Гравитация одиночества

– В следующую встречу мы станем врагами, – горько шепчет Чуя, а ветер, словно подхватывая его слова, играет с огненными прядями. Оконная рама, как старый, израненный воин, скрипела, шатаясь в объятиях надвигающейся бури. Терпкий дым дорогих сигарет, призрак ушедшей близости, витал в воздухе, состязаясь с запахом мокрой земли и предчувствием грозы. Чуя, завороженно смотрел в распахнутое окно. Молнии, как искры чьего-то гнева, вспарывали ткань тьмы. – Что? – Дазай вырывает себя из омута мрачных мыслей. – Мы направим друг на друга оружие. Будем готовы убить. Нет… мы точно убьем друг друга. – Каждое слово – словно удар по сердцу. Дождь хлынул, заглушая все звуки. Свежий, колючий воздух ворвался в комнату, принося с собой неприятный холод. – Тогда, пока мы еще в одной лодке, – Дазай закутывается в одеяло, словно ища укрытие от неизбежного. – в нем тепло, но внутри… что-то ледяное, колючее. Чуя поворачивает голову, его взгляд теряется где-то в глубине комнаты, сквозь Дазая. Глаза… глаза, полные какой-то невысказанной печали. – Кем мы были друг для друга все это время? Пауза. Чуя, как будто взвешивая слова, склоняет голову, поднося палец к губам. – Напарники… или все-таки… друзья? – Друзья? – Шепчет Дазай, в надежде ухватиться за этот призрачный шанс. – Думаю, да. – В его глазах вспыхивает что-то, отдаленно напоминающее тепло. – Вот как… – Сердце Дазая на мгновение трепещет, но уже через секунду тоска, как злой зверь, вновь смыкает свои ледяные объятия. – Спасибо тебе. – Шепчет он, прячась глубже в одеяло. На лице Чуи расцветает улыбка. Такая… настоящая. Нежная, но с еле уловимой грустью. – Что ж, пора прощаться. – Чуя выбрасывает сигарету в ночную мглу. Встает, шагает к окну. Стоит на краю пропасти, готовый шагнуть в никуда. – Постой! – Рука Дазая тянется к ускользающей фигуре, к последней надежде. Чуя оборачивается, дарит прощальную улыбку и взгляд, полный сожаления. – Прощай. – Его голос растворяется в шуме дождя. Фигура Чуи тает в буре, словно призрак. Видны лишь огненные волосы, тускнеющие в тумане, словно угли, медленно превращающиеся в пепел. Секунда – и он исчезает, поглощенный стеной дождя, пустотой, что осталась после него. – Прощай, мой… друг, – шепчет Дазай, пряча лицо в коленях, уткнувшись в одеяло. Окно захлопывается, унося с собой запах сигарет, шум дождя… Остается лишь тишина, лишь пустота. Боль… такая, что хочется кричать.

***

Как черное и белое. Две организации. Два непримиримых мира. Две стороны, разделенные пропастью, которую не перепрыгнуть. Прошли годы, скованные вечным противостоянием. Дазай утопал под палящим солнцем, Чуя, напротив, работал во мраке ночи. Возможности пересечься не было. Они были связаны лишь призрачной нитью прошлого, но она казалась все тоньше с каждым прожитым днем. И вот, неизбежное наступило. Задание, которое должно было поставить точку. Встреча, где должны были столкнуться прошлое и настоящее. Я стою напротив Чуи, а в его руке – пистолет. Мы – враги. И он готов убить. Не смея поднять руку, я лишь смотрю в пол, чувствуя, как губы растягиваются в болезненной улыбке. – Прости… Я не смогу стать твоим врагом. Ужасающий звук выстрела разрывает тишину. Мир останавливается. Время замирает. Полная тишина. Темнота. Пустота… Как же тошно быть одному. Неужели это конец? Судьба приговорила меня к вечному одиночеству? Раньше я не задумывался, насколько больно терять что-то дорогое. Нет, раньше мне просто нечего было терять. “Ценим, когда теряем?” – какая глупость. Истинно дорогое, ты ценишь, когда имеешь. И я ценил. Любил и не хотел терять. Даже сейчас не хочу… “Хочу почувствовать тепло… Спасите меня от этой пустоты… Хоть кто-нибудь… Помогите…” – Что ты там бормочешь? – Я резко распахиваю глаза. Белый потолок… Мягкая кровать… Комната залита солнечным светом. Легкий ветерок ласкает лицо. Пахнет весной. Тепло. Я поворачиваю голову. Чуя сидит на краешке кресла, поджав под себя ногу, в пальцах – та самая сигарета. Взгляд устремлен в окно. Ветер играет с его огненными волосами. – Как это? – Дазай выдавил из себя еле слышно, пытаясь осознать происходящее. Чуя, прищурившись, наклонил голову. Посмотрел на него. – Чего завис? Все еще не отошел? Голос… Он другой. Более тихий, спокойный… Живой… Такой родной… Немного придя в себя, Дазай вспоминает, что произошло: Пуля, чудом избежавшая столкновения с головой Дазая, неподвижно висела в воздухе, в нескольких миллиметрах от его лба. Чуя использовал свою способность, чтобы остановить смертоносный снаряд. В тот самый момент он предал свою организацию. Подхватив Дазая, Чуя, словно тень, прыгал по крышам, унося его подальше от всей этой бойни. Босс, директор, коллеги, подчиненные – все, кто желал видеть их врагами, остались там, позади, в темном прошлом. Назад дороги не было ни у одного из них. Но туда и не хотелось. Если прошлое приносит только боль, нужно как можно быстрее бежать в будущее. – И все-таки гравитация – удобная штука, – бормочет Дазай улыбаясь – Мы оба провалили миссии. И знаешь… я рад, что не справился. Ответом – тишина, и такая мягкая, теплая улыбка. – Спасибо, что спас меня. – Ну что, предатели? – Спрашивает Чуя, затягиваясь сигаретой. – Пойдем строить наше общее будущее? Вместе. Дазай улыбнулся, вытирая слезы. – Пойдем. - И теперь они знали, что их ждет неопределенность, но они будут вместе, и это главное.