Звёзды сошлись

На улице стояла жара.

Казалось что воздух нагревается вместе с дорогой, из-за чего прохожие как можно быстрее старались укрыться в тени домов или спрятаться под кронами деревьев. Большие часы, стоявшие в самом сердце маленького городка , пробили двенадцать. В ту же секунду из ранее незаметных крошечных дверей ровным строем выкатились небольшие куклы. Некоторые из них представляли пары и такие фигурки двигаясь с остальными по полукруглой площади не прекращая кружиться. Другие же стояли с миниатюрными музыкальным инструментами, и под громкий бой часов они кланялись во все четыре стороны, словно желая отблагодарить публику за предоставленное внимание. Вскоре бой прекратился, а маленькие человечки скрылись в потайных дверцах. Юноша наконец-то оторвал взгляд от старинных часов и повернувшись наткнулся на недовольное лицо старушки. - Вы что-то потеряли, юноша? Было видно, что к голубоглазому пареньку она не испытывала тёплых чувств, а удушающая жара словно ещё больше распаляла недовольство в душе этой горожанки. - Извините, просто задумался о своём. Сколько с меня? - заметив выражение лица старушки, Лололошка неловко улыбнулся. Старушка бросила недовольный взгляд и назвала сумму. Парень достал из кармана небольшую горстку серебряных монет и положил их на прилавок, под внимательным взглядом старых, но до сих пор острых глаз. Пока бабушка пересчитывала монетки, парень взял свёрток и заглянув внутрь сразу же довольно улыбнулся, понимая что это его заказ. - Можете идти, юноша, - получив деньги на руки она словно подобрела, и теперь гораздо вежливее её взгляд рассматривал заказчика. Лололошка кивнул головой и попрощавшись спешно вышел вон, начиная чуть ли не бегом спускаться вниз по винтовой, скрипучей лестнице. Уже выйдя на улицу тот сразу же прищурился, так как после тёмного помещения солнце немного ослепляло его, а горячий воздух начал щекотать его щёки и нос, из-за чего хотелось не взирая на правила приличия бросить всё что было в руках на пол и хорошенько потереть зудящие места. "Не ожидал что такая жара настигнет наш городок так скоро,"- размышлял юноша, быстро шагая по вымощенному камнем тротуару. На улице стоял жаркий июль, от которого не спасли даже высокие горы, которые окружали городок , словно огораживая его от непогод и опасностей. Глассгарф был широко известен своими талантливыми кузнецами, которые могли выковать что угодно: большой меч, добротную кольчугу и даже маленькое колечко. Лололошка особо не вглядывался в знакомые ему вывески лавок и прохожих, которые чинно прогуливались держа над собой зонтики или обмахивались веерами. Его блуждающий взгляд зацепился за высокое белое здание, с висящей сверху серебряной звёздой и он сразу же прибавил шагу, крепче прижимая к себе увесистый свёрток. Церковь окружал небольшой забор, который был создан больше для того, чтобы сдерживать маленьких детей, чем проходящих мимо возможных недоброжелателей. За забором крылся небольшой садик, где гордо стояли яблони и груши, на которых сейчас уже висели зрелые и манящие плоды. Вокруг одного из деревьев стояли маленькие дети в чистых светлых рубашечках и платьицах. Они что-то громко кричали, и пытались сорвать сладкие плоды, но из-за маленького роста ребята не могли дотянуться. - Оо! Брат Ло пришёл, - маленькая девочка обернулась и радостно закричала остальным, махая руками и указывая на только вошедшего в сад юношу. Тут же куча маленьких голов повернулись в его сторону, и спустя пару мгновений парня облепила целая толпа ребятишек, которые начали тянуть его за одежду и жаловаться на неудачные попытки сорвать хоть пару яблок или груш. - Погодите, не торопитесь! - Лололошка замахал свободной рукой, стараясь не выронить свёрток, и вырвавшись из круга облепивших его детей, проговорил: - Я помогу вам, только не надо меня раздирать на тысячу лоскутков! Младшие сразу же дали проход юноше, и подбежав к несчастному дереву начали тыкать пальцами , указывая что сорвать. Парень подошёл к деревцу и привстав на носочки начал аккуратно срывать молодые плоды и сразу же отдавать детям в руки, которые снова начали толпиться, шуметь и из-за всех сил тянуть ладошки вперёд, чтобы первыми получить лакомство. - Лололошка? К толпе незаметно подошла высокая, молодая девушка с белоснежной шалью на плечах. Её темное платье с красивой золотистой вышивкой в виде ветвей приятно шуршало привлекая внимание толпы. Парень сразу же бросил заниматься плодами и ярко улыбнувшись поздаровался. - Здравствуйте тётушка. Извините что так долго не приходил, были дела, - он говорил быстро и оттого немного запинался, то и дело стараясь успокоить своё дыхание. - Но я пришёл не с пустыми руками! - и не теряя времени он начал рыться в свёртке. Из него он достал расписанного яркими красками деревянного зайца. Игрушка была небольшого размера, но выполнена на славу. Было видно, что окрашена она была совсем недавно, так что если близко поднести её к лицу, то можно почувствовать запах красок. Дети сразу же громко закричали и бросив все дела побежали к Лололошке, выстраиваясь в своеобразную очередь. Хоть они и были хулиганистыми, но чужой труд дети всегда уважали и потому только смотрели на подарок, не пытаясь схватить его руками. Юноша довольно прищурил глаза, и с молчаливого разрешения старшей подозвал детей начиная каждому вручать по игрушке. Получив сокровище они сразу же убегали подальше и уже там начинали разглядывать и любоваться деревянной поделкой. - Лололошка.. Как я вижу ты снова не покладая рук трудился, дабы порадовать ребятишек. Девушка улыбалась наблюдая за своими воспитанниками, при этом беря ладонь парня в свои руки, начиная мягко поглаживать. - Скоро праздник, и мне хотелось порадовать младшеньких. Они мне как семья, - в голубых глазах на секунду промелькнула лёгкая печаль. Эта церковь держала под своим крылом множество сирот, которые то и дело оказывались на улице. И хоть сама церковь не располагала большими средствами, больше выживая на пожертвованиях прихода, она не могла бросить детей на произвол судьбы. Сам же Лололошка провёл рядом с этими добрыми людьми достаточно времени, чтобы даже после взросления считать своим долгом помогать служащим со всякими делами. Эта же женщина была его воспитательницей, о чём можно было догадаться просто приглядевшись к узору на одеяниях, к которой он относился особенно хорошо, порой даже называя её своей второй матерью. - Ты так вырос Лололошка... Но давай не будем о грустном. Ты так вовремя пришёл, - она потянула того за руку и они вместе побрели по дорожке к белой пристройке, которая находилась рядом с самой церковью. - Пару часов назад к нам пожаловал Альфред и он сказал что остановится всего на один день. Но почему именно - не сказал. Лололошка сразу же оживился и начал вертеть головой, желая высмотреть знакомую светлую макушку. Женщина тихо засмеялась, и попросив того немного подождать внутри трапезной, поторопилась куда-то, наверняка за Альфредом. Внутри помещения было тихо и чисто. В четыре ряда стояли длинные дубовые столы, за которыми обыкновенно проходили трапезы или собрания. Сейчас на них лежали обычные, но опрятные белые скатерти. Видимо юноша пришёл ещё до обеда, так как со стороны кухни доносились отголоски разговоров , а запах вкусной пахлёбки дурманил голову голодного гостя. Тут на плечо Лололошки опустилась чья-то тяжёлая рука, и повернувшись юноша увидел наконец-то пришедшего знакомого. Вернее сказать друга. Альфред был старше Лололошки на пару лет и сейчас зарабатывал на жизнь охотой за городом в лесах, где он со своей командой добывал мясо и резные материалы , которые позже продавались либо в самом Глассгарфе , либо отвозились куда-то на Юг. У Альфреда были светлые волосы, всегда аккуратно заправленные да так, что ни один волосок не выпадал из зачёссаной назад челки. У него были серые глаза, но не смотря на чужие разговоры про то, что у сероглазых всегда " холодный и безразличный взгляд", тот сейчас весело улыбался , а его лучистые глаза с интересом всматривались в лицо юноши. - Альфред! Мы так давно не виделись, - Лололошка сразу же схватил его за руку и потянул к одному из столов. - Ты говорил что в последние пару лет стало гораздо больше опасной живности в лесах.. Хорошо что ты смог найти время для нас. По некогда тихому залу разносился смех, бурные разговоры о приключениях, охоте на какого-то свирепого крокодила и прочая болтовня. - Кстати, у тебя же скоро будет день рождения? Лололошка не обратил внимание на тон, с которым был произнёс этот вопрос и коротко кивнул, не понимая к чему тот внезапно спросил про это. За время жизни с другими сиротами парень привык к тому, что день рождения празднуют все в один день. Сначала это правило работало только из-за желания церковников сэкономить средства, которые могли пойти на пропитание или благоустройство территории. Но после детям и самим понравилась эта идея, так как никто не чувствовал себя обделённым, а те подарки, которые они получали, всегда были довольно дорогими и потрясающими, так как их закупали для церкви разные богатые прихожане. Альфред чуть нахмурился, и по его лицу было видно что он хотел что-то сказать, но никак не решался. Но по итогу он смог преодолеть свои опасения, и отвернувшись от Лололошки тот начал рыться в поисках чего-то в своей сумке. Тут Альфред достал небольшую кожаную тетрадку, которую тот использовал для записей. Внутри этой книжечки, ближе к середине, меж страниц лежал пожелтевший от старости конверт без печати. - Я знаю что ты не любишь вспоминать то время, но... Незадолго до смерти твоя матушка отдала мне этот конверт, и приказала отдать на твой семнадцатый день рождения.... Если что я его даже не пытался открыть, хоть и было интересно... Ну возьми его. Лололошка тупо взял конверт и пустым взглядом сверлил его пару мучительно долгих секунд, нежно поглаживая подушечками пальцев пожелтевшую бумагу. Конверт был перевязан розовой, но сейчас постаревшей от времени и темноватой, лентой. На самой поверхности красовалась короткая надпись, выведенная немного прыгающим, но всё же старательным и нежным почерком. " Для моего милого Ло. Мама. " Между парнями повисла тишина, которая начинала словно физически давить на них. Лололошка знал, что если он сейчас попробует сказать хоть слово, то вместо этого сможет только хрипло проскулить. На смену раннему равнодушию пришла дикая боль. В глазах начинало мутнеть от сдерживаемых слёз, а руки вдруг задрожали. - Лололошка? Ты как... - Альфред нервно наблюдал за резкими изменениями на лице друга. Была бы его воля, он бы и дальше хранил это письмо в своей тетради, но то как она умоляла его ... Он не забудет никогда. - Я наверное чуть позже приду. Хриплый, ели слышный голос Лололошки раздался спустя пару минут, когда тот смог немного взять себя в руки. Но не успел охотник и промолвить что-то в ответ, как голубоглазый парень сорвался с места и не оборачиваясь выбежал вон , не обращая внимания на крики Альфреда и просьбу вернуться. Теперь Лололошке казалось, что город вокруг него не был таким дружелюбным и родным, как виделся до этого. Сейчас он старался бежать как можно быстрее, лишь бы не встретить никого из прохожих, ибо пареньку знал, что если кто-нибудь просто спросит у него "что случилось", то он разрыдается прямо там. Чуть вдали от города стоял небольшой деревянный домишка, всего пару метров высотой. Хоть он и выглядел довольно бедным, но чистота указывала на то, что тут кто-то живёт. Уже упав на свою кровь парень смог хоть немного ослабить контроль, и в то же мгновение горячие, солёные слезы потекли из уголков его глаз. Мама прожила с ним не так много. Когда мальчику стукнуло всего десять годков, она тяжело заболела. До сих пор он чувствовал как кожа покрывается мурашками, стоит ему вспомнить как в один из дней он вернулся домой, и там его встретила только удушающая тишина , с уже начинавшей остывать покойницей.

Он не смог сказать "прощай".

Он не смог в последний раз увидеть как та улыбается и гладит его по волосам.

И не стоит говорить, как же сильно он хотел хоть раз ... Последний раз.. услышать как она зовёт его своей "маленькой звёздочкой"....

Прошло достаточно много времени, прежде чем жители города заподозрили что-то не то, ибо маленький мальчик, который полюбился многим ребятишкам, не появлялся уже второй день, а его мать словно вообще исчезла. И когда одна взрослая тётушка, знакомая матери Ло, пришла навестить свою подругу и её маленького сына, то застала только одиноко сидящего на полу маленького ребёнка ,с будто потемневшими от слёз глазами, а на постели рядом с ним лежала.... Лололошка резко вздрогнул и повернув голову посмотрел на конверт, который лежал всего в паре сантиметрах от его лица на кровати. " Если матушка хотела чтоб я прочитал это именно сейчас... То я должен это сделать." Дрожащими руками он аккуратно, не смея даже громко вдохнуть, развернул бумагу и достал большое письмо. Внутри что-то ещё шуршало, но сейчас юноша решил сосредоточить своё внимание только на письме... Потому что чувствовал , что потом он будет уже не в силах этого сделать. " Привет, моя маленькая звёздочка! В последнее время я чувствую как мои силы постепенно покидают меня, а этот кашель всё больше разрывает и царапает моё горло... К сожалению твоя мамочка не сможет всегда быть рядом с тобой, хотя я бесконечно молюсь нашей Матери, чтоб она дала мне побыть с тобой ещё хоть немного. Ты очень ранимый и нежный мальчик. Надеюсь сейчас ты вырос уже большим и здоровым! Я сделаю всё, чтоб ты получил это письмо, так как я считаю что ты должен об этом знать, но сейчас ты ещё слишком юн, а я просто не в силах сказать тебе это прямо... Помнишь как я читала тебе в детстве Легенду? Я знаю как сильно ты её любишь, даже твои глаза всегда загораются , стоит только упомянуть. Так вот. Давным давно наша милая правительница загадала желание о рождении ребёнка. Ты с детства любил и даже немного завидовал принцу, но что уж тут поделать. Правда в том... Что в тот праздник, я тоже посмела загадать желание. Тогда я была ещё совсем юна и наивна. Твой отец.. это был гостивший в Глассгарфе вольный рыцарь. Мы с ним полюбили друг друга, и он даже хотел остаться со мной, чтобы воспитать тебя. Но в тот год на границе дела были не спокойные, и ему пришлось срочно отправиться туда. Моё желание, это был ты, моя маленькая звёздочка. Я хотела родить тебя, и прожить с твоим отцом долгую и счастливую жизнь.... Я ни о чём не жалею, и если бы я могла прожить жизнь ещё раз, то я снова бы хотела быть рядом с тобой , целовать твои маленькие ручки и слышать твой смех.. Тогда две звёзды летели так близко к горам, что казалось можно было просто забраться на верхушку и схватить одну из них рукой! И стоило только мне шёпотом проговорить те слова, как сияющая голубая звёзда оторвалась от своей спутницы и упала в расщелины среди гор... Мой милый, ты можешь сейчас быть в замешательстве и не верить в правдивость моих слов, и я полностью понимаю тебя. Но просто вспомни свои частые болезни. Твой шрам на груди, те болезни и медленно стекающая из раны голубая энергия.. Это всё последствия твоего рождения, мой милый! Ты особенный и я верю в то, что вы с Принцем связаны. Моё последнее желание может звучать наивно, но я прошу тебя - пожалуйста, сделай всё, чтобы оказаться подле Принца! Моё сердце не спокойно. Я чувствую что хоть ты и рождённый мною ребёнок, но на самом деле ты Дитя небес, также как и наш светлый будущий правитель. К сожалению я много не смогу ещё написать... Руки слишком дрожат ахах... Да и сейчас ты просто крепко спишь на кровати. Рада что могу ещё любоваться тобой, Лололошка. Просто помни о том, что твоя мамочка любит тебя и желает тебе только счастья. Глассгарф не весь мир, и я надеюсь что ты сможешь быть счастлив и без меня, как бы больно не было это говорить... Я люблю тебя, моё волшебное желание и самое настоящее сокровище. И даже после смерти я буду любить тебя и наблюдать за твоей судьбой. С любовью, Мама." Первое что почувствовал Лололошка, когда короткое, но наполненное теплом и нежными чувствами письмо закончилось, так это неприятное ощущение влажности на щеках. Утеревшись рукавом, он в задумчивости лёг обратно и по крайней мере ещё раза три пробежался глазами по строчкам. - Как я могу быть связан с.... Ним? Казалось, будто глупая детская мечта внезапно воскресла и маячила перед его взором. С малых лет Лололошка восхищался наследным принцем и был рад любой информации о нём. Люди даже посмеивались , когда ещё будучи мальчиком он уверял всех, что хочет быть таким же как принц. Да даже из-за простого желания соответствовать своему кумиру, тот начал ходить хвостиком за Альфредом и просить того научить сражению на мечах. Тогда в нём горело желание вырасти и защищать принца, и это было не более чем детской мечтой. Но это письмо... Вдруг со стороны двери раздался неуверенный стук, словно бы человек по ту сторону был не уверен стоит ли вообще привлекать внимание хозяина дома. Лололошка сразу же поднялся и свесив ноги с кровати коротко крикнул, показывая что тот может войти. В дом неловко наклонившись вошёл Альфред, сразу же цепляясь взглядом за лицо Лололошки. Было видно, что после побега юноши он не мог найти себе места, так как чувствовал ответственность. - Лололошка? Ты как? - первое что спросил он, только прикрыв входную дверь. - Я знал что тебе будет тяжело и всё равно не подготовил хоть немного... для тебя наверное было шокирующим вдруг получить письмо от... - он не договорил, запнувшись. Лололошка внимательно слушал слова вошедшего, но куда больше его интересовала неожиданная находка на дне конверта. Ранее он не обратил внимание на то, что помимо письма там что-то лежало, но сейчас нечаянно нащупал и решил достать. В конверте лежал маленький кулон. У него была тоненькая серебристая цепочка, которая приятно звенела, когда юноша доставал предмет. На конце же цепочки красовался горный хрусталь в форме небольшой капли. Он был таким светлым и чистым, что казалось его можно использовать как очки. - Откуда она взяла эту драгоценность..!? Лололошка от шока чуть не выронил кулон, но тут же собрался и крепко сжал его в кулаке, недоуменно посмотрев на Альфреда, который и сам круглыми глазами смотрел на сокровище. - Лололошка, я только про конверт знал.. честное слово! Как она смогла получить украшения с использованием серебра и горного кристалла, да ещё такого чистого... - светловолосый парень подошёл ближе и присев рядом с Лололошкой начал рассматривать блестящую чуть ли не прозрачную каплю. Семья Лололошки была довольна бедна, так как мать зарабатывала на пропитание тем, что шила и создавала горожанам платья и прочие наряды. Было секретом, как она смогла накопить достаточную сумму для покупки этого, если последние месяцы она даже встать толком не могла, не то что пойти куда-нибудь. Голубоглазый юноша с восхищением смотрел на этот подарок, и вдруг аккуратно расстегнул серебряную цепочку и повесил кулон на себя. " Спасибо мама." Прошло пару часов и за это время друзья успели вновь разговориться. И хотя Лололошка решил утаить истинное значение письма и её последнюю волю, но не спросить Альфреда о том как попасть в столицу, он не мог. - Как ты догадался о чём я хочу с тобой поговорить? - парень удивлённо усмехнулся. - Наверное ты уже слышал от сестры , что я приехал в Глассгарф всего на один день. Настоящая причина в том, что я услышал в одном из городов, которые южнее нас на пару миль. В честь дня рождения Принца по каждому городу ездят люди из дворца и требуют от каждого поселения двух парней от шестнадцати лет. Все они должны покинуть свои родные края на время небольшого соревнования, длящегося в столице всего день аль два, где будут выбирать двух самых лучших рыцарей. Один будет просто для стражи, а другой может стать личным телохранителем его Высочества! Даже поговаривают о том, что Он сам будет выбирать...! Лололошка разинув рот слушал рассказ Альфреда, уже не сомневаясь в том, что самой судьбой ему предначертано попасть в столицу. Теплое чувство разлилось внутри, стоило ему представить того прекрасного юношу из легенд и сказок. Но так же лёгкий страх закрадывался в его душу. "Там будут сотни умелых бойцов... Как же мне - человеку со столь заурядными навыками и способностями выделиться , дабы иметь честь просто приблизиться к нему?" - Лололошка? Ты меня вообще слушаешь? Парень очнулся от размышлений и посмотрело на Альфреда, который легонько тряс его за плечи и звал. - Пфф.. Ты всегда улетаешь в облака, стоит только упомянуть о его Высочестве, - игривая ухмылка расплылась на лице светловолосого парня, этим смущая и даже заставляя Лололошку неловко покраснеть. Наверное с какой-то стороны это можно было назвать виной его матери. Она была тем ещё романтиком и с детства Лололошка слушал вместе с ней истории о Матери и всей королевской чете. И хоть тот маленький наивный мальчик успел вырасти и познать горечь расставаний да другие невзгоды, но то восхищение и любовь занимали огромную часть в его сердце. - Альфред.. Не мог бы ты позаниматься со мной немного. На рассвете, - неловко кашлянув проговорил шатен, несколько смущённо теребя край рукава и поглядывая на товарища. Альфред удивлённо посмотрел на парня, но поняв что к чему, тут же залился смехом и встав с места торжественно произнёс: - Раз наш Лололошка решил наконец-то познать мир сражений, интриг и юга, то кто я такой, чтобы отказать? - Ой прекрати, - запротестовал юноша, сам же сдерживая рвущуюся наружу улыбку. По итогу было принято решение заночевать вместе, а с первым криком петухов встать на небольшую тренировку. Ночью Лололошка долго не мог сомкнуть глаз. Было что-то пугающее в том, что ему придётся на неизвестный срок покинуть полюбившиеся ему горы и Глассгарф. Вдруг в районе груди почувствовалось лёгкое жжение, дыхание участилось, а перед глазами всё начало плыть. " Как же не вовремя..." - Парень сразу же обернулся на спящего неподалёку Альфреда, переживая как бы не разбудить его. Но тот мирно сопел, что чуть успокоило Лололошку. Боль в груди только набирала обороты, и юноша весь сжался, пытаясь дышать глубже и не тонуть в этом яростном огне. Сняв ночную рубаху он посмотрел на свой шрам. На груди, ровно посередине, находился необычный шрам. По форме он напоминал звезду с четырьмя концами, два из которых были так длины, что казалось разрезали туловище на две части. В обычные дни этот шрам просто мирно себе существовал, хоть и его дивный голубой цвет мог удивить или даже испугать других людей. Сейчас же эта звезда ярко светилась, обжигая нежную кожу, а из самой её сердцевины вытекала раскалённая голубая , чуть загустевшая жидкость. Она напоминала парню кровь, так что именно ей он её и считал. От звёзды тянулись тонкие отростки, обвивашие его туловище и плечи, которые сейчас так же сияли в темноте комнаты. - Надо остановить кровотечение,- ели слышно прошептал парень, и ещё раз взглянув и убедившись что Альфред спит, он спустил ноги вниз и на цыпочках прошёл к небольшой тумбочке возле окна. Из неё он достал пару чистых бинтов, и вернувшись с ними к постели, начал уже привычно перевязывать грудь. Когда он был маленьким, то мать была готова подорваться хоть в три часа ночи, только бы помочь сынишке. На его вопросы о том, почему раз в месяц он болеет и из звёзды течёт кровь, она отвечала что это испытание которое ему послала Первая Мать, но остальным не обязательно знать об этом. Уже в приюте он по настоящему почувствовал себя тяжко. Ещё будучи маленьким мальчиком он чтил слова матери, и сдерживая рыдания , молча о боли пробирался к лекарской комнате и брал бинты. " Теперь то всё встало на свои места. Оказывается это и правда испытание от Богини..." Закончив перевязку он снова улёгся на постель. Сейчас жар чуть поутих, так как контакт с воздухом, дразнившим рану, пропал. Только неприятный зуд и лёгкое голубое свечение видимое из под рубахи выдавали то, что что-то случилось. "Надо уже лечь, а то завтра совсем не соберусь на тренировке с Альфредом. А ещё надо зайти в церковь и попрощаться с малышами... И что-то ещё, но что?" Поток мыслей всё больше путался в тяжёлой от усталости голове, а лёгкая дымка перед глазами давила на подрагивающие веки. Юноша ещё раз глубоко зевнул и последний раз закрыл глаза, в изнеможении погружаясь в спасительную темноту. Маленький кулон выпал из-за рубашки. На его кончике светились мелкие капли лазурной жидкости, которые так хорошо были видны на прозрачном камне. Но когда лунный свет, медленно заливавщий поверхность комнаты, упал на горный кристалл, то тот ярко загорелся , растворив загрязняющие его пятна. Но это волшебство длилось всего мгновение, и камень вновь померк....