Антигистаминный препарат

      Намджун проснулся в оцепенении и оглядел свою темную, как ночь, спальню.       Он услышал тихое дыхание рядом с собой, повернул голову и увидел Чонгука. Он улыбнулся, вспомнив, как макнэ забрался к нему в постель, думая, что лидер уже спит.       Намджун наблюдал за Чонгуком, пока тот бессвязно бормотал во сне, пока не почувствовал, как зуд в горле усиливается, напоминая ему о том, почему он вообще проснулся.       Осторожно отстранившись от тела спящего и освободившись от крепкой хватки, Намджун встал и, пошатываясь, направился в ванную.       Он заметил, что у него кружится голова и перед глазами мелькают черные точки, но списал это на усталость.       Взглянув в зеркало, он заметил, каким бледным выглядит. Намджун тихо вздохнул, достал из ящика термометр, положил его на язык и начал измерять температуру.       Когда устройство издало писк, Намджун посмотрел на него и широко раскрыл глаза.       38 градусов.       Это плохо.       Намджун на мгновение задумался, решая, стоит ли будить Сокджина, чтобы сообщить ему о своей болезни. Он, может, и лидером, но Джин все же был старше, поэтому он всегда узнавал, не заболели ли остальные, чтобы позаботиться о них.       Обычно они сразу шли к старшему и сообщали ему, что заболели и что они чувствуют, но, проверив телефон и увидев, что сейчас три часа ночи, Намджун решил, что не хочет будить своего парня. Он просто примет лекарство и, возможно, ляжет спать на диване, чтобы не заразить Чонгука.       Намджун изо всех сил старался не обращать внимания на ком в горле и черные точки, которые все еще мельтешили перед глазами, становясь все больше и заметнее, пока он дрожащими руками рылся в аптечке.       Наконец он схватил пузырек с антигистаминными препаратами и открыл его, решив, что это просто очень сильная простуда.       Он достал две таблетки и быстро проглотил их, прежде чем попытаться закрыть пузырек.       Руки слишком сильно дрожали, а зрение значительно ухудшилось, из-за чего он уронил пузырек. Таблетки высыпались в раковину, а некоторые упали на пол.       — Черт, — прошептал Намджун, оглядываясь и немного отступая, чтобы попытаться найти все таблетки и убрать их обратно.       От резкого движения назад у мужчины неожиданно потемнело в глазах, и он, споткнувшись, с глухим стуком ударился о стену, теряя сознание.

***

      Сокджин резко проснулся и сел в постели, услышав глухой стук из ванной.       Обычно он не обращал на это внимания, ведь макнэ иногда были очень неуклюжими, когда, только проснувшись, заходили в ванную, но у него зародилось плохое предчувствие.       Сокджин тихо вздохнул и осторожно выбрался из постели, заметив, что через некоторое время после того, как он уснул, Юнги молча перебрался к нему на кровать.       Встав и убедившись, что не разбудил своего мужчину, он осторожно вышел из комнаты и направился в ванную, постучав в дверь.       Если кто-то из макнэ с чем-то столкнулся, они отвечали, давая ему понять, что все в порядке.       Сокджин подождал несколько секунд и, не дождавшись ответа, решил постучать вновь, но остановился, увидев что-то на полу.       Наклонившись, чтобы получше рассмотреть, Джин осторожно поднял маленькую таблетку, затем постучал в последний раз. Не получив ответа, он осторожно дернул за ручку и вошел.       Сердце Джина замерло, когда он увидел разбросанные по ванной комнате таблетки и лежащего без сознания Намджуна перед душевой кабинкой.       Сокджин быстро подошел к нему, одной рукой обхватил щеку, а другой потряс за плечо. Его глаза наполнились слезами.       — Намджун, малыш. Мне нужно, чтобы ты очнулся.       Он запаниковал, прислушиваясь к его дыханию и проверяя пульс.       Казалось, что он с трудом набирал воздуха в легкие, но все равно дышал, пульс был слабым и неровным, но он был жив.       Сокджин быстро встал, пошел в свою комнату и взял телефон и ключи от машины.       — Хен? Что случилось? Ты в порядке? — пробормотал Юнги, глядя на старшего обеспокоенными, но усталыми глазами.       — Спи дальше, любимый, все в порядке, — прошептал Сокджин, наклоняясь, чтобы поцеловать в лоб, и надеясь, что младший не заметил его панического тона и взгляда.       Он быстро вернулся в ванную и опустился на колени рядом с Намджуном, чтобы аккуратно перевернуть его на спину и, возможно, помочь дышать.       — Что здесь, блять, случилось?       Сокджин вздрогнул, услышав голос Юнги позади себя.       — Я не знаю. Помоги мне донести его до машины, пожалуйста, — попросил он, взглянув на своего мужчину полными слез глазами.       — Хорошо, но за рулем буду я, — сказал Юнги, не оставляя места для споров. Он подошел и осторожно помог поднять Намджуна. Оба мужчины поддерживали его, пока осторожно выходили из квартиры и шли к машине.       Как только они оказались снаружи и Сокджин сел на заднее сиденье рядом с Намджуном, Юнги завел машину и быстро выехал с подъездной дорожки, направляясь в ближайшую больницу.       — Остальные будут злиться на нас за то, что мы уехали, не сказав им, что происходит, — пробормотал Юнги, не отрывая взгляда от дороги.       — Мы даже не знаем, что происходит. Юнги, давай пока не будем сеять панику, — возразил Джин, следя за пульсом и дыханием Намджуна.       — Я чертовски хорошо понимаю, что произошло, — прорычал Юнги, хотя он не то чтобы злился. По крайней мере, не до конца. Он был обеспокоен и напуган.       Он не стал парковаться как следует, когда они подъехали к больнице, и помог Сокджину занести Намджуна внутрь.       После того как Джин рассказал все, что знал о ситуации, его и пострадавшего отвели в палату, а Юнги припарковал машину и заполнил документы, которые понадобятся врачам. Он почувствовал, как в кармане завибрировал телефон, поэтому прервался от заполнения и достал его.       Седжин.       Юнги тихо вздохнул и ответил на звонок, объясняя, что ему известно, а затем повесил трубку, когда собеседник сказал, что уже в пути.

***

      Намджун тихо застонал, открывая глаза и вздрагивая от яркого света.       Он быстро зажмурился, а потом заметил, что у него першит в горле, как будто там что-то застряло.       Не открывая глаз, Намджун потянулся рукой ко рту, пытаясь вытащить что-то, застрявшее у него в горле.       — Нет, Джун, тебе нужно оставить его там, он помогает тебе дышать. Просто расслабься.       Седжин? Зачем он приехал? Где они?       Намджун медленно открыл глаза и оглядел ярко освещенную комнату. Он в больнице? Что, черт возьми, случилось?       — Я пойду скажу врачу, что ты очнулся. Ничего не делай, пока меня не будет, хорошо?       Намджун лишь слабо кивнул в ответ.       После того как врач пришел проверить его состояние и снять интубационную трубку, ему задали несколько вопросов, на которые он ответил почти машинально.       Кто привез его в больницу? Знали ли остальные, что он здесь? Были ли они в приемном покое или им велели оставаться дома? Почему он здесь оказался?       — Хорошо, теперь мы дадим вам отдохнуть, господин Ким, — сказал доктор, прежде чем выйти из палаты вместе с Седжином.       Намджун закрыл глаза, ощущая усталость и позволяя ей поглотить себя.

***

      — Но он проснулся и заговорил? Значит, с ним все в порядке?       Сокджин?       — С ним все в порядке, врачи просто хотят понаблюдать за ним еще пару часов, а потом вы сможете забрать его домой.       Это был голос Седжина.       — Я собираюсь вернуться в общежитие и рассказать остальным, что случилось. Позвони мне, когда он снова проснется, хорошо?       Юнги. Почему в его голосе слышится злость?       — Юнги, не говори им ничего, кроме того, что сказали нам врачи! Мы не хотим их пугать!       Что происходит? Что такого мог сказать Юнги, чтобы расстроить остальных, чего так боялся Сокджин?       — Я отвезу тебя, Юнги. Джин, позвони мне, когда он проснется и почувствует себя лучше, хорошо? — сообщил Седжин, вставая.       — Конечно, пожалуйста, берегите себя.       После этого Намджун услышал, как закрылась дверь в палату, а затем Сокджин сел в кресло рядом с его кроватью и стал играть с его волосами.       — Хен? — прошептал Намджун, приоткрывая глаза, чтобы посмотреть на своего парня.       Сокджин мягко улыбнулся, и он начал улыбаться в ответ, прежде чем заметил слезы в его глазах.       — Эй, пожалуйста, не плачь! Что случилось, хен? — протараторил Намджун, садясь на кровати.       — Ничего, Джун-а, я просто рад, что ты проснулся. Ты хорошо себя чувствуешь? — прошептал Джин, продолжая играть с волосами.       Намджун на мгновение задумался, прежде чем кивнуть. Ему было не так плохо, как раньше, так что он счел это значительным улучшением.       Сокджин улыбнулся, наклонился и поцеловал его в макушку.       — Хен, ты в порядке? — мягко спросил Намджун, беря своего парня за руку.       Джин на секунду замолчал, прежде чем сжать чужую ладонь и поцеловать тыльную сторону.       — Я просто волновался, малыш, но теперь все хорошо, — прошептал он.       Намджун посмотрел на него и слегка кивнул, хотя и не до конца поверил его словам.       — Почему Юнги-хен так разозлился? — пробормотал он, опустив взгляд. Он лишь однажды видел Юнги таким злым, и ему хотелось бы забыть об этом.       — Он не злится, просто беспокоится.       Намджун заметил, что Джин сам не верит своим словам.       — Хен, что случилось?       — Я надеялся спросить тебя о том же.       Смятение Намджуна, должно быть, было очевидным, потому что Сокджин тихо вздохнул и на мгновение закрыл глаза, прежде чем снова посмотреть на своего парня.       — Я проснулся где-то полчетвертого, услышав шум в ванной. Я пошел посмотреть, в чем дело, и обнаружил тебя без сознания на полу, а вокруг валялись таблетки, — осторожно объяснил он, его глаза снова наполнились слезами. — Я подумал, что, может быть, ты снова пытаешься уйти от нас, мне стало так страшно, — добавил он, и по его лицу потекли соленые дорожки. Намджуну потребовалась минута, чтобы осознать сказанное, прежде чем он быстро притянул Джина к себе в объятия.       — Нет, хен, я же обещал. Я бы сказал тебе, если бы мне снова стало плохо, обещаю. Мне очень жаль, — протараторил он, пытаясь успокоить возлюбленного. — Так вот почему Юнги-хен выглядел таким злым?       — Он думал о том же. Врач сказал нам только, что у тебя была аллергическая реакция на что-то, — прошептал Сокджин, обнимая его в ответ.       Намджун тихо вздохнул. Ему нужно будет поговорить с Юнги, когда вернется домой, и попытаться все уладить.       — Мне очень жаль, хен.       — Все в порядке, по крайней мере, теперь ты с нами, — сказал Джин, нежно целуя своего мужчину в висок.

***

      Намджун сидел на пассажирском сиденье машины, нервно постукивая ногой.       — Хен, ты не знаешь, где Юнги-хен?       — Хосок сказал, что он в нашей комнате. Почему бы тебе не пойти к нему, когда мы вернемся домой, а я поговорю с остальными, хорошо? — предложил Сокджин, протягивая руку и нежно кладя ее на колено своему парню.       Намджун кивнул, молча глядя в окно, пока они подъезжали к дому.       Как только он вошел, то сразу же направился в комнату Юнги и Джина и тихонько постучал в дверь.       Он подождал минуту и, не получив ответа, посмотрел на Сокджина, который кивнул. Осторожно открыв дверь, Намджун вошел в комнату и посмотрел на стол Юнги, за которым тот сидел и что-то писал, надев наушники.       Намджун осторожно закрыл за собой дверь, подошел и мягко положил руку ему на плечо. Юнги, вздрогнув, быстро повернулся и посмотрел на него.       — Боже, Намджун! Ты меня напугал! — пробормотал он тем же тоном, что и в больничной палате       — Прости, хен, мы можем поговорить? — прошептал Намджун, подходя к кровати.       Юнги помедлил с минуту, прежде чем вздохнуть и повернуться на стуле лицом к своему парню.       — Мне жаль, что так вышло, хен. Джин-хен объяснил мне, о чем ты думал. Все было не так, клянусь, — быстро объяснил Намджун, нервничая под суровым взглядом. — Я обещал, что дам вам всем знать, если мне снова станет плохо, особенно тебе, — добавил он.       Взгляд Юнги немного смягчился, он закрыл глаза и глубоко вздохнул.       — Я думал, что мы снова пропустили тревожные звоночки. Я едва успел, Намджун-а, мы чуть не потеряли тебя, — надрывно прошептал он, его глаза наполнились слезами, когда он их открыл.       — Я знаю, знаю. Мне так жаль, хен, я бы все отдал, чтобы вернуться в тот день и все изменить.       Юнги сделал небольшой вдох, встал и сел рядом со своим парнем, нервно вертя на пальце одно из колец. Это было кольцо, которое Намджун купил ему прямо перед тем, как все случилось.       — Я так испугался, Джуни. Обещай мне, что это не то, что я подумал?       — Я обещаю. Как сказал врач, это была аллергическая реакция. Я уронил пузырек после того, как принял две таблетки, а когда наклонился за оставшимися, то потерял сознание, — объяснил Намджун, хватая возлюбленного за руку.       Юнги потребовалось несколько секунд на переваривание информации, прежде чем крепко обнять его.       — Никогда больше так меня не пугай, — прохрипел он, пока слезы текли по его лицу.       — Я обещаю, хен, больше никогда, — прошептал Намджун, нежно целуя своего парня в макушку.

***

      После того как у Намджуна выявилась аллергическая реакция, мемберы отвели его к врачу компании, чтобы выяснить, на что конкретно у него аллергия.       Оказалось, что у него аллергия на какой-то новый вид масла, которое он использовал перед сном. Сокджин решил больше никогда его не покупать и найти более безопасные альтернативы.       Намджун всегда спал в одной комнате с кем-то из своих парней, чаще всего с Юнги, но он не возражал.       Он чувствовал себя в безопасности.