Танцуй

***

      Пасмурный средь мая. Пепельные облака окутали небо. Часто в пасмурную погоду портится настроение, появляется лёгкая грусть. Но с другой стороны, пасмурный день наполнен и особой прелестью, спокойствием и гармонией. Солнце не режет глаза, не блестит поверхность воды. Всё сдержанное и неяркое. Деревья, цветы, дома — всё имеет приглушённый цвет, краски будто меркнут. В такую погоду ничто не отбрасывает тени, поэтому и кажется однообразным. Многоэтажки, стоящие друг напротив друга, стали мрачнее, чем были неделю назад. Погода будто сама за себя говорила, что сегодня произойдёт что-то плохое.       Если нет ветра и дождя, то гулять в пасмурную погоду очень приятно. Вот и Союз неспеша прогуливался по улицам города, покуривая сигарету. Дома сменялись один другим, но, казалось, будто ничего особо не меняется. Всё такое однотипное, будто ты проходишь одно и то же место по нескольку раз. Заходя в один из дворов, Союз решил ненадолго присесть. Найдя ближайшую скамейку, коммунист сел на неё. Погрузившись в свои мысли, он стал обдумывать одну вещь. Китай сделал предложение Союзу. Вот так, ни с того, ни с сего. Это нельзя было назвать политическим браком, хотя для КНР это было бы выгодно: он укрепил бы свою позицию социалистической страны на политической арене, если бы женился на ком-то из коммунистов, но почему именно Союз? Он уже давно не был действующей страной. Но самое страшное было то, что, как Китай делает предложение Союзу, видел Рейх. Они встречались на тот момент, и каков же был ужас Советов, когда он увидел, что немец смотрит прямо на него и Китая. Чёрт бы побрал всё это. Союз не ответил Китаю тогда, но и с Рейхом он не смог поговорить — тот убежал и не выходил на связь, даже дома не бывал. На работе Рейх тоже стал избегать Союза. Коммунист был в своих мыслях до тех пор, пока на его телефон не пришло сообщение. Коммунист цокнул и достал телефон. «Кого это принесло?» — подумал он, пока не увидел, от кого это сообщение.       Рейх.       Он решил выйти на связь? Почему? Может, решил прояснить, что это вообще было? Сердце сжалось. Союз достал из пачки сигарету и подкурил. Было страшно открывать это сообщение, но коммунист решился.       «А я тебя вижу. Посмотри наверх.»       Союз стал оглядываться. На одной и многоэтажек Советы заметил человеческую фигуру, сидящую на краю крыши и машущую ему рукой. Союз встал со скамейки и взлетел. Он быстро достиг крыши и встал на неё. Рейх выглядел совершенно обычно, только что-то явно было не так — Союз чувствовал это нутром.       — Ну привет, Сою, — Рейх встал с края.       — Привет, Рейх… ты что-то хотел? — с опаской спросил Советы, делая затяжку.       — Что это было? Почему этот узкоглазый решил сделать на всеобщем обозрении тебе предложение, зная, что ты со мной? — прямо, чётко, в лоб спросил Рейх, скрещивая руки на груди.       Его серые крылья были такими же мрачными, как и сегодняшнее небо. Глаза были немного покрасневшими: наверно, недавно плакал — Союз не мог сказать наверняка; губы искусаны. Зато его опрятный внешний вид: идеально выглаженные рубашка, пиджак, брюки, чёрные перчатки на руках… зачем он так оделся на крышу?       — Рейх, я… могу всё объяснить.       — Ты спал с ним, да? И он подумал, что раз ты это сделал, то он может вот так внаглую отобрать тебя у меня? — Третий ответил с агрессией, даже немного прикрикнув в конце.       — Что ты такое говоришь?! У меня даже в мыслях не было спать с ним! — стал оправдываться Союз. У него действительно и в мыслях подобного не мелькало, но Рейх не поверил ему.       — Да что ты такое говоришь? Тогда почему он мне заявлял, будто ты согласился на его предложение стать его мужем? М? Как ты мне это объяснишь?       В голове Союза пронеслась только одна фраза: «найду — убью». Как только этот китаец посмел сказать такое? А главное — зачем ему это?       — Рейх, он врёт. Я не спал с ним, не соглашался на его предложение, вообще старался не пересекаться с ним. Почему ты мне не веришь? — Союз хотел подойти к Рейху и обнять его, но тот шагнул назад.       — Не смей трогать меня. Предатель…       — Я предатель?! Да ты меня даже слушать не хочешь!       — Не хочу. Потому что смысл? Ты всё равно будешь оправдываться, говорить, что не спал с ним… объясни мне: откуда у него эти фотографии? — Рейх открыл галерею и показал несколько снимков.       Союз вгляделся. На них был он и Китай, голые, Китай прогибался под Союзом. Этого не может быть. Даже если Союз в тот день напился — он всегда отдавал отчёт своим действиям, он помнил всё, что было, пока он пьян. Переспать с кем-то Союз не мог себе позволить, даже с Рейхом. А тут — Китай.       — Рейх, это открытый фотошоп, неужели ты не понимаешь? Он хочет рассорить нас, чтобы я был вынужден согласиться на его предложение!       — Да? Ты так в этом убеждён? Я вот в этом сомневаюсь. В общем, я тут пришёл не отношения с тобой выяснять, — Рейх убрал телефон и вновь скрестил руки на груди. Его голос дрожал, будто немец сейчас заплачет. — я собираюсь уходить. Навсегда.       — Ты уезжаешь?.. — Союз хотел сквозь землю провалиться. Вот почему именно в этот момент?!       — Можно и так сказать, — немец отвёл взгляд и посмотрел в сторону. Советы заметил слезу на щеке Рейха. — не зови меня на свою свадьбу. Ты же знаешь… — Третий не смотрел в сторону Союза. Облака стали мрачнее, казалось, что скоро пойдёт дождь. — сука, да, я не подарок! Но и ты тоже, Союз! Ты тоже далеко не подарок. И знаешь что? Мы выросли так рано… я так и не научился летать. И перед тем, как я покину город, я прошу, любимый…       — Рейх…       — Чёрт, дай мне сказать! — огрызнулся Рейх на Союза. Тот отпрянул. Третий отчаянно улыбнулся, начав шагать назад. — Ты же так хотел, чтобы мы были вместе, стали одним целым… — Союз пошёл за Рейхом. Он чувствовал, что Рейх задумал что-то плохое. Иначе почему бы он упомянул, что он так и не научился летать? — и ты вот так меня предал. Ты же так хотел, чтобы я признал то, что теряю тебя. Что ж, пора тебя утешить! Я забил на всех, позабыл друзей, и который день я не вижу тень! — Рейх остановился у края. — я подарю тебе то, что ты хотел. Для танца на моей могиле…       — Что ты такое говоришь, Рейх?..       — Лови! — Рейх достал что-то мелкое из кармана и кинул Союзу. Тот поймал. Это была маленькая USB-флешка. — эту песню я подарю тебе для танца на моей могиле! — Третий улыбнулся и спрыгнул.       Секунду Союз стоял, не понимая, что произошло. А потом он бросился вниз за Рейхом. Падая с высоты, он расправил свои крылья, стараясь придать своему телу скорости, дабы не дать немцу расшибиться в лепёшку. А Рейх летел вниз с блаженным видом, понимая, что Союз не успеет за ним. И пусть…       — Рейх! — это было последнее, что Рейх услышит в своей жизни…

***

      Советы стоял у надгробия Рейха. Он не мог проронить ни звука — он просто стоял и молча смотрел на это надгробие. Рядом стояли ЯИ и Китай. Японская Империя читала молитвы на своём языке, а Китай стоял и презренно смотрел на табличку с фотографией немца. Союз заметил это краем глаза и, не выдержав, ударил китайца по лицу кулаком. КНР чуть ли не упал на землю.       — Это из-за тебя… это из-за тебя он сбросился! Сволочь, ненавижу тебя! — ЯИ сразу стала держать коммуниста, дабы он не убил китайца голыми руками. — это всё из-за тебя! Ненавижу! Зачем ты это сделал?! Он погиб из-за тебя! Будь ты проклят, Китай, слышишь?! Гори в аду! — Советы упал на колени, японка отпустила его. Коммунист зарыдал. Он продолжал проклинать китайца, а тот смотрел на него и будто не понимал, в чём его обвиняют. «Ну сбросился и сбросился, чего суету-то наводить по этому поводу?» — подумал Китай. — будь ты проклят, Китай… ненавижу тебя…       — Китай, тебе лучше уйти, — сказала ЯИ, исподлобья посмотрев на Китая. Тот опешил: почему его прогоняют-то? Но послушался. Ушёл.

***

      Союз вставил флешку в свой ноутбук. На ней был один единственный файл, и это было видео. Коммунист сглотнул и открыл это видео.       На нём был Рейх. Он сидел в помятой футболке, с заплаканными глазами, растрёпанными волосами, с сигаретой в руке. Таким отчаянным Советы не видел Рейха даже после войны. Да и не курил немец, сколько себя помнил коммунист.       — Союз… я не знаю, как мне дальше жить. Если ты согласишься на предложение Китая — я просто не знаю, зачем мне жить дальше… ты — мой мир, моя вселенная, моя любовь… почему?.. Почему он решил отобрать тебя у меня?.. — Союз не выдержал и поставил на паузу.       Он проклинал тот день, когда КНР подошёл к нему с этой коробочкой в кармане, встал на одно колено… проклинал себя за то, что не успел спасти Рейха. Не нужно было стоять. Может быть, эта секунда могла быть решающей… Союз достал сигарету и закурил, снимая видео с паузы.       … — Я просто не знаю… может, тебе что-то не нравилось во мне? Я чем-то не угодил тебе? Был плох? Если да, только скажи мне в чём — я мигом исправлюсь!.. — и тут произошло переключение на другой кадр. — Союз… я уже всё решил. Если ты смотришь это видео — значит, ты не успел спасти меня… и пусть. Я действительно во многом был плох. Я далеко не подарок, я знаю. Хах… знаешь, что самое забавное? Я желаю тебе счастья с Китаем. Я правда не стану мешаться, мне это незачем! Я просто уйду, больше не побеспокоив тебя. Я тебя люблю, Сою… прощай, — видео закончилось.       На глазах снова выступили слёзы. Зачем?.. Зачем Рейх оставил такое посмертное послание, зная, что Союз ни за что не ответит взаимностью на предложение Китая? Может, поверил, что он переспал с ним, а китаец это воспринял так, будто Союз теперь принадлежит ему? Да чёрт его знает теперь. Не хочется теперь с ним связываться от слова совсем. Урод…

***

      Кошмар. Очередной кошмар после смерти Рейха. Только этот был другим, совершенно…       Союз оказался в тёмном помещении, абсолютно не понимая, где он находится. Он слышал чьё-то дыхание. Сколько бы Союз не оборачивался, он не понимал, откуда это дыхание идёт. Будто оно из каждого угла этого помещения, чтоб его… а затем он услышал голос:       — Сою? — голос Рейха.       — Рей?.. Рей! Где ты?! — Советы вновь стал озираться по сторонам, пытаясь найти Рейха.       — Союз… милый, ты здесь?..       — Да, да! Я здесь! Господи, Рейх! Где ты?!       — Посмотри назад, Сою… — Советы обернулся и тут же отпрянул: Рейх с кровью на лице, сломанной рукой и торчащей из неё костью, окровавленными крыльями шёл к Союзу. — ты не рад видеть меня?..       — Рейх… прости меня, ради Бога, прости! Я должен был спасти тебя!.. Я должен был это сделать, я… — Рейх перебил Союза.       — Нет, нет, ты ничего не должен был делать, Сою. Я знал, на что иду… не волнуйся, дорогой, у меня всегда порядок. Благо, сейчас я спокоен, тихонько наблюдаю за тобой… ты так скучаешь по мне?       Союз кивнул. Он сквозь сон чувствовал, как наворачиваются слёзы, как они текут по носу.       — Я знал это. Я знал, что ты будешь скучать по мне… прости, что по-человечески не попрощался, Сою. Мне стыдно теперь за это… не злись на КНР. Я и сам сначала был готов убить его, а потом… понял, что я действительно был плохим парт…       — Не говори ерунды! — воскликнул Союз и подошёл к Рейху, обнимая его. — ты был лучшим, сейчас ты самый лучший, и будешь наилучшим, слышишь?! Не говори ерунды, Рей… я люблю тебя. Я не верю в то, что ты мёртв… нет, я не верю.       — Союз… передай Германии, что мне пора к отцу, — немец ловко освободился из объятий коммуниста и отшёл. — прощай. Хоть здесь я научился летать… смотри! — Рейх распахнул свои серые крылья и взлетел, скрываясь из виду.       Советы хотел взлететь за ним, дабы удержать, но почувствовал, что его ноги что-то держит. Он посмотрел вниз и увидел, что начинает тонуть в густой чёрной массе, не дающей сделать ни одного движения. Союз пытался докричаться до немца, но безуспешно — тот не вернулся. Союз утонул в этой массе…

***

      Проснувшись в холодном поту со слезами на глазах, Союз сначала минуту приходил в себя, а потом схватился за голову, истошно закричав имя немца. Он не хотел верить, что сейчас он видел Рейха в последний раз. Даже было не столь важно: мёртв он был или жив — коммунист хотел лишь обнять Рейха, поцеловать его, просто быть рядом. Нет, это одиночество невыносимо…