Над золотом волн и песка

      Облака плыли размеренно, мягко обволакивая небо своими пушистыми лапками. Кое-где отделяясь от основного массива и строя рожицы тем, кто находился на земле. Играясь, позволяли ветру медленно нести себя дальше.       Где-то вдалеке это пушистое одеяло прочертили два небольших силуэта. Вспарывая облака, они понеслись вниз. Туда, где тихие волны рассекали синюю гладь, поднимая солёные брызги. И эти силуэты, истончаясь до двух тонких линий полетели к воде, стремительно падая вниз.       Шум волн встречал их, принимая в свои объятия, улыбаясь широкими белыми пенными улыбками. Но вот, ещё пол метра и два создания раскрывают свои крылья подобно чайкам и летят над самой водой. Касаются пальцами и кончиками крыльев воды, разрезая волны и летят дальше. Они не боятся намокнуть, не бояться упасть.       Свобода.       Такая невероятная, захватывающая, струящаяся по венам и гулко бьющаяся в сердцах двух крылатых созданий. И ветер, смешанный с брызгами бил в лицо, заставляя щуриться, но всё ещё наслаждаться этим чувством.       — Давай к берегу! — крикнул один из них, поставив ладони рупором.       — Что?!       — Бе-рег!       Слышимость почти нулевая, но даже так им удалось понять друг друга и вот, сначала один, а после и второй взмахнул крыльями, поднимаясь выше. Едва не наперегонки бросились вперёд, туда, где в лучах утреннего солнца блестел песок, походя больше на золото. Быстро, вольно. И воздух свистел в ушах и щёки жгло от холодного воздуха.       И вот, они уже в паре метров над землёй. Один из них — Люциус, аккуратно расправил крылья, мягко пикируя на нагретый песок, пока сзади даже не думали уменьшать скорость, то и дело разрезая воздух крыльями, чтобы совершить очередной рывок к суше. Почти влетая в приземлившегося полубога и хватаясь за чужие руки, дабы уже пятками резко упереться в песок, напрягаясь всем телом и широко раскрывая крылья. Так, что они сделали круг на месте и Люциусу, дабы не упасть, тоже пришлось раскрыть свои, позволяя давлению ветра распределиться на каждую из перепонок.       — Лололошка! Аккуратнее! — возмутился полубог, притягивая своего авантюриста ближе. — А если бы ты ссадины получил или кость сломал?!       — Да ладно тебе, всё ведь хорошо! Да и ты смог меня удержать несмотря ни на что, так ведь? — улыбнулся мироходец, аккуратно сжимая чужие руки.       — Конечно, я тебя удержал… Я ведь великий полубог Люциус!       Тихая улыбка на губах, самодовольство в глазах напротив и вот, одна маленькая пауза, а парни уже смеются, прижимаясь лбами друг к другу и их руки перестают крепко сжимать предплечья друг друга, перебираясь ниже, к ладоням, дабы сплести пальцы. Крепко, ласково, почти игриво. И большие округлые зрачки Люциуса, которые он не так давно расширил от испуга, уже вновь становятся узкими щёлочками.       И их смех, заливистый и такой чистый, звенел на всю округу, заставляя едва не задыхаться, но держаться друг за дружку. Так, чтобы не упасть, ведь это было хорошо. Весело.       — А ты весь мокрый, — заметил Ло, захлопывая крылья за спиной.       — Словно ты — нет, — фыркнули в ответ.       — А я не простуживаюсь от любого ветерка! — заметил Лололошка, отпуская чужие ладони.       — Да как ты посмел, смертный! — воскликнул полубог и скрыл парня за крыльями, смотря с явным укором. — Ты, сомневаешься во мне?! Великом полубоге Люциусе?!       И Лололошке оставалось лишь засмеяться, слабо целуя чужой лоб и обнимая в ответ. Крепко, но всё ещё нежно. Руками аккуратно прижимая тяжёлые ткани к спине, дабы слегка стянуть воду после их совместной прогулки в облаках. И на его собственную спину так же приземляются две руки.       — Пойдём, окунёмся, всё равно ведь течёт как из ручья, — тихо предлагает, Лололошка. — И аккуратнее, не двигайся слишком резко, а то шею рогом проткнёшь…       — Сейчас специально дёрнусь, — только и забубнели снизу, слегка раскрывая крылья. — Лучше давай сушиться и вернёмся к нашим вещам… Где они там?..       Мироходец лишь тихо засмеялся, кивая и отлипая от своего огненного сокровища. Смотря, как тот создаёт вокруг них огоньки, тихо засмеялся, аккуратно и сам создавая парочку. Учась, усиливает огонь, едва не поджигая ткани, но всё обходится. Лишь пару языков пламени облизывают белый рукав, после уносясь чуть дальше.       — Повернись-ка спиной, — зовёт Люц, и тихо подходит, чтобы просушить и чужие крылья.       А тем временем солнце поднимается всё выше, начиная светить с особой силой и даже облака расступаются перед его величием. Золотой диск румянит кожу двоих существ, отражается в глазах и согревает заодно с магией. Помогая высохнуть до конца, и вместе с тем обжигая своим присутствием непокрытые головы.       — Пролетим до вещей или же позже к ребятам вернёмся? — спрашивает Ло.       — Потом, не хочу сейчас выслушивать крики Воланда и этой твоей феи…       — Да ладно, Селести чего тебе плохого уже сделала? — поднял брови Мироходец, садясь на песок.       — Она слишком писклявая, да и к тому же, вечно где-то рядом.       — Ну так она мой фамильяр… И я тоже могу сказать о Воланде… — на мгновение Лололошка застыл, а после прыснул в руку, содрогаясь в плечах. — Феечка-фамильяр Воланд, я бы на это посмотрел…       — Боюсь, если бы он такое от тебя услышал, уголёк, от спарринга тебе было не уйти, — засмеялся Люциус, садясь рядом.       — Да я его одной левой! — заулыбался тот.       Тепло, веселье, песок и море. Лёгкие тычки в рёбра и шутки. Смех. А ещё ласковые взгляды. И горячий песок, который так и липнет к разгорячённой коже. Ещё пара мгновений и они уже оба лежат на песке в обнимку, разложив поудобнее крылья. Лололошка, по привычке, снизу, а на его груди, словно на подушке с грацией кота отдыхает его личный полубог. Прикрыв глаза, с растрёпанными волосами, которые уже доросли до того, что свободно касаются плеч и рваным водопадом падают на кофту Мироходца.       И эти белые ресницы, закрытых глаз, которые слегка подрагивают, приоткрываясь время от времени. Так ярко контрастирующие с алой радужкой, что чем-то в лучах солнца напоминает вечно бурлящую лаву из Преисподней. И такими же яркими элементами становятся аккуратные небольшие рожки в растрёпанных волосах. Острые, опасные, но на самом деле такие же милые, как и весь полубог.       — А в Аду ты тоже любил на песке отдыхать у лавовых озёр и рек? — тихо спросил Лололошка, пальцами убирая чужие волосы за ушко.       — М?.. Ты про пляжи с песком душ? — уточнил Люциус, слегка хмуря брови и получив короткое “мгм”, вздохнул. — Ну, разве что, когда хочу послушать, как стонут души грешников и увидеть многострадальные лица, запечатанные в нём же…       — То есть не часто, — кивнул Лололошка. — А тут тебе нравится?..       — Уголёк, успокойся, всё хорошо… — тихо заметил полубог, закрывая глаза опять. — Давай просто отдохнём, а потом… Потом вернёмся к нашим…       — И устроим состязание, кто построит лучший замок из песка?.. — с тихим интересом уточнил Лололошка.       — И устроим состязание, кто построит лучший замок из песка, — кивнули ему сонно. — И я буду вашим судьёй, ведь кто ещё знает, как должен выглядеть идеальный замок?..       Лололошка лишь тихо хихикнул и не удержавшись, чмокнул в лоб своего величественного полубога.       — А завтра тоже пойдём встречать рассвет над облаками? — тихо спросил он.       — Я подумаю…       — А послезавтра?       — Решим завтра вечером…       И парню оставалось лишь кивнуть, мягко улыбаясь и находя чужую руку, чтобы переплести пальцы вместе. Внутри разливалось тепло и хотелось что-то сделать. Совершить какой-то подвиг, свернуть горы, да даже воскресить Джодаха, который так бессовестно взял и закрыл собой разлом, умерев при этом… Воскресить и заставить принести уйму извинений его дорогому полубогу. Заставить вернуть божественные силы в конце концов…       Но только вот его огонёк даже вспоминать о том недоразумении крылатом не хотел, умудрившись в какой-то момент отпустить обиды и начать наслаждаться жизнью. Забываться в этих тихих мирных днях и встречах с ним, Лололошкой.       — Но даже если не над облаками, — вдруг подал голос Люциус, слегка приоткрывая глаза. — Давай каждый день встречать рассвет с балкона моего замка…       — Каждый день?.. — тихо уточнил Лололошка и ему тихо кивнули. — Хочешь, чтобы я приходил каждое утро?,.       Ответа не послышалось, лишь появилась аккуратная улыбка, которая появлялась каждый раз, когда Люциус хотел что-то предложить и понимал, что точно добьётся своего. Не всегда лёгкого в исполнении, но обязательно очень важного для самого полубога.       — Я переселю Воланда подальше, а ты будешь жить в соседней комнате… — заявил парень, словно всё было уже предрешено.       — Ты хочешь, чтобы я переехал…       Получив кивок, Ло лишь тихо улыбнулся, смотря на свою драгоценность через солнечные очки. Мягко, спокойно. Любяще.       — Хорошо. Я подумаю, как это устроить…       — И будешь возвращаться ко мне после каждых приключений или брать меня с собой, — чуть более настойчиво прошептал Люциус.       — Ладно.       — И будешь читать со мной те странные книги, в которых люди л… люб..       — Хорошо, — тихо засмеялся Лололошка, проводя пальцем по чужой щеке. — Обязательно, хоть каждый день между рассветом на балконе и шахтой.       Аккуратно приподнимаясь, полубог заалел. Внутри уже давно разливалась лава, рождая в груди чувство, что жгло так же сильно, как молодая огненная лилия. И он совершенно не знал, что ему с этим делать, тихо прижимая руку к груди и смотря на другую, которая плотным замочком обнимала чужую ладонь.       — Обещаешь? — только и смог выдавить парень, расширяя зрачки и с тихим интересом смотря на своего собеседника.       — Клянусь, — тихо улыбнулся Лололошка, кивая.