Моё мелкое ебучее бедствие

      You, you, you are, you are my slave       My little fucking disaster       I, I, I am, I am your God       Call me, call me, call me your master       Поворочавшись в кровати, Адам раздраженно простонал сквозь ускользающий сладкий сон: будильник так и не хотел замолкать. Мелодия продолжала назойливо играть, а мужчина уже проклинал себя за то, что вообще поставил этот сраный будильник. Повернув голову и разлепив глаза, он взглянул на дату, отображаемую неоновыми золотыми интерактивными буквами и цифрами: время показывало даск*.       Начало очередного венерианского геспера*, когда палящее солнце заходит за горизонт, озаряя небо закатным пламенем. На Земле это зрелище длится всего короткое время, каких-то жалких десять-пятнадцать минут. Но на Венере, где время текло совсем по-другому, столь вопиющее природное зрелище — заход солнца — длилось целые земные сутки. Целый земной день можно любоваться столь чарующим невероятным видом, как солнце заходит за горизонт и уступает своё владычество над небом ночи.       Ночи, что на Венере длилась целых семь земных суток.       — Вот же дерьмо! — ладонь со смачным хлопком приземлилась на лицо мужчины: Адам хлопнул себя по лицу, ещё раз проклиная себя за то, что не выключил будильник со вчерашнего дня. Ещё бы имел смысл, если Адам имел хотя бы какую-нибудь ночную или дневную работу. Но мужчина был безработным.       You, you, you are, you are my slave       My little fucking disaster       I, I, I am, I am your God       Call me, call me, call me your master       — Закрой свой ебучий рот! — Адам взревел и стукнул кулаком по стоящему рядом столику. Будильник подпрыгнул и упал на пол, тут же прекратив играть мелодию. Послышался также звенящий треск стекла, заставивший мужчину обратить внимание. Бережно он поднял с пола фотографию в стеклянной треснутой рамке и посмотрел на неё. Мягкая улыбка расплылась по его небритому лицу.       На фотографии был изображен сам Адам вместе с его семьей от второго брака. Тёмные глаза с любовью и отцовской гордостью скользнули по его сыновьям — Каину, что был почти вылитой копией своего папаши, и светловолосому веснушчатому Абелю. Адам не смог сдержать усмешку, глядя на запечатленную лучезарную улыбку своего младшего сынишки. И даже щель в зубах не портила её, хотя из-за этого Каин всё время дразнил Абеля ботаном. Да что уж греха таить, даже сам папаша поддразнивал так его. На секунду даже зазвучал смех Абеля в голове, как и голос Каина, зовущего своего отца, дабы тот показал ему старый байк, доставшийся Адаму по наследству от своих отца и деда.       Да, тогда Адам был по-настоящему счастлив. У него были двое прелестных сыновей, счастливая семейная жизнь и прекрасная работа. Поскольку Адам был в юности гитаристом, у него была своя музыкальная студия. Благодаря нему появились много прекрасных музыкальных групп, записью песен которых он и занимался. Эта студия, Каин и Абель, его новая обустроенная жизнь стали его спасением, его исцелением от ран и боли, причиненных ему первым браком.       Но всё покатилось в пизду.       Сперва этот сраный экономический кризис, что лишил его работы, когда нахлынувшие на Венеру Избранные стали сами производить собственные песни, используя свои музыкально-генерирующие сверхспособности, отчего популярность и необходимость музыкальных студий резко упала. А затем эта сука забрала у него спокойную жизнь. В том числе его сыновей.       И под сукой он имел в виду свою собственную вторую жену — Еву Санжаровску.       Как там её называют все жители Венеры? «Мессия»?       Лицемерная, мерзкая, наглая сволочь, вот она кто, по мнению Адама. Дрянь, испоганившая его жизнь.       Хотя сисяндры у неё были хорошими.       Лицо мужчины перекосило от злости, стоило его глазам зацепиться за изображение Евы, и с громким ревом, похожим больше на животный, чем на человеческий, он бросил фотографию в стену. С громким бьющимся звуком стеклянная рамка полностью треснула, а осколки разлетелись на пол. Мужчина плюхнулся на диван, закрыв ладонями свое покрасневшее лицо. Гордыня и его чувство собственного достоинства не позволяли ему расплакаться, и дабы заглушить чувство боли, вызываемое столь болезненными воспоминаниями, он использовал другое.       Адам быстро схватил в руки свой ноутбук и открыл вкладку с электронным магазином. Ловкими и трепещущими движениями пальцев он выбрал несколько видов крепкого алкоголя: виски, саке, текилу, ром — плюс несколько шприцов с фрикстази — мощным наркотиком-возбудителем, что был в свободном доступе среди жителей Утренней Звезды. Адам не был исключением, он любил побаловаться с фриксом в свободное время как сейчас, так и в юности.       Представьте себе охуенное чувство, когда ты занимаешься с кем-то сексом, но это чувство ещё усилено вдвое. Нет, втрое, а может и больше. Каждая клеточка твоего тела настолько чувствительна, что кажется, будто к ней прикасаются и целуют. Марс*, венера*, гермафродит*, андрогин* — неважно, кто тебя трогает или, кто тобой овладевают в этот миг. Под фриксом тело и разум это чувствуют, хотя в реальном мире ты просто лежишь на кровати и содрогаешься в приятных конвульсиях. Мир теряет свои цвета, ты видишь только черноту и белизну, что сливаются в различные оттенки серого, но тебе на это плевать. Подогреваемый твоим воображением, фрикс может дать тебе различные ощущения, например, ощущение легкого удушения, даже если чьи-то руки сейчас и не сжимают крепко твою шею. Ну и конечно, экстаз от него превышает тот, что ты получаешь от реального или даже виртуального секса, кончаешь словно конь или бык.       Сейчас Адаму необходимо было успокоительное наркотическое спасение. Только фрикс и алкоголь и спасали его от преследовавших его боли и пустоты. Давали ему некое чувство оживления от всей окружающей монотонной рутинной скуки, служили ему ностальгией о прошедших прекрасных временах, когда у него были цели, которых он хотел достичь, мечты, к которым стремился.       Но сейчас он никто.       Павшее на самое грязное дно венерианского общества ничтожество.       Мусор.       Если бы дрон помедлил с доставкой, квартиру ждала бы новая волна гнева от Адама и больше побитых вещей. Благо, он прилетел как раз вовремя. Мужчина только открыл окно, пропуская его внутрь и наблюдая, как тот выпустил яркий луч света, материализующий в реальность сделанный Адамом заказ. Со рта слетело язвительное хмыкание: даже сейчас, когда экономический кризис уже остался в прошлом, все равно не каждый житель Венеры мог позволить себе дрона-доставщика, что уж говорить о мгновенных телепортаторах, которыми довольствовались те, кто был в достатке и изобилии.       Стоило дрону улететь, выполнив свою миссию, Адам тут же открыл бутылку виски и прислонил ее к губам, сделав пару жадных глотков. Горечь спирта сразу стала обжигать горло и стекаться в желудок. Да, то самое приятное ощущение, начало алкогольного забытья. Забытья проблем и ненавистного прошлого. Рука сразу же потянулась ко шприцу с фриксом…       И такое творилось практически каждый божий венерианский день.       Бог знает, сколько часов прошло, но в дверь хозяина квартиры начали неистово стучать. У входа стояла молодая девушка, на вид ей было не меньше двадцати. Её бледно-желтые глаза сверкали яростной решительностью, а её короткие белые волосы, подстриженные в небольшое асимметричное боб-каре, слегка были растрепаны.       Всё-таки девушка примчалась сюда на байке, а шлем, что она носила, был естественным врагом её волосам.       — Адам, твою мать, открывай! Это я, Лют!       На зов никто не отозвался. Девушка в ответ раздраженно закатила глаза и попробовала еще раз достучаться до обдолбанного в хлам хозяина квартиры. Но и все последующие попытки не увенчались успехом. Тогда Лют пошла на отчаянные меры и достала свой складывающийся, словно бумага, телефон. Пробежавшись несколько минут подушечками пальцев по экрану, она навела телефон на дверной замок, после чего ввела нужную комбинацию. Послышался щелчок — и дверь сразу же открылась.       — Этот придурок так и не умудрился поменять пароль от двери. Госпожа чертовски хорошо его знает, — пробубнила блондинка и осторожно вошла в квартиру, прислушиваясь к окружающим звукам, и была готова обороняться. В нетрезвом или наркотическом состоянии Адам был опасен, этот урок от своей госпожи она прекрасно усвоила.       Лют еще раз пришлось закатить глаза, стоило ей зайти в грязную, неубранную спальню Адама. После прошлого визита девушки к нему и глобальной уборки его квартиры он как-то умудрился загадить её ещё сильнее. Девушка поклялась себе твердо в этот момент, что она больше не будет приходить сюда и наводить здесь порядок. И пусть ей госпожа понизит или даже лишит зарплаты, с неё хватит. При этом мысленно Лют пожалела свою хозяйку, задаваясь вечным вопросом женской солидарности «Как она только смогла выдержать замужество с этим уродом?»       — И как я раньше восхищалась тобой? — поинтересовалась вслух Лют, оглядывая разбросанные пустые бутылки и шприцы от фрикса. Наклонившись поближе к лицу Адама, она усмехнулась. — Только взгляни на себя. Жалкий, никчемный моральный слабак, потерявший всё. И как госпожа в тебе разглядела хоть что-то? Как я могла разглядеть в тебе что-то? Где тот мужественный, сильный, доминантный мужчина, которому я хотела отдаться?       Девушка грубо схватила пальцами подбородок мужчины и покрутила его голову из стороны в сторону, отчего Адам издал слабый стон.       — Ещё не помер. Удивительно, учитывая то, сколько алкоголя и наркоты ты употребляешь за день. Знаешь, если бы ты слушался госпожу, а не вел себя как кретин и не устраивал этот дебош, ты бы сохранил своё счастье. Госпожа помогла бы тебе восстановить твой бизнес. Пускай она уже не президент, но она всё ещё влиятельный человек в правительстве Венеры. Ты бы был с Каином и Абелем каждый день. И ты бы мог трахаться со мной, если бы ты захотел. Но тобой двигала твоя собственная глупость, твоя тупорылость, твоя безрассудность! И теперь ты просто пустышка, влекущий жалкое, никчемное существование, как все эти «сверхсильные демонические отродья», которые решили остаться на Венере, а не сбежать, поджав свои хвосты. Откровенно говоря, мне тебя даже жалко.       Однако внезапно тёмно-золотые глаза Адама распахнулись, его зрачки были сильно расширены, отчего они напоминали пустоту: побочный эффект фрикса. Лют даже не успела среагировать, как крепкие волосатые руки обхватили её шею и начали душить. Лицо мужчины скривилось в яростном нечеловеческом оскале. Алкоголь и наркотики сделали своё дело, лишили его разума и человечности, оставив только первобытную звериную натуру. Беловолосая девушка захрипела и стала нещадно царапать руки Адама своими ногтями, кровь тонкими струйками потекла от образовавшихся порезов. Но мужчине было похер.       Потому что он был серьезно намерен удушить эту тупую суку. И алкоголь с фриксом здесь были не причем.       Адам прекрасно знал, кто стоял сейчас перед ним. И это знание только подливало масла в огонь его бушующей ярости.       — Опасные сиськи… — эти слова вырвались изо рта брюнета хриплым рыком. Все попытки девушки вырваться из его звериной хватки были бесполезны. Ее рот судорожно пытался глотнуть воздуха, наполнить им заблокированное горло. В её влажных бледно-желтых глазах отражалась паника, но вместе с этим и откровенное желание сопротивляться до последнего. Оскал мужчины сменился довольной ухмылкой.       Насладившись страданиями девушки, он отпустил её. Лют упала на колени и судорожно стала дышать, при этом даже хрипло кашляя. Пьяно загоготав, Адам язвительно поинтересовался:       — Так значит, ты опять заявилась… Ну и чего эта бывшая президентская сука от меня хочет? Опять кокнуть какого-то имбецила, что залез к ней в постель? Ха-ха-ха!       Прокашлявшись, Лют схватила одну из пустых бутылок и ударила её о пол, отчего та с громким звоном разбилась. Крепко сжимая в руке заостренное горло бутылки и тяжело дыша, девушка тут же набросилась на нетрезвого Адама с явным желанием убить его.       — Ублюдок!!!       Мужчина зашипел от резкой боли, Лют сумела полоснуть острым горлом бутылки ему по лицу. Но он успел схватить девушку за запястья и держать её на расстоянии от себя, даже несмотря на то, что он был под кайфом, а острый осколок был буквально в сантиметре от его тела. Тогда девушка применила другую тактику и зарядила коленом по самому драгоценному месту для каждого мужика — его яйцам — отчего Адам взревел от боли. Вот только девушка слегка не подрассчитала. У мужчины мало того, что прибавилось сил, так он еще едва руку не вывернул. Заставив Лют отбросить горлышко бутылки, Адам тут же подмял её под себя и словно рассвирепевший зверь стал рвать на девушке одежду. Молния на её кожаной белой куртке тут же порвалась, брюнет сумел сорвать её с девушки. Та брыкалась и в ужасе пыталась отпихнуть от себя Адама, она поняла моментально, что тот собрался делать. Мужчина лишь опасно рыкнул.       — Лучше бы ты сюда пришла постирать мои трусы, тупая ты сука!       — Отпусти меня, ублюдок! Прекрати!       Адам стал возиться с брюками девушки, пытаясь их с неё стянуть одной рукой, в то время как другой он ухватился за её сиськи и стал их грубо и больно сжимать сквозь ткань майки. Своим телом он наваливался на тело Лют, словно массивная горилла, а его пропитанное перегаром дыхание обдавало лицо и ухо девушки противным жаром. Собравшись с силами и использовав всё ещё действующее влияние алкоголя и наркоты на Адама, Лют сумела его спихнуть с себя прямо на пол.       Златоглазый мужчина вновь взревел от боли: рассыпанные осколки от бутылки вонзились прямо ему в спину и проникли в кожу. Из-за фрикса ощущение боли также резко возросло, а потому ему было так больно, словно десятки маленьких кинжалов пронзили ему спину. Лют же быстро схватила куртку и выбежала из квартиры, при этом матерясь про себя и проклиная Адама. Походу после сегодняшнего она не скоро покажется здесь снова.       Болезненные крики мужчины не стихали. При каждом малейшем движении застрявшие под плотью кожи осколки отзывались молниеносной болью. Глаза мужчины слегка намокли, но он не позволил себе плакать. Сцепив зубы и прикусив губу, чтобы хоть как-то отвлечься, он сумел сесть на полу, даже несмотря на то, что, когда он поднимался, его крики становились душераздирающими.       — Завязывай уже. Из-за твоих криков едва трещины по стенам мое квартиры не пошли. Давай помогу тебе.       Адам не сразу понял, что к нему кто-то зашел, и это точно не Лют. Голос был гораздо приятнее ввиду его саркастичности. Еле сфокусировав взгляд, он увидел перед собой девушку примерно того же возраста, что и Лют, может даже слегка старше её. Рассмотрел знакомые длинные пшенично-желтые волосы, из-за которых девушка была похожа на Бритни Спирс. Почему именно на неё? Это всё благодаря дедушке, который сравнивал многих девушек подобного типа с Бритни, хотя Адам уже не помнил, кто это такая. Её тёмно-фиолетовые глаза, настолько тёмные, что напоминали обсидиан, сверкали опасностью, хотя на самом деле она была та ещё милашка и добрячка. Мужчина довольно и пьяно улыбнулся, пришел его спаситель.       — «Сойка»…       Анна Джей Канаде. Его преданная фанатка и соседка, что жила в квартире напротив. Когда она родилась, Адам только начинал свою музыкальную карьеру, а когда ей исполнилось тринадцать, и она ознакомилась с его музыкой, группы Адама уже не существовало. Тёлочка с мощным голосом, дерзкая, нагловатая, но добрая шестнадцатилетняя девушка восхитила и поразила музыкального продюсера в самое сердце кавером его самой главной песни «Venus is Forever»* так, что он даже схватил свою гитару и стал подпевать вместе с ней. Адам взял Анну под своё крыло и стал спонсировать её карьеру соло-певицы, она была его самым любимым и дорогим проектом, на котором он получил немало денег. Именно он придумал её кличку «Сойка» из-за ее среднего имени и её красивого голоса. Ну и конечно самой Анне было приятно работать с Адамом и петь для него.       Если бы Анна родилась в одно же время с ним, тогда вся жизнь могла сложиться для него иначе…       Погруженный в собственные мысли, Адам даже не заметил, как преследовавшая его боль исчезла. Не заметил, как Анна прикоснулась своими руками к его груди и применила свою способность, генерирующую вибрации, из-за чего осколки словно пули вылетели из спины мужчины, оставив лишь кровоточащие раны.       — Где тут у тебя аптечка? Отполирую твои раны.       — Её у меня нет, — прохрипел Адам суховатым голосом, отчего блондинка ухмыльнулась.       — Любишь ты играться со своей жизнью, как я погляжу. Лады, сейчас схожу и принесу свою.       — Захвати ещё табака, я знаю, что он у тебя есть. У тебя ацтланский или тинатинский?       Анна с хитроватой усмешкой ответила:       — Тебе везет сегодня. Я прикупила антиллийского, привезен прямо с острова Маман-Бригитте, — глаза мужчины засверкали словно у ребенка. Антиллийский табак с севера Венеры ценился больше всего.       — Антиллийский? Блять, да! Тогда тащи свою задницу и скорее неси его!       Спустя несколько минут Адам наполнял свои лёгкие табачным дымом и плавно отходил от наркотического опьянения, пока блондинка регенерирующим лучом лечила раны мужчины, при этом держа сигару в зубах. Дым распространился по всей квартире, наполняя всё своим едковатым горьким запахом, но мужчине было на это глубоко плевать. Когда последняя рана была вылечена, девушка усмехнулась и похлопала мужчину по спине.       — Готово. Может тебе помочь тут прибраться? А то не думаю, что ты будешь этим заниматься. Да и наступать на эти осколки тебе тоже не захочется.       — Ну если предложила, то было бы неплохо, — протянул Адам, выдыхая табачный дым изо рта, после чего добавил: — Лют все равно уже не придет.       — Эта беловолосая сука? Хах, ей повезло, что я в этот момент играла на гитаре, а иначе она бы сейчас превратилась в кровавую массу с потрохами.       — Столкновение сучек? — мужчина посмеялся, после чего представил вслух: — Поставить бы вас по обе стороны ринга и дать людям делать ставки на вас. Мне даже самому интересно, кто победит.       — Что значит, «самому интересно, кто победит», Адам? Ты че, сомневаешься во мне? — Анна тут же ударила кулаком в плечо Адаму, при этом продолжая плеваться ядом ненависти по отношению к беловолосой девушке. Благодаря рассказам Адама о ней, «Сойка» точно так же ненавидела Лют, как и сам мужчина. — Я Избранная, обладательница сверхъестественной способности! Эта дрянь всего лишь Обычная! Она даже защитить себя не умеет!       «О, знала бы ты, как ты ошибаешься…» — эти слова так и не сорвались с губ мужчины, тот не стал ей рассказывать о том, насколько сильна была Лют, и как она умела противостоять Избранным.       Потому что он собственными глазами видел, как Лют убила десятки Избранных в те роковые дни…       Неприятные флэшбеки того времени словно кадры из фильма пронеслись в мыслях Адама. Ну почему именно сейчас затронулась эта гадкая тема?       Анна Джей была одной из немногих людей, перед которыми Адам испытывал чистой воды вину. Когда экономический кризис ударил по жизни всей планеты, и его карьера продюсера пошла под откос (хотя, это слабое определение, лучше сказать, покатилась в конкретную глубокую пизду) популярность Анны как солистки тоже резко снизилась, и она потеряла спонсорство, когда музыкальная студия Адама закрылась. Из многообещающей певицы его сойка превратилась в ободранную птицу, лишенную перьев и крыльев для полета. И пока многие жители Венеры смотались из городов в пригороды, Анна была одной из немногих, кто осталась и влекла такое же жалкое существование, как сейчас Адам. Она стала уличной певицей, зарабатывая на жизнь своими песнями, и даже ходил слушок, что девушка даже занялась нелегальным бизнесом, помогая мелким бандитским группировкам и синдикатам Избранных, что возможно было правдой. Она легко могла бы состроить из себя бандитку, а её способность как никогда подходила для боев.       Но «Сойка» об этом ему не рассказывала. Она предпочла скрыть свои скелеты в шкафу и запереть его, как сделал это Адам со своими. Никто из них не лез друг другу в душу, а потому всё было нормально, и всех все устраивало.       — Обычно Лют оставляла мне деньги… — неожиданно произнес Адам, пока Анна убиралась в спальне. — В этот раз я их не вижу…       — Если ты на мели, я могу тебе немного одолжить. Ты же ведь так и не нашел работу?       — Пока еще тех денег хватает, потому всё нормально. — закончив курить, брюнет потушил остаток сигары о пепельницу и тяжело вздохнул. — Хватит и на поесть, и на выпить, и на ежедневную дозу фрикса. Кстати, насчет поесть. Не хочешь со мной сгонять на байке и купить ребрышек барбекю в «Хосе Наггетс»? А потом погоняем вокруг озера Ева.       — «Хосе Наггетс»? — Анна Джей слегка призадумалась, а затем кивнула. — Я за, как раз хочу отведать их новый фэтшейк. Только я возьму свой байк.       — Ты чего, не доверяешь моему дедовскому байку?       — Твоему старью? Никогда в жизни, хаха! — блондинка заливисто рассмеялась, на что Адам её подколол.       — Давай уже кончай, Бритни! И не забудь простонать!       На этот кринжовый подкол девушка лишь закатила глаза, она вообще не понимала его шуток с Бритни Спирс, так как не знала, кто это. Закончив с уборкой и утилизировав мусор, она быстро сбегала к себе и переоделась в свой кожаный байкерский костюм обсидианово-черного цвета. Адам же быстро умылся и также напялил на себя свой чёрный байкерский костюм. На груди были отпечатаны белые крупные буквы, сливающиеся в слова брэнда DEVIL.KIN и разделенные золотистой дорожкой молнии. В свою очередь над и под буквами проходили параллельные друг другу золотые полосы. Как только он со своим шлемом вышел в коридор, Анна Джей осмотрела его заинтересованным оценивающим взглядом.       — Когда ты в последний раз мыл этот костюм? — усмехнулась девушка, на что брюнет закатил глаза.       — На прошлой неделе. И нет, он не воняет!       — Да-да, конечно, скажи это своим пятнам в районе подмышек.       — Закрой рот, сучка, пока я его на хуй не насадил! — после сказанного брюнет горделиво и грязно ухмыльнулся. — А ты ведь прекрасно знаешь, какой он у меня.       — О да, великий «Владыка Хуев», ха-ха-ха!       В ответ мужчина лишь шлепнул Анну по заднице, но та и не была сильно против. Оба байкера вышли из многоэтажного дома, где они жили, и направились в небольшой дворик, где хранились мотоциклы и велосипеды жителей дома. Два мотоцикла были накрыты брезентом, оба были от одной фирмы — «Лайтболт» — главенствующая фирма по производству мотоциклов и не только на Венере. Как ни странно, но венерианцы назвали эти байки по имени компании. Только у Адама был самый старый, выпускавшийся ещё когда первые колонисты осваивали и озеленяли пустынные земли Венеры, а у Анны был из новой серии. Сняв брезент и аккуратно его сложив, мужчина и девушка вывели свои байки на дорогу и вскочили на них. Надев на головы шлемы и переглянувшись друг с другом, байкеры завели свои мотоциклы, отчего те взревели, словно драконы. Адам неожиданно показал Анне средний палец и с громким смехом помчался по дороге.       — Ах ты сукин сын! — «Сойка» расхохоталась и устремилась вслед за своим бывшим продюсером.       Два лайтболта рассекали улицы мегаполиса словно молнии. Несмотря на старомодность и некоторую изношенность, лайтболт Адама был на удивление скоростным. Приятная ностальгическая улыбка отобразилась на лице брюнета под шлемом, он любил вспоминать, как в подростковом возрасте он любил кататься на нём со своим отцом. Рычание мотора, проносящиеся мимо улицы, гул ветра, отдающийся в ушах, — всё это приносило такой дикий кайф. Да каждый байкер его может понять в этом.       А когда Адам унаследовал в подарок этот лайтболт на свое восемнадцатилетие, в первые свои ночи он разъезжал по улицам города и кадрил как тёлок, так и парней. Ему было неважно, кого ебать. Он был молодым, полным энергии и похоти парнем, гитаристом с собственным байком. И довольно большим хуем.       Он уже и не помнит точно, кто его назвал «Владыкой Хуев».       Но «Сойка» летела очень быстро, она поспевала за ним и даже пыталась обогнать, тем самым заставляя огонь соперничества полыхать сильнее. Чёрт возьми, да сегодняшний день стал самым охуенным лекарством для него, он чувствовал себя как-никогда живым и энергичным.       Доехав до здания забегаловки, что напоминало земные винтажные закусочные 1960-х, байкеры припарковали свои лайтболты и зашли внутрь, сняв свои шлемы. В носы ударил тяжёлый, дикий и аппетитный аромат мяса, отчего живот Адама дал о себе знать громким урчанием. А потому Адам быстро сделал заказ по электронному таблу, выбрав свои любимые ребрышки барбекю, и оплатил его. Анна же остановилась на новом фэтшейке со вкусом сладкой кукурузы, а также на наггетсах из говядины, политые расплавленным сыром чеддер. Получив свои блюда, мужчина и девушка выбрали свободный столик и стали уплетать их. Адам, естественно, ел с громким чавканьем, чем смешил Анну.       — По-моему, это первый раз, когда ты выбрался в люди, Адам.       — Не первый. Я же всё ещё посещаю стрип-клубы, бары там, ну ты поняла.       — Да? А я-то думала, что ты как пещерный человек, из своей пещеры и не вылазишь.       Байкеры продолжали есть, болтать и смеяться, и в голову Адама вновь ударила ностальгия. «Хосе Наггетс» был самым любимым его местом, и сюда он водил своих сыновей, дабы вместе поесть ребрышек барбекю, даже несмотря на то, что младший их не любил, а довольствовался фэтшейками. А вот старший, будучи полной копией отца, уплетал их за обе щеки и оставлял кости без единого мелкого кусочка мяса. Да что уж говорить, здесь он даже устроил тематическую вечеринку в честь пятилетия Каина.       Даже сейчас, заказывая по доставке себе на дом ребрышки барбекю, Адам с теплом в груди вспоминает те былые времена. Эта забегаловка для него тёплое, наполненное счастьем и смехом место.       Из приятных воспоминаний его вырвал щелчок пальцами в сантиметрах от его лица.       — Ну что, Адам, теперь на озеро?       — А… Да… Погнали…       Закончив есть, Адам и Анна выбросили пустые контейнеры и стаканы в мусорку и вновь взобрались на байки. Гул моторов лайтболтов наполнил улицу своим шумом, и байкеры умчались прочь из города. Конечно, не обошлось без небольших пробок и кучи светофоров, но стоило мужчине и девушке вырваться на шоссе, как они свободно ускорились и могли спокойно объезжать любые проносящиеся машины. Адам задавал темп, он старался ехать быстрее и первее Анны, и его раздражала, когда девчонка вырывалась вперед, отчего он сжимал руль до боли.       Так они сумели доехать до окруженного невысокой горной грядой озера Ева. Горные пики словно венец короны окружали кристальное озеро. Немаленькое в диаметре — триста тридцать километров — озеро было самым главным рекреационным местом здесь, на Альфе, затмевая даже горы Надия и джунгли острова Карпо-Тамфана. В горах располагались высотные отели, побережье озера было усеяно мелкими особняками и санаториями.       Ну и конечно, озеро Ева было самым памятным и знаменательным местом для Адама. Здесь он устраивал свидания со второй женой. Даск и давн* подходили для свиданий прям отлично: целый земной день наблюдения за заходом солнца и началом сумерек и целый день — за окрашиванием неба в палитру бирюзовой, зеленой, золотой, лососевой и маджентовой красок, что было подобно яркому цветовому спектаклю, а затем и за первыми солнечными лучами, вырывающимися из горизонта. Приезжал он сюда и со своими сыновьями: пока Адам попивал холодное пиво, а Ева Санжаровска загорала под палящим солнцем, Каин и Абель весело плескались в воде.       Даже сейчас, свет заходящего солнца и краски неба в этот момент отражались на поверхности озера, словно создавая изменчивую картину акварелью. Слезши с байка, сняв свой шлем и подойдя почти вплотную к водной глади, омывающей песок, Адам сел и обхватил свои колени. Его тёмно-золотые глаза, наполненные болью и ностальгией, устремились в горизонт, закрываемый короновидными горами. Образы бегающих сыновей так и стоял перед глазами, а их задорные крики и смех отзывались в ушах.       Этого больше никогда не будет.       Эта сука отобрала у него эти моменты, которые могли бы ещё произойти в будущем.       — Ты скучаешь по ним? — Анна тихо подошла и стала позади Адама, ей было больно на него смотреть.       — А ты как думаешь? Конечно скучаю… Но я ничего не могу сделать против неё… Просто посмотри на меня… Я жалок, никчемен, я не лучше бомжей, которые населяли город во времена этого сраного кризиса… Скорее всего она настроила Каина и Абеля против меня, и они также меня ненавидят…       — Не говори так… Даже если они сейчас у неё, я не думаю, что они тебя забыли… Ты же всё-таки их родной отец…       — А она их родная мать! И она всё ещё политик, причём довольно сильный! Этот сраный кризис позволил ей взойти на пост президента! И посмотри, даже пускай она уже не на посту, сейчас президентом стал тот, кто скептически настроен к Избранным! Кто не верит, что они могут приносить пользу! И все жители Венеры так считают! «Избранные — угроза венерианскому обществу» — такой стереотип посеяла у них в умах эта сраная Санжаровска!       Голос Адама становился всё громче и все злее, вся его боль, его гнев, его разочарование — всё это вырывалось из его рта потоком грубых, громких слов. Анна Джей же внимательно слушала и не прерывала его пламенную речь.       — Посмотри, какой Венера стала сейчас! Многие полезные обществу Избранные уже завербованы парламентом, насильно или добровольно. Остальные же скрывают свои способности и вынуждены притворяться Обычными! Как ты!       — У меня ещё будет возможность применить её.       Брюнет туповатым взглядом посмотрел на неё и вопросительно приподнял левую бровь. Блондинка тяжело вздохнула, пытаясь подобрать слова, но затем попросту выпалила:       — У меня появился бойфренд. Он с Иштара. Избранный, обладатель музыкально-генерирующей способности…       Адам агрессивно хлестнул рукой по воде, слова девушки резанули не хило ножа. Этих Избранных мужчина не переносил: они были одной из причин падения его карьеры.       — Он предприниматель и владелец подпольного клуба. Там Избранные собираются, дабы спокойно использовать свои способности. Там я могла бы спокойно использовать свои вибрации в качестве спецэффекта.       — Значит… Твоя карьера вновь пойдет вверх? Сойка снова взлетит? — произнес тяжело Адам, при этом инстинктивно приложив пустую сигару к своим губам. — Ты этого полностью заслуживаешь… Значит, ты покидаешь Альфу и перебираешься на север?       — Да. Я уже нашла, кому продать свою квартиру. У тебя появится новый сосед. Довольно озабоченный, я ему даже скинула немного твоих дик-пиков, что у меня были. Вот, кстати, его фотография.       Мужчина без особого интереса взглянул на интерактивное изображение его будущего соседа по площадке. Это был молодой парень лет двадцати трех с кучерявыми русыми волосами, глазами, что сверкали рубиновым пламенем (они были пламенного цвета), а его подбородок украшала небрежная щетина. Адам подумал, что парень никогда не пользовался услугами барбершопа, и что чем-то он даже напоминал юную версию мужчины. На парнишке было красивое красное худи.       Что ж, вполне как секс-игрушка может и подойти.       — Да уж, ты конечно, хороший момент выбрала, дабы мне это сказать.       — Я знаю, что ты расстроен и зол, — в спокойном голосе Анны не было ничего, что могло еще сильнее вывести из себя мужчину, казалось, что он был безразличным. — и я знаю, что для тебя я была одним из лекарств. Я спокойно могла с тобой поговорить, бухнуть, покурить, принять фрикс, обосрать эту Лют, поиграть с тобой на гитаре, ну и поебаться. Как же без этого. Вот только, в отличие от тебя, долго в этой яме я находиться не могу. Моей изначальной мечтой было стать певицей, и на неё меня вдохновил ты и твоя группа. Ты был великолепным продюсером, ты стал моими крыльями. Я старалась для тебя, старалась принести тебе и славу, и деньги. После всего этого ада, я была возле тебя, так как верила и надеялась, что ты сможешь выбраться из этой ямы, в которую себя же и загнал. Но ты опустил руки и просто продолжил гнить и погружаться в эту трясину.       Адам ничего не ответил. Анна же продолжила.       — Иногда я думаю, что было бы, если бы я родилась с тобой в одно и то же время. Смогла бы я стать солисткой твоей группы? Смогла бы я стать твоей женой, как в свое время стала для тебя она?       Мужчина сжал зубы от нарастающего гнева, в момент ему показалось, что за его спиной стояла не его любимая преданная «Сойка», а она…       Та, кто своими интригами, своим свободолюбием, независимостью, непокорностью и упрямством подтолкнула его к Еве… Его первая жена…       Лилит…       Адам даже не повернулся в сторону Анны Джей, когда та подошла к своему байку и села на него. Та, перед тем, как надеть свой шлем, лишь посмотрела в спину мужчине и тяжело вздохнула, покачав головой. С глаза по щеке пробежала слабая слеза.       — Спасибо тебе за всё, Адам. Я уверена, что ты ещё обретешь своё счастье, и найдешь того, кто исцелит твоё израненное сердце.       Через минуту брюнет остался совершенно один на пляже. Сейчас он чувствовал себя совершенно паршиво, но при этом у него не было никакой злобы к Анне. Рано или поздно это должно было произойти.       Потому что Адам был тем, кто оборвал крылья его сойке. Тем, кто затащил её в трясину. Но тогда почему было так хуево?       Больно было отпускать свою единственную лучшую подругу, которая могла спасти и помочь ему в любую минуту? Или же потому что она ему напомнила ту версию Лилит, которую он хотел видеть?       Анна стала для него одним из самых лучших и действенных лекарств. И оно вызвало у него дикое привыкание.       А когда ты резко его перестаешь принимать — начинается ломка.       Посидев немного возле озера и понаблюдав за пламенным небом, Адам вернулся к своему байку и надел на себя шлем. Заведя мотор своего лайтболта, он пустился назад, в свой родной мегаполис. Вот только его целью сейчас была не его родная квартира в многоэтажном доме, а один из многочисленных стриптиз-клубов под дерзким заигрывающим названием «Call me Kitty». Отличительной особенностью этого клуба была его кошачья тематика, там всегда можно было подцепить сладких игривых «кошечек» и диких доминантных «котов». Ну или наоборот, в зависимости от того, какой типаж тебе предпочтителен и какое у тебя настроение.       Припарковав свой байк возле здания, быстрым шагом он направился внутрь него. Огромный тёмный зал, уставленный мягкими диванами со столиками, освещался золотистым светом. Играла пошлая футуристическая музыка на основе древнеегипетских мотивов, а благодаря игре интерактивных изображений, казалось, что это был зал внутри египетской пирамиды. Как верно догадался про себя Адам, сегодня была тематическая вечеринка в стиле Древнего Египта. На стриптиз-сценах сейчас танцевали четверо парней, и несмотря на то, что Адаму сейчас было не до них, он всё же слегка посмотрел на них. Двое доминантов и двое пассивов: первые двое — мускулистые самцы, облаченные в джоки — были подобны пантере и льву, а последние двое — двое твинков, также облаченные в джоки — египетскому и арабскому мау.       — Вижу, дружище, у тебя сегодня настроение на кошечек, раз ты нарочно пропустил Небиби, Маахеса, Бени и Хасана, — усмехнулся официант, когда Адам подошел к барной стойке. Мускулистый парень, на вид ещё ученик старшей школы, и скорее всего, атлет. Но сейчас он был чертовски притягательным пумой. — Что налить?       — Самого крепкого Кат Ши виски. Сто пятьдесят.       Парень усмехнулся и кивнул, достав с полки бутылку хорошего виски и налив его в небольшую рюмку. Адам сразу же глотнул, даже не став ничем закусывать или занюхивать, что слегка посмешило официанта-пуму.       — Пришел бы ты на пятнадцать-двадцать минут раньше, то увидел бы выступление кошечек. Сегодня у нас были опасная воинственная львица Сехмет, игривая и похотливая кошечка Бастет и быстрая защищающая леопард Мафдет. Зрители тут кончали по нескольку раз, особенно, когда девочки показывали свои сиськи и пизденки.       — Зато хотя бы напьюсь. — огрызнулся мужчина и махнул рукой. — Если что, смогу и парнем обойтись. Повтори.       Пока парни-стриптизеры танцевали и раздевались, на протяжении всего этого времени Адам пил только один вискарь и пьянел. Хотелось заглушить боль, заглушить печаль, хотелось попросту забыться. Официанту было не привыкать видеть таких отчаянных людей, но в глазах Адама он увидел нечто, что заставило парня сжалиться над ним. И когда мужчина уже вдоволь опьянел, парень-пума громко свистнул.       — Бастет, Тигрис, подойдите сюда, крошки!       Расплывчатым взглядом мужчина увидел приближающихся к нему двух стриптизерш. Первая из них была с тёмно-бронзовым цветом кожи и с короткими, но пышными кучерявыми черными волосами. Её голову украшали чёрные кошачьи уши, а из копчика торчал длинный и пушистый кошачий хвост. Сочная африканка, чьи кошачьи глаза блестели игривостью и озорством. Вторая же была посветлее, но её кожа тоже была загорелой, словно молочный шоколад. Смахивала на индуску или персиянку по национальности, но пламенно-рыжие длинные волосы и тигриные глаза придавали ей некоторую экстравагантность и опасность, ну и конечно, тигриные уши на голове и хвост. Вдобавок, обе стриптизерши были голыми, отчего Адам мог без проблем попялиться и оценить их сисяндры. Про себя брюнет подметил твердую троечку с половиной. Из одежды на них были стринги: на Бастет чёрные, а на Тигрис полосатые.       — Девочки, сможете развлечь этого красавца? Ему не особо хорошо.       — Не особо хорошо? — промурлыкала Бастет, при этом поворачивая к себе голову Адама и смотря пристально ему в глаза своими. — Не волнуйся, самец, мы тебе поможем, правда, подруга?..       — А судя по размеру его члена, будет хорошо и нам… — ладонь Тигрис сумела нащупать член сквозь кожаную ткань костюма. Тот стал набухать, отзываясь на прикосновения. — Ого, нехилый размерчик!       — Такому горячему сексуальному мужчине незачем горевать и пить… С нами ты позабудешь про все невзгоды и неприятности… — Бастет выдохнула пламенно эти слова в губы Адаму. Тот расплылся в пьяной улыбке, довольный лестью и похвалой, а после горделиво рассмеялся.       — Ну что ж, киски, вам повезло, ведь вы будете ублажать самого «Владыку Хуев»! Ну что, показывайте, где тут у вас самая роскошная ВИП-комната!       Поблагодарив кивком головы официанта за помощь, мужчина поднялся и сгреб в охапку двух красивых девушек, после чего, пошатываясь, направился с ними в ВИП-комнату. Попутно он сжимал их сиськи и шлепал по их сочным упругим задницам.       Парень-официант же, слушая долетающие до него пьяные возгласы и пошлые грязные комментарии Адама по поводу сисек стриптизерш, стал вносить данные в свой персональный интерактивный компьютер. Нынешние технологии позволяли получить информацию о клиенте через его фотографическую съемку, а потому можно было не беспокоиться о том, что клиент напьется и не оплатит счет: благодаря полученной информации официанты могли проверять, есть ли у клиентов родственники, и записывать счет на них, посылая им уведомления.       Найдя и пробежав глазами по ограниченным персональным данным Адама, парень успел заметить, в какую ВИП-комнату мужчина зашел вместе со стриптизершами, он уже успел внести стоимость выпитого виски в счет. Он пока не спешил его отправлять, ему надо было проследить за мужчиной и узнать, чем он воспользуется в этой комнате. А там было небольшое джакузи, холодильник с алкоголем, секс-игрушки, различные лубриканты… Кое-что из этого было бесплатным.       Но одно уже было ясно: имя адресата, кто будет платить за Адама.              На интерактивной панели высветилось изображение Евы Санжаровски…