Галателла. Дневник наблюдений за астрами

      Это должно было оказаться невероятно реалистичным сном, чтобы в любой момент он мог проснуться, и все встало на свои места. Но когда Тэхён открыл глаза, естественно, ничего не изменилось. Он все так же находился в кабинете начальства, с его стерильно-белыми стенами и золотистыми вензелями на потолке, переливающимися в лучах неестественно яркого света. На него все так же смотрело это самое начальство в лице Хосока — безупречного в своём белоснежном костюме с идеально завязанным галстуком того же белого цвета.       Пытаясь снять напряжение, Тэхён достал измятую пачку сигарет из внутреннего кармана куртки и выудил оттуда одну, слегка помятую, но всё ещё годную. Серебряная зажигалка щелкнула, и огонек с жадностью лизнул табак. Он закурил, втягивая горьковатый дым глубоко в лёгкие. Затяжка, две… не помогло. Знакомая горечь растеклась по нёбу, но привычного облегчения не принесла. Да уж, зря он на это надеялся. Стряхнув пепел на шикарный кремовый ковёр с замысловатым узором, он замер, пристально разглядывая человека напротив и ожидая реакции. Серый пепел красиво контрастировал с дорогим ворсом — маленький акт неповиновения, который он позволял себе каждый раз, как только попадал в этот кабинет. — Как ребенок, — Хосок закатил глаза и откинулся в массивном кожаном кресле, которое тихо скрипнуло. Перламутровые пуговицы украшающие рукава его пиджака поймали луч света и, на мгновение, ослепили Тэхёна. — Значит вариантов избежать этого всего нет? — Нет… Ты же прекрасно понимаешь, чей это приказ. Самого… — он многозначительно указал длинным ухоженным пальцем вверх и выпучил глаза, словно это должно было что-то объяснить. — Хм. Он в кабинете в конце коридора сидит… чего в потолок тычешь? — Тэхён выпустил тонкую струйку дыма, наблюдая, как она медленно крадется в воздухе, закручиваясь спиралью и растворяясь перед лицом Хосока. Архангел поморщился и закашлялся, нарочито громко и театрально взмахивая рукой, разгоняя дым. — Бросай уже курить! Что хорошего в этой забаве? — в его голосе звучало неподдельное раздражение, смешанное с ноткой беспокойства, которую он тщательно пытался скрыть. — В чем радость? Ты же даже умереть от них не можешь. Только вещи портишь, — он кивнул на кучку пепла на ковре, которая, казалось, с каждой секундой становилась всё заметнее. — А ты думаешь, люди курят, чтобы умереть? — Тэхён усмехнулся, опустив взгляд на тлеющий кончик сигареты. — Хм… Люди. Они вообще все делают только для того, чтобы умереть, — Хосок произнёс это с какой-то усталой мудростью.       Тэхён не мог не согласиться. Тысячи лет наблюдая за людьми, он понял, они едины лишь в одном стремлении — стремлении к смерти. За их короткой жизнью, наполненной суетой и бессмысленной погоней за мимолётными удовольствиями, всегда скрывалось неумолимое желание прикоснуться к вечности, которая была для них недостижима. В этом их парадокс — бежать от смерти и одновременно стремиться к ней на огромной скорости. — В общем… — продолжил Хосок, выуживая из ящика стола какие-то бумаги. — Правила ты знаешь. Контракт ангела-хранителя подпишешь в канцелярии. Там эта новенькая, как её… Суён? В общем, она тебя проведёт через всю бюрократию, — он небрежно махнул рукой. — Здесь все об объекте, — папка с печатью «КОНФИДЕНЦИАЛЬНО» на обложке, с громким шлепком приземлилась на стол перед Тэхёном, подняв крошечное облако пыли.       Открыв её, ангел мельком глянул на фото, приколотое к первой странице. Миловидной внешности парень в круглых очках и безразмерном худи прижимал к груди какие-то книги. Его карие глаза смотрели прямо в камеру с какой-то необъяснимой тоской и одновременно с решимостью. Губы были плотно сжаты, словно он держал в себе какой-то секрет, а взъерошенные тёмные волосы волнами падали на лоб, чуть прикрывая брови. — Бля… это что за внебрачный сын Поттера и Грейнджер? — фыркнул Тэхён, перелистывая первые страницы досье. Его взгляд выхватил строчку, которая сухо сообщила: «студент, 3 курс, факультет биологии и биоинженерии». Рядом мелким шрифтом была пометка: «IQ — 151, склонность к экспериментам…» — Скука смертная! — он захлопнул папку и откинулся на спинку стула. — Хос, я прошу… Может, кто другой возьмёт его. Я вообще-то в отпуск собирался. Уже и билеты на Бали присмотрел. — Вот закончишь и поедешь в свой отпуск, — архангел демонстративно уставился в планшет, водя пальцем по экрану с такой сосредоточенностью, словно от этого зависела судьба вселенной. Весь его вид показывал, что диалог окончен, и никакие возражения более не принимаются. — Хрень собачья… — Тэхён с силой раздавил окурок в пепельнице. Он многое мог себе позволить в этом кабинете. Слишком уж хорошо для строгих отношений начальник - подчиненный они с Хосоком знали друг друга. С другой стороны, они также не были достаточно близки, чтобы быть настоящими друзьями… тысячи лет рядом, а им всё еще трудно найти правильный баланс. — Тэхён! Ангельская благодать! Твоя грубость не знает границ! — Пошел ты, я не обязан быть вежливым! — он резко и шумно выдохнул, пытаясь расслабиться. — Когда мне нужно приступать? — Желательно вчера, — Хосок ненадолго замолчал. — Не разочаровывай меня снова, — наконец сказал он, его голос был обманчиво мягким. — Если с ним что-то случится, потеря крыльев это последнее, о чем тебе придется беспокоиться. Я тебя найду.       Тэхён улыбнулся. У него не было никаких иллюзий по этому поводу. Хосок редко пачкал руки, но когда это случалось… они были по локоть в крови.       Он поднялся с кресла, его дизайнерская кожаная куртка издала мягкий звук, похожий на вздох облегчения. Узкие черные джинсы и тяжёлые ботинки на нем смотрелись идеально, но совершенно нелепо. В этом стерильно-белом кабинете — он был как чёрная клякса на идеально белом листе. Новоиспечённый хранитель засунул папку под мышку и широкими шагами пошёл к двери. Остановившись у неё, он обернулся. — Скажи, этот Чон Чонгук… он чей-то сынок? Почему его ангел должен охранять? — спросил он, ощущая, что за сухими строчками досье скрывается что-то большее. — Он кого надо сынок, — деловито ответил Хосок, не отрывая глаз от планшета. — Твоё дело, жизнь его беречь, а не родословную изучать. Давай! Шагом марш отсюда! У меня ещё двадцать совещаний сегодня и отмена очередного апокалипсиса на повестке.       Тэхён вышел в длинный мраморный коридор, освещённый мягким золотистым светом, струящимся, казалось, прямо из стен. Он снова достал сигарету, щёлкнул зажигалкой и глубоко затянулся, выпуская дым в лицо проходящему мимо ангелу в строгом синем костюме. Тот закашлялся и одарил его неодобрительным взглядом. — Мудак… — пробормотал Тэхён, не уточняя, кого именно имеет в виду — Хосока, прохожего ангела или Чон Чонгука, чьим хранителем ему предстояло стать.

***

      Если бы он мог, он бы возненавидел всех вокруг. Точно! Однако гребаная ангельская сущность не позволяла Тэхёну разбрасываться этим чувством направо и налево. «Возлюби ближнего своего» — непреложное правило, как и сотни других правил, сводов, уставов и законов, включено в его базовые настройки.       Тэхён и правила — слова антонимы. — И зачем оно мне надо… — буркнул он. — Что? — херувимоподобное создание по имени Суён хлопнуло редкими, но длинными ресничками и удивлённо посмотрело на Тэхёна. Тот отрицательно покачал головой, не желая вступать в лишние диалоги. Создание с неопределенным полом, но женским именем, одарило его сдержанной улыбкой. — Вот. Это Ваш контракт. Подпишите здесь, здесь и здесь. — в местах касания золотым пером свитка появились золотые галочки. — Вы впервые будете хранителем? — ответом был едва заметный кивок. — Значит Вам необходимо ознакомиться вот с этим.       Перед Тэхёном появилось то самое обновление, что он должен включить в свой догматический сборник. — СХУЯ? — усмехнулся Тэхён прочитав аббревиатуру на обложке потрёпанной книженции. Бровь удивлённо взлетела вверх, а взгляд устремился на лицо хирувимши. — Это Свод правил, которых должен придерживаться каждый Хранитель, Уважающий Ядро и не желающий потерять работу! — важно и с напором произнесла Суён и, вскинув носик вверх, авторитетно добавила, — Хранителям, у которых данная аббревиатура вызывает неприличные ассоциации, дурацкие смешки или непроизвольное выделение пены изо рта, мы советуем обратиться к штатному психотерапевту и провериться у него на наличие ментальных отклонений. — Благодарю. Я недавно исповедовался, — заверил её Тэхён. — Макулатуру могу взять с собой? — он взял книженцию в руку, ощутив при этом немалую тяжесть. — Конечно. Только заполним формуляр, — Суён поспешила в сторону картотеки, а Тэхён открыл книжку сразу же наткнувшись на…       «Правило №1 (это очень важное правило, потому оно и первое! Не смей перелистывать! Читай внимательно!)       Хранитель, ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах, что бы ни произошло, ни под какими угрозами, веществами и даже на пороге крушения мира, не имеет право раскрывать свою ангельскую сущность охраняемому человеку. Это строго Воспрещается…»       Видимо для особо внимательных, таких как Тэхён, слово «воспрещается» было написано с большой буквы «В». Да что там большой! Огромной! Она прямо-таки выпрыгивала из текста крича: «обрати на меня внимание!» — Видимо текстовыделители не для вас придумали, — хмыкнул Тэхён, продолжая читать.       «Не провоцируйте в своём подопечном экзистенциальный кризис при столкновении лбом с вопросом о наличии Рая, что может привести к его скоропостижному отбыванию в этот самый Рай. Нам это надо?.. Подсказка, НЕТ, нам это НЕ НАДО!» — Естественно… Рай не резиновый, как и Ад…       «Цель Хранителя — продлить жизнь живого организма, а не ускорить его кончину».       «Все, кто желает оспорить данное правило, могут заполнить формы 6, 34 и 66, после чего отправить их в административный департамент своего ангельского ядра». — Ну точно! Только в АДу эти формы и нужны… — шелест маленьких крылышек отвлек его от чтения. — Прошу Вас вернуть книгу до указанного в формуляре срока, — вернувшаяся за стойку Суён протянула листок Тэхёну, тот его сунул в карман, где тут же смял в кулаке. — Ах да! Вот ещё…       Суён положила на стол связку ключей. — Что это? — Ключи от квартиры и машины. Мы рекомендуем использовать рабочий автомобиль, так как страховка, в случае поломки, не покрывает расходы на ремонт личного транспорта. — Понятно, — наличие предоставляемого жилья порадовало, а вот менять свою красотку на подержанный седан, пусть и освященный святой водой, ему совсем не улыбалось. В конце концов, случись что с Bugatti, он найдёт способ надавить на Хосока. — Что ж. Счастливо оставаться.       Вставив в рот сигарету он развернулся на каблуках и поспешил из этого царства небесной бюрократии. — Храни Вас бог. — Да, да… живу его молитвами!

***

— Профессор Ли, я все убрал, автополив включил на двадцать часов тридцать минут, температурный режим выставил на двадцать два и четыре десятых градуса, — парень снял и аккуратно сложил халат по видимым только ему линиям, трижды разглаживая каждую складку кончиками пальцев. Закончив, он пристроил его на полке точно между двумя другими халатами.       Чонгук отступил на шаг, проверяя результат, и слегка кивнул, удовлетворенный идеальной симметрией. Его пальцы на мгновение замерли в воздухе, как будто он пересчитывал что-то невидимое, прежде чем опуститься к ремню сумки, висящей через плечо. — Также я обработал молодые саженцы «Королевского пурпура» раствором номер три, — пальцы нервно теребили лямку сумки с заметной частотой — три быстрых движения, пауза, снова три. — Замечательно, Чонгук, — профессор Ли погладил свою седую бородку, на которой тут же появилось ярко-оранжевое пятно от цветочной пыльцы. Оно расцвело там словно маленькое солнце в серебре волос. — Вам напоминать не нужно, но… я жду информацию по Вашему индивидуальному проекту. — Таблица классификаций готова, я вышлю её Вам на почту завтра утром, — его взгляд ни на секунду не встретился с глазами профессора — он смотрел чуть выше его левого уха. Туда, где на стене висел график сдачи проектов. Он зацепился взглядом за линию своего цвета, и с удовлетворением отметил — в своей работе опережал многих соискателей стипендии. — С нетерпением жду Ваш дневник наблюдений за астрами, — с придыханием произнес профессор, щурясь словно довольный кот. — С Вашей скрупулезностью и внимательностью… Это будет интереснейшее чтиво. — Дневник лишь часть проекта, профессор. — Конечно, конечно. Но детали, они так важны. Знаете, уже на первом этапе Вы проделали впечатляющую работу с этими капризными красавицами. Помню фото первой недели. Я тогда подумал, что астры удивительно отзывчивы к Вашему вниманию. Никогда не видел, чтобы они так быстро адаптировались к новой почвенной смеси.       Чонгук на мгновение замер, его глаза загорелись, и он начал покачиваться с пятки на носок в легком, едва заметном ритме. — Почвенная смесь была приготовлена по моей новой формуле с учетом естественной среды произрастания астр семейства Callistephus chinensis. Количество используемого перлита идеально для улучшения аэрации корневой системы и повышения влагоемкости, — слова полились быстрым потоком, он будто читал лекцию. — Вы замечали, как удивительна структура астр, профессор? В их цветах можно наблюдать последовательность Фибоначчи, что делает их математически совершенными… Он внезапно оборвал себя, заметив, что его правая рука начала совершать круговые движения в воздухе, будто рисуя невидимую спираль. Чонгук опустил руку и сжал её в кулак, дважды сглотнув. — Не могу не согласиться с Вами, Чонгук. Астры совершенны. Кстати, коль мы сегодня закончили раньше, возможно, Вы составите мне компанию и мы перекусим вместе чего-нибудь китайского? Что скажете? — профессор Ли улыбнулся, в его глазах читалась надежда и что-то похожее на отеческую заботу. — В конце квартала открылся новый ресторанчик с аутентичной кухней провинции Сычуань. Говорят, их димсамы просто восхитительны.       Чонгук моргнул, его лицо на мгновение напряглось, будто он обрабатывал сложную информацию. — Скажу, что я вынужден Вам отказать, — произнес он, поправляя ремень сумки на плече. — По средам на ужин я ем пасту карбонара. Покупаю её в кафе итальянской кухни. Они делают всё идеально: пасту готовят ровно семь минут и тридцать секунд, кусочки бекона одинаково ровной формы, а соус с двумя столовыми ложками сыра пармезан. — Он посмотрел на свои наручные часы. — Вы задержали меня. Сейчас семнадцать часов и двенадцать минут. Мне требуется двадцать две минуты, чтобы добраться до кафе и десять минут, чтобы доехать до дома. Ужин должен начаться ровно в восемнадцать часов, — добавил он. — До завтра, профессор. Я буду на месте в десять часов сорок пять минут. — Что ж… может как нибудь в следующий раз, — вздохнул профессор. — Сомневаюсь, профессор. Димсамы не входят в моё меню, как и прочие блюда китайской кухни. — Чонгук повернулся и направился к выходу.       Провожая его взглядом через стеклянные двери оранжереи, за которыми раскинулось море разноцветных цветов, выращенных заботливыми руками его студента, профессор думал о том, как должно быть сложно этому чудесному мальчику, создающему вокруг себя четкую систему, в мире, где всё стремиться из неё вырваться.       Профессор медленно подошел к рабочему столу Чонгука, где в безупречном порядке лежали пять карандашей одинаковой длины, выстроенные по спектру от самого светлого до самого темного, и крошечная фигурка астры, искусно вырезанная из дерева — единственное украшение в этом функциональном пространстве.       В воздухе все ещё витал аромат цветов и слабый запах антисептика, которым Чонгук протирал все поверхности трижды в день — в 10:50, 14:15 и 16:45, точно по расписанию, которое он сам для себя установил и никогда не нарушал. — Он не изменит своим правилам. Даже если за окном начнется глобальный апокалипсис… — профессор вздохнул, подхватил свой портфель и направился к выходу. — Димсамы с креветками, отличное завершение дня. А с зелёным пивом оно станет идеальным.

***

      Третью неделю Тэхён наблюдал за Чон Чонгуком издалека. Несмотря на то, что начальство в лице Хосока внушало ему особую важность этого задания, он пока не видел ничего особенного в тихом парне с вечно отсутствующим взглядом. Это действительно было самое скучное занятие за его тысячелетнюю жизнь.       Понедельник: институт, обед, лаборатория, ужин, дом. Вторник: институт, обед, лаборатория, ужин, дом. Среда: институт, обед, лаборатория, ужин, дом… разница только в кафе и ресторанах, где Чонгук ел. Ну и в воскресенье, где место института и лаборатории занимали библиотека и продуктовый магазин. Ни встреч с друзьями, ни звонков родственникам… ничего. Один и тот же маршрут, словно машина, запрограммированная на определенные действия. Только нескончаемое количество горшков с астрами скрашивало эту рутину. Даже сейчас у Чонгука в руке был горшок с этим растением, бережно завернутым в плотную бумагу, чтобы защитить нежные соцветия от вечерней прохлады. — Да уж, веселье явно не твоё, — пробормотал Тэхён, наблюдая, как парень размеренным шагом направляется в сторону итальянского кафе, куда он ходил каждую среду в одно и то же время. Удивительно, по его перемещениям можно было сверять часы. — Хм. Знакомьтесь — Чон Чонгук, самая лёгкая цель для преследования.       Он припарковал Bugatti, достаточно далеко, чтобы не привлекать внимание, но достаточно близко, чтобы не терять подопечного из виду. Сигарета медленно тлела между его длинными пальцами, оставляя в воздухе ароматный шлейф. От скуки он начал считать шаги Чонгука, невольно подмечая его странную манеру ходить.       Чонгук шел по тротуару, методично отсчитывая шаги. «Двести девяносто семь, двести девяносто восемь…» — шептал он себе под нос, едва заметно двигая губами и тщательно избегая наступать на трещины в асфальте. Сегодня он был одет в синий лонгслив без принтов и рисунков и чёрные широкие брюки, которые делали его фигуру еще более угловатой, подчеркивая его рост. — Интересно, он вообще знает, что есть одежда, которая украшает? — Тэхён машинально представил себе парня в узких джинсах, мягко обнимающих крепкие бедра, и широкой футболке с глубоким вырезом, открывающим тонкие косточки ключиц. Его кадык дернулся, а пальцы чуть крепче сжали сигарету. — Так. Стоп… Ещё этого нам не хватало!       Он отбросил неуместные мысли и прикрыл глаза, сдавив виски пальцами, погружая себя в тонкое состояние соединения с пространством. Мир вокруг стал прозрачнее, звуки — отчетливее, а запахи — острее. Теперь он мог видеть не только физические объекты, но и едва уловимые энергетические изменения в воздухе. «Триста шесть, триста семь… триста девять…» — острый слух ангела уловил бормотание Чонгука. Эта маленькая ошибка в счете, казавшаяся незначительной для обычного человека, заставила Тэхёна напрячься. За две недели наблюдений он ни разу не слышал, чтобы парень сбивался со счета, а считал он постоянно и всё.       Он резко открыл глаза, и его сверхъестественное зрение уловило то, что человек никогда не смог бы заметить. Чонгук споткнулся, снова сбился в счете и словно зачарованный продолжил свой путь, свернув в переулок, где находилось кафе «У Марио». Вот тут-то Тэхён увидел их — несколько тёмных силуэтов, искажающих реальность вокруг себя, словно рябь на воде, скользнули за парнем. «Демоны низшего ранга? Что они тут делают?»       Одно из существ уже ухватило нить мыслей Чонгука и принялось сплетать их с отголосками теней, превращая все это в тонкую паутину прямо поперёк пути Чонгука. Тэхён видел, как темные нити проникали в сознание парня, заставляя его сбиваться с шага и терять счет. — Проклятье! — Тэхён выбросил сигарету и завел двигатель.       Рёв мотора разрезал вечернюю тишину улицы, отразившись от стен домов металлическим эхом. Он заметил, как один из демонов повернул свою уродливую голову в его сторону, но тут же вернулся к своему занятию, не распознав в Тэхёне угрозу. Существа низшего ранга были сильны, но не особо умны — они могли чувствовать опасность, но не всегда правильно оценивали её источник.       Чонгук, зачарованный демонами, шел к невидимой ловушке, его взгляд стал мутным, а походка — неуверенной. Ещё пара метров и… — Сука! — машина резко свернула в переулок, шины шаркнули по асфальту, оставляя чёрные следы.       В нужный момент Тэхён ударил по тормозам. Авто закрутилось и остановилось ровно перед Чонгуком, отгораживая его от паутины демона. — Садись! — крикнул Тэхён, открыв дверь.       Чонгук застыл на месте, моргая чаще обычного, его руки начали слегка подрагивать. Цифры в его голове окончательно сбились, и он почувствовал нарастающую панику. Внезапное нарушение привычного хода событий было для него хуже физической боли. — Простите? — произнес он, его голос звучал неуверенно и растерянно.       Кафе «У Марио» всего в пятидесяти двух метрах, а сейчас 17:23, и если он не будет там вовремя… Этот жизненный алгоритм был нарушен так внезапно, что Чонгук не мог сразу адаптироваться к изменениям. — Твою… Он же их не видит! — Тэхён выскочил из машины, схватил парня за руку и с силой толкнул в салон своего авто.       Чонгук вздрогнул от неожиданного контакта, которого обычно избегал. А Тэхён отчетливо ощутил бешено бьющейся пульс под своими пальцами.       Тени в переулке пришли в движение, словно потревоженный улей. Демоны поняли, что их план сорван, и теперь явно готовились к погоне. Они приобретали более материальные формы, их очертания становились четче. Тэхён захлопнул дверь, и в тот же момент воздух вокруг машины стал густым и тяжёлым. Он чувствовал — темные сущности обволакивают автомобиль, ища слабое место. — Пристегнись! Меньше сотки я не езжу, — скомандовал Тэхён, вдавливая педаль газа в пол. Мотор взревел, и машина рванула вперед, прорывая невидимый кокон, который начали плести демоны. — В черте города не разрешена такая скорость! — Чонгук в панике схватился за ремень безопасности, его пальцы неловко скользнули к застёжке. — Согласно правилам дорожного движения, максимально допустимая скорость в городе составляет… — Я сказал, пристегнись! — голос незнакомца не терпел возражений. Он вывернул руль, обходя медленно движущийся впереди фургон.       Чонгук сглотнул и вернулся к ремню безопасности. С первой попытки пристегнуться не получилось, со второй тоже. Его обычно ловкие пальцы, привыкшие к тонкой работе с растениями, сейчас не слушались. Паника уже была не только во взгляде, она полностью захватила его тело. Весь его мир рушился с каждой секундой… Воображение подкидывало страшные картинки: всё разлеталось на миллионы осколков: кафе «У Марио» вместе с пастой, горшки для новых саженцев вместе с уютной домашней оранжереей. Его дыхание стало частым и поверхностным, а в ушах зашумело. — Просто дыши. Глубоко. Слышишь? — Тэхён бросил быстрый взгляд на своего пассажира. Он узнал признаки панической атаки и знал, что нужно делать. — Вдох через нос, выдох через рот. Считай до четырех на вдохе, до шести на выдохе.       Чонгук сосредоточился на этом голосе, неожиданно спокойном и уверенном, на собственных руках, сжимающих колени, на своем дыхании. Постепенно тошнота и головокружение отступили, и реальность жестко приняла его в свои серые объятия. Он находился в чужой машине, с агрессивным незнакомцем за рулем, пахнущим табаком и чем-то еще, что Чонгук не мог идентифицировать. — Я должен быть в кафе «У Марио» в 17:30, это важно. Я всегда покупаю пасту карбонара в 17:30 по средам, — произнес он тихим, напряжённым голосом. Сейчас главное было восстановить контроль, а для этого нужно было вернуться к привычному расписанию. — Сегодня не выйдет, — сухо отрезал мужчина, сосредоточенно следя за дорогой. Его глаза постоянно проверяли зеркала заднего вида, словно он ожидал погони.       Чонгук посмотрел на спидометр, стрелка которого стремительно двигалась вверх, показывая цифры, значительно превышающие разрешенную скорость. — Вы превышаете скорость на тридцать два километра в час… тридцать три… тридцать четыре… — продолжал считать он, словно это помогало ему успокоиться.       Тэхён бросил быстрый взгляд на своего пассажира, замечая его бледное лицо и дрожащие руки. «Да он в ужасе!» Но сейчас парень хоть считал не сбиваясь, а значит, сформированную с демонами связь они разорвали. Тэхён не знал, что сделали бы с парнем демоны, но был уверен, что ничего хорошего. — Если Вы планируете меня похитить, то спешу Вас разочаровать… денег за меня никто не заплатит. Да и на органы меня вряд ли можно использовать, — вдруг произнес Чонгук, в его голосе звучала странная смесь страха и фактической констатации.       Тэхён хмыкнул, невольно восхищаясь способностью парня мыслить логически даже в такой ситуации. — Вдруг я маньяк. Не думал? — ответил он, стараясь разрядить обстановку.       Чонгук повернул голову и удивлённо посмотрел на мужчину, встретившись с ним взглядом впервые с начала их странного знакомства. Его глаза были большими и ясными, с необычным оттенком карего, который в свете уличных фонарей казался почти золотым. — М-маньяк? — Чонгук непонимающе смотрел на мужчину за рулём, его мозг просто отказывался обрабатывать информацию. Ему редко приходилось сталкиваться с шутками, особенно в ситуации стресса, и он не всегда мог их распознать. — Слушай, парень, это шутка. Нет у меня никаких намерений по твоему поводу. Я просто увидел подростка, который, шатаясь, шёл по улице, и решил помочь… подвезти его до дома, — Тэхён старался говорить спокойно и убедительно, чтобы не напугать парня еще больше. — Поэтому, если тебе стало легче, соберись и назови свой адрес. А пасту я тебе так уж и быть привезу в виде извинений. — Верните меня в переулок! Я хожу туда каждую среду в 17:22. Вы ошиблись! Со мной все в порядке, — настаивал Чонгук, его голос дрожал, но в нем слышалась решительность человека, для которого рутина важнее безопасности. — Ага, конечно, — Тэхён резко повернул руль, уходя с развязки вправо, на менее освещенную дорогу. — То, что ты не помнишь, как шёл, спотыкаясь на каждом шагу, не значит, что этого не было. Я просто хочу помочь, не более. Могу отвезти тебя в больницу.       Чонгук замер, его широко распахнутые глаза встретились с глазами Тэхёна. В них читался настоящий ужас при упоминании больницы — места, полного непредсказуемости и нарушения личных границ. — Где ты будешь чувствовать себя в безопасности? — спросил Тэхён мягче, понимая, что нужно дать парню ощущение контроля над ситуацией.       Чонгук опустил голову, выдохнул и тихо, но четко назвал свой адрес. — Вот и умница, — Тэхён улыбнулся, стараясь выглядеть дружелюбно. — Кстати, меня зовут Тэхён, — добавил он, решив, что знакомство может немного успокоить парня. — Чонгук. Чон Чонгук, — представился тот в ответ, не поднимая взгляда. Его руки все еще дрожали, но дыхание стало более ровным.       Машина скользила по улицам города, оставляя позади этот странный день. Тэхён иногда поглядывал в зеркало, убеждаясь, что за ними никто не увязался.

***

— Хосок, сука! Демоны низшего ранга? Серьезно? — кричал Тэхён в трубку телефона, расхаживая по крыше дома.       Холодный ветер трепал его волосы и полы кожаной куртки, но он не замечал этого, слишком поглощённый яростью, кипевшей внутри. Ночной город раскинулся под ним сверкающим океаном огней, безразличный к его гневу. Тэхён пнул мелкий камешек, отправив его в полет с двадцатиэтажной высоты. — И почему я их сразу не заметил? — он сжал телефон так сильно, что пластик жалобно скрипнул, угрожая треснуть под его пальцами. — Стареешь? — попытался вставить шутку Хосок, Тэхён этой попытки не заметил. — Эти твари выслеживали его, изучали его привычки, так же как и я! — Тэхён остановился у самого края крыши, глядя вниз на темные окна, за одним из которых сейчас спал его подопечный. — Бля… за ним реально ведут охоту! Кто он, Хос?       Он понимал, что позволил себе грубость, но остановиться уже не мог, он был в ярости… На Хосока за недосказанность, на себя за то, что не заметил опасность раньше. За почти три недели наблюдения за Чонгуком он привык к его тихим привычкам, к тому, как тот выстраивал книги на полке строго по цвету и размеру, к совершенно чудному, но такому уровновешанному графику жизни, к неловким движениям и к редким, но искренним улыбкам. — Тэхён, успокойся, — тяжело проскрипело в трубке. — Кто он не важно. Твоя задача… — Ну нет! Старый лис! — перебил его Тэхён, проводя рукой по волосам. От злости его почти трясло, но он испытывал не только злость… Он испытывал страх, необъяснимый, совершенно иррациональный страх. — Слушай сюда… я сейчас ещё раз спрошу, а ты мне честно ответишь… — он сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться. — Кто такой Чон Чонгук?       Тишина в трубке казалась бесконечно гнетущей. Хосок молчал, Тэхён тоже, словно оба ждали, что кто-то сдастся первым. Где-то вдалеке прогремел гром, хотя на небе не было ни облачка.       Тэхён мысленно перебирал все странности, замеченные им за Чонгуком. Его невероятная сосредоточенность на деталях, иногда граничащая с одержимостью. Его затруднения в общении с другими студентами, странная жестикуляция, когда он волновался. Тот случай, когда в столовой было слишком шумно, и Чонгук просто встал и ушёл, оставив обед нетронутым. Его энциклопедические знания о предметах, которые его интересовали, и полное отсутствие интереса ко всему остальному.       Это был не обычный человек — сейчас Тэхён понимал это отчетливее, чем когда-либо. — Он сын Люцифера… — наконец произнёс Хосок.