Запретный плод

Феликс — сын бизнесменов. Девять лет назад родители выдали его за сына депутата. Феликс всегда считал их брак обречённым. Они скорее были друзьями с привилегиями, чем супругами. Восемьдесят три процента всех дней в году начинаются одинаково: звенит будильник, и вот снова понедельник. А у Феликса из-за очень важного проекта понедельник начинается в субботу. Готовя уже вторую чашку кофе, он чувствовал, как его спину прожигает взглядом его “любимый” муж. — Ты все выходные работал. Без отдыха спал по шесть часов. Давай я поговорю с родителями, и они поговорят с кем надо, и сроки сдвинут. — Джисон, не надо ни с кем говорить. Это всего лишь моя работа. Я же тебе говорил, у нас сейчас сезон красных дорожек, кинофестивалей. Да и скоро премьера фильма, а ты знаешь, я люблю заниматься пиаром. А твои родители что сделают? Ухудшат жизнь простым рабочим? Нет уж, спасибо. И так недавно забастовка сценаристов была. Не надо отнимать у меня работу, которую я люблю. — Феликс, ты не понимаешь, такой плотный рабочий график вредит твоему здоровью и нашему ребёнку. Он тебя почти не видит. — Ну, во-первых, не нашего, а твоего. Я не хотел этого ребёнка, это ты меня уговорил. И заметь, несмотря на то, что он нежеланный, я всё равно с ним контактирую, деньги даю, на мероприятия вожу, любые развлечения обеспечиваю. — Хорошая идея, продолжай дальше откупаться деньгами. — Джисон, не начинай. У меня только что кофе сварился. Я хочу его пить без раздражающих звуков. — Ты всегда такой милый? — с иронией и закатив глаза, сказал Джисон. — Только по субботам. — Сегодня понедельник. — По понедельникам я вообще лучшая версия себя. — Ага, пизди больше, — Джисон скрылся в другой комнате.

***

А у Хёнджина утро начинается с обеда или распродажи. Вот сегодня, как совпало, в обед должны принести его покупки. Лежа на кровати, Хёнджин снова листал ленту интернет-магазинов, предзаказывая кей-поп альбомы, но когда высветилось сообщение: "На вашей карте недостаточно средств", парня чуть инфаркт не хватил. Дрожащими пальцами он начал набирать номер своего кошелька: — Пап, скинь денег. Срочно! — Хёнджин, ты позвонил психологу? — Что за странные вопросы? — Не странные, а адекватные. Твой шопоголизм пора лечить. Если ты сам не пойдёшь, я тебя за руку приведу. — Нет у меня зависимости. — Первая стадия — отрицание. Хёнджин, всегда всё начинается с малого: сначала скидки и распродажи у тебя были, потом стал покупать ненужные вещи, ну потому, что скидка 80%. Вот даже интернет выдаёт признаки шопоголизма. Вот, слушай, может, себя узнаешь: трудности с установлением бюджета и соблюдением его… — Пап, извини, что перебиваю, но у меня всё в порядке. У меня хорошая работа, и все деньги на шопинг я не сливаю. У меня просто на карте деньги закончились, но бумажные у меня есть. Я вот сегодня схожу, положу их и тебе верну. Скинь денег, ну пожалуйста. — Нет. — Ну и пока. Хёнджин обиделся на папу и теперь пошёл другого родителя на деньги разводить. — Алло. — Отец, меня папа обижает. Мне нужно срочно коммуналку оплатить, а денег на карте нету. Скинь, пожалуйста. Я сегодня положу и переведу тебе, — жалобным голосом говорил Хёнджин. — Конечно, сколько тебе надо? 400 долларов хватит? — Да, спасибо, папочка. Люблю тебя, целую. Через пару секунд на его карту поступили деньги. — Как же приятно становится, когда приходят деньги. Вот бы ещё работать не пришлось и деньги просто так приходили. Было бы вообще замечательно. Хёнджин работал администратором в одном из самых известных ресторанов Лос-Анджелеса. Также занимался блогингом, рисуя картины и распаковывая кей-поп альбомы. Хёнджин обожал работать администратором: мало работаешь, но много платят. Да и скидки для своих есть. Хёнджин забежал к себе на работу. — Привет, Хёнджин, что хочешь заказать? Или ты заранее на работу решил выйти, чтобы завтра не опоздать? — Начальство не опаздывает, а задерживается. Мне с собой мясо по-французски, королевскую пиццу, салат цезарь с креветками. Когда примерно будет готово, а то я ещё хотел съездить по делам. — Я тебе позвоню.

***

— Феликс, а давай завтра вечером пойдём в ресторан? — Ты ради этого звонишь? Джисон, ты же знаешь, я терпеть не могу рестораны и им подобные пафосные заведения. У меня ресторан ассоциируется с деловыми переговорами, к которым готовлюсь неделю. Да и к тому же, тебе делать нечего завтра вечером? А как же дорамы? — Дорамы я посмотреть успею. А вот с тобой увидеться — не факт. — Хватит спасать то, что невозможно спасти. Наш брак и так слишком хрупкий, и лучше очередной раз не проверять прочность. Я считаю, идеальный вариант — видеться дома. Желательно, чтобы ещё твоего ребёнка там не было. — Это наш ребёнок! — Биологически я не отрицаю, но вот мой мозг не воспринимает его как родного. Отец не тот, кто родил, а тот, кто воспитал. А мой вклад в воспитание — это разрешать ему есть сладости, когда ты запретил. Так что не вешай на меня бремя в виде ребёнка. — Феликс, такая психологическая обстановка очень вредна… — Нет, я не пойду к тебе на сеанс. Если хочешь моих денег, просто скажи. — В профессиональном сообществе психологов существует строгая этическая норма — не совмещать личные и профессиональные роли. Так что я уже не могу быть твоим психологом. — Это хорошо, а то ты и так мне на мозги капаешь по поводу моей работы, задержек на работе, того, что провожу с друзьями больше времени, чем с вами. — Конечно, я же не могу жить, как ты, с позицией: "Мне на всё плевать, кроме работы и друзей". Я надеюсь, я хотя бы в твоём списке по важности нахожусь хотя бы на третьем месте. Хотя я уверен, у тебя есть вещи поважнее, чем я. Например, компьютер и видеоигры. — Я надеюсь, ты мне всё высказал. Я могу вернуться к работе? Джисон сбросил трубку. Феликс тяжело вздохнул и сам себе сказал: — Ладно, куплю после работы цветы и украшение какое-нибудь и пообещаю после Каннского фестиваля съездить всей семьей в отпуск.

***

Вот Хёнджин в ахуе стоял в квартире посреди кучи коробок, нервно проверяя, что он ещё заказал. И только Кками был рад коробкам, которые станут его новым домом. — Это я столько заказал? Ещё и диван? А может?.. — косо начал смотреть на Кками. — Нет, Хёнджин, ты с ума не сходи. Собака не может заказать. Надо к психологу записаться или новую квартиру купить для старых вещей. — Хёнджин, а ты чего дверь не закрываешь? — Минхо хлопнул дверью. — Пиздец, сколько коробок. Скажи, что ты переезжаешь, а не заказал всё это, — Минхо пробирался через коробки. — Эй, аккуратнее, там дорогой британский сервиз. — Я стесняюсь спросить, зачем тебе он? — Он просто красивый. Да, да, да, я знаю, что у меня зависимость. Я завтра запишусь к психологу. А ты вообще зачем припёрся? — У тебя с памятью проблемы? Твой заказ готов, и ты попросил его привезти, ведь у тебя дома ЧП. Не думал, что ЧП у тебя — это дохуя вещей. Ну ты Плюшкин. — У меня всё чисто дома, просто немного коробочек пришло, кто знал, что полквартиры будет в коробочках. Все претензии к доставке — это они непонятно как доставляют. То за день могут, то три дня, то неделю, то месяц. Вот почему-то им приспичило всё сегодня мне отправить. Я сам в шоке. Надо почаще даты привоза смотреть. А вообще, почему я перед тобой отчитываюсь? Всё, спасибо, что привёз еду, увидимся завтра на работе.

***

Хёнджин спокойно ехал по ночному городу, пока не увидел баннер с распродажей дизайнерской одежды. Машина как-то сама повернула в другую сторону. Выйдя счастливым с одеждой от Versace, Хёнджин решил зайти в продуктовый магазин, но… — Сука, кто придумал ювелирку рядом с продуктовым поставить? Так, Хёнджин, ты справишься, ты не включишь свою внутреннюю сороку. Лучшие друзья омег — это не бриллианты. — Хёнджин почти дошёл, но решил оглянуться назад. — Там ещё и скидка 30%. Ну, в принципе, я же только завтра решил идти к психологу. Значит, сегодня можно и побаловать себя. Главное, чтобы деньги не закончились. Эх, жаль, нет альф, которые готовы деньги отдавать и ничего не просить взамен. Хёнджин уже выбрал себе два кольца, три браслета и ожерелье. — Лучшие друзья омег — это бриллианты, алмазы, рубины, александриты, сапфиры. Какая прелесть, завтра на работе выгуляю. Хёнджин пошёл на второй этаж бутика, и сразу на лестнице он почувствовал лёгкий запах лаванды и ещё каких-то феромонов, которые только истинные чувствуют. Хёнджин биологию прогуливал. — У моего истинного хороший вкус, раз в ювелирный ходит. Омега поднялся на второй этаж и пошёл по запаху. Когда он увидел, что его истинный покупает, ему сразу стало на него без разницы. Ведь он стоял и выбирал украшения из красных алмазов — одного из самых редких и дорогих драгоценных камней. Потом Хёнджин переключился на внешность: блондин, веснушки, одет в костюм от Louis Vuitton, букет роз. Хёнджин был благодарен судьбе: богатый, молодой, красивый. Такие истинные на дороге не валяются. Феликс чувствовал, что запах роз становится всё ближе. Он пытался сделать вид, что не замечает рядом красноволосого парня — истинного. Ему проблемы дома не нужны, а то мало ли в прессу попадёт. А ему одного скандала от Джисона хватило за этот месяц. Видите ли, почему это он слишком близко стоял с омегой, который является режиссёром, и они детали нового фильма обсуждали. — Истинный, ты долго на меня пялиться будешь? — Зависит от того, долго ли ты будешь выбирать украшения из красных алмазов. — Я тебе мешаю? — Нет, просто красный алмаз стоит очень дорого, и не каждый день я вижу богатых людей, которые готовы купить его. — Я так понимаю, ты тут местный. Можешь объяснить, 1 000 000 долларов — это цена за одно украшение или за набор? — Это цена за один карат. — Сколько? Как-то слишком много. А почему здесь не написана точная цена, самим что ли высчитывать надо? — Украшения из красных алмазов делаются на заказ. Всё, что на витрине, — это модели. Если тебе нужны эти украшения, то их можно заказать. Можешь свой дизайн принести. — Спасибо, я передумал. Я не настолько сильно люблю этого человека, чтобы дарить такое. Многие начинающие студии мечтают о таком бюджете на фильм, а тут один карат стоит миллион. — Купи просто украшения из бриллиантов или алмазов — это стандартная классика, подойдёт точно всем. — Можешь посоветовать что-то конкретное? — Смотря что конкретно хочешь подарить: кольцо, браслет, подвеску, ожерелье и так далее. И кому: папе, брату, зятю, парню… — Я так понимаю, последним словом ты на себя намекаешь? — Самоуверенность — это хорошо, но поверь, чтобы стать моим парнем, тебе надо любить быть в постели не только активом, но и когда я захочу на место омеги вставать. — Мне нравится твоё нестандартное мышление. Но предлагаю перейти к выбору украшения. Есть ли цепочки из бриллиантов? — Да, идём покажу. — Спасибо. В качестве благодарности могу оплатить твои покупки? — Если не будешь просить деньги назад, то да. Феликс оплатил покупки. С Хёнджином они вышли на парковку. — Прощай, приятно было познакомиться с тобой, истинный. Удачи в жизни. — Навсегда прощаешься? — Ну да. Если мы, конечно, не встретимся снова в магазине. — Я запомнил твой номер автомобиля. — И что? — У меня достаточно связей, чтобы пробить номер машины. — А мог просто номер телефона попросить, а не заморачиваться. А точно, альфам так тяжело излагать мысль ртом, проще схему придумать, чем ртом сказать, не против ли ты начать общаться. Истинного встретить — это шанс один на миллион, я, конечно, не претендую на твою руку и сердце, но если у тебя никого нет, могу ли я узнать тебя получше? Что так тяжело сказать? — Нет. Позволишь узнать твоё имя? — Хёнджин. А твоё? — Феликс. Можно взять твой номер? Получив номер, Феликс думал, вроде хотел извиниться, а вроде теперь разводиться придётся. — Джисон, прости, что был так груб. Вот цветы, цепочка. Я считаю, мы оба устали, и давай после Каннского фестиваля съездим в отпуск вместе с твоим… с нашим Субином. — Тебя какая муха укусила? — У меня просто напряжённый рабочий день. Да, я могу нагрубить любому человеку, когда я на нервах. Ну, прости. Хочешь, сходим завтра вечером, проведём время вдвоём, но только не в ресторан? — Ладно, иди уже с глаз моих. Я тоже устал и хочу просто посмотреть дораму. Завтра у меня сеансов больше, чем обычно, будет. — А почему? — Один мой клиент просил найти время для своего сына Хёнджина. Феликс старался стоять с нейтральным лицом. Ведь не может быть, что только один Хёнджин на весь штат. Не может быть такого совпадения.