на грани невозможного.

      — не, ну это точно пиздец! — орёт джисон, заходя в квартиру к минхо. — они охуели в край, блять!       минхо привык к таким приходам джисона. у минхо болит голова от количества информации в универе, колени болят от трёхчасовой репетиции танца и засохшая маска на лице.       минхо быстро умывается и выходит из ванной.       — что случилось? — спрашивает минхо без раздражения, скорее с пониманием.       — алкашка есть? мне срочно надо набухаться. а ещё покурить, — злобно отвечает джисон, сверкая глазами не по - доброму.       — алкашки не получишь, обойдешься. ашка на комоде лежит, — отвечает минхо, пряча подальше в холодильник бутылочку светлого.       — ну пиздец, даже напиться не дают!       джисон обиженно идёт за ашкой, садится на диван и курит-курит-курит. минхо знает, что о произошедшем джисон расскажет позже, когда немного успокоится и точно будет уверен, что не наговорит гадостей минхо.       — есть будешь?       — буду.       и всё. короткий диалог, по которому видно, что разговаривать джисон не собирается.       минхо уходит на кухню и греет еду на сковороде, что-то напевая под нос.       когда минхо заходит опять в комнату, он видит джисона, который слезы с щек вытирает и носом хлюпает. ну пиздец.       минхо садится рядом на диван, обнимая джисона за плечи, и мягко шепчет:       — расскажешь?       — это пиздец, хо. ебанная четвёрка и я получаю по ебалу. мы говорили с ней, что это мои оценки и моя жизнь, но всё равно всё через пизду..       джисон продолжает говорить сбивчиво, быстро, прерываясь лишь на новые рыдания. он утыкается минхо в плечо и говорит о матери, об ударе по лицу, о долбанной четверке, за которую получил. а потом резко затихает.       а минхо, до этого гладивший джисона по плечам, шепчет всякую ерунду, по типу «я с тобой, рядом, под боком, не переживай ни о чём». и резко джисон выдаёт:       — вот нахуя я такой нужен?       и минхо чувствует, как кометы разбиваются у него в сердце. потому что джисон. тот самый джисон, который смеётся над видео с котятами, курит сладкие - сладкие ашки, разбивает часто посуду и смешно кривит ноги. тот самый джисон, который всегда подскажет, что и как делать, который выслушает и никогда не обидит. тот самый джисон, который много слушает и так же много говорит, сейчас плачет навзрыд у минхо на коленях.       — сон-и, ты нужен. ты всегда - всегда нужен. и такой, и расстроенный, и весёлый. ты нужен всем звёздам на небе, чтобы они могли сиять. ты нужен мне.       — ты пиздишь! я знаю, что пиздишь! без меня ты бы жил нормально блять! — орёт джисон, отталкивая минхо.       — сон-и, без тебя я бы жил как в большой куче дерьма. а с тобой я живу в ярком, солнечном свете..       минхо не больно. минхо любит. а потому, можно потерпеть, ведь это джисон.       у него проблемы с тревожностью и в семье. но это джисон. тот самый, которого лишь бы целовать, лишь бы обнимать, но никак не бить. это джисон, который улыбается дёснами и смеётся громко. это тот самый джисон - открытый, как на ладони, и самый - самый любимый.       — хо..прости.. — джисон лезет ближе, обнимает. — я не хотел..прости..       джисон всегда такой: когда ему больно, он не может воспринимать любовь и поддержку, а потому отталкивает. но минхо не больно. минхо любит.       — всё хорошо, родной, — минхо обнимает, ластиться ближе и шепчет на грани слышимости. — я всегда рядом, помнишь? я всегда на твоей стороне. спасибо, что ты открылся. ты такой молодец.       джисон уже не плачет. только шмыгает, потому что в носу сопли. джисон знает, что минхо любит.       они это обсуждали. долго, ночью, в обнимку на кровати, а потом решили, что либо вместе, либо никак.       а потому джисон знает, что минхо не осудит. минхо любит. и джисон любит. на грани невозможного.