Благими Намерениями

Шедоу смотрел на Ваниллу долго, как будто бы пытаясь разглядеть недостающие частички пазла. Ванилла спал, лицо его было спокойным, даже детским, если позволить себе сентиментальность. И всё же в этой тишине Шедоу чувствовал тревогу, как будто сон его гостя был на грани пробуждения. — "Нужно ему помочь",-так думал Шедоу, размышляя о словах нового знакомого, прокручивая разговор снова и снова...   Он не заметил, как прошла вся ночь, и утренние лучи солнца стали пробиваться сквозь занавески. Ваниллу больше не беспокоили кошмары, а это значило, что Шедоу мог со спокойной душой приступать к своим привычным обязанностям, несмотря на бессонную ночь. Утро Шедоу неизменно начиналось с чашки горячего чая — ритуала, способного вернуть в мир и привести в порядок мысли, расставить точки на "i" и отбросить ночную усталость. Лёгкий пар, сладковатый аромат трав и цитруса да полное уединение — всё складывалось в тончайшую симфонию начала дня. В его обязанности входило как можно раньше прийти в академию, статус основателя не мог позволить лишних вольностей, даже и пары минут отдыха. Впереди ещё множество дел, состоящих из проверки домашних заданий, бумажной волокиты, а следом за ней — нечто куда важнее. Он любил брести по безлюдным утренним коридорам академии — там, где шаги звучали особенно отчётливо, рождая задумчивое эхо, и при этом казалось, что стены прислушивались к его мыслям. Наконец оказавшись в своём уютном “пристанище знаний”- так Шедоу величал свой личный кабинет, тот приступил к работе. — Итак, поглядим, что тут у нас.. — Он просматривал рефераты студентов. Эта рутинная работа порой вызывала улыбку на его лице: было забавно читать, как один ученик решил, что таблицу чар можно не писать, забывая при этом рамки приличия и основу предмета. — Таблица чар не нужна, — пробормотал он, — смело, безрассудно и почти поэтично.   Второй нарисовал руну наизнанку, третий... выделился отсутствием всякой оригинальности.  Этот утомительный процесс всегда занимал у Шедоу львиную долю его времени, поэтому, приступив к работе в 6:30, лишь четверть была готова только к 8. По расписанию, в 8:30 у него должна была начаться первая пара, но, к счастью, сегодня ученики отправились во внеплановую экспедицию за пределы Академии. Это освободило ему несколько драгоценных часов, и Шедоу Милк,наконец, мог посвятить их делу, которое, возможно, станет важнейшим в его жизни. — "Раз в 1000 лет, под звёздами, что меркнут от их взгляда, ведьмы собираются в кругу банкета — хранить, разрушать и помнить."  Шедоу потратил долгие годы на их поиски с упорством, граничащим с одержимостью. Их следы исчезали, как мрак на рассвете, и каждый раз казалось, что они играют с ним в шутовскую игру в прятки, но на этот раз, Шедоу нашёл лазейку.  Остался всего год до шабаша, так что подготовка шла полным ходом: местоположение вычислено,осталось дело за малым,а именно- организовать всё достаточно скрытно, чтобы вновь не упустить их из виду. И тогда, быть может, Шедоу наконец узнает истину мира, цель существования ведьм и ответы на многочисленные вопросы, что пожирали его сознание день ото дня.  Шедоу уже вовсю готовился к предстоящей встрече, как вдруг он вспомнил об одном госте, который очень кстати расположился в его покоях. – "Вот уж головная боль, я совсем позабыл о Ванилле,” — Шедоу задумался, вспоминая сегодняшнюю ночь. — “Я обещал помочь ему, времени до начала шабаша ещё достаточно... не страшно, если я уделю немного внимания Ванилле, всё-таки это мой долг, как одного из пяти... ”  Во время своих размышлений, он принял задумчивую позу,а потом пришёл к лучшему решению из возможных: — “Время пить чай. “— Две минуты и чашка чая с лёгким ароматом луговых цветов была готова. Один глоток — и мысли словно встали на свои места, обретая ясность.  В памяти начали всплывать обрывки вчерашнего диалога: — ”Я не из этих мест... Я с друзьями попал в трудную ситуацию... Есть одна особа, которая предпринимает попытки избавиться от нас... Больше так нельзя, они нуждаются в моей помощи, но вместо того, чтобы быть с ними и сражаться бок о бок, я нахожусь здесь и не имею ни малейшего понятия, как вернуться обратно… Это всё что я могу тебе сейчас сказать...” — Информации как нельзя мало, и что же мне с тобой делать, а, Ванилла?— пробормотал Шедоу. Но одно было очевидно: Ванилла чувствовал себя рядом с ним крайне дискомфортно. То вздрагивал от случайного прикосновения, то бросал короткие взгляды — словно смесь недоверия, страха и глухого презрения жила в его глазах. — "Он боится меня. И что же я могу для него сделать, будучи древним, но не зная ни малейшей крупицы о его прошлом?”   Шедоу вновь пригубил чай, позволяя вкусу цветов и трав слегка притушить внутреннее беспокойство. — "Кто он? Откуда? Что с ним случилось? И почему он боится говорить?" — в его голове возникали всё новые вопросы, на которые у него не было ответа. Его поведение напоминало повадки щенка, потерянного в чужом доме...  — "В первую очередь, нужно завоевать его доверие. Показать, что я не враг, но… как?"  Шедоу сидел какое-то время в раздумьях, но внезапно в его голову пришла гениальная идея: — Подарок! — Он подскочил, кивая самому себе, словно гордясь собственной гениальностью. — “ Печеньки любят подарки, а это значит, что он наверняка не устоит от моего акта дружелюбия и из-за чувства благодарности, расскажет мне всё, и тогда, Я, как истинный герой, в лучах света мудрости, протяну ему руку помощи." Он засмеялся, он ликовал от своей идеи. Хоть Шедоу являлся умнейшим в своей рассе, в вопросах чувств и сентиментальности он всё ещё был… наивен. В памяти вновь всплыл образ Ваниллы, и Шедоу вернулся к своим мыслям,посвящённым деталям их встречи. Несмотря на недостаток информации о нём, одна догадка всё не покидала его: Ванилла определённо похож на жителей королевства Муки.  — Да, мои домыслы поверхностны, и делать выводы на основе внешности невежественно, но если это всё, что у меня есть, то я не могу иначе.” Бумага зашуршала, чернила заиграли на пере: Шедоу принялся писать письмо Муке. Среди всего хлебоземья было немного тех, кому он доверял. Но если Ванилла и вправду из королевства Муки, то Мука точно сможет ему помочь, при этом не выдав его.   И аккуратные слова с красивыми завиточками начали стекать на бумагу, словно сами знали, что делать.

“Канцелярия Восточной Академии. От Шедоу, хранителя Знаний и Истины,  к Правительнице Королевства желаний-Муке. Доброго дня! Надеюсь, дела в твоём королевстве идут ровно, а обстановка — спокойна, как и твои границы. Пишу тебе с делом, которое требует такта и твоей осведомлённости. Недавно ко мне попал юноша. Он не желает говорить о том, кто он и умалчивает своё происхождение, но одно ясно точно: его кто-то преследует. Его лицо, повадки, а главное — манера держаться в беде и его внешнее сходство с твоими поданными- я не могу не отметить. Я не знаю, родом ли он из твоих краёв. Быть может, он просто странник или даже беглец.  Но прошу тебя проверить, не пропадал ли кто из молодых жителей, или не ищут ли кого родственники. Однако, держу в курсе- всё должно быть без лишних глаз и ушей. Он находится под моей опекой, так что я несу ответственность за его доверие. Если обнаружишь хоть малейшее совпадение — буду признателен за информацию. Также, если найдёшь время, прошу навестить нас лично. Мне кажется, он может довериться тебе больше, чем мне. Слишком многое он держит внутри, и я не могу добиться от него ни сути, ни правды. С уважением, Шедоу." Он аккуратно вложил письмо в конверт, опечатал его воском и, задержав взгляд на миг, задумался.  — Надеюсь, она сможет мне помочь, а если нет…- Шедоу устало вздохнул.  — По крайней мере, я сделал всё, что было в моих силах, несмотря на скудность сведений,- он оглянулся на груду бумаг на столе. — Что ж, дела не ждут, пора возвращаться к учебным обязанностям. Позже. Вечер. Ванилла сидел в кресле, задумчиво сжимая в руках плюшевую версию Шедоу Милк Куки, что отличалась от той, что он видел в своём мире. Тишину нарушил умеренный, вежливый стук. Ванилла взглянул на дверь — она аккуратно открылась, и в комнату вошёл Шедоу с лёгкой улыбкой.  — Вечер добрый, Ванилла, как ты себя чувствуешь? Кошмары больше не беспокоили?  Ванилла отрицательно помахал головой. — Вот и хорошо, — отозвался Шедоу, дружелюбно кивая. Его взгляд упал на игрушку. — Подарок от учеников. Симпатичный, правда?  Ванилла лишь вопросительно посмотрел на него, потом отложил игрушку и устремил взгляд в сторону. Повисло краткое, чуть тягучее молчание.   Шедоу подошёл ближе и присел рядом, стараясь поймать его взгляд. Ванилла тут же отвёл глаза. Шедоу слегка по-доброму улыбнулся, но с лёгкой, почти незаметной грустью.

— Я знаю, ты не доверяешь мне. Я не буду настаивать, но я дал слово помочь тебе. И я его сдержу. Если у тебя появятся вопросы, или тебе будет нужна помощь — просто скажи. Я рядом. Ванилла кивнул, и Шедоу поднялся и направился к выходу. На пороге он ненадолго обернулся. — Завтра утром загляну. Будь здесь. Если снова будут кошмары — не молчи. И он вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Ванилла не проронил ни слова, но, вспоминая прошедшую ночь, смотрел на этого Шедоу уже иначе. Пусть до доверия было далеко, но благодарность — тихая и уверенная, уже пускала свои корни.