балерина капучино

      — Чонгук... Мне кажется, что это не самая удачная твоя идея... — Тэхён стоял перед зеркалом, поправляя розовую балетную пачку, которая смотрелась очень комично на его обнажённом подкачанном теле.       Он встретился в отражении с взглядом Чонгука, который не спеша подошёл к нему со спины и прикрепил к волосам большой розовый бант.       — Она идеально на тебе сидит, — он оставил поцелуй на загривке Тэхёна и ушёл в спальню, из которой через несколько секунд послышалось: — Приходи, как будешь готов.       Как вообще к этому можно было быть готовым? Тэхёна чуть ли не трясло от представления того, что будет происходить в ближайшее время. Одновременно было и стыдно, и неловко, и даже как-то страшно. Но Чонгуку он полностью доверял, хотя и идеи у него порой были весьма... специфичные.       Последним штрихом оказались балетки, ленты которых завязывались на икрах, и розовые гетры. Тэхён бы обязательно счёл этот образ красивым и эстетичным, будь он в другой ситуации, да и вообще, если бы всё это было на ком-нибудь другом. Да хоть на том же Чонгуке.       Сделав глубокий вдох и ещё раз поправив пачку, Тэхён зашёл в спальню, где его уже ждал Чонгук.       — Почему только я в костюме?.. — Он посмотрел на абсолютно голого парня, который стоял рядом с кроватью и держал в руке... палку? Она была чем-то похожа на биту или деревянную дубинку, но в разы тоньше.       — Как это только ты? — Чонгук усмехнулся и подкинул палку в руке, крутанув её в воздухе. — А это что?       — Господи... — Тэхён нервно улыбнулся и сел на край кровати. — Мне что надо сделать?       — Встань на четвереньки, — Чонгук подошёл к нему, погладив ладонью по лицу, а затем поцеловав в макушку. — Стоп-слово знаешь, — совсем тихо прошептал он и отстранился.       А Тэхёну от знания этого стоп-слова как-то легче не становилось. Сердце заходилось в бешеном ритме, ладошки слегка вспотели, и лоб покрылся испариной, но внизу начало так приятно тянуть. Именно неизвестность и непредсказуемость Чонгука всегда так возбуждали, заставляли дрожать до кончиков пальцев только от одних мыслей.       Тэхён послушно взобрался на кровать, встал на четвереньки и, раздвинув ноги, оттопырил зад. Он почувствовал, как кровать прогнулась больше под весом Чонгука, как тот устроился между его ног и дотронулся рукой до оголённых ягодиц. Чон раздвинул их, мазнул языком по колечку мышц, сразу ловя слабый стон Тэхёна. Несколько толчков языком внутрь, тщательная растяжка пальцами, влажные поцелуи на бёдрах и ягодицах — а Кима уже начало плавить.       Чонгук очень хотел бы увидеть выражение лица Тэхёна в этот момент, когда он практически задыхался, скулил и томно стонал. Его щёки всегда розовели, а губы становились припухлыми от постоянных покусываний.       Тэхён пытался проследить взглядом за Чонгуком, когда тот встал с кровати и вышел из комнаты, но глаза слезились, всё расплывалось и становилось нечётким.       — Не подсматривай, — Чонгук вернулся через минуту и снова устроился сзади на кровати.       Тэхён почувствовал, как о его бедро ударился чужой вставший член, что заставило инстинктивно податься назад. Но он знал, что Чонгук вряд ли нарядил его во всё это только ради того, чтобы просто потрахаться. Обычный секс был не для него.       — Блядь, Чонгук, что это? — испуганно спросил Тэхён и хотел обернуться, чтобы посмотреть, но ему не дали.              Чон наклонился вперёд, приминая пачку к спине и, притянув за подбородок, накрыл чужие губы своими. Совсем ненадолго углубил поцелуй, чтобы Тэхён расслабился.       — Не думай много, — выдохнул он в пухлые губы и отстранился, возвращаясь к начатому.       Тэхён прикрыл глаза и уткнулся лицом в одеяло, которое сжимал до побелевших костяшек. В него начали вводить что-то узкое и пластиковое, а затем... затем он почувствовал, как что-то тёплое начало заполнять его.       — Чонгук... — Тэхён тут же закусил губу от странных ощущений.       — На тебе очень хорошо смотрится балетная пачка, — Чонгук огладил круглые ягодицы, а затем расправил пачку, которая немного смялась. — Ты прямо как балерина...       — Что это?..       Тепло внутри было густым, почти живым. Оно медленно растекалось, заполняя его, и Тэхён не мог отделаться от мысли, что это… слишком. Слишком интимно, слишком странно, слишком много. Он чувствовал каждый градус этой жидкости, как она проникала глубже, заставляя его внутренности мягко сжиматься в попытке приспособиться.       — Чонгук… — его голос звучал хрипло, почти умоляюще. — Я не… я не знаю, это как-то...       Он не мог даже закончить фразу. Его живот слегка выпятился, и когда Чонгук провёл по нему ладонью, Тэхён вздрогнул.       — Ты чувствуешь, да? — Чонгук прижался губами к его спине, целуя позвонок за позвонком, медленно спускаясь вниз. — Как оно внутри тебя… как тебя наполняет.       Тэхён сглотнул. Он чувствовал. И это было…       Стыдно.       Унизительно.       Возбуждающе.       Он прикусил губу, пытаясь подавить стон, когда Чонгук легонько надавил ему на низ живота. Жидкость внутри переместилась, и Тэхён резко вдохнул, чувствуя, как его тело откликается мурашками, дрожью, предательским теплом между ног.       — Ты уже весь мокрый, — прошептал Чонгук, скользнув пальцами по внутренней стороне его бедра, собирая стекающую по нему жидкость, а затем облизнул пальцы. Тэхён хотел возразить, но не смог. Он был весь мокрый — от пота, от предвкушения, от этого невыносимого, медленного растягивания внутри.       — Только не шевелись, а то всё вытечет, — бросил Чонгук и снова поднялся с кровати.       Он ненадолго вышел из комнаты, а когда вернулся, послышался звук открывающейся упаковки чего-то... Тэхён не мог сказать чего, он даже не знал, чем именно его заполнили. Он снова хотел обернуться, но знал, что за этим последует наказание. Вместо этого он лишь глубже зарылся лицом в простыни, чувствуя, как розовая пачка трепещет на нём при каждом нервном вздохе.       — Ч-что ты… — он не успел договорить.       Посыпалось что-то. Мелкое. Сухое. Оно смешивалось с тёплой жидкостью внутри него, и Тэхён ахнул, когда Чонгук лёгким движением пальцев помог содержимому проникнуть глубже.       — Чонгук, что… что это?! — его голос дрожал, а живот уже слегка бурлил от странного сочетания тепла и этой новой, незнакомой текстуры.       — Тише, — Чонгук провёл ладонью по его спине, успокаивающе, почти нежно. — Просто расслабься… Ты же любишь, когда я экспериментирую?       Тэхён не знал, любит ли он это сейчас. Но его тело, предательское и отзывчивое, уже реагировало — член напрягся, капля смазки выступила на головке, а внутри всё сжималось и разжималось, будто пытаясь приспособиться к новым ощущениям.       И тогда он понял.       Чонгук взял ту самую тонкую деревянную палку.       — Нет… — Тэхён попытался отползти, но Чонгук тут же прижал его за бедро, не давая пошевелиться.       — Я же сказал — не двигайся.       Лёгкий шлепок по внутренней стороне бедра заставил Тэхёна вздрогнуть. А потом… Чонгук ввёл её. Медленно, почти нежно, но так глубоко, что Тэхён застонал, чувствуя, как дерево скользит внутрь, смешивая содержимое, взбалтывая его.       — Ч-чёрт… — он сжал кулаки, ногти впиваясь в ладони. Это было…       Невыносимо.       Слишком.       Боже, как хорошо.       Член пульсировал, полностью наполненный кровью, а с губ сорвался прерывистый стон, когда Чонгук начал мешать. Он ускорил движения палки, и Тэхён почувствовал, как внутри всё взбивается, перемешивается, а живот слегка напрягается от непривычного давления.       — Я… я не могу… — он задыхался, чувствуя, как по спине бегут мурашки.       — Можешь, — Чонгук наклонился, прижавшись губами к его уху и снова сминая пачку. — Ты же не хочешь, чтобы всё вылилось раньше времени?       Тэхён зажмурился. Конечно же, он не хотел. Но его тело уже было на грани — член дёргался, предчувствуя разрядку, а внутри всё горело, пульсировало, требовало больше.       — Чонгук… п-пожалуйста…       — Ещё немного, — Чонгук ускорил движения, и Тэхён закричал, когда палка задела что-то внутри, послав по всему телу электрический разряд.       Он кончил. Резко, судорожно, бесконтрольно — спина выгнулась, а пачка взметнулась вверх, когда волны удовольствия накрыли его с головой. Содержимое внутри него чуть пролилось на бёдра, но он продолжал удерживать равновесие только благодаря Чонгуку, который подхватил его под талию.       Из него медленно вынули палку. Чонгук продолжал держать Тэхёна, наблюдая, как он дрожит, обмякший и перевозбуждённый.       — Отличный получился капучино, — он провёл пальцами по его вспотевшей спине. — Но теперь… пора разливать по чашкам.       — Какой, блять, капучино? — вопрос смешался с тихим стоном. Мысли совсем путались. Тэхён даже подумал, что ему просто послышалось. Но, судя по всему — нет.       — Очень вкусный... Теперь... аккуратно раздвинь ноги, — Чонгук провёл ладонью по его внутренней стороне бедра, помогая ему принять нужное положение. — И постарайся ничего не пролить.       Тэхён слабо кивнул, чувствуя, как содержимое внутри него смещается при малейшем движении.       Неужели он действительно хочет…       Но Чонгук уже двигался. Он медленно, почти грациозно, прополз под Тэхёном, укладываясь на спину так, чтобы его лицо оказалось прямо под его задницей.       — Ч-Чонгук… — Тэхён почувствовал, как его член, всё ещё чувствительный после недавнего оргазма, ударился о подбородок парня.       Чонгук лишь усмехнулся и слегка приподнял голову, чтобы поймать его губами. Он облизал головку, целуя её, и Тэхён вздрогнул, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. Розовая пачка слегка колыхнулась, задевая соски Чонгука, и тот шумно выдохнул, слегка выгнувшись.       — Ты… блять… — Чонгук зажмурился на секунду, а затем приподнял руки, обхватив Тэхёна за бёдра. — Теперь… садись. Медленно.       Тэхён почувствовал, как его сердце снова забилось чаще.       — Я… я не уверен… — он сглотнул, но Чонгук уже подтягивал его ближе.       — Ты справишься, — его голос звучал твёрдо, но он был наполнен возбуждением. — Просто… не торопись.       Тэхён медленно, очень осторожно, начал опускаться. Первым, что он почувствовал на своей коже, было горячее, неровное дыхание Чонгука. Затем — язык. Мягкий, влажный, он провёл по его напряжённому отверстию, заставив Тэхёна сдержанно застонать.       — Чёрт…       Он опустился ниже, и тогда Чонгук действительно начал… пить. Язык скользил по его коже, лизал, втягивал, и Тэхён почувствовал, как содержимое внутри него отзывается, будто подчиняясь этим движениям. Он не мог удержаться, его бёдра дёрнулись, и тут же Чонгук схватил его за талию, удерживая на месте.       — Тише, — его голос был приглушён, но Тэхён чувствовал его слова на своей коже. — Не пролей.       Тэхён кивнул, хотя знал, что Чонгук не видит этого. Его руки дрожали, когда он опустил их вниз, к члену Чонгука. Тот был горячим, твёрдым, уже покрытым каплями смазки. Тэхён обхватил его пальцами, начав медленно двигать ладонью вверх-вниз, в такт тому, как Чонгук работал языком. Он наклонился ниже, ловя головку губами, и Чонгук резко выдохнул, слегка приподняв бёдра.       Язык под Тэхёном стал ещё настойчивее. Он чувствовал, как Чонгук втягивает его внутрь, как его губы сжимаются, как он глотает…       — Блять… Чонгук…       Его собственный член снова начал наполняться кровью, несмотря на недавний оргазм. Это было для него слишком.       Слишком грязно.       Слишком интимно.       Слишком…       — Я… я не… могу больше...       Чонгук ответил ему глухим стоном, и Тэхён почувствовал, как чужие пальцы впиваются в его бёдра.       — Кончай, — прошептал он, и Тэхён послушался.       Он взял член Чонгука глубже в рот, чувствуя, как тот дёргается на его языке, как собственное дыхание сбивается… А затем горячая волна заполнила рот, и в тот же момент Чонгук сжал его бёдра, выпивая из него последние капли. Тэхён застонал, чувствуя, как его тело содрогается от переизбытка ощущений. Они оставались так ещё несколько секунд, оба тяжело дыша, оба переполненные.       И только когда Чонгук наконец отпустил его, Тэхён рухнул на кровать, чувствуя, как его ноги дрожат, а живот пульсирует.       — Балерино капучино… — Чонгук вытер губы тыльной стороной ладони и рассмеялся.       Тэхён лишь застонал в ответ, закрывая лицо руками.       — Что, блять?.. — Он тяжело дышал, всё тело содрогалось, а по бёдрам, кажется, всё ещё что-то стекало. Он не мог поверить, что Чонгук только что замешал в нём кофе, а затем выпил. — А ты тогда кто?       — Тун-тун-тун Сахур, — Чонгук нащупал рукой отброшенную на кровати палку и покрутил ею перед лицом Тэхёна.       — Я удалю тебе грёбаный ТикТок, — он снова закрыл лицо руками, пряча улыбку, потому что, в принципе… ему понравилось.