Любит не любит.

Там — в далёком прошлом, где юные мальчишки босиком носились по ещё влажной от утренней росы траве, а солнце ещё не настолько поднялось, чтобы агрессивно гладить чужие макушки своими опаляющими лучами, не было никаких забот. С утра пораньше в расписании — пробежка по окрестностям, с обязательной проверкой чужих окон, дальше — любимая бабушка зовёт завтракать и ставит перед тобой аппетитные блинчики, а потом уже можно и продолжать свои похождения по родному селу вместе с кошачьими глазами и рыжей от рождения макушкой. Даже забавно, что все эти воспоминания о самых светлых и беззаботных годах сопровождаются присутствием того самого соседского мальчика, что частенько подбивал на кражу чужой малины или сочных яблок у дядюшки Со. А ещё, по ощущениям, нравился бабушке Хан даже больше, чем собственный внук! Ребята проводили каждое лето вместе, договариваясь, что обязательно встретятся 31 мая в 18:00 около старого дуба. Обычно их семьи именно в этот день приезжали из пыльных городов для того, чтобы насладиться своим отпуском и свежим чистым воздухом, который помогал избавляться от всех трудностей за прошедший год. Только там можно было выдохнуть, понимая, что впереди ждут 3 месяца свободы и мелодичного голоса под ухом. Ли жили совсем близко — в доме напротив. Наверное, это и было одной из причин, по которой семьи начали общаться, а после и вовсе разделять вместе спокойные дни вне городской суеты. Внук бабушки Ли был старше Джисона на 2 года, однако это совсем не мешало им тратить всё своё свободное время друг на друга. Он учил его кататься на велосипеде, помогал обрабатывать раны при неудачных падениях, не забывая бережно дуть на пострадавший участок, чтобы не так жгло, а также впервые рассказал о том, что цветы — не просто растения, а помощники для каждого, кто потерялся в потоке жизни. После столького времени вместе имя «Минхо» звучало как-то по-особенному. Это был уже не просто соседский мальчишка или сын семьи Ли, с которой они все дружили. Это был человек, что разделял с ним все яркие моменты и рассказывал о таких тонкостях, о которых не говорят взрослые, помогал с возникшими трудностями и просто был рядом.

***

— ну тогда… а ромашки? Могут о чём-то рассказать? — они прогуливаются вдоль дороги, наблюдая за изредка проезжающими машинами, пока взгляд не цепляется за несколько цветков. — конечно, попробуй у них спросить, любит ли тебя человек или нет. — серьёзно? И как же я пойму что они мне скажут? — меня удивляет только то, что ты не слышал об этом, — Ли по-доброму хмыкает, ведь о «гаданиях» на ромашках и правда много, где можно услышать, — отрываешь лепесток и говоришь «любит», следующий — «не любит», вот какой последним останется, такой и ответ. Одним вечером Джисон так и сделал. Сел за угол дома, заранее сорвав этот цветок, и аккуратно, словно кто-то мог увидеть и засмеять мальчика за ранние чувства, начал спрашивать: «любит или не любит». Он специально медлил, опасаясь того, что загаданный человек, по словам ромашки, окажется не тем, кто смог бы разделить с ним душевное тепло юного сердца. Но реальность заиграла новыми красками после того, как последний лепесток оказался однозначным «любит». И разбилась, когда на следующий год их встречи не случилось. Как и через. Как и через два.

***

Взрослая жизнь ко всем врывается совершенно внезапно. Нет, конечно, мы примерно понимаем, что она скоро нагрянет, а вот как быстро — уже другой вопрос. Так случилось и с Джисоном, который в один момент погряз в учёбе и работе, совсем забывая о том, что летом у него когда-то был полноценный трёхмесячный отдых. Даже удивительно. Сразу вспоминаются те запахи цветущих растений и вкус бабушкиных блинчиков с вишнёвым вареньем. Ведь правда, скоро июль — середина лета, а дед с бабушкой никак не дождутся его визита уже около четырёх лет. Думается юноше, что самое время это исправлять и писать заявление на отпуск. Долго уговаривать себя не пришлось, кто же был бы против окунуться в детство ещё хотя бы на 2 недели? Верно, никто. Поэтому на следующий день после этих вдохновляющих на отдых мыслей он уже останавливается около такого знакомого дома и отдаётся в лапы ностальгии. Стучать в дверь как-то очень волнительно, хоть и понятное дело, что в этом доме ему будут только рады. Просто слишком чётко ощущается особенное напряжение и та грань между тем, что было и что есть сейчас. Некоторое, по секрету, даже вспоминать не очень хочется. Пусть всё останется за тем углом, за которым прятались его чувства. Он делает вдох, а затем наконец-то подносит руку к двери, чтобы постучать. Открывают, на удивление, почти сразу, и этому причина их чаепитие с миссис Ли, которую можно заметить сразу с прохода. — Джисон, дорогой! Почему не предупредил, что приедешь? — женщина сразу затягивает его в чересчур крепкие объятия, едва сдерживая слёзы после долгой разлуки, — мальчик мой, ты совсем исхудал, вообще не ешь что ли? — ба, да всё в порядке, и ем я тоже хорошо, лучше расскажи, как вы тут, — юношу впускают в дом, дают мягкие тапочки и ведут на кухню, где сидит ещё одна гостья. Почти вторая бабушка для Хана. — Джисон? Как я давно тебя не видела, ты так вырос, — она быстро вытирает напрашивающуюся слезу и хлопает по месту рядом, — чего стоишь, как не родной? Садись давай, мы сейчас с твоей бабой тебе обед организуем. — нет-нет, я не голодный, но с радостью посижу с вами за чашечкой чая. Суетливые бабушки наконец успокаиваются и усаживаются на свои места, когда юноша рядом начинает внимательно слушать их рассказы и пить ароматный фруктовый чай. С каждым глотком до боли знакомого напитка его всё сильнее и сильнее окутывало одеялом из детских воспоминаний, нежно убаюкивая суетливый разум, что уже привык в городскому темпу жизни, и одаривая возможностью неторопливого отдыха. Казалось, будто с минуты на минуту объявится тот несносный мальчишка, и как в старые добрые позовёт разорять соседский малиновый куст. — кстати, Джисон, ты прям вовремя, — женщины переглядываются между собой, немного замолкая. — вы о чём? — да вот, вечером Минхо должен приехать. — Минхо? — темноволосый почти выплёвывает чай от такой неожиданной новости. Ему казалось, что он больше и не планирует приезжать сюда с того самого момента. Не видит в этом смысла. Непонятные эмоции тут же подхватили и закружили разум юноши. С одной стороны — как бы он себе ни пытался врать, увидеть старого друга вновь хотелось безумно. Но вот с другой — а нужно ли ему это вообще? Стоит ли вот так просто возвращать всё то, что затерялось в прошлом? Хотя, думать об этом сейчас тоже довольно странно, всё-таки они не виделись столько лет, и, возможно, Минхо вообще не пожелает вспомнить те пухлые щёки и заинтересованный взгляд, принадлежащие мальчику из детства. Это будет даже неудивительно, потому что тогда их связь прервалась именно благодаря ему. Специально он это сделал или нет — всё ещё загадка. Однако неприятные чувства некой обиды осели налётом за всё это время. Столкнуться лицом к лицу со своей первой любовью… — милый, всё в порядке? — бабушка любезно хлопает его по спине, чтобы этот нервный кашель побыстрее прошёл. — да-да, просто не думал, что встречусь с ним ещё когда-нибудь. Губы миссис Ли дрогнули в неоднозначной полуулыбке, улавливая беспокойство в чужом голосе и напущенное равнодушие даже после такой яркой собственной реакции. Возможно, эта женщина знает намного больше, чем кому-то может показаться, но пусть молодёжь разбирается во всём сама. Она уверена, что решение этой «проблемы» не заставит себя долго ждать. Например, из-за того, что ещё один неугомонный юноша уже мчит в родную деревушку. Минхо решил навестить родных тоже совершенно спонтанно. Желанное рабочее место, полученное через кровь и пот после выпуска, в последнее время совсем не приносило удовольствия и ожидаемых результатов. Всё это сменилось монотонными днями, похожими один на другой, бешеной нагрузкой из-за неожиданной смены начальства и их вечного недовольства, а также остро ощущающейся нехваткой свободного времени и сна. Ли погряз в болоте, в котором выходные дни бывают только по праздникам, а выполнение отчётов и новые документы с лицензиями заменяли ему все приёмы пищи, застревая надоевшим комом посреди горла. В такие моменты молодой человек особенно вспоминал свои юные годы, когда летом вместо работы сидел за столом у бабушки Хан, поедая аппетитные блинчики с вишнёвой начинкой под рассказы женщины о своей молодости. Нудные будни, деятельность, что уже в печёнке сидит, чужая кухня, занимающая особое место в сердце, поселившиеся в голове мысли и некая вина — всё это просто вынуждает юношу сбежать из этого проклятого офиса хотя бы на пару недель. Сложно понять, чем он руководствовался, когда спустя несколько лет вспомнил о том, что предпочёл на какое-то время забыть, и сейчас вновь желает воссоздать из мельчайших оставшихся крупиц ту важную часть жизни, нехватка которой резко сказалась на его состоянии. Ли не знает, как часто там бывает этот человек, и сможет ли он застать его прямо сейчас, но уверен в том, что если не проверит и не попробует поймать его за руку в этот раз, будет жалеть ещё долгое время, как и жалел до этого момента. Последний визит рыжеволосого закончился разочарованием, так как дальше его ждали защита диплома и работа, которые не давали отпустить ситуацию и насладиться последними свободными месяцами. Но он винит себя даже не в том, что не ценил то лето, а в собственной оплошности, заключающейся в молчании по отношению к одному очень важному человеку. Минхо мог поступить иначе и рассказать, мог отвлечься от будущего и быть в настоящем, где рядом был Джисон и их тёплые вечера с разговорами обо всём на свете. В конце концов, он мог признаться в чувствах, которые осознал намного раньше, ведь в случае невзаимности всё равно бы скрылся вместе с последними днями лета, как и сделал тогда. Миссия «Хан Джисон, вернись ко мне, я набью татуировку на лбу» начинается через один… два…

***

День медленно подходит к концу, только где-то на горизонте всё ещё красным горят последние солнечные лучи, убаюкивая после насыщенного дня и обещая о новой встрече завтра. Хан сидит в своей комнате, погружаясь всё больше и больше в те годы, когда проводил в этом месте своё лето. Здесь в ящиках хранились все подростковые тревоги и переживания, сложности с восприятием самого себя, сомнения по поводу собственного выбора и, конечно же, первые чувства под запылившимися комиксами Марвел. На стенах до сих пор висят постеры с человеком пауком и обожаемой рок группой Queen, правда, уже выцветшие, но такие же родные, как и тогда. Улыбка сама по себе появляется на лице, когда юноша понимает, что всё осталось на своих местах и совсем не изменилось. Ну, почти. Взгляд непроизвольно цепляется за небольшую рамочку с фотографией, что стоит на письменном столе. На ней изображены двое хохочущих мальчишек, а сам кадр, вероятно, сделан в тот момент, когда они совсем этого не ожидали. Так тепло становится от воспоминаний об этой юношеской беззаботности, которая будто вновь начинает проигрываться и переносит Хана на несколько лет назад: «Тёплый ветер гладил по волосам двух юных ребят, что сидели на крыльце миссис Хан. Разговор за разговором, и вот они уже несколько часов не могут разойтись, поглощённые новой темой собственных дискуссий. — да нет же, приметы — чушь собачья! — Джисон в который раз пытается доказать, что это всё враньё, но друг, кажется, сдаваться не собирается. — чушь говоришь? А как же то, что тебе неделю назад чёрная кошка дорогу перебежала и у тебя цепь на велосипеде слетела? — Минхо щурится, когда приводит вполне неплохой аргумент, и оглядывает чужие колени, пострадавшие от недавнего инцидента. — это просто совпадение, — всё ещё отрицает и, вовлечённый в спор, неосознанно трёт губы. — чешутся? — только не говори, что это тоже какая-то примета, — брюнет измученно стонет, замечая на себе чужой взгляд, — что? Мне по губам надают? — если только чьими-то губами. Повисает неловкая тишина, во время которой оба взгляда бегают по всему, чему только можно, но совершенно точно избегают столкновения. Джисон не особо понял, что имеет в виду его друг, однако отчего-то эта фраза вызвала слишком много эмоций и достаточно явный румянец на щеках, который в данный момент было невозможно скрыть. Со стороны Ли слышны негромкие смешки, однако после того, как бабушка Хан открыла дверь с вопросом «а что это вы тут сидите?», они переросли в настоящий хохот от своеобразного напряжения, повисшего между ними, и лица брюнета, который выглядел так, словно его поймали за чем-то неприличным. » Из мыслей тёмноволосого вырывает звук подъезжающей машины, следом за которым через окно можно разглядеть больно знакомую рыжую макушку и явно изменившийся за прошедшие годы силуэт юноши. От осознания, что им давно не семнадцать, появляется небольшая тоска, однако ей на смену довольно быстро приходит смятение, когда тот, за кем Джисон наблюдал эти пару минут, неожиданно поворачивается и устремляет свой пронзительный взор прямо в его окно, вызывая волну мурашек по телу. — это ещё что такое? — Хан резко задёргивает шторы, стараясь не придавать этому мимолётному взгляду особого значения. Обида всё ещё сидела где-то внутри и нашёптывала о давнем конце их даже неначатой истории. Возмущённый юноша падает на кровать и, зарываясь руками в собственные волосы, думает о том, что его отдыху, кажется, не суждено состоятся. Явно не тогда, когда теперь напротив дома будет жить твоя первая и неудачная любовь, а те чувства, что остались под пыльными комиксами, грозятся вот-вот вырваться наружу от одного лишь вида этого человека и воспоминаний, которыми кишит каждый сантиметр этой комнаты, дома и самой деревушки. По всей видимости, идея о том, чтобы вернуться на несколько лет назад, приехав сюда, воспринялась Вселенной слишком буквально. И пока один тёмноволосый юноша пытается унять биение собственного сердца, спокойствие которого пошатнулось из-за чьих-то настырных кошачьих глаз, другой, что и является их хозяином, наоборот, чувствует необъяснимую лёгкость в теле, осознавая, что приехал совсем не зря. Нет, ну конечно, в первую очередь — бабушка и миссис Хан, а потом уже эти ваши Джисоны. Кормил его всё-таки не он. Минхо, воодушевлённый родным местом и чужим присутствием, решает отложить все дела на завтра, а пока стремительно приближается к входу в дом, где его уже заждалась родня. Ночь в деревне всегда ощущается по-особенному. Кажется, будто время на неопределённый промежуток замедляется, а вся природа и жители действительно засыпают, чтобы набраться сил и переварить всю полученную информацию за убывающий день. Иногда появляется ощущение, что где-то здесь спрятан волшебный рубильник, который в одно мгновение отключает всю живность и даёт организму сигнал об «отбое». Тишину прерывают лишь полуночники-сверчки и отдалённый лай собак. Город же не предоставляет таких возможностей. Там не берут во внимание, на что указывает бегущая стрелка часов, ведь жизнь кипит круглые сутки, и даже ночью можно услышать сотни голосов, чьи неугомонные обладатели куда-то спешат. Даже мысли среди такой суеты не унимаются, становясь нескончаемым потоком новых идей и новостей.

***

— Джисон, ты ещё спишь? — с первого этажа теперь слышится и мужской голос. Вчера дед не успел поприветствовать внука как полагается, а сегодня… сегодня тоже было не самым лучшим решением пытаться это сделать в 8 часов утра, когда уставший организм старается возместить недостаток сна. Вот и ещё одно отличие деревни от города — хочешь не хочешь, а вставать рано придётся. Кто-то просыпается из-за того, что хозяйство кормить надо, кто-то отправляется на работу, а кто-то просто потому что родные слишком шумные и всё ещё радуются приезду своего внука, забывая о чужом неналаженном режиме. Так как за это время юноша успел только разлепить глаза, естественно, после чужого громкого голоса, и ничего не ответил, следующим шагом был стук в дверь. — да боже… и тебе доброе утро, деда, — брюнет тяжело вздыхает, накрываясь одеялом по самую голову, чтобы спрятаться от ранних солнечных лучей, которые нетерпеливо пробиваются из окна. — меня отправили тебя будить. Джисон не видит вошедшего и почти подпрыгивает от отдалённо знакомого голоса, что иногда всё ещё проигрывался в голове, но только воспоминаниями из прошлого. Сейчас покидать свою «крепость» из одеяла не хотелось ещё больше, как и выглядывать, опасаясь ненужных чувств и мыслей. От осознания чужого присутствия и того, что, вероятно, парень прямо сейчас стоит рядом, имея абсолютно свободный доступ как к его комнате, так и к нему самому, становилось ещё волнительнее. Человек, который так просто испарился несколько лет назад, не сказав ни слова, сейчас вновь здесь, ведёт себя абсолютно непринуждённо и заставляет нервничать, будто их разлуки никогда и не было. Неужели он ничего не хочет сказать насчёт своей пропажи? Не хочет объяснить, почему позволил стать ближе, а затем и вовсе исчез, выстраивая тысячи километров между ними? Эта неизвестность действительно раздражала. Джисон всё же спускает одеяло чуть ниже, дабы позволить самому себе хоть немного рассмотреть старого друга и изменения, которые в нём произошли за это время. Чужая фигура стала значительно крепче, особенно, если наблюдать за парнем со спины, которая теперь тоже, кажется, стала намного шире вместе с оформленными плечами. Черты лица стали более выраженными и острыми, словно перед ним стояла ожившая скульптура с идеальными пропорциями. Да уж, скрывать то, что Хан считает этого наглого юношу по-настоящему красивым — бессмысленно. Ведь это и его рыжие волосы почти единственное, что всегда остаётся неизменным. Глаза продолжают блуждать по человеку напротив, пока с его стороны не слышится хитрый смешок. Однако комментария за ним, к счастью брюнета, не последовало. Вместо этого Минхо заинтересовала другая деталь. — ты всё ещё хранишь её? — молодой человек с энтузиазмом и мягкой полуулыбкой рассматривает ту самую фотографию в рамочке, которая ранее привлекла самого хозяина комнаты. Он аккуратно проводит пальцами по изображению, будто совсем не веря, что это когда-то действительно происходило. А в голове начинает проигрываться тот вечер, который они разделили между собой своими улыбками и смущённым молчанием, наполненным обрывками первых чувств. — это очень мило с твоей стороны. — так! Прекрати, — Джисону надоедает этот «цирк». Мало того, что Ли каким-то образом заявляется к нему в комнату с утра пораньше, так ещё и ведёт себя, словно ничего не случилось. Поразительно! И как у этого парня вообще смелости хватило? Темноволосый наконец поднимается с кровати, так как в голове происходит огромнейший диссонанс, и подходит к старому другу, подталкивая к выходу, — что? Насмотрелся? Чудесно, будь так добр покинуть мою комнату, раз это всё, что ты хотел. — ты всегда такой злой с утра? — я злой только из-за того, что первым человеком, которого я увидел, оказался бесцеремонно вошедший ты! — о-о, я тоже очень скучал, Джисон, — на этом моменте дверь перед его носом всё же захлопывается. Несмотря на холодный приём, на душе остаётся приятный осадок, и юноша сам себе обещает, что чуть позже обязательно поговорит с Джисоном об их прошлом и, собственно, настоящем уже нормально. По сути, это и являлось одной из главных причин его визита. По тому, что Минхо успел заметить и ощутить, можно сделать небольшой, но значимый вывод — они оба испытывают то же самое. Пусть брюнет и дальше пытается оттолкнуть, показывая своё недовольство от чужого присутствия, только вот язык соврать может, а глаза — нет. В них рыжеволосый и будет искать ответы на собственные вопросы, пока они не смогут всё обсудить. Как нашёл сейчас, в те доли секунды, когда их взгляды пересеклись. Ли шагает вниз по лестнице, кивая миссис Хан, — пробуждение прошло успешно. — пробуждение успешно, а… — она не успевает договорить, потому что юноша мягко перехватывает её ладонь, успокаивающе поглаживая. — нам нужно время, — хотя, скорее всего, говорит он это, обращаясь больше к самому себе. — Джи сильно обижен? — мальчик мой, думаю, ты понимаешь это лучше меня. Но не переживай, ваша дружба была крепкой, Джисон-и обязательно поймёт тебя, — женщина улыбается и заставляет сесть к ним за стол. Если бы она только знала, что здесь дело не только в дружбе, а сама проблема идёт из глубоко неуслышанного сердца. Чуть позже на завтрак спускается Хан со слегка влажными после душа волосами. Он пытается казаться непринуждённым в компании бабушки, чтобы не заставлять её переживать лишний раз, но, на удивление, это выходит довольно просто, ведь сейчас все заняты набиванием собственного живота. Иногда взгляд падает на старого друга, который продолжает любезничать с миссис Хан, но на это ему остаётся лишь сдерживать возмущённые вздохи и глаза, что вот-вот и закатятся от недовольства. Это совсем не то, что он бы хотел видеть с утра пораньше. Хочется хорошенько так отругать проказницу судьбу за то, что все его планы идут коту под хвост, а вместо желаемого душевного спокойствия у него напротив чья-то рыжая макушка, которая в данном случае является полной противоположностью. В моменте даже хочется пустить слезу от того, как это всё напоминает то время, когда каждое лето они приезжали сюда, чтобы разделять вместе все рассветы и малиновые закаты. Джисон всегда любил это время года, а засчёт чужой компании эмоции становились только намного ярче и приятнее. Тогда. Сейчас, мы будто наблюдаем картину из прошлого — даже гость-Минхо сидит всё на том же месте и по-старому просит сделать чай с одной ложкой сахара. Но сможет ли эффект дежавю вернуть и былые взаимоотношения между молодыми? — спасибо, всё было очень вкусно, бабуль, — брюнет встаёт из-за стола и уже разворачивается, чтобы по-быстрому ускользнуть в свою комнату для дальнейшего переваривания такого насыщенного начала дня, как тут его стопорит голос женщины. — милый, ты там не увлекайся. Звонила мне знакомая, сказала, что может саженцами поделиться, так я и согласилась за себя и за бабу Ли сразу. Так что сходите чуть позже, заберите, хорошо? Брюнету не остаётся ничего, кроме как натянуть улыбку и кивнуть в ответ на просьбу. Всего бы ничего, но… обязательно было делать так, чтобы это касалось и Минхо? Начинает казаться, что она специально. Только вот ей ли не знать, что их общение с юношей прекратилось ещё несколько лет назад. — я зайду за тобой, — вот так просто бросает рыжеволосый перед тем, как покинуть их дом, конечно, перед этим поблагодарив за вкусный завтрак, но только не мысли Джисона. Не зря считают, что если день не задаётся с самого начала, то таким дальше и будет. Потому что с момента пробуждения у тёмноволосого не было ни одной спокойной секунды, которую бы он мог провести в полном одиночестве, наслаждаясь отпуском. Точнее, немного не так. Его никто не тревожил, не считая человека, что своим появлением вновь перевернул всё с ног на голову, так ещё и совсем отказывался оставлять мысли парня в покое. Как назло чужой голос, хитрые глаза и завораживающая внешность продолжали агитировать даже без присутствия их обладателя, действуя на нервы тем, что сам Джисон почти готов сдаться. Время пролетает слишком быстро, потому что совсем скоро с первого этажа доносятся разговоры бабушки с гостем, чей голос слышится уже абсолютно везде. Новая фобия или мания? Не так важно, когда прямо сейчас нужно собраться с силами и пойти за поручением миссис Хан с соседом, нахождение рядом с которым вызывает ещё больше нервозности. — и снова привет, — Минхо мило улыбается, когда они выходят на нужную тропу, — как дела? Этот вопрос вызывает смешок у брюнета, потому что в данной ситуации это звучит максимально абсурдно. Они не виделись больше четырёх лет и единственное, что парень находит спросить — это «как дела»? Хан решает, что лучшим решением будет проигнорировать столь странную попытку наладить контакт, ведь после неё желание общаться не то, что просто уходит, а уходит в минус. Ну и для чего всё это? Просто пропал на несколько лет, забив на дружбу и все разделённые вместе моменты, а сейчас пытается делать вид, что всё в порядке? Что ж, боюсь огорчить, но он выбрал неправильную тактику. — чем занимался? — все ещё пытается расшевелить бывшего друга и вывести на разговор, однако тот совсем не поддаётся, — эм, я понимаю, что… — говоришь так, будто вчера виделись, — фраза вылетает сама по себе, поэтому парень даже не успевает скрыть обиду в собственном голосе, которую слышно намного отчётливее, чем хотелось бы. — ты расстроен? — о чём ты? — что мы вчера не виделись, — шутка выходит неудачной. Это можно понять по тяжёлому вздоху со стороны и вновь повисшему молчанию между ними. — ладно, Джисон, ты прекрасно и сам понимаешь, что я не об этом. — неужели? По тебе и не скажешь. Заявился весь из себя такой, словно я должен был сразу оттаять и не брать во внимание, что это наша первая встреча спустя столько лет, — смотреть в глаза собеседнику не получается, поэтому юноша просто оглядывает такие знакомые окрестности, впитывая в себя запах кошеной травы и полевых цветов. — не спорю, моя ошибка, но… — твоя. Минхо закусывает губу и сам себе о чём-то кивает несколько раз. Колючее поведение со стороны тёмноволосого понять вполне можно, поэтому он просто выжидает несколько минут и снова пытается начать этот диалог, который, видимо, даётся тяжело для них обоих. Мысли путаются между собой и вычленить из них нужное становится сложнее, когда рядом идёт человек, являющийся прямой причиной бессонных ночей и собственных самокопаний. Однако, кроме себя самого, в этом винить некого. Ли сам выбрал именно такой путь, надеясь на то, что все чувства уйдут вместе с их последним летом, а сам друг останется просто приятным воспоминанием собственной юности. Сейчас парень понимает, как сильно ошибался, ведь это не просто давняя симпатия к соседскому мальчишке, чтоб так просто остаться в прошлом без единых следов. И никогда эти чувства ею не были. С самого начала их связь была другой. Такой, что сердце быстро билось, а чужие эмоции своими ощущались. Такой, что каждый взгляд внутри откликался, а под чужой голос засыпать хотелось. Осознание того, что черты лица и приятный голос этого человека так просто не покинут голову, пришло слишком поздно. Когда рыжеволосый уже сделал шаг в неправильном направлении. — тогда я не думал, что мне это нужно. — не нужно что? Наша дружба? О, Минхо, да ты гений, после этих слов всё стало гораздо лучше прям! — молчать действительно не получается, потому что эмоции переполняют, а человек рядом, по ощущениям, лишь усугубляет ситуацию попыткой что-то исправить. — так зачем же тебе она сейчас? Хочется встряхнуть этого вредного парня, который не хочет слушать и даже не даёт до конца озвучить важную мысль. Но не скажет же Минхо, что дело не только в их дружбе, ведь она бы не кусала так сильно бьющееся сердце и не побуждала бы бросить все свои дела только для того, чтобы вновь быть рядом и чувствовать чужое тепло. Хоть и сейчас он получает лишь колкую тишину и слова, пропитанные давней обидой. — да ты можешь просто дослушать? Я правда хочу вернуть всё, что мы проебали. И признаю, что это случилось из-за меня. Со стороны Хана слышится несмелое «допустим», после которого Минхо всё же решает приостановиться, заглядывая в чужие глаза, чтобы тот понял всю серьёзность его слов и намерений. Шутить он явно сейчас не собирается. — последнее наше совместное лето было для меня эмоционально сложным. Четвёртый курс, написание и защита диплома, а потом… для меня была пустота. Я правда потерялся, не зная, куда двигаться дальше и как быть с тем, что было между нами, — Ли не даёт названия их взаимоотношениям, не ставит определённых рамок, потому что в этот раз он намерен идти до конца. Юноша точно не простит себе, если вновь упустит свой шанс. Глаза же не врут? Верно? — в момент меня посетили мысли – для того, чтобы двигаться дальше, необходимо какую-то часть отпустить. И знаешь, я тысячу раз пожалел, сделав свой выбор не в пользу нас. Если бы мне только сказали, что будет так тяжело. Если бы я сам задумался о том, как на самом деле ты и наша дружба были для меня важны, я бы ни в коем случае не совершил эти шаги. Только если в другую сторону. — что ты хочешь этим сказать? — я готов сделать новый шаг, но в этот раз в твою сторону. Чтобы стать ближе к тебе. Я не хочу сбегать вновь, Джисон-а, — смотрит прямо в глаза, которые в себе хранят целую бесконечность, млечный путь и сотни тысяч звёзд, сверкающих в данный момент лишь дня него одного. По крайней мере, делиться ими с кем-то не хочется от слова совсем. Желание притянуть его к себе, оставив мягкие отпечатки собственных губ на румяных щеках, что совсем недавно приобрели такой оттенок то ли из-за чужих слов, то ли из-за такого внимательного взгляда, который словно в душу смотрел и гипнотизировал, заставляя старые чувства подниматься из глубин подсознания куда-то на поверхность, почти ощутимо зудело где-то под сердцем. Однако такого он позволить себе не мог. Пока что. — я тебя услышал, Минхо, — и хоть ему нужно ещё о многом подумать, на душе становится значительно легче от осознания, что юноше не всё равно, он вернулся ради него. Не это ли говорит о самом главном? Хотелось на несколько минут забыть обо всём, что случилось за это время, и просто раствориться в чужой искренности. Обида понемногу утихает, когда Джисон задумывается — а как бы поступил на его месте он сам? Ответа нет, но, скорее всего, за этим выбором последовало бы множество не самых приятных событий. — что ж, тогда нам нужно поспешить, если мы не хотим оставить бабушек без рассады. Парни наконец отмирают и возвращаются из своих мыслей обратно на Землю, немного откашливаясь из-за заминки. Их путь продолжается уже намного резвее, даже атмосфера между ними разбавляется и становится не такой напряжённой. Конечно, можно сказать, что Ли хотел услышать немного другой ответ на свою откровенность, но то, что его не оттолкнули, уже заставляло верить в лучшее. Всё происходит достаточно быстро, мелькают разговоры ни о чём, а улыбка на лицах появляется сама собой. Каждому из них не хватало таких обычных прогулок, когда лучи слепят, птицы поют, и даже после захода солнца можно не спешить, проживая все часы этого дня и не упуская ни единой секунды. Даже если юношам нужно привыкать друг к другу заново, это время всё равно ощущается по-особенному. Не зря же говорят, что всё новое — хорошо забытое старое. И это чувство ностальгии успешно справляется с тем, чтобы играть на струнах души двух молодых, всё больше подталкивая их ближе. К слову, со своей основной задачей они справились, саженцы у них, и возвращаться Джисону не хочется так же, как и до этого не хотелось идти за поручением любимой бабули. Как много может измениться за несколько часов, удивительно. — кстати, я скучал, — с этими словами Хан спешит зайти в дом, оставляя Минхо на улице с глупой улыбкой на лице и кучей мыслей, которые точно не дадут уснуть рыжеволосому этой ночью. Ли хмыкает, подмечая, что лёд всё-таки тронулся, и обещает самому себе, что не уедет отсюда, пока не украдёт не только чужой поцелуй, но и самого парня вместе с собой целиком. — но я сильнее.

***

Поездка в деревню, где ты провёл всю свою юность, оказывается и правда лучшим решением за последние годы. Родные места, близкие люди и природа стали настоящим глотком свежего воздуха среди выхлопных газов серых городов. Взрослая жизнь нехило ударила по голове, но спонтанные решения в такие моменты являются лучшими помощниками для того, чтобы не потеряться где-то в офисе под завалами документов и прочих бумаг, большинство из которых, на самом деле, совсем бессмысленны. Каждый день, проведённый в родных и таких памятных стенах, среди цветущих полей или в компании одного близкого сердца, чей ритм жизни теперь звучал даже громче своего собственного, откладывался в памяти, чтобы потом согревать и дарить стимул двигаться дальше. Как напоминание о том, что даже один день способен кардинально поменять твою реальность. — да эй, Минхо! — кажется, у бабушки Хан уже привычка впускать этого наглеца в их дом с самого утра. Уже несколько дней подряд Джисон просыпается из-за чужого голоса под ухом или пристального взгляда на себе, что тревожат спокойный сон юноши и заставляют сердце выпрыгивать сразу после пробуждения. — ты меня до инфаркта доведёшь! — возмущённо стонет Хан, тут же отворачиваясь от своего друга, чтобы не видеть его довольную ухмылку. Как мало требуется для счастья, не правда ли? Обладатель кошачьих глаз, кажется, пользуется каждой секундой, чтобы получше рассмотреть растрёпанного брюнета, восполняя собственную нехватку чужого присутствия за все эти годы. Появляется неимоверное желание запустить пальцы в пушистые волосы, пребывающие в полном беспорядке после крепкого сна, вдохнуть запах его кожи и просто полностью впитать в себя образ такого мягкого юноши. Однако темноволосый явно не разделяет его позицию, каждый раз желая спрятаться от взгляда, заставляющего пылать щёки и в который раз убедиться в том, что чувства к этому человеку никуда не исчезали, а лишь ждали своего часа. И не зря. — ба, зачем ты его впустила? — вновь недовольный крик, скрывающий за собой приятное послевкусие чужого внимания. — признайся, тебе нравится видеть меня здесь, — под весом Минхо, когда он садится рядом, прогибается матрас, а сам он не упускает момента, когда можно совершенно случайно прикоснуться к парню, поправляя спадающую чёлку на чужом лице. На это действие брюнет почти задерживает дыхание, потому что внутри что-то щемит от безграничной нежности к старому другу, который вот так внезапно вновь ворвался в его жизнь. А вместе с этим и в комнату, причём совершенно без стука. — прекрати смотреть на меня так. — а ты прекрати так выглядеть, тогда и прекращу. — эй! — в сторону старшего летит подушка, что ещё минуту назад покоилась на кровати, пока тот, вскакивая, угрожает тем, что обязательно всё расскажет их бабушкам. Дни в компании друг-друга пролетали незаметно, парни встречались ранним утром, а после до позднего вечера сидели на крыльце, прямо как тогда, рассказывая о том, что успело произойти за время их разлуки, и вспоминая годы, которые подарили им крепкую дружбу, взаимопонимание и неозвученную любовь. Сегодня не стало исключением, правда, Минхо вытащил юношу ещё раньше, чем тот планировал выбраться из уютной кровати. Солнечная погода стояла с самого утра, да и вообще, этот июль был богат на ванны из золотистых лучей, что омывали чужую кожу, придавая ей более тёмный оттенок, если кто-то задерживался под открытым небом дольше обычного. Джисон шагает бок о бок с рыжеволосым юношей, едва касаясь собственным плечом чужого. Эти случайные касания порождают желание плюнуть на всё и просто взять его за руку, однако неопределённый барьер никак не давал этого сделать. Сдерживать порывы чувств в последнее время становится намного сложнее. Особенно, когда Ли, словно специально, начинает дразнить слабое сердце тёмноволосого двусмысленными фразами и слишком близким дыханием. Только вот, чувствует ли он то же самое или просто дурачится, испытывая своего старого друга? Джисон ощущает этот цепкий взгляд на себе, от которого становится даже немного не по себе, ведь теперь никакого одеяла, что так любезно скрывало собственное смущение ранее, нет. Они просто шагают вперёд, наслаждаясь родными видами и пониманием, что сбежать от бесконечных завалов на работе всё же удалось. Ненадолго, конечно, но и этого хватит, учитывая то, как расцветает душа рядом с мальчишкой из прошлого, что так крепко вцепился в собственное сердце. Внезапно тень деревьев пропадает, предоставляя парней в лапы жгучему солнцу. Но их это совсем не расстраивает, так как, в первую очередь, взгляд скользит по целому полю, усеянному полевыми цветами. Такие простые, но сколько эмоций и чувств могут передать. Трава слегка щекочет ноги, пока двое юношей пробираются прямо вглубь цветущего сердца. На небе нет ни единого облака, а в воздухе порхают чудесные бабочки, хвастаясь особенными узорами на собственных крыльях. Наблюдая за ними, Хан задумывается, что Минхо тоже для него является своеобразной бабочкой. Такой же красивый и необыкновенный, но всё-таки никогда не сможет посмотреть на себя глазами младшего, понимая, насколько он невероятен и любим. Лёгкое прикосновение к запястью заставляет парня отвлечься от собственных мыслей и повернуться к юноше. Помимо выразительных глаз, которые всегда так сильно выделяются во внешности Минхо, заставляя буквально тонуть в их глубине, пока хозяин собственноручно набрасывает сети на жертву своих же чувств, сейчас внимание привлекает и букет полевых ромашек, что бережно успел собрать старший за минуты чужих размышлений. Ли протягивает нежные соцветия со словами: «на тебя похожи», что не может не вызвать улыбку на лице темноволосого, который с радостью принимает этот трепетный жест. — знаешь, это напомнило мне тот вечер, — немного замолкает, издавая смешок из-за всплывающих воспоминаний, — когда ты рассказал мне про гадание на ромашках, а я, дурак, решил и вправду попробовать. — и как тебе опыт? — Минхо тут же представляет, как юный Хан бережно отщипывает лепесток за лепестком, обязательно немного хмурясь из-за сосредоточенности. — ужасный, если честно, — брюнет мельком смотрит в глаза напротив и грустно усмехается, потому что в тот раз его единственная надежда оказалась ложной. Ромашка бесстыдно ему соврала. — чувства оказались невзаимными? — да нет, как раз-таки наоборот, — на чужом лице проскальзывает непонимание, — только после этого ты исчез. В этот раз тишина между ними повисает громкая, пока у Минхо пульс в ушах стучит, и в голове поспешно два плюс два складываются. Такие важные слова, почему-то, в самом горле застревают, а пальцы так и норовят за чужую руку ухватиться. — не хочешь сейчас погадать? — лишь взглядом указывает на букет ромашек, а сам для себя подмечает, что гадания на цветах всё же не врут. — Минхо, ты издеваешься? — хотя да, ты прав, каждый лепесток уже несёт в себе лишь один возможный ответ. Пара глаз напротив немного хмурится, не понимая, что этим до него пытаются донести. Минхо считает это чем-то смешным? Что ж, а вот несколько лет назад для младшего это было самым большим разочарованием. И в цветах, и в самом юноше, что так внезапно решил исчезнуть со всех радаров. В голове даже появляются сомнения касательно того, что делиться данным воспоминанием не стоило. Пусть бы оно просто осталось неудачной шуткой. — лишь один? Ну и какой же? — Джисон цепляется взглядом за маленькие цветущие травы, что расположились прямо у их ног, пока на языке оседает небольшое сожаление за собственные слова, которые, видимо, не восприняли всерьёз. — любит. — Хо, подожди, ты же не имеешь в виду, что.. — голос предательски срывается на последнем слове, пока сам парень старается не надумать себе ничего лишнего, иначе сердце не выдержит, и душа навсегда останется где-то среди этих полевых цветов. — да, Джисон-и, — делает несмелый шаг вперёд, чтобы оказаться ещё ближе, и аккуратно поддевает чужую ладонь, дабы сплести пальцы рук воедино, — сейчас бы ромашка ответила «любит», и оказалась бы абсолютно права. Кажется, что Хан умирает и возрождается вновь. Спустя столько лет, когда юноша уже даже не надеялся на то, чтобы выйти на контакт со своей первой любовью и ещё хоть раз услышать этот мелодичный голос у себя под ухом, наступает момент, когда этот человек оказывается совсем рядом, так нежно смотрит прямо в глаза и говорит о том, что всё это время действительно любил. И вот пульс стучит, словно бешеный, и в области сердца что-то беспощадно горит, рука проводит по коже нежной, вызывая всё новую дрожь изнутри. Совсем не верится, что всё это происходит в реальной жизни, что это не те особенные сны, дающие на несколько мгновений ощутить чужое тепло и представить, как могла была бы сложиться их судьба. Однако, чужое горячее дыхание ощущается на собственных губах, а Джисон уже совсем теряет голову от ощущения возлюбленного на такой маленькой дистанции, которую до невозможности хочется устранить вовсе. Так, чтоб кожа к коже, чтоб сердце к сердцу, а душа в душу. Младший первый не выдерживает этой сладкой пытки, поддаваясь вперёд и накрывая губы Ли своими. Он затягивает его в медленный и трепетный поцелуй, что заставляет полностью отдаться этому личному моменту, закрепляющему настоящую связь между ними, которая сохранилась сквозь долгие годы молчания. Джисон вкладывает все чувства, томящиеся внутри него с того самого дня, заявляя свои права на чужое сердце, которое и так ещё с давних пор принадлежит ему одному. Внутри разливается то тепло, которого так не хватало в жизни. И кажется, что оно способно растопить любые льды злодейки-судьбы.