«Решение сердца»
3 мая 2025 г., 16:13
Поместье Малфоев было безмолвным.
Небо за окнами тяжелело от свинцовых туч, и только редкие вспышки молний освещали тёмные коридоры.
В центре этой гнетущей тишины, в гостиной у камина, сидел Драко Малфой, крепко прижимая к себе свою дочь.
Маленькая Лия Малфой тихонько всхлипывала, уткнувшись личиком в его плечо.
Её тонкие платиновые волосы щекотали Драко щеку, а крошечные ручки вцепились в ворот его рубашки.
Он поглаживал её по спинке, пытаясь укачать, но усталость брала своё.
За последние недели он почти не спал.
Каждый раз, когда Лия плакала, когда ей снились кошмары или когда она тянулась за матерью, которой не было рядом — всё ложилось только на его плечи.
Драко закрыл глаза и прошептал:
— Я с тобой, крошка. Всегда с тобой.
Но он знал: одной его любви недостаточно.
Лии нужна была забота, внимание, обучение, ласка… Всё то, в чём он сам ещё только учился.
Няня.
Мысль назойливо вернулась.
Он вздохнул, осторожно переложил дочку на плед у камина, укрыв тёплым одеялом, и подошёл к письменному столу.
Сев, он долго смотрел на пергамент.
Ему не хотелось доверять Лию кому попало.
Кого выбрать? Кто может быть достаточно терпеливым и добрым?
Образы мелькали перед глазами: богатые ведьмы, избалованные девицы… Нет, ни одна не подходила.
И вдруг — перед внутренним взором всплыли карие глаза Гермионы Грейнджер.
Грейнджер? — мысленно переспросил он себя.
Тая, “грязнокровка”, как он когда-то говорил.
Но за годы многое изменилось.
Драко помнил, как она всегда заботилась о других. Помнил её настойчивость, её сердце.
А ещё слышал, что после расставания с Уизли она жила одна.
Он взял перо и, не давая себе времени на сомнения, начал писать.
***
Письмо: Гермиона, Я понимаю, что моё обращение может показаться тебе странным. Но мне нужна помощь. Моей дочери нужна помощь. Лия — ещё совсем малышка, и я не справляюсь один. Я ищу человека, которому смог бы доверить самое ценное. Вспоминая Хогвартс, вспоминая тебя — я подумал, что ты могла бы стать для неё тем, кто подарит тепло, которого ей не хватает. Если ты готова хотя бы выслушать меня — приезжай. Драко Малфой Он запечатал письмо, прикрепил к сове, и отправил, не давая себе передумать.***
Прошло всего несколько часов, когда раздался стук в дверь. Лия ещё спала на пледе. Драко взял её на руки и пошёл открывать. На пороге стояла Гермиона. Она промокла под лёгким дождём, и её вьющиеся волосы прилипли к щекам. На ней было простое пальто и вязаный шарф. Драко открыл дверь шире. — Заходи, — хрипло сказал он. Гермиона переступила порог, с лёгкой настороженностью глядя на него… а потом её взгляд упал на ребёнка. — Она прекрасна, — тихо произнесла Гермиона, не сводя глаз с Лии. Лия посмотрела на незнакомку с интересом и тут же потянулась к её волосам, захватив крошечными пальчиками прядь. Гермиона рассмеялась. — Похоже, я уже завоевала её симпатию.***
Они устроились в гостиной. Драко аккуратно уложил Лию в манеж и налил Гермионе чашку чая. На мгновение воцарилась тишина. — Спасибо, что пришла, — первым заговорил Драко. — Это письмо… — начала Гермиона. — Оно было… неожиданным. Но я не могла его проигнорировать. Она смотрела на него внимательно, изучающе. — Мне правда нужна помощь, — признал Драко, опуская взгляд. — Лия заслуживает большего, чем я могу дать ей один. Гермиона кивнула. — Хорошо. Расскажи мне, что именно ты хочешь от няни? Драко задумался. — Уход за ней полный день. Игры, прогулки. Чтение. Развитие. Всё, что положено в её возрасте. И… — он замялся, — много любви. Лия должна чувствовать себя в безопасности. Гермиона мягко улыбнулась. — Я это понимаю. — Оплата, — продолжил Драко. — Скажем… триста галлеонов в неделю? Гермиона вздрогнула. — Это слишком много, Драко. Он вскинул бровь. — Это плата за то, что я буду знать: моя дочь в надёжных руках. Они обменялись взглядами. В этом взгляде было много слов, которые они не произнесли. — Я согласна, — тихо сказала Гермиона. — Но есть условия. Драко насторожился. — Какие? — Я хочу, чтобы Лия знала: она любима. Я не хочу быть просто наёмной няней. Я хочу быть частью её мира. Драко медленно кивнул. — Ты уже стала. Он поймал себя на мысли, что рядом с Гермионой в комнате стало теплее.
