Искусственный интеллект

      Инсин сидел напротив включенного монитора и вторые сутки тщетно пытался исправить код. Только вот он вообще не понял что исправлять, потому что цветные строки кода на своих местах, а те из них, что должны отвечать за память с точностью до мельчайших деталей передавали прошлое, его прошлое, их прошлое.              Вот расписана их первая встреча. Горе-программист пробегается взглядами по серым символам – всё на месте. Перед глазами сразу всплывает Комиссия по ремёслам в лучах закатного солнца, скачущая вокруг и рассказывающая, как она встретила подающего надежды юного кузнеца на Чжумине Байхэн. Инсин покраснел тогда от таких хвалебных речей, а лицо стоящего в стороне величественного Иньюэ-цзюня вдруг стало чуть улыбающимся и он сказал тихо: "У тебя большое будущее, дитя".              Следующий абзац – первые откровения. Светлые буквы рассказывают, как однажды они случайно остались вдвоём после традиционной "воскресной попойки". Дань Фэн, кстати, на такое название злился и говорил, что это "просто встреча друзей". Разгорячённый алкоголем Инсин рассказал, как больно ощущать пренебрежение со стороны других, даже менее талантливых ремесленников просто потому, что ему отведено не больше сотни лет и что Дань Фэн единственный из долгожителей, кто действительно видит в нём профессионала. Видьядхара горько усмехнулся, посочувствовал и ответил, что быть в чужих глазах не личностью, а просто Старейшиной тоже тяжело, и из простого народа только Инсин воспринимает его как Дань Фэна, а не Иньюэ-цзюня.              Дальше взгляд цепляется за сцену признания. Ремесленник прекрасно помнит всё, что прописано в коде – как у Дань Фэна покраснели кончики заострённых ушек, как он потупил взгляд и, прерываясь через каждые слово-два, корявыми фразами – впервые, видимо, говорил о подобном – рассказал кузнецу о своих тёплых чувствах и том, что на взаимность не надеется, но держать всё в себе уже не может. И как сам тогда рассмеялся, сжал драконорожденного в объятиях и шепнул: "Ты мне тоже нравишься". Вечно холодный и сдержанный Иньюэ-цзюнь после такого жеста вдруг заплакал. Кузнец погладил его по рогатой голове и оставил невесомый поцелуй на макушке теперь уже своего парня.              Последним фрагментом воспоминаний служил день их бракосочетания. На следующий случилась битва с Шуху, положившая всему конец, и оставлять это в памяти не хотелось. А вот закончить на хороше ноте – вполне.              Образы в красных ханьфу, обряд поклонения, распитие ритуального вина... Заканчивалась часть кода тем, что Инсин повалил на кровать жадно смотрящего на него Дань Фэна.              Подумав немного, последние строки кузнец стёр. Не хватало ещё, чтобы застрявшее на уровне развития подростка творение вдруг что-то вспомнило и начало задавать щекотливые вопросы.              Но этого, правда, так и не случилось. Неудавшийся эксперимент ни в какую не отвечал на вопросы, не мог ни назвать имёна или образы, ни даже в общих чертах узнать ситуации.              — Помнишь, как мы впервые встретились? - поинтересовался как-то Инсин.              — Не-а, я ж головой приложился, - ответил Дань Хэн. - Но если речь про тот раз, когда ты меня назвал чужим именем, то помню.              — А как мы пили под луной и секретничали?              — Э-э-э... Нет. Ты же мне пить не разрешаешь.              Задавать вопрос о признании было изначально бессмысленно и глупо, но Инсин всё-таки решился. Ему ответили, что такого быть не могло, ибо "мне восемнадцати нет", уточнили, всё ли в порядке с ориентацией, а ещё посоветовали сходить к специалисту, если есть проблемы с влечением к детям.              В общем, с мётвой точки ничего не сдвинулось.              Скрипнула дверь. Давно надо её смазать. Хотя, не стоит – так можно узнать о появлении вороватого создания сразу, а не когда заметишь пропажу чего-то из вещей.              — Дай мне новую книгу, - потребовал строгий голос. Инсин нехотя развернулся.              — А старая уже всё? Там окола трёхста страниц, куда так быстро?              — Трёхсот, - поправил Дань Хэн. Две недели с активации прошло, а он уже лезет поучать. - Ты дал мне сборник хокку, что там читать? Ни смысла, ни сюжета. Ерунда полнейшая. Ладно бы хоть о чём-то философском писали, так нет же, что увидел, то и запишу. Бред. Единственное, что вообще требует труда – уложиться в количество слогов в строке. Но от этого ещё и звучание монотонное получается.              Инсин подумал немногои понял, что привыкнуть к бесконечному потоку реплик из уст андроида всё ещё не получалосб. Хорошо хоть, после пары книжек речь у него стала связанной и логично выстроенной.              — А раньше тебе нравилось, - полным скорбной ностальгии голосом заметил кузнец, вспоминая, как Дань Фэн разбирал несчастные строки по иероглифам. Буквально.              — Значит хорошо, что я башкой долбанулся и выбил из себя дурной вкус, - скептически ответил Дань Хэн. - Неужто я такой тупой был, что читал бессмысленные трёхстишия? Или ты выдумываешь и опять дразнишь меня?              — Я занят, давай потом, - отмахнулся от навязчевого мальчишки неудавшийся программист и снова уткнулся в свой кривой код.              Дань Хэну такой ответ не понравился. Поэтому он решил выяснить, что же может быть важнее его персоны, подошёл поближе и уставился в монитор.              — Это ещё что? - спросил он, бегая глазами по монотонно-серым строчкам. - Та-та-та, красные ушки и сбивчивая речь... "Ты мне тоже нравишься"... С ориентацией всё-таки беда, да?              — Программа твоя, - не думая бросил Инсин. На второй вопрос он даже не собирался отвечать.              Дань Хэн подумал, что над ним опять подшучивают, поискал что-то среди книг на полках и ушёл, снова скрипнув дверью.              Кузнец облегченно выдохнул – можно продолжать работать.              Хорошо, по какой-то причине память андроид отторгает. Возможно, в его электронном подобии мозга слишком мало места для нескольких десятков лет жизни.              Но первые блоки программы должны задавать сведения, необходимые для самоидентификации! С ними-то что не так? Неверно задана команда? Надо проверить, как должно быть. Горе-программист встал, чтобы взять с полки учебник.              Но книги не оказалось ни на полке, ни на столе, её в комнате вообще не было!Видимо, наглец разозлился на Инсина за очередное указание на не-биологическое-происхождение и решило выяснить, чем ещё может быть код.              Пытаться забрать что-то у Дань Хэна до того, как он это изучит досконально занятие бессмысленное, потому за неимением книги Инсин решил подумать сам. Или, ещё лучше, спросить у кого-то опытного.              В обучении программированию и создании кода Инсину помогала Сильвер, девчонка-коллега по работе. Ей он и решил позвонить.              — Сильвер, у меня проблемы, - сказал кузнец в трубку сразу же, как только на том конце перестали раздаваться гудки.              — Я слушаю, - безразличным тоном ответил девчачий голос на том конце.              — В коде всё есть, но почему-то Дань Хэн не воспринимает информацию о своем прошлом, - пожаловался ей Инсин.              Девушка усмехнулась.              — Дань Хэн? Как мило, что ты дал новое имя криво написанной проге.              — Он сам его выбрал, - возразил кузнец. - Лучше скажи, что с лагами делать.              — Да я откуда знаю, - отмахнулась Сильвер. - Щас подключусь к тебе и посмотрю, чё там... Ой, пока.              На том конце заиграла приторно-весёлая музыка и девчушка сбросила вызов. Прекрасно. Иногда хотелось отключить ей Интернет и поудалять все игры с телефона. Жалко Сильвер совершеннолетняя.              Полчаса не проходит со звонка, как дверь снова со скрипом открывается, впуская в комнату. Вошедший Дань Хэн мгновенно оценил ситуацию и увидел, что за время его отсутствия не изменилось ровным счётом ничего и неторопливо подошёл ближе к Инсину, прочитал видимый на мониторе фрагмент кода.              — Что это должно быть? - спросил мальчишка.              Подумав, что самое худшее, что может сделать Дань Хэн, это стереть не сохранённую версию кода, Инсин честно ответил:              — В идеале – искусственный интеллект.              — Понял, - андроид кивнул. - А конкретно вот эта часть?              Он ткнул пальцем в строку, с которой начиналось то, что должно было служить базой данных.              — Фрагменты памяти, - сказал кузнец.              — Ага-а-а, - протянул Дань Хэн. - Так а какого чёрта они у тебя заметкой?              Инсин хотел бросить что-то про чужую неграмотность и про то, что если не знаешь, то лучше молчать, но потом мальчишка вдруг ткнул пальцем в начало верхней строчки и провёл вниз, по ровному столбику хештегов.              — Ты зачем решёточки здесь выставил? - повторил Дань Хэн.              Чёрт. Проклятье. Как так?              Если первым символом в строке поставить хештег, то вся строка перестаёт считываться, окрашивается серым и работает, как заметка для программиста.              Инсин, когда решил сам написать код, вставил воспоминания и данные о личности, но не был уверен в их правильности, поскольку только начинал программировать. Сильвер посоветовала ему выделить некоторые фрагменты заметкой, если он в них не уверен, чтобы ошибки не мешали работе остальных команд.              И он всё несколько раз перепроверил и отредактировал, но забыл сделать части кода рабочими. Самые главные части кода.              И на это ему указало как раз таки собственное неудавшееся творение. Унизительно, однако.              — Благодарю, - всё еще слегка шокированно сказал Инсин и развернулся лицом к Дань Хэну. - Ты за полчаса успел...              И замолчал на полуслове. На лице мальчишки красовалась такая гордая самодовольная улыбка, словно он только что исправил университетского профессора, а не самопального программиста.              — Что с тобой? - напуганным тоном спросил кузнец. Дань Хэн улыбнулся ещё шире.              — Ты впервые на моей памяти – в смысле, за последние две недели, раньше-то я не помню, – меня поблагодарил!              Инсин на это ничего не сказал, просто недовольно покачал головой и отвернулся. Несносное создание.              — Код-то исправь, - напомнил Дань Хэн, уходя к себе в комнату.              "А прога у тебя ничего, посообразительнее создателя", - пришло сообщение от Сильвер. Видимо, она всё-таки подключилась к чужому компьютеру.              Инсин начал удалять лишние символы. Чтобы вычистить такой объём текста, потребовалось большое количество времени.              А потом программа просто отказалась принимать изменения. Просто высветила баннер "редакция невозможна" и велела оставить, как есть: активна была единственная кнопка "ОК".              Просто прекрасно.              "Ты как хочешь изменить прогу, во всю работающую в данный момент?" - пришло от Сильвер. Инсин готов поклясться, что писала она со скептически-недовольным выражением лица.              "А что мне еще сделать?" - написал ей в ответ кузнец.              "Робота своего отключи, что ещё"              А, точно. Нужно же ещё время, чтобы код обновился, новые команды проверились на отсутствие ошибок и прочее.              Только мальчишка так и не вернул учебник, а значит в данный момент усиленно его изучает. В такой ситуации попытаться его отключить опасно как минимум для здоровья отчаявшегося на такой поступок. Ментального. Но опасно.              Дань Хэн оказался просто мастерским манипулятором – не понятно только, где научился. Видимо, стоит проверять, что за книги он берёт.              Как раз таки когда он пытался взять новую, Инсин и выяснил, что не то, что выключить, подойти ближе, чем на полтора метра не получится. Вороватое создание уронило на себя огромный шкаф – конечно, попросить достать что-то с верхней полки же выше нашего достоинства – и не могло из-под него вылезти.              Шкаф кузнец поставил и хотел выключить андроида, чтобы проверить систему на наличие повреждений, но не успел. Он даже наскоро оценить уровень ущерба не успел – мальчишка сразу схватил с пола книжку и улетел в свою комнату. Тем же вечером ремесленник решил, не выключая программу, осмотреть робота. Но Дань Хэн сказал, что нужно уважать его личное пространство и не разрешил к себе прикасаться, в смысле провести осмотр.              "Можно попробовать выключить андроида, когда тот перейдет в спящий режим" - задумался Инсин. Тогда, наверное, сбоев не будет. Он же не узнает? Хотя...              В общем, Инсин решил не редактировать код. В конце-концов, он незаметно привык к несносному мальчишке, получившемуся из попыток вернуть Дань Фэна.              И так, наверное, даже правильнее. Мертвых не воскресить, так есть ли смысл пытаться?              Вряд ли его Иньюэ-цзюнь хотел своему любимому такой жизни.