядом и вкрадчиво произнес: – Похоже, тут кто-то зазнался. Думаешь, раз уж твое любимое занятие играть на сяо, то ты везде преуспел? Как бы не так. Опустив руку, Цзинь Гуанъяо потянул вниз пояс нижних штанов любовника, высвобождая твердый и горячий член. – Посмотри-ка, ты лишь ласкал меня ртом, а уже такой твердый и мокрый. Разве я здесь тот, кто смешон? Под взглядом прекрасных глаз плоть заклинателя нетерпеливо дернулась, а с головки вниз скатилась белёсая капелька смазки. С кривой усмешкой на прекрасном, раскрасневшемся лице, Цзинь Гуанъяо опустил руку и сжал основание члена заклинателя. – Ответь мне, милый, над кем же здесь стоит смеяться? Понимая, что вероятно перешел черту и разозлил любовника, Лань Сичэнь застонал и покаялся: – Надо мной… – Умница. – мурлыкнул лис и, наклонившись, поцеловал слегка дрожащие губы мужчины. Это было легкое, практически невесомое прикосновение, и Лань Сичэнь, желая продлить поцелуй, потянулся за Цзинь Гуанъяо. Вот только последний был против: наказывая любовника за самовольство, зверь сжал горящую в его пальцах плоть. – Разве я разрешал меня целовать? – А-Яо, прошу… – тяжело дыша, произнес Лань Сичэнь. – Я больше не могу. С этим Цзинь Гуанъяо был полностью согласен. Он и сам едва держался. Да, благодаря стараниям мужчины, он кончил, но это лишь на краткий миг притупило его невыносимый голод. Решив, что как следует проучил одного заносчивого заклинателя, мелко дрожащий лис привстал и направил член Лань Сичэня к входу в свое тело. От ощущения, что горячая плоть касается его, сердце Цзинь Гуанъяо зашлось в бешеном темпе. Он знал, что сейчас ему будет так хорошо, что он наверняка расплачется. Решив напоследок указать, кто в постели хозяин, лис сверху-вниз посмотрел на заклинателя и стал медленно опускаться. Большой горячий член проскользнул внутрь, едва ли не до боли растягивая чувствительные стенки. Лань Сичэнь глухо застонал, а его руки скользнули по белоснежным бедрам лиса и легли на его узкую талию. – А–Яо, позволь мне…. Тяжело дыша, зверь понял, что сказать что-то прямо сейчас у него не выйдет, поэтому, прикрыв глаза, он слабо кивнул. Видят Небеса, сам он точно не справится. В следующий момент добрый и обычно нежный Лань Сичэнь с силой потянул любовника вниз, полностью насаживая его на свою плоть. Лис запрокинул голову и издал низкий гортанный стон. У юноши закружилась голова, а из лёгких выбило воздух. Однако отдышаться ему не дали: замерев всего на мгновение, заклинатель начал совершать мощные и резкие толчки, каждый из которых достигал самого чувствительного места Цзинь Гуанъяо. Это было великолепно и ужасно одновременно. Едва понимая, что происходит, юноша уперся руками в грудь Лань Сичэня, царапая бледную кожу ногтями. Впрочем, заклинатель даже не заметил, что пролилась его кровь. Сделав еще толчок, он вдруг сел и, с жадностью поцеловав Цзинь Гуанъяо, повалил его на спину. От удивления юноша ахнул и ощутил, как в рот проник язык любовника. Самозабвенно сплетая его со своим, лис обхватил мужчину за плечи. По его щекам действительно покатились горячие слезы, но они не имели ничего общего с горем. Напротив, сейчас Цзинь Яо был счастлив, как никогда. Чувствуя напор его любовника, а также ощущая подступающий к горлу восторг, лис обхватил заклинателя ногами за узкую талию. Он радостно встречал каждый мощный толчок, предвкушая скорую кульминацию. Об этом говорило как щекочущее и одновременно тяжелое ощущение в его животе, так и тот факт, что член Лань Сичэня с каждым толчком становился всё больше. Особенно это касалось основания. Оторвавшись от поцелуя, Цзинь Гуанъяо запрокинул голову и, пару раз глотнув воздуха, ощутил, как его руки и ноги похолодели, а вся горячая кровь, будто устремилась к низу живота. Наслаждение не вспыхнуло внезапно, оно накатывало постепенно, возрастая с каждым толчком, пока не дошло до пика. Ощутив, как оргазм скручивает тело сладкой судорогой, лис сжался и с хриплым стоном вонзил зубы в шею Лань Сичэня. Тот же, в свою очередь, ощутив вспышку боли, тихо ахнул и, стиснув лиса в объятиях, одним мощным толчком полностью вошел в него. Боль накрыла зверя, почему-то только дополняя удовольствие. Растянутое до предела и заблокированное узлом нутро затрепетало, жадно принимая в себя потоки горячего семени. Цзинь Гуанъяо задрожал и крепче прижался к Лань Сичэню. Они впервые за все время их отношений образовали сцепку, и это было прекрасно и чувственно. – Прости, – тихо прошептал во влажные от пота волосы лиса заклинатель. – Я не сдержался. – Заткнись, – с трудом дыша, проворчал Цзинь Гуанъяо. Вот только его гнев был вызван не извинениями, а тем, что сцепка по какой-то неведомой ему причине чертовски его возбудила. – Так больно? – на этот раз в голосе мужчины звучало неприкрытое беспокойство. – Нет, вовсе нет… просто… – хоть шевелиться было невыносимо, лис всё же слегка двинул тазом, отчего его член толкнулся головкой в живот заклинателя. – Ох, ну если так…. Лань Сичэнь чуть выпрямился и, просунув руку между их телами, обхватил мокрую от семени плоть. Цзинь Гуанъяо едва не задохнулся от боли и удовольствия. Невыносимое давление изнутри и движение руки любовника сводили его с ума. Подняв ладони, он спрятал свое мокрое лицо и захныкал. – Сичэнь, это так хорошо… кажется, я сейчас точно умру. Ни на секунду не прекращая двигать кистью, заклинатель убрал руки от лица лиса и принялся покрывать нежными поцелуями милое красное личико зверя. – Ничего, я буду с тобой. Трепетно и бесконечно нежно Лань Сичэнь накрыл слегка приоткрытые губы юноши, проглатывая громкий стон. Цзинь Гуанъяо вздрогнул, и по пальцам мужчины потекло горячее семя. – Так лучше? Лис хотел бы сказать “да”, но не мог. Его тело вновь начинало гореть. – Нет… кажется, у меня началась течка. Лань Сичэнь посмотрел в мутные от желания и слез глаза любимого и сглотнул. Ему тоже вдруг стало жарко. – Если это так, то нам определенно нужно продолжить. *** Год спустя. Цзинь Гуанъяо сидел на крыше домика и недовольно махал хвостом. Внизу же, внутри хижины раздавались шум, визги и страшный грохот. Лис ни за что не вернулся бы туда по собственной воле. Против воли - тоже. “Когда этот дурак-заклинатель уже вернется?! Еще чуть-чуть и я точно сойдёт с ума!” – мрачно думал зверь, вглядываясь в даль. Наконец, на границе леса показался белоснежный силуэт. Завидев его, Цзинь Гуанъяо нетерпеливо спрыгнул с крыши зверем, но приземлился уже как человек. – Лань Сичэнь! – не дожидаясь, пока мужчина подойдет ближе, прошипел лис. – Пока тебя не было, эта свора уб… кхм, эти твои дети вырвали мне всю шерсть и разнесли дом! Будь добр, присматривай за ними сам! Заклинатель, которого встретили отнюдь не поцелуем, удивленно приподнял брови. – О чем ты говоришь? Сложив руки на груди, недовольный лис отошел в сторону от входа. – Пойди и сам взгляни. Лань Сичэню не оставалось ничего другого, как последовать указанию. Открыв дверь, он вошел в домик и осмотрелся. Внутри было тихо и прибрано. Все вещи лежали на своих местах, и ничего не указывало на погром о котором говорил Цзинь Гуанъяо. – Хм, – неоднозначно протянул заклинатель и на всякий случай подошел к большой колыбели. Там, свернувшись клубками, мирно спали три крошечных милых лисёнка. Два из них были золотисто-рыжие и лишь один белоснежный. Осторожно, чтобы не разбудить их, мужчина наклонился и поцеловал каждого. После мужчина бесшумно покинул дом и подошел к любовнику. – Дети спят. Лицо Цзинь Гуанъяо дернулось, будто его ударили. – Что значит “спят”? Эти уб… твои дети только что… к черту, я сам проверю! Юноша хотел было заскочить в дом, но его остановил заклинатель. – Оставь, пусть они спят. – обняв его за талию, Лань Сичэнь чуть склонил голову и поцеловал тонкую шею зверя. – Мы так давно не проводили время вместе, может сходим на пруд искупаемся? Цзинь Гуанъяо ощутил, как от прикосновений мужчины ему становится жарко. – Хорошо… – тут же согласился юноша, а затем медленно повернулся к любимому. – Но если ты снова засунешь в меня этот чертов узел и сделаешь беременным, то я отрежу твой чертов член! Улыбка на губах заклинателя дрогнула. – Я… понял. – Вот и славно, – тут же сменив гнев на милость, промурлыкал зверь и, выбравшись из объятий любовника, пошел к пруду. – Догоняй, пока эти уб… наши дети не проснулись. Лань Сичэнь не стал спорить и с теплой улыбкой последовал за своей капризной, временами грубой, но безмерно любимой парой. – Иду. *** Тем временем в хижине. – Ушёл? – спросил белый. – Похоже на то… – протянул первый рыжий и сел. – Я чуть от страха не умер. – Нужно поскорее всё убрать, пока они не вернулись. Я не хочу всё утро стоять на руках, как в тот раз… – скульнул второй рыжий. – Тогда ты перегнул палку… мама чуть не ушел из дома! – фыркнул белый и принялся вытаскивать лапками из-под одеяла клочки рыжей шерсти. – Если отец увидит, что ты опять вырвал у мамы половину меха из хвоста, то нам влетит. – Я же не специально! - заскулил второй. – И вообще это он виноват! – Я то тут при чем?! – прорычал первый и начал наступать на брата. Вдруг дверь отворилась. Лисята как стояли, так и попадали, вновь изображая спящих. К колыбели подошли двое. – И эти комки меха твои племянники?! – проговорил незнакомый, но весьма веселый голос. – Мгм, – ответил ему другой, смутно напоминающий голос отца. – Супер! – незнакомый задорный мужчина подхватил одного из лисят и принялся тискать. – А если мы с тобой, то… у нас будут лисята? – Вэй Ин, мы оба люди. Это работает немного не так. – Эх, даже немного жаль… – вздохнул весельчак. – Слушай, они такие маленькие и слабые… давай-ка поможем им стать сильнее! Я знаю отличный способ, для него мне нужна лишь лопата и ведро с водой… В этот момент три лисёнка одновременно подумали: “мама, папа, мы больше никогда не будем плохо себя вести… не оставляйте нас больше с этим чудовищем и… дядей”.