Александр и Эрик: Любовь с Большой Буквы

В Городе Мечты, где каждый тротуар словно сцена для амбициозных планов, а светящиеся вывески заигрывают с каждым прохожим, разразился настоящий эмоциональный шторм! Столкнулись два абсолютно разных, но безумно притягательных урагана! Первый – Александр, титан делового мира, с лицом, хранящим следы бурных лет. И банковским счетом, полным хрустящих банкнот, словно у сверх-упитанного хомяка. За его плечами – горы побед, но, клянусь всеми дивидендами, даже в его могучей душе зияла дыра размером с Гранд-Каньон! И заполнить её мог лишь он… да-да, именно он – любовь, черт возьми, с огромной буквы "Л" – Эрик! А второй – молодой, безбашенный идеалист, студент-вихрь Эрик, с глазами, полными звездных перспектив, и мечтами о перевернутом с ног на голову мире. Он еще путал кредитный лимит с горизонтом, но сердце его уже плясало в бешеном ритме, готовое к самым невероятным приключениям и… вы совершенно правы, к судьбоносной встрече с будущей половинкой! И вот, эти два торнадо встретились лицом к лицу. Держитесь крепче! Нас ждут искры, салюты и, возможно, небольшой локальный апокалипсис! Ведь когда встречаются такие разные вселенные, скучать просто физически невозможно! Он стоял у окна своего кабинета, словно монумент, выточенный из стали и облаченный в идеальный костюм – вторую кожу, подчёркивающую каждый мускул. Город внизу ворчал приглушенно, словно сквозь вату, его звуки не могли пробиться сквозь броню его мыслей. Взгляд прилип к фотографии на столе. Эрик… О, Боже, Эрик! Юный, сияющий, с улыбкой, от которой у Александра в районе солнечного сплетения все предательски сжималось, словно там бабочки устроили рейв-вечеринку. Невинный ангел? Наглый чертенок? Скорее, термоядерный коктейль, способный взорвать к чертям всё мироздание, подумал он, усмехнувшись своим же воспоминаниям. Эх, молодость, молодость… Сколько же фееричных глупостей ты творишь! Ах, эта встреча, предопределенная самим Амуром! Кафе "Декаданс", где Эрик, в униформе кислотного цвета, умудрялся сиять ярче всех прожекторов вместе взятых. Гравитация, озорница и проказница, решила вмешаться – поднос с грохотом рухнул к его ногам, устроив фееричный салют из битой посуды, осколков надежд и пролитого кофе. Александр, ледяной король, обычно невозмутимый, как сфинкс. Подскочил, будто его ударило током, и бросился на помощь этому прекрасному созданию. Их глаза встретились… Ба-бах! Вселенная схлопнулась, сердце бешено заколотилось, отбивая чечетку в стиле фламенко, брейк-данс и танго одновременно. В голове пульсировала лишь одна мысль: "Мой! И никаких гвоздей! Даже не думайте!" Плевать на логику, предрассудки и унылый здравый смысл. Эрик будет принадлежать ему. Это даже не "если", а "когда" и "насколько эпично". Игра началась, и ставка в ней – само сердце Александра! И вот Александр, обычно выверяющий каждый шаг с точностью до миллиметра, превратился в одержимого стратега. "Операция 'Эрик'", – мысленно окрестил он свой дерзкий план, подобный ограблению века. Первый этап: очаровать, покорить, заставить забыть обо всех остальных смертных! Цветы? Банально, как утренний кофе. Александр явился перед юношей с корзиной экзотических фруктов, вызывающих зависть у любого ботанического сада и приступ икоты у таможенников. Комплименты? Слишком просто! Он описал улыбку Эрика как "восход солнца, способный растопить Антарктиду, вызвать цветение кактусов и заставить пингвинов танцевать ламбаду". Юноша, казалось, был заинтригован. Или, по крайней мере, развлекался вовсю. Но Александр не собирался сдаваться. Он выудил у знакомого пианиста пару секретных фишек игры на рояле и явился в "Декаданс" с внезапным концертом, посвященным исключительно Эрику. Пел, правда, тихо, чтоб не распугать клиентов. И главное, объект обожания. Текст романтичной баллады, переделанный на ходу, был наполнен метафорами о разбитых подносах, космической гравитации и силе взаимного притяжения. Публика, надо сказать, была в легком культурном шоке, а Эрик… Эрик смеялся, запрокинув голову, и этот звук был слаще любой симфонии и круче любого рок-н-ролла. Но конкуренты, как злобные тролли, не дремали! В поле зрения появились подозрительные личности, осыпающие юношу знаками внимания. Один, с волосами, зализанными гелем до состояния шлема космонавта, пытался очаровать его стихами собственного сочинения, от которых вяли даже кактусы. Другая, в платье с пайетками, сияющими, как новогодняя елка. Сверкала бриллиантами размером с перепелиное яйцо, намекая на роскошную жизнь, полную шампанского и икры. Александр почувствовал, как внутри закипает вулкан ревности, готовый извергнуть лаву гнева и испепелить всех этих наглецов. – Не бывать этому! – прошипел он, закатав рукава воображаемой рубашки и готовясь к решающей битве. Он решил действовать наверняка. Заказал огромный торт в виде созвездия, на котором сияли их инициалы, выложенные из съедобного золота, словно привет из мира Мидаса. Устроил фейерверк прямо перед окнами "Декаданса", заставив местных голубей в панике покинуть насиженные места и искать убежище в ближайших кустах. И наконец, встав на одно колено посреди этой феерии, ослепляющей ярче тысячи солнц, выпалил самое главное: – Эрик, будь моим хаотичным, искрящимся, разбивающим подносы созвездием! Будь моим… всем! Юноша молчал. Секунды тянулись как часы, как недели, как целые эпохи. Александр уже приготовился бежать на край света, зализывать раны разбитого сердца и писать душераздирающие стихи о безответной любви, как вдруг… Эрик рассмеялся, протянул руку и сказал: – Александр, ты совершенно, абсолютно, безнадежно сумасшедший! Но знаешь что? Я согласен! Только предупреждаю, я могу быть еще более непредсказуемым и взрывоопасным, чем этот фейерверк! И вот так, под залпы салюта, оглушительные аплодисменты случайных прохожих и удивленное воркование голубей, началась их история – история любви, обреченная быть яркой, безумной, совершенно незабываемой и настолько громкой, что ее услышит вся Вселенная!