Ты станешь моим спасением?

Через минут двадцать в мой домофон позвонили. Она быстро. Бежала, что ли? Я открыл для неё двери и стал ждать. И действительно, я не ошибся — волосы потрёпанные, дыхание тяжёлое. – Зачем бежала, глупая? – я забрал пакеты с алкоголем и уже мысленно представил, сколько она на это потратила. – Зная тебя, ты тут мог умереть, я пришла спасать, – она стояла в коридоре, пытаясь отдышаться. – Я уже этим не страдаю, – мой голос был тихим и отстранённым, говорить о таком было глупо, ведь мы оба знали, что это ложь. – Ладно, допустим, я тебе верю. Тогда расскажи, что случилось. Я взял бокалы для шампанского и повёл девушку в гостиную, открыл разные бутылки, и мы начали намешивать коктейли, не особо заморачиваясь. Я начал рассказывать обо всём, что со мной случилось: о Рацио, о порезах и про его касание ко мне, и то, что мы почти соседи. Топаз сидела в шоке, стараясь обработать мои слова. Я не стал её торопить, и через минуты две она наконец пришла в себя. – Я… поражена… он выглядит так… я даже не знаю, как сказать… очень высокомерным? – я улыбнулся. – Мягко сказано. Но, видимо, он не настолько плохой человек, – я откинулся на диван, смотря в потолок. – Кстати, по поводу него. Я была с Яшмой — она с ним знакома, оказывается. Не лично, а просто они друг друга в лицо знают, – я опешил, мой взгляд переместился на Лену. – Ты не шутишь? – она лишь молча покачала головой. Решив не развивать эту тему ещё больше, мы включили телевизор на фон и начали разговаривать обо всём на свете, продолжая пить. У Топаз была способность находить темы для любого разговора, а также она никогда не винила меня, если мне не было что сказать. Так и наступила ночь. – Переночуешь? Уже поздно, – сказал я, взглянув на время в телефоне — 02:09. – Нет, прости, я к Еве побегу. У нас завтра годовщина, так что в университете меня не жди, – я кивнул, не удивившись. – Сколько с меня? – она отвлеклась от сумки, не понимая моего вопроса. – Сколько с меня за алкоголь и психологическую помощь? – девушка захохотала. – Ох, смешной ты. Нисколько не надо. Просто будь в порядке, ладно? – она вскочила с дивана, улыбаясь мне. Я проводил её до двери, и когда приехало такси — видимо, которое заказала Яшма — Топаз ушла. Быстро взяв телефон, я перекинул ей на карту 10 000 кредитов. Думаю, этого было более чем достаточно. Лена пила много, но не выглядела пьяной. А вот я пьянею быстро, но доверия даже к ней у меня не было. Я знал, что она мне ничего не сделает. Мы были знакомы пять лет, и предполагать, что девушка, слабее меня физически, та, которая любит других девушек, попытается причинить мне вред — было ужасно глупо. Но всё же какой-то таракан не позволял мне быть без сознания перед ней.

***

Я проснулся от будильника и тогда понял, что уснул на диване, даже не попробовав убрать горы бутылок. Взяв телефон, я увидел сообщение от Топаз, где она ругала меня за то, что я ей скинул деньги. Молча проигнорировав это, я оделся, умылся и вышел из дома. Сегодня даже за час до начала занятий. Строгий преподаватель математики должен меня похвалить за этот подвиг. Мысль заставила улыбнуться — это было глупо и смешно одновременно. Хоть солнце и светило, но оно было обманчивым — так же, как и всё в этом мире. Было холодно, хотелось исчезнуть. Эти мысли никогда не покидали меня, когда я был один. – Может, просто… – ко мне подъехала машина. Мазда? Я не был в этом силён. Стекло опустилось, и моё дыхание замерло. – Авантюрин, доброе утро, – его голос был спокойным, как и вчера. Он не забыл. Зовёт меня Авантюрином. – Доброе утро. Почему вы на машине? – я скрестил руки на груди, не желая показывать ему ещё больше своих слабостей. – Ничего важного. Но надо. Подвезти? – кажется, он был серьёзен. – Там уже университет, зачем? – я указал вперёд, где во всю виднелось здание. Веритас покачал головой, словно я говорю ерунду, и уехал вперёд. Я побежал за машиной. – Тут же университет, Авантюрин, а вы выглядите так, словно бегали, – он издевался надо мной. Я выдохнул и посмотрел на него. Лёгкая улыбка играла на его губах — он выглядел довольным собой. – У нас же с вами 4 и 5 пара сегодня… я не смогу присутствовать. Сможете не отмечать меня? – его улыбка померкла. Ожидаемо. – Могу узнать причину вашей наглой просьбы? – мужчина начал идти в сторону здания, я пошёл за ним. – Я работаю, – не хотелось вдаваться в подробности. Надеюсь, он поймёт. – Работаете? Работа — это похвально, но всё ещё не повод пропускать занятия. Поведаете мне, кем вы работаете, Авантюрин? - Чёрт, чёрт… и что мне ему сказать? Ладно, врать бессмысленно. – Крупье, – лицо Рацио стало ещё грубее. – Вы не похожи на человека, который настолько глуп, чтобы работать крупье, – я удивился его пассивной агрессии. Осуждать за работу — глупо. – Какая разница? Это приносит мне деньги на жизнь, – я шёл за ним хвостиком, надеясь, что это не выглядело странно, хотя уверен, что так оно и было. – Деньги, которые вы благополучно тратите на алкоголь. Я буду отмечать на паре. Если вас не будет — значит, поставлю «нб». – Но Рацио… – я обошёл его и встал перед его лицом, заставляя мужчину остановиться. Он ещё и выше меня, смотрит на меня как на мусор, а я тут стою перед ним, унижаюсь. – Авантюрин, мне кажется, я ясно выразился. Работа крупье — не повод пропускать пары. Но за честность могу похвалить. - Да зачем мне его похвала? Хотя, если вспомнить мои мысли… – Да, похвалите меня, многоуважаемый Веритас. - Его глаза расширились. – Какава… – он кашлянул. – Фарах, вы переходите границы. Я не позволял вам называть меня по имени. А теперь прошу — идите на вашу первую пару. Он обошёл меня, поднимаясь по лестнице. Когда я исчез из его поля зрения, я выдохнул. Почему не назвал по имени? Из-за моих слов вчера? Он ведь был зол… это был бы отличный способ унизить меня. Так почему? После 3 пары, я поднялся на 4 этаж желая попробовать ещё раз отпроситься. Остановившись возле его кабинета, моя рука застыла над ручкой. Постояв секунд десять, всё так решил уйти, нечего мне уговаривать его.                                                               *** Работа крупье мне давалась хорошо по… некоторым причинам. Сегодня я обслуживал стол с какими-то крупными, статными мужчинами, одного из которых я знал слишком хорошо, к своему сожалению. – Какавача, мой милый мальчик. Из князей в грязи — работаешь тут за копейки, а мог бы просто оставаться со мной, – я продолжал ему улыбаться и перемешивать карты, знал, что, если открою рот — голос будет дрожать. – Прошу, сделайте ставку, – двое мужчин назвали свою ставку, и я раздал карты. Пока они играли, страх не покидал меня, но я должен был наблюдать за ними. Так проходил час за часом, а они всё продолжали играть, как вдруг: – Милый крупье, а вы не хотите сыграть с нами? Мы хорошо заплатим, – сказал какой-то мужчина, сидевший по правую сторону от моего «знакомого». – Ну что вы… я ведь на работе, не принято, – «знакомый» шлёпнул меня по попе. – Разве я тебя не учил, что отказывать плохо? Сейчас мы решим твой вопрос. Когда пришёл менеджер, мне стало ещё страшнее. Если эти люди предложат деньги, она ведь поведётся и глазом не моргнёт. – Мы хотим сыграть на вашего крупье. Кто-то из нас «украдёт» его на час, а потом он продолжит работу. Вы можете дать разрешение, юная леди? - Её лицо померкло. Она всё знала всё от и до. – Конечно же нет. Он наш работник и сейчас работает. Ваше предложение неэтичное. «Знакомый» был ужасно недоволен, а меня вроде отпустило слегка. Пока шли разборки, я отпросился на перекур. Я не курил, но было плохо. Я понимал, что у Топаз и Яшмы годовщина, но я не мог остаться один. Открыв Телеграм, я увидел сообщение от незнакомца — час назад. «Авантюрин, я недоволен тем, что вы решили прогулять.» Это что… Веритас? Почему он всегда появляется, когда мне плохо? Мой палец дрожал, но всё же я ему позвонил. Трубку взяли сразу. – Добрый вечер. Неужели вас совесть замучила? – я притулился к стене и тихо рассмеялся. – Авантюрин, что смешного? Я стараюсь вызвать у вас чувство вины, а не смех. - Кажется, именно нравоучений мне не хватало. – Я сожалею. Лучше бы пошёл на пару, – мой голос предательски дрожал, а в глазах было мутно. – Что случилось? Вы в порядке? - А от его голоса сквозило волнением. Скатившись по стене, я закрыл рот. – Какие-то богатые мужчины хотят подкупить моего менеджера, чтобы сыграть в покер, где приз — час моего времени. Час… если вы понимаете, о чём я. - В телефоне Рацио я услышал резкий шорох. – Скиньте геолокацию. - Я улыбнулся. – Не играйте в героя, профессор. - Я слышал в телефоне, как он собирается. Казино в нашем городе всего два. Шанс — 50 на 50. – Вы позвонили мне явно не для того, чтобы похвастаться этой новостью. Мне стоит повторить свой вопрос? Я назвал адрес, и затем Веритас сбросил трубку. Я вернулся в зал, где менеджер стояла с чемоданом в руках. Неудивительно. – Прости, Какавача, – я покачал головой и позволил ей уйти. – Ну что, малыш… тасуй карты. Обычный покер. Я закрыл глаза и начал своё дело. Где призом не были деньги. Призом был «я». Игра продолжалась своим чередом. Никто не торопился. Они наслаждались моим страхом. Как вдруг я увидел знакомое лицо. Он правда приехал? Какой же глупый… Найдя меня глазами, его лицо было нечитаемым. Подойдя ближе, он вежливо улыбнулся. – У вас тут интересно, господа. Вы позволите мне присоединиться? - Один из мужчин игриво улыбнулся. – Конечно. У нас ведь такой особенный приз. - Господи, какой же он дурак… он вообще в покер когда-то играл? Рацио сел напротив меня за стол, поправляя свои волосы. Он был красивым. Но ужасно, ужасно глупым. – Особенный приз? Жду не дождусь узнать. Когда ему всё объяснили, он кивнул, и игра началась заново. Я хотел играть в пользу Рацио, но знал, что другие поймут, так что пришлось раздавать карты честно. Не хотелось знать исход… поэтому я просто смирился. Я уж точно не в первый раз в такой ситуации. Время шло. – Стрит-флэш, – довольно выкинул карты «знакомый», уже понимая, что он выиграл… и, в общем-то, я тоже был в этом уверен. Я взглянул на мужчину, напротив. Ну же, Веритас… – Роял-флэш, – с безразличием скинул карты он. На моих глазах нарисовался шок. Мне столько раз везло в жизни, но сейчас я в это не верил. Мужчины вокруг выглядели злыми, но карточный долг для них был всем. Я знал это слишком хорошо. – Спасибо за игру. А ваш милый крупье идёт со мной, – встав из-за стола, он подошёл ко мне, взял за руку и начал уводить меня из здания казино. Я шёл за ним, не в силах сдержать слёз. Я был тем, кто выглядел глупо, а не Рацио. Рацио был крут…, и он спас меня. Выйдя на улицу, он прижал меня к груди — просто, без слов. Он знал, что я плачу. Знал — и всё же не ушёл. Его ладонь неловко запуталась в моих светлых волосах. Он не знал, как меня утешить. Но его действий мне было достаточно. Я плакал ему в плечо, чувствуя себя в безопасности. Вокруг бушевали волны, но сейчас… всё это было неважно.