Концерт в честь лис

Акико с небольшой дрожью стоял перед большими двухстворчатыми дверями, а взгляд был спокоен, все же по большей части он знал наказание за то, что вмешался в дуэль, но из-за причины оно аннулировалось. Волновался же совсем по другой причине. Взгляд Шайхи. На что именно он намекал? На то что господтн Шмид знает кто такой Акико? Или во время дуэли магия иллюзий немного подвела и на краткое время проявился истинный облик парня? Глубоко вдохнув, а после спокойно выдохнув, будто убрал весь свой внутренний стресс. Взяв себя в руки, наконец-то вошёл в кабинет старшего руководителя. Резкий ослепительный свет, от которого юноша рефлекторно зажмурился, так же поместил руку на пути солнечных лучей, чтоб не ослепнуть. — О, вот и господин Акико — заявил самодовольный мужской голос. Постепенно глаза начали привыкать к свету и лис увидел планировку в кабинете. Была она самой обычной: книжные полки, стуэтки, грамоты, антиквариат и подобное. Обстановку можно было назвать творческим беспорядком. Все книги, тетради и подобное находились почти что в безупречной позиции, но в некоторых местах, к примеру на полы где-то валялись листки с писаниной. Большинство листов были написаны на разных языках: сторишном, стертном, а где-то и на ганиирском. Стол был чистым, но почти весь в хламе, по мнению Акико конечно же. Но что ещё было интересно сзади Шмида, которые сидел в своём крупном кресле было огромное окно почти на всю стену и рядом с ним стояла высокая девушка, неторопливо осматривая окрестности. — Ещё раз здравствуйте, господин Шмид, я... — Да-да, тебе очень жаль, но не беспокойся я лично видел дуэль, и даже могу похвалить тебя. Все же к сожалению, консерваторий в последнее испытывает трудности с преподавателями старшей практической частью — прервал речь Рин своим приятным в меру голосом — я тебя позвал не поэтому поводу. У меня к тебе другой, более серьезный вопрос. По нашему учреждению ходит, ммм... Не сказал бы, что отвратительный, но интересный слух. Тут учаться кицунэ. Он довольно слабый ясное дело, мало кто слышал о нём, но все же он есть. Ясное дело, слух слухом, но ты ничего не слышал? И тут Акико понял, что прямо сейчас стоит перед заряженным ружьём, которое может выстрельнуть в любой момент. Неправильное слово, неправильное действие и назад дороги не будет. Но кто-то его распространить? Лис сразу же подумал на своих друзей, но почти тут же убрал. У каждого из них есть грех, который они хотели сохранить в тайне. Да и сами по себе они не могут такое сделать, по мнению парня. Глубоко вздохнув, Акико наконец-то ответил спустя некоторое время молчания — Да? Прошу прощения, но не слышал. Если вы хотите могу попросить Широ узнать об этом и вам сообщить. — сейчас нельзя было никак волноваться, переживать, тем самым показать, что это создание стоит прямо напротив них. — Да, буду тебе благодарен, всегда знаешь, где меня найти. А и ещё кое-что, когда найдешь передай им вот эту записку — мужчина вытащил из тумбочки своего стола какой-то конверт с официальной печатью посередине. Они знают. Знают, что Акико та самая опасная раса зверолюдей, которых почти не осталось ничего, кроме, как страницы в истории. Сердце бешено застучало, а сам лис все также спокойно стоял. Медленным шагом подошёл к столу, потянулся к письму, но тут глава взял его за руку. — Акико, мальчик ты хороший, не подведи пожалуйста, как сам консерваторий, так и своего наставника. — Хорошо, приму к введению, я могу идти? — спросил молодая личность, хватая бумагу, после отходя спиной от стола. — Да конечно, заранее спасибо. — Тогда до свидания — попрощался и вышел со столь странной комнаты... Огромные двери закрылись, а лис тут же размяг, прижался к стене и начал медленно скатываться на пол, хватаясь за волосы. Они точно всё понимают! Всё! Откуда, как? Кто им рассказал? — Ахаха, твою же мать, это же бреееед! — начал нервно говорить Акико, закатывая волостные пряди своими пальцами, пока глаза активно бегали по чистому, белому полу. Мысли в голове превратились в полнейший беспорядок, где каждая новая заменяла за секунду. Не хотел признавать, но увы, это было невозможно. Ещё более интересно, что им нужно неизвестное от него. Сейчас и вправду было время выпустить слезы, его чувства подсказывали, что надо, но нет. Он решил нет. Немного посидев, юноша встал и держа в левой руке письмо направился в сад консерватория. — Думаете он все понял? — спросила женщина довольно властным голосом, смотря боковым зрением на Шмида. — Можете быть уверены на все сто. Он точно захочет узнать, да и в любом случае у нас есть вещичка... Точнее, дама, которую он сбережет, пожертвовав, даже своей честью, хах. Лис загнан в угол — ответил мужчина, достав монету из своего кармана, которой начал играться, прокручивая между пальцами. — Поверю вам, господин Рин, крайне в вас верю — после своих слов неизвестная особа шагнула в стену и тут же растворилась на риверов. Убедившись, что в саду довольно много студентов, нашел укромный уголок для чтения письма. Аккуратно вскрыв с помощью когтей, которые другие не видят принялся читать про себя. «Господин Като, приветствую вас. Не буду долго ходить вокруг да около, мне нужна ваша помощь в некотором деле и крайне буду рад, если согласитесь. Не беспокойтесь, я знаю, что вы кицунэ и не собираюсь в данный момент разбалтывать всю ненужную информацию. Она помешает, как вам, так и мне. Конечно, не собираюсь вас шантажировать полностью, а потому предлагаю взамен оплату в виде денежных средств, а так же могу дать информацию насчет той ночи. Ещё, могу гарантировать, что вы с сестрой сможете адекватно жить. Можете верить, можете нет, выбор полностью за вами. Если согласны, то приходите в своём истинном обличии ночью под мост, объединяющий сквер и центр. Маску или подобный аксессуар можете надеть. С уважением, Мисэ Лиш» — Мисэ Лиш... — хотел бы прямо сейчас лис забиться в судорогах, бить все ближайшее, истерить, кричать от настолько неудобных ситуаций за один день. Но это было бы слишком нагло и неестественно. Пускай он сейчас вместе с сестрой на мушке ружья, но его владелец почему-то не стреляет, не нажимает на злосчастный курок, который с лёгкостью уничтожил бы близнецов. Значит они нужны им всем, а точнее. Акико надеется, что для их планов нужен будет только он, желание дарить сестре спокойную жизнью полной некоторой свободы дарило надежду ему, даже если это означает стать чьей-то личной игрушкой. Тяжело вздохнув, лис снял письмо и положил в свой карман, думая, что позже сожжет его. Присев на зелёную траву, которая полностью была под тенью Акико принялся составлять картину. — Скорее всего на меня направлены уже, даже несколько ружий. Старший, та неизвестная дама, Мисэ Лиш и ещё многие другие, вообще неизвестные для меня самого. Пупупу... Не хочу — взгляд поднялся на листву дерева, которое стояло рядом с ним. Юноша мягко улыбнулся— среди большого количества тьмы есть лучики света. Может это и вправду шанс нормализовать жизнь? Да и неплохо было бы до конца все вспомнить, такой молодой, а уже с амнезией. Ладненько, стоит тогда поспать, пока есть время. Решил Акико, вставая с земли, а после и оттряхивая от себя всякую пыль и травинки. Направляясь в свою комнату, он был полностью похищен своими мыслями, которые не давали покоя. Они могут вполне и обмануть, как минимум, потому что они все лису неизвестны, даже в общей картине. Друзьям сообщать он точно не станет, пока только началась каша, не хочет их затягивать, как и сестру, пускай та волей не волей и уже попала в столь прелестный, но убийственный снег. Хотя бы постарается продолжить путь для неё. Наконец-то зайдя в комнату, заметил пиджак и клинок с ножнами. Их скорее всего принесла Аяка и сразу же пошла в библиотеку, ну и хорошо. Ещё несколько часов до ночи, можно будет и поспать. Пускай занимаются своими делами, юный кицунэ сделал свой выбор и не собирается менять мнение, пускай, даже если в будущем сильно пожалеет об этом. Аккуратно лег на кровать и начал смотреть в потолок. С одной стороны было куча мыслей, которых хотелось бы развить, а сейчас пусто. Точнее, мысли были, но они настолько расплывчатые, что их собрать просто в единую стало невозможно.

— Тяжело... — с небольшой грустью вздохнул Акико, протирая свои глаза, после чего собрал риверов и создал себе подобие будильника, немного внеся фаритов, чтоб действовал только на него. Медленно начал засыпать с попытками успокоить все свои странные домыслы о том или ином событии... . .. ... — А ты уверен? А уверен ли я? — спрашивали голоса вокруг юноши, который стоял на коленях перед каким-то существом, у которого были слабые очертания силуэта, даже цвета были непонятны, они постоянно менялись.

— Уахахахах! Какая классная и главная смешная сцена нашего с тобой театра, мой дорогой друг! Ни шут, ни ты не знает итога всего этого, ноооо! Мы все знаем одно: будет весело всем — смеялась сущность, что-то говоря одновременно веселое и радостное. Лис спокойно стоял перед ним, не пытаясь что-то спросить или сказать. Он просто стоял, даже не пытаясь как-то вовлечься в диалог, слушая все слова неизвестного. Но неожиданно юноша схватился за голову, так как резко появилась сильная боль и зверское желание крови с сырым мясом. Начиная громко кричать, и закрывая глаза от боли, лис начал подниматься на ноги, после чего грубым движением повернулся назад и немного приоткрыв левый, алый глаз. Зверь увидел следующий пейзаж: одинокое, но молодое дерево, которое выросло примерно на 3 метра и при этом выглядело чрезвычайно мертвым, а это уже из-за окружающей обстановки. Степь, полностью покрытая снежным покровом, казалось этого достаточно, хотя ещё с неба, закрытого облаками, шел мягкий, крупный снег. Медленно ковыляя к дереву, будто бы так и нужно, Акико слабо хрипел от неутихающих неприятных ощущений. Как только тронул кору растения правой рукой сразу же сзади услышал:

— Только пять? Ой, а сцена то ещё не готова! Плюсом ты не встретил нашего общего коллегию! Так нельзя! Хотя, место шута это море, а изначально твое это. Хммм... А какое у него? — говорил радостный и взбудораженный голос. Он был молодым, насыщенным жизнью. Послушав его можно было с лёгкостью представить позднюю весну, когда все просыпается и начинается активная фаза цветения. Кицунэ хотел повернуться, но.

.

..

...

Резко вскачив с кровати, парень сразу же схватился за свою грудь левой рукой, будто ловил сердце, которое стучало, как бешанное. Да и он сам дышал нервно, быстро, беспорядочно.

— Э-это... Кто?.. — шептал про себя Акико, стараясь успокоиться. Сон сном, но есть же мудрецы, у которых сны становятся реалью. Пускай сам юноша не особо в это верил, но этот кошмар он запомнит надогло, в этом точно уверен. Постепенно успокаиваясь, заметил, что на улице уже ночное время суток стоит во всей красе и время идти к назначенному месту. Немного повернув голову направо, увидел свою спящую близняшку. Столь прелестная картина сразу успокоила второго. Волосы девушки уже разбрелись, как угодно, но только не ровно. Сама спряталась под одеяло и приняла позу эмбриона. Милое сопение, которое издавала она была самой настоящей песней счастья для Акико. На его душе вновь заиграли струны спокойствия. — И вправду. Я очень хочу защитить это — шепнул юноша, погладив сестру по щеке своими белоснежными пальцами. Иллюзия спала, как только Аяка улеглась спать, а потому оба были без маскировки. Вскоре оделся в личное кимоно для какой-либо работы в своём истинном обличии, а так же закрыл лицо лисьей маской. На пояс повесил ножны, в которых находился его клинок с помощью, которого он защищал, как себя, так и сестру. Для заключительной точки, Акико сделал глубокое упражнения дыхания, это помогло ему настроиться на следующие возможные действия. Тихо открыв окно, юноша тут же выпрыгнул из него и сразу, закрывая за собой с помощью хвостов. Аккуратно приземлившись на хорошо постриганный газон, юноша побежал к месту встречи, скрываясь от всех и вся...