Ты станешь моим спасением?

До Нового года оставалось полторы недели, и мы с Топаз выбрались в торговый центр, чтобы купить всем подарки. Недолго думая, мы зашли в большой ювелирный магазин — это был вариант, с которым точно не промахнёшься. Да, дорого, но эмоции близких были дороже. Еве мы выбрали набор из серёжек и кулона с нефритом, для Лены — такой же, только с топазом. Получалось очень символично. Родителям и сестре Лены мы тоже подобрали украшения, и вот мы уже собирались расплатиться, как вдруг мои глаза заметили на витрине золотую заколку — она сразу притянула взгляд. Сделанная в виде веточки с листьями, аккуратная и изящная. Листья — вытянутые, чуть изогнутые, словно настоящие, блестели тёплым золотом. Казалась лёгкой, но надёжной — такой, что идеально смотрелась бы в волосах. Не просто украшение, а вещь с характером. В ней было что-то особенное, как будто из сказки или старинной легенды. Она была в цвет оправы очков... — Авантюрин, ты чего завис? Увидел что-то? — я моргнул и посмотрел на Топаз, которая вежливо извинилась перед продавцом и подошла ко мне. — Чего тут у тебя? — я осторожно указал на ту самую заколку. — Я хочу её купить, — тихо проговорил я, уже мысленно представляя её в чужих синих волосах. — Ты видел цену? - Я помотал головой на слова девушки. Это было именно то, что я хотел, и цена уже не имела значения.

***

Открыв дверь парадной, я сморщился от холода, застёгивая куртку, и стал ждать. Вскоре, когда уже знакомая машина подъехала, из чёрной красотки вышел Рацио — в своём стандартном чёрном пальто и жёлтым шарфом на шее, что довольно выделялось из общего образа. Моя ладонь нервно сжала коробочку с подарком, и я улыбнулся мужчине, который подошёл ко мне. — Ещё раз с Новым годом. Рад встрече. — Меня трясло от холода. Купить зимнюю куртку было не судьба. — А ты, Авантюрин, всё такой же глупый. — Мужчина стянул с себя вязаный шарф и накинул его на меня, укутывая. Я опустил взгляд и почему-то почувствовал себя школьницей в любви. Но это не так… — Какавача, скажи, а ты любил когда-то? — С полным вниманием смотрела на меня Лиза. — Нет, никогда, — ответил я ей с таким же серьёзным настроем. Я открыл ладонь, показывая Рацио фирменную коробочку. На секунду его глаза расширились, но затем снова, как обычно, все эмоции исчезли. Рука в перчатке забрала коробочку из моей руки. Я укутался в шарф сильнее, вдыхая какой-то запах тупых мужских духов, который сейчас казался не настолько глупым. — Заколка? — Веритас взглянул на меня. Я кивнул. — Твои очки, мне показалось, что цвета схожи. — Мужчина достал из сумки футляр с очками и сравнил цвета. Заколка оказалась чуть темнее. — У вас плохая внимательность. — Очки и коробочка с заколкой упали в сумку. — В любом случае, спасибо. — Его лицо ничего не выражало, а я уже начал жалеть о своём желании увидеть его и о потраченных деньгах, ведь заколка стоила действительно дорого. — Ты же не приехал только ради подарка, да? — тихо проговорил я. — Других мотивов у меня действительно не было. Могу предложить прогулку? Я посмотрел на него как на придурка. На улице -10, я в осенней куртке, а этот петух предлагает гулять. Рацио слегка рассмеялся, увидев моё выражение. — Понял, понял. Прошу прощения. Тогда действительно, до свидания, Авантюрин. — Его голос был игривым, он знал, что меня злит. — Петух, — вырвалось из рта с тяжёлым вздохом. — Как грубо, Павлин. Мне стоит научить вас манерам? — Его ирония раздражала. И какой я ему павлин? Так бы и врезал… Моя рука замахнулась, но воспоминания всплыли комом в горле. Моя рука замахнулась, и я дал ему пощёчину, не жалея. Его голова от напряжения повернулась вбок, а очки упали на пол. Я злился, это было очевидно. Но я не понимал, почему. Убрав руку, я увёл взгляд. Рацио замотал головой. — Мог уже и ударить. — Он скрестил руки на груди, ожидая ответа. — Мне стыдно перед тобой. — Я поднял взгляд на мужчину. Тот ждал объяснений. — Ты помог мне, а я только и делаю, что убегаю или бью тебя. — Веритас собирался что-то сказать, но я продолжил. — Я знаю, ты сказал, что не злишься, но… — замолчал. И что "но"?! Я думал, пытался думать, но слова не лезли в голову, как бы я ни старался придумать. Рацио молча подошёл и обнял меня. Крепко. Мой нос коснулся его шеи — там, где ещё десять минут назад был шарф. Я попробовал вырваться, но всё было без толку. Ладонь Рацио легла на мой затылок, прижимая, поглаживая. Уютно. Ложно. Веры не было, он такой же, как и все. Втирается в доверие, а потом изнасилует и уйдёт. Такое уже было. — Отпусти! — Мой голос стал чуть громче, пока Веритас держал меня. — Авантюрин! — крикнул он, заставляя меня вздрогнуть, но перестать вырываться. Тепло, надежда, ложь. Точно ложь? Да. Нет. Я больше ничего не говорил, да и он молчал. Но не отпускал, отдавая такое желаемое тепло. Мои руки поднялись, и я обнял мужчину в ответ. Пальцы были красными, и я точно пожалею об этом. Но ничего, бывает. — Не злишься больше? — прошептал Рацио мне на ухо. — Злюсь. — Мой ответ был коротким, но, думаю, предельно ясным. Почувствовав ещё какое-то время поглаживания, он меня отпустил и, пока поправлял мои волосы на лбу: — Иди домой, грейся. Увидимся, Авантюрин. — Он кивнул и ушёл к машине, уезжая. Думать не хотелось от слова совсем. Я вернулся домой, в круг семьи. Спасибо, что хоть взял ключи с собой. Не торопясь разувался, настроение было паршивым — вроде ничего плохого не случилось, но и хорошего тоже мало. Встретила меня тётя Света. — Сынок, ты уже вернулся? — Она мне приветливо улыбнулась, и я ей улыбнулся в ответ вместе с кивком. — Лизочка тебя очень ждала. Да и мы все. Идём подарки открывать. Мы зашли в гостиную, и каждый разбирался с подарками. Я также начал открывать свои, уйдя в свой собственный мирок, не слушая, что говорят кругом. От Топаз и Яшмы была коробочка. Открыв её, я увидел цилиндрическую шляпу чёрного цвета с синей лентой, а рядом в таком же стиле лежала одна серёжка с перьями и авантюрином в середине. Как мило. Я посмотрел на девочек и с улыбкой кивнул им. Они кивнули мне в ответ. Дальше открыл коробочку от родителей Лены — кроссовки, фирменные. Позже надо будет сказать спасибо. И небольшой мешочек от Лизы с вязаным шарфом… Кстати о шарфе — я забыл отдать Веритасу его жёлтый… Надо будет в университете это сделать. А также рядом с вязаным бирюзовым шарфом лежала записочка. «С Новым годом, Авантюрин, или Какавача, как тебе больше нравится? Я понимаю, что лезу не в своё дело, но я хочу тебе сказать, что вечно убегать от себя, своего прошлого и имени ты не сможешь. Тебе придётся отпустить боль и признать даже самому себе, что ты не Авантюрин. Не существует человека с именем камня. Существует Какавача, всё ещё маленький и слабый, который боится себя настоящего. Но прошу, оглянись вокруг — вокруг тебя так много прекрасных людей. Лена и Ева, которые всегда рядом и дают тебе советы…» Я взглянул на девочек, которые мягко, с любовью смотрели друг на друга и, подметив мой взгляд, тепло улыбнулись и мне. «…мои мама и папа, которые все эти пять лет любили тебя как родного и стараются по сей день быть хорошими родителями, зная, как тебе тяжело…» Посмотрел на дядю Сашу и тётю Свету, которые также открывали подарки — сейчас, видимо, от друг друга. «…тот человек, с которым тебе хотелось бы быть прямо сейчас. Я знаю, что он есть. Когда ты ушёл, Ева кратко объяснила, что ты пытаешься наладить свою личную жизнь. Но поверь, пока ты не поверишь себе, довериться тому человеку не сможешь…» Я закрыл глаза, представляя Веритаса: то, как он смеётся, как нравоучительно шутит или объясняет очевидную вещь с очень серьёзным лицом. Я помню его. Никогда не забуду. «…и так же у тебя есть я. Я знаю, что всё ещё ребёнок, но поверь, когда не останется выхода, или ты просто захочешь поболтать — звони мне. Я хочу тебя слышать, ведь мне ты так же важен, как вышеперечисленным людям. Будь счастлив, Какавача. Близкие будут рядом. » Сложив письмо обратно в мешочек, я посмотрел на Лизу. Она изредка поглядывала на меня, ожидая реакции, а также я видел страх. Боялась, что перешла границы? Я сел рядом с девочкой и не стесняясь обнял её. Она удивилась, но обняла в ответ. Кивнув в сторону выхода, повёл на пустую кухню. — Спасибо за шарф. Ты делаешь большие успехи в вязании. — Я улыбнулся, но Лиза хотела услышать про другое. — Лиза, «Авантюрин» — это не выдумка, это не нежелание избежать прошлого. От прошлого ты никогда не убежишь, это то, что с тобой навечно. Только в моём случае всё немного сложнее. Но поверь, моя кличка-имя — это лишь возможность дышать проще, не вспоминать каждую минуту о том, в каком аду я жил. Я никогда не забуду о том, как я не спал, как страдал, как много плакал и прочее. А ещё никогда не забуду всех вас, которые помогают мне на моём пути. С этим я согласен в твоём письме. Вокруг меня самые прекрасные люди, и я вам искренне благодарен. — Наконец я закончил говорить. Лиза стояла ровно, не смея выдавать свои эмоции преждевременно. Затем улыбнулась и кивнула, принимая мои слова. Подойдя, снова обняла меня. Я потрепал её по волосам, ещё раз поблагодарил — и мы вернулись. Девочка явно не ожидала, что я приму её слова настолько серьёзно. Но я считаю, что так будет честно. Сам Новый год прошёл без лишних проблем: еда, смех и шампанское.