Сердце Хищника

– Подготовка товара –

      Рука, нависшая надо мной, будто коршун, восседала над добычей, готовясь в очередной раз клюнуть, порвать кожу и добраться до вкусного, еще теплого мяса с питательными жилками и небольшим жирком.       Укусить? Оттолкнуть? Ударить? Отодвинуться? А может, попытаться надавить на жалость? Нет… нет… еще раз нет. Каждое из этих решений вело бы к последствиям – непоправимым для моего здоровья. И нет, не в плане отрубленной конечности, а в плане мелкой, тюкающей боли, что рано или поздно заставила бы молить о пощаде.       Руки, что были на уровне моей головы и инстинктивно защищали ее, опустились, а глаза уставились не на руку, а на лицо Кейта. Я пристально разглядывал каждую мышцу его лица – было понятно, что он уже не злился, что не собирался снова топить меня и бить шокером. Он хотел чего-то другого…       Рука Кейта медленно коснулась моей шеи, а затем резко расстегнула ошейник, отчего кожа слегка покраснела, и я заскулил. Он провел пальцем по покрасневшей коже и слегка надавил, и я почувствовал, как по глотке скатилась слюна.       Кейт молчал, не произнося ни слова. Лишь обхватил мою шею рукой и слегка потянул вверх, заставив меня встать. Несколько раз он толкнул меня в сторону стола, и я понял – идти надо было к нему. Даже говорить со мной не хотели? Вот же суки.       Дойдя до стола и плюхнувшись на стул, я робко осмотрел то, что принес Кейт – белый пакет, из которого он достал какие-то баночки с мазями. Стоут же положил черный пакет и начал доставать ткань. Постепенно стало понятно, что это была не просто ткань, а одежда черно-белого цвета. Когда Стоут развернул ее полностью, будто показывая мне, мои глаза округлились.       Слегка маловатая для моего размера одежда? Нет, это был костюм — если его так можно было назвать. Костюм горничной. Черное платье с белой отделкой, с пышной юбкой. Платье имело глубокий вырез на груди.       Нижняя часть состояла из короткой юбки. Боялся, что если надену ее, то самое ценное, что даровано мне жизнью, будет свисать и виднеться. Из пакета достали чулки, женские туфли на высоких каблуках, а также женские трусики.       – Серьезно? Ты думал, это будет смотреться хорошо? – сказал Кейт, сдерживаясь, чтобы не заржать, и вдоволь наслаждался моей реакцией.       – Посмотрим и увидим… – буркнул Стоут, пододвигая все вещи из «костюмчика» ко мне.       Я лишь пристально посмотрел на Стоута, а потом на Кейта. Они не шутили. Даже малейшего намека на шутку не было. Медленно встал, снял футболку, и краем глаза заметил жадный взгляд Кейта, пялящегося на мой торс. Не упуская шанса на издевку, я облизал губы, слегка прикусив нижнюю, а затем наклонился к столу, где напротив стоял Кейт, и чуть прикрыл глаза. Руки свел вместе, словно пытался зажать ими грудь.       Кейт застыл, прекратив рыться в пакете. Его глаза округлились, он пристально смотрел на меня – сначала на лицо, затем медленно опустил взгляд ниже. Он выглядел голодным хищником, перед которым помахали кусочком свежего, сырого мяса, с которого еще капала теплая кровь. Если бы не Стоут, я был уверен – он бы прямо тут накинулся на меня.       Поняв, что зря это сделал, я пошатнулся назад и, взяв верхнюю часть костюма горничной, хотел было надеть ее, когда рука, коснувшаяся моего плеча, заставила волосы встать дыбом.       – Не торопись, мне еще твои раны нужно было обработать… – сказал Кейт, медленно опуская руку с плеча, проводя пальцами по лопатке, опускаясь ниже и слегка обхватывая талию. Он прижал меня к себе.       Мои ягодицы почувствовали выпирающую часть тела Кейта даже сквозь штаны. Страх и отчаяние нахлынули, изо рта тихо вырвалась мольба – будто пищащая мышь, попавшая по собственной глупости в ловушку.       – С-Стоут… – он был единственным шансом на спасение, ведь Стоут уже проявил доброту и должен был помочь! Мои глаза поднялись, смотря на Стоута, который молча пристально смотрел на нас с Кейтом.       Кейт медленно наклонил голову, положил ее мне на надплечье и обжег жарким дыханием. Медленно приподнял голову, прислонился губами к шее, слегка целовал и провел языком от середины шеи до нижней челюсти, а потом вниз – по трапециевидной мышце.       Я невольно вздрогнул от таких… гадких и неприятных ощущений. Щетина раздражала кожу с каждым соприкосновением, мешая Кейту проявить резкий порыв страсти.       Кейт медленно спустил руки с талии ниже, слегка оттянул штаны и попытался засунуть руку внутрь. Почувствовав это, я повернул голову и увидел его довольную улыбающуюся мину. Мысль промелькнула в голове: «Даже если меня ударят шокером или снова начнут топить – пускай! Лучше, чем это». Приняв тяжелое решение, я уже хотел оттолкнуть его, положив руки ему на торс.       – Кейт! – раздался грубый голос Стоута, заставив меня замереть. Лицо Кейта исказилось гримасой раздражения. – Не переходи грань дозволенного, – продолжил Стоут.       – Больно надо… – цокнул Кейт языком, отходя от меня и возвращаясь к пакету с мазями.       Увидев шанс, я быстро натянул верхнюю часть «костюма» на себя. Он сжимал плечи, грудь и талию. Удивительно, что он вообще не порвался, пока я его натягивал.       Кейт улюлюкнул, когда я закончил, и с явной радостью сказал:       – Стоут, ты не прогадал! На нем действительно хорошо сидит этот костюм, вот только с размером промахнулся…       – Хотя костюмчик обтягивал тело, подчеркивая тонкую талию и изгибы. Так и хотелось его… – он остановился, бросив взгляд на Стоута. – Шучу… – горько усмехнулся. — И все же он напоминал куклу. Думаю, только извращенцам нравились такие костюмы. Хотя в Шэтдауне других и не было. – Кейт развел руками, поставил последнюю банку с мазью на стол, сжал целлофановый пакет и сунул его в карман спецовки. Я снял штаны. После, натянув на себя чулки, уже собирался надеть юбку, но толчок в грудь остановил меня, и я сел на стул. Подняв взгляд, увидел Кейта.       – Что еще? – спросил я с явным раздражением, на что Кейт лишь шире улыбнулся.       – Трусы снимай, – сказал он, пристально глядя на меня.       Я посмотрел на Стоута, но тот лишь отвернулся.       Вот блин! Да ну нафиг, еще и трусы другие надевать?! Выругался я про себя, хмуря брови, но сказал только:       – Д-да вы чего? Кто туда заглядывать будет? Можно я останусь в своих? Ну пожалуйста… – пробормотал я, все еще надеясь на снисхождение Стоута. Тот кинул на меня взгляд, потом посмотрел с некоторой жалостью, вздохнул.       – Он прав, Кейт. Давай обойдемся без этого…       Не успел он договорить, как Кейт перебил его, резко развернувшись и схватив за воротник футболки.       – Закрой пасть, Стоут. Самаритянин ты недоделанный. Или мне напомнить, почему ты вообще согласился этим заняться? – сказал Кейт, слегка толкнув Стоута. Его злобное лицо вдруг растянулось в улыбке.              – Кстати, как там твоя внучка? Стоут замолчал. Его лицо металось между гневом, выражавшимся в бровях и покрасневшем лбу с проступившими венами, и задумчивостью, пока он гладил бороду.       Он бросил на меня последний взгляд.       – Деньги мне и правда нужны… – тихо произнес он, вновь глядя на Кейта. – Делай с ним все, что посчитаешь нужным для повышения цены. Я больше не вмешиваюсь. Я пошел, – сказал Стоут и направился к двери.       Мои зрачки сузились до булавочной головки. Я опомнился и поспешно выкрикнул первое, что пришло в голову:       – С-стоут! Зачем вы уходите? Я… я пить хочу! Воды!       Я попытался подойти к нему, обогнув стол, но Кейт схватил меня за руку и резко усадил обратно. Я чуть не упал. Я не отрывал глаз от двери, но никакой спасательный круг не прилетел. Он уплыл в другую сторону, даже не взглянув на меня. Не взглянув, не бросив даже того бесячего взгляда, полного жалости и сострадания. Кейт встал передо мной, закрыв обзор, и раздраженно рявкнул:       – Сам оденешь или помочь?       Он достал из кармана спецовки шокер.       – Я… я сам, – прошептал я, с опаской глядя на устройство.              Затем встал и, развернувшись к столу, взял в руки белые кружевные женские трусы. Сначала приложил их к своим, прикидывая – налезут ли? Немного растянул резинку, убедился, что должны, и отложил обратно. Бросил взгляд на довольную мину Кейта.       – Может… – я замолчал, подбирая слова. – Пожалуйста, можете отвернуться?       – Еще чего. Уж прости, но такого шоу я давно не видел. Буду смотреть, – ухмыльнулся Кейт, сел за стол и уставился на меня, как хищник на добычу.       Не, ну не скотина ли? Еще какая. Но лучше молчать. И снимать трусы побыстрее…       Повернувшись боком к Кейту, я как можно скорее стянул трусы. Положив руку на стол, стал нащупывать те проклятые кружевные трусики. Блин! Где они?! Я повернул голову к столу. Кейт, приподняв руку, вращал на пальце те самые трусы.       – Дайте, – тихо процедил я сквозь зубы, с гневом и смущением, не решаясь повернуться к нему лицом или спиной.       – Подойди и возьми, – снова ухмыльнулся он.       Я хотел бы плюнуть ему в лицо, но это было бы глупо. Вместо этого, прикрыв пах двумя руками, сделал два шага к Кейту. Впав в ступор, выругался про себя. А как брать-то? Все же, умудрившись одной рукой прикрыться, протянул вторую. Кейт взглянул на мою руку с умилением. Я был уверен – он бы сказал еще что-то мерзкое, но на этот раз промолчал. Получив трусы, я снова стал боком и натянул их. Успешно. Вот только ощущения – ад. Все сжимало, где можно и нельзя. Стринги недоделанные. И свисает, и трется, и сдавливает. Покраснения – отдельная песня. Все тем же боком я схватил юбку и натянул. Она оказалась нормальной – пышной, не короткой. Не давила. Повернувшись к Кейту, я подумал вновь изобразить податливую шлюху. Но теперь Стоута не было – отвечать за последствия пришлось бы самому.       – Сядь, – приказал Кейт, указывая на стул.       Я сел. Кейт подошел с полупрозрачной банкой, в которой была мазь телесного цвета. Открыл крышку, набрал мазь пальцем и приблизился ко мне. Я вздрогнул от холодного прикосновения. Кейт неспешно размазывал мазь по щеке, где был синяк, потом по разбитой губе, затем по покраснению на шее. Когда он закончил, убрал банку в пакет, скомкал и засунул в спецовку. Туда же – шокер. Кинул на меня взгляд.       – Без глупостей. Ошейник надевать не буду – кожа у тебя нежная. Ждать осталось недолго. Посиди тихо, – сказал он и вышел, заперев за собой металлическую дверь.