Звездное небо отраженное в водах сна

      Осенний холод окончательно сковал Мистик Фоллс, и к девятнадцатому числу утренние заморозки оставляли на пожухлой траве хрустящий иней. Однако днём блеклое ноябрьское солнце всё же немного прогрело пустынную асфальтированную дорожку, ведущую к старой лесопилке на окраине города.       Кристофер стоял, неловко переминаясь с ноги на ногу, и с откровенным скептицизмом смотрел на старый, но крепкий горный велосипед, который Деймон невесть откуда притащил в пансионат. Проскользнула мысль, что он мог принадлежать покойному Заку. Только угрызений совести ему не хватало. Парень до сих пор чувствовал себя глупо. Из-за вечной отстраненности Гилбертов и собственного одиночества он в детстве так и не научился кататься, а признаться в этом кому-то, кроме старшего Сальваторе, было бы выше его сил.       — Ну и чего мы ждём? — Деймон вальяжно облокотился на капот своей «Камаро», скрестив руки на груди. — Велосипед сам себя не укротит. Хватайся за руль.       Крис раздраженно выдохнул, поправил куртку и перекинул ногу через раму. Раны на спине и руке после нападения Викки уже затянулись, но резкие движения всё ещё отзывались глухой, тянущей болью. Он уселся на сиденье, поставил одну ногу на педаль, а второй судорожно уперся в землю. Велосипед тут же опасно накренился вбок.       — Это дурацкая идея, — процедил парень, судорожно цепляясь в резиновые грипсы руля так, что побелели костяшки пальцев. — Я сейчас пропашу носом этот асфальт.       — Только попробуй, я эту куртку тебе неделю назад выбирал, — хмыкнул Деймон, в одно мгновение оказавшись рядом.       Вампирская скорость больше не пугала Криса. Напротив, когда тяжелая, теплая ладонь Деймона уверенно легла на перекладину руля, а вторая подхватила сиденье сзади, парень впервые за день расслабил плечи.       — Смотри вперед, а не под колеса, — уже без привычной издевки, спокойно скомандовал инструктор Деймон, удерживая велосипед в идеальном равновесии. — Крути педали. Я держу.       Кристофер сглотнул вставший в горле ком, поднял вторую ногу и с усилием надавил на педаль. Велосипед дернулся вперед. Поначалу движения были рваными, руль ходил ходуном из стороны в сторону, а паника накатывала горячей волной при каждой попытке завалиться набок. Но Деймон железной хваткой контролировал каждый наклон, плавно шагая рядом и не давая парню упасть.       — Сильнее жми, Крис. Скорость твой друг, она держит баланс, — негромко подсказывал вампир, двигаясь в такт велосипеду.       Холодный ветер бил в лицо, выветривая из головы липкие мысли о доме. Здесь, на заброшенной дорожке, под чётким контролем Деймона, Крис неожиданно почувствовал чистую, детскую свободу. На его губах впервые за эти дни появилась несмелая, но искренняя улыбка. Велосипед ехал всё ровнее.       — Вот так, отлично. Видишь? Ты едешь, — раздался радостный голос Деймона, который теперь звучал чуть дальше, чем секунду назад.       Стоп. Крис на мгновение скосил взгляд назад и похолодел. Засранец Деймон отпустил сиденье и теперь просто шел позади, засунув руки в карманы куртки и наблюдая за ним с легкой ухмылкой. От неожиданности Крис дёрнул руль вправо, равновесие мгновенно испарилось, и велосипед с грохотом повалился на обочину, увлекая парня за собой прямо в сухую траву.       — Чёрт тебя дери! — крикнул Крис, выбираясь из-под рамы и потирая ушибленное колено. — Ты сказал, что держишь!       Деймон неторопливо подошёл ближе, сверху вниз глядя на растрепанного, злого, но такого живого Кристофера. Вампир протянул ему руку, помогая подняться.       — Я держал, Крис. Первые метров двадцать ты ехал абсолютно сам, — Деймон мягко улыбнулся, и в его голубых глазах не было привычного желания уколоть. — Ты можешь сам. Просто нужно было, чтобы ты перестал бояться.       Крис недовольно принял его руку, поднимаясь на ноги и отряхивая джинсы от сухих листьев. Сердце бешено колотилось в груди, но злость быстро уступила место странному, щемящему чувству благодарности. Возможно пока не стоит превращать Сальваторе в горстку пепла.

***

      Затяжные ноябрьские дожди превратили дороги Мистик Фоллс в сплошное серое месиво, а небо над городом казалось низким и тяжелым, словно грязная простыня. В гостиной пансионата Сальваторе было по-прежнему тепло от камина, но общее уныние за окном, казалось, пробралось и внутрь. Крис сидел в глубоком кресле, поджав под себя одну ногу, и безучастно смотрел, как янтарные блики огня играют на дне его стакана с яблочным соком.       Деймон, расхаживающий по комнате с неизменным бокалом бурбона, то и дело бросал на парня короткие взгляды. Старшего вампира откровенно раздражало это глухое, меланхоличное молчание Кристофера. Он совершенно не понимал, что иногда Крису надо просто посидеть и подумать.       — Слушай, прекращай, — наконец не выдержал Деймон, резко остановившись прямо перед креслом парня. — Ты сидишь с таким лицом, будто на твоих глазах только что утопили выводок бездомных котят. У меня от твоего вида скоро алкоголь в бокале прокиснет.       Крис даже не шелохнулся, лишь устало перевел взгляд на Сальваторе. И как этот вампир умудряется проводить с ним время двадцать четыре на семь… у него своих дел что-ли нет?       — На улице ноябрь, Деймон. Какое настроение, такое и лицо. Оставь меня в покое.       — Ну уж нет, — ухмыльнулся вампир, и в его голубых глазах вспыхнул опасный азарт. Деймон Сальваторе не любил проигрывать, особенно какой-то там осенней хандре. — Я не успокоюсь, пока не сотру эту мину с твоего бледного личика.       В течение следующего получаса Деймон устроил целое представление. Он пародировал излишне драматичные вздохи Стефана, изображал, как Елена театрально заламывает руки из-за очередных школьных сплетен и хлопает глазками. Даже выдал невероятно язвительную тираду про мэра Локвуда, активно жестикулируя и меняя голоса. Крис стойко держался. Он упорно смотрел в сторону, игнорируя этот вампирский балаган, хотя внутри уже готов был сдаться под напором этого абсурда. Какой же Деймон идиот, забавный идиот.       Наконец, вампир картинно вздохнул, уселся на ковер прямо возле кресла Криса и, состроив уморительно жалобную гримасу, заглянул парню снизу вверх прямо в глаза: — Ну Крис…ну хоть разок. Мои актерские таланты сейчас гибнут на твоих глазах. Пожалей старика.       Крис посмотрел на Деймона, взъерошенного, нелепо сидящего на полу, но такого искреннего в своем дурацком желании помочь. В груди парня что-то дрогнуло. Натянутая линия его губ сначала дрогнула, а затем не выдержала. Кристофер тихо фыркнул, и на его лице на мгновение расцвела короткая, но удивительно теплая и настоящая улыбка, осветившая его обычно хмурое лицо. Мужчина замер. Его глаза удивлённо расширились, а наглые чертята в глубине зрачков уступили место чему-то непривычно мягкому.       — Ага! — победно воскликнул вампир, резко подаваясь вперёд и указывая на него пальцем. — Я видел! Ты улыбнулся! Даже не думай отпираться, у меня вампирское зрение, я засек этот момент!       Крис моментально посерьезнел, изо всех сил стараясь вернуть лицу маску полнейшего равнодушия, хотя кончики ушей предательски порозовели. Он отставил стакан на столик и отвернулся к окну, упрямо вскинув подбородок.       — Тебе показалось, — сухо и отстраненно бросил парень, хотя его голос слегка дрогнул. — Ничего подобного не было. Меньше надо пить бурбон средь бела дня. Столетний алкаш.       Деймон тихо, торжествующе рассмеялся, возвращаясь на своё место в кресле. Он ничего больше не сказал, но в полумраке гостиной обоим стало предельно ясно, лёд между ними растаял, и эту мимолетную улыбку у Криса уже никто не сможет отнять.

***

      За окнами пансионата вовсю бушевал ледяной ноябрьский ливень, крупные капли с силой барабанили по оконным стёклам. В гостиной было темно, если не считать мерцающего синеватого сияния от экрана телевизора и ленивых всполохов угасающего камина. На комоде в своей клетке, уткнув клюв под крыло, мирно спала Коко.       Крис сидел на диване, поглубже закутавшись в тёплый тёмно-синий плед. Рядом с ним, бесцеремонно закинув ноги на журнальный столик и лениво покручивая в руке бокал с неизменным бурбоном, расположился Деймон. Каким-то совершенно непостижимым образом старший вампир умудрился перехватить пульт и включить старую, классическую голливудскую мелодраму о несчастной любви, разлученных сердцах и трагическом финале.       Кристофер со скептическим выражением лица наблюдал за происходящим на экране, где главная героиня под проливным дождём со слезами на глазах признавалась в своих чувствах. И как они дошли до этого дерьма…       — Скажи мне честно, у тебя совсем разжижение мозгов на почве вековой скуки началось? — тихо спросил Крис, не поворачивая головы. — Мы правда смотрим это? Романтический фильм? Серьёзно?       Деймон сделал глоток из бокала и драматично вздохнул, устремив задумчивый взгляд на экран, где в этот момент играла скрипичная музыка. И что Кристоферу могло не нравиться?       — Ты совершенно не ценишь классику кинематографа, — с притворной укоризной отозвался вампир, хотя в уголках его губ пряталась привычная насмешка. — Между прочим, эта история основана на реальных страданиях. К тому же, Стефан уехал к твоей драгоценной сестрице, так что пульт сегодня в моих руках. Сиди, сопереживай и учись, как нужно красиво страдать.       Крис лишь тихо фыркнул, глубже уходя под плед, но переключать или уходить не стал. В этой дурацкой, штампованной киноленте, как ни странно, было что-то убаюкивающее. Сцена за сценой, герои преодолевали глупые недопонимания, расставались из-за гордости и недосказанности, а Крис ловил себя на мысли, что вся эта экранная драма чертовски напоминала его собственную жизнь. Там тоже никто никого не слышал, все были увлечены великими тайнами, забывая о тех, кто находился рядом.       Когда фильм приблизился к своей кульминации и главные герои наконец воссоединились в финальном, полном трагизма поцелуе перед неминуемой разлукой, Крис почувствовал, как на плечо легла тяжелая, теплая ладонь вампира. Деймон слегка притянул парня к себе, заставляя расслабиться. От старшего Сальваторе пахло дорогим одеколоном, едва уловимым дымом от камина и тем самым уютом, которого Кристофер был лишён на протяжении долгого времени.       — Ну и как тебе финал? — негромко спросил Деймон, глядя на бегущие по экрану титры. В полумраке его голубые глаза казались совсем тёмными, почти чёрными. — Пробило на слезу?       Крис замер на секунду, чувствуя, как внутри разливается странное, непривычное тепло. Он упрямо шмыгнул носом от забиравшегося под одежду сквозняка и слегка повёл плечом, но руку вампира убирать не стал. Почему-то Крису казалось, что Деймону нравиться трогать его.       — Банальщина, — тихо буркнул Крис, отводя взгляд в сторону окна, где в темноте отражались капли дождя. — В жизни всё гораздо прозаичнее. Люди просто забывают друг о друге, и никакой красивой музыки на фоне не играет.       Деймон издал тихий, едва слышный смешок и мягко сжал его плечо. В тишине пустой гостиной пансионата, под мерный шум дождя, Крис почувствовал, что в его собственной истории, пускай и без красивой музыки, прямо сейчас пишется совершенно новая, правильная глава.

***

      Утро выдалось непривычно ясным для поздней осени. Бледные, но настойчивые лучи солнца пробивались сквозь тяжёлые портьеры просторной спальни Деймона Сальваторе, расчерчивая темный паркет золотистыми полосами. Крис спал прямо здесь, на огромной кровати под тяжелым одеялом, полностью зарывшись в подушки и укутавшись в кокон из тепла. Домой к Гилбертам он не возвращался уже пару дней. Там по-прежнему царил душный хаос, а в комнате старшего вампира было спокойно. Почти, если не учитывать комара над ухом. Тишину безжалостно нарушил резкий, нарочито громкий хлопок двери.       — Подъём! — над ухом раздался бодрый и невыносимо довольный голос Деймона. — Ты спишь уже примерно вечность. Ещё немного, и ты превратишься в одну из этих пыльных статуй в нашем подвале. Сколько можно? Кровь в твоих жилах скоро окончательно завяжется в узлы от этого безделья.       Крис лишь глубже зарылся лицом в подушку, глухо застонав от того, как бесцеремонно его выдернули из сонных, вязких видений. Утренняя лень сковывала тело сильнее любых цепей.       — Деймон, отвали, — прохрипел Крис, упрямо натягивая одеяло на голову. — На дворе суббота. Нормальные люди в такое время спят. Уйди в туман, пожалуйста.       — Я вампир, Крис. Слово «нормальный» ко мне не относится, — хмыкнул Деймон       Не успел Крис сообразить, что происходит, как одеяло с него бесцеремонно сдернули, оставив парня беззащитным перед прохладным воздухом спальни. Кристофер резко сел на кровати, взъерошенный, злой и готовый убивать, но Деймон действовал на опережение. В лицо Крису с глухим хлопком прилетела огромная, мягкая перьевая подушка.       — Эй! Ты совсем придурок?! — крикнул Крис, отплевываясь от выбившегося пуха. Ледяная маска безразличия мгновенно слетела, уступая место чистейшему, детскому азарту.       Он забьет Сальваторе до смерти и добудет вампирский клык. Резко перехватил эту же подушку за углы, замахнулся и со всего маху обрушил ее на Деймона. Вампир, разумеется, мог бы уклониться за долю секунды, используя свою сверхъестественную скорость, но он намеренно остался на месте. Подушка с глухим звуком врезалась ему в плечо, заставив старшего Сальваторе театрально покачнуться.       — Ах так? Объявляю войну! — расхохотался Деймон, хватая со своей стороны вторую подушку. Да будет война.       Следующие несколько минут спальня вампира превратилась в зону боевых действий. Крис, забыв о своем желании не расстраиваться со сном яростно атаковал, прыгая по огромной кровати и от души колотя Деймона пуховыми снарядами. Деймон с лёгкостью отбивался, поддаваясь в нужные моменты, чтобы парень не чувствовал себя слабым, и то и дело метко целился в ответ. В воздухе летали редкие белые перья, а по комнате эхом разносился громкий, искренний хохот, редкий и такой ценный для них двоих.       Наконец, запыхавшийся и абсолютно счастливый Крис не удержал равновесия и повалился спиной на матрас, раскинув руки в стороны. Деймон приземлился рядом прямо на руку парня, тяжело дыша ради забавы и ухмыляясь во весь рот. Волосы у обоих были в полном беспорядке, а на одежде застрял пух. Прям брачный сезон дикобразов.       Крис повернул голову, глядя на профиль вампира, и на его губах всё ещё играла мягкая, незащищённая улыбка. В этот момент, глядя на кружащиеся в лучах солнца перья, Кристофер понял, что жизнь может быть очень даже хорошей. В определенные дни уж точно.