Любовь на вершине Эвереста

Пока машина ехала к горе, парни общались. Ехало 3 юношей от 20-30, считая меня тоже, и один пожилой мужчина, ему было около 50 точно. Звали его Александр, мой товарищ, который пойдет со мной. Светлого парня звали Мики, другого, брюнета, Феликс. Совсем молодые были. Но у Мики был опыт, поэтому он идет с Ликсом. Я их толком не слушал, всё думал о словах Лино. У меня стоял лишь один вопрос: «Почему он так говорил?». — У меня 3 детей и 6 внуков! — заявил нам Александр, я мигом посмотрел на него и уже слушал его. — Я уже забирался на неё и сегодня испробуем новый путь, да, Кристофер? — обратился мужчина ко мне и положил руку на плечо. Я невольно улыбнулся и кивнул. Его седые усы опустились, и едва тихо проговорил. — Что случилось, сынок? — Даже и не знаю. — Поделись с нами, что на душе волнует, — сказал Ликс, а Мики кивнул. — Да вот переживаю я. Всё утро любимый просил не ехать, а я взял и бросил его. Да как же мне теперь в глаза его смотреть? Он плачет. Я никогда его таким не видел... — я закрыл лицо руками, опустив голову. Мне было очень стыдно перед любимым. Хотелось провалиться сквозь землю. — Ну, не стоит губить себя. Все волнуются. Это всё-таки Эверест. Никто не знает, кто вернется живым, а кого унесёт метель собой. Мы же не просто так горы любим. Любим их мы — они нас. — Да, вы правильно говорите. Со мной немало товарищей ушло в высь, а вернулся один. Когда поднимаешься, нужно знать свою цель на вершине и не забывать о том, что ждёт тебя внизу, — сказал Мики. Я поднял взгляд на парней и улыбнулся. — Слушая вас всех, я не поверю, что если кто-то из нас умрёт. Все этого не заслужили. Я надеюсь, все мы вернемся этим же составом домой. — Посмотрим, сынок, — Александр задумался и замолчал. Мы приехали через час к подъёму. Первая команда — мы, пошли пешком до горы. Ребята пожелали нам удачи и уехали к своей точке. Сама гора от дороги находилась недалеко. Ну, если я могу так сказать, она была в километрах 3 точно. Я уже достаточно привык к таким расстояниям, они казались мне уже не большими. А если бы со мной пошел Минхо? Интересно, как бы он реагировал на это? Быстро бы он устал или нет? Подниматься было бы тяжелее. Хотя руки у него тоже достаточно сильные, но он боится высоты. Да, он бы ни за что не поднялся на вершину. ​ Вокруг снег. На небо натягивались темные тучи, они не к очень хорошему, но пока ничего нет. Я думаю, у нас есть время дойти до горы и там посмотреть, что будет. Я шёл за Александром, он был прямиком из России, как он говорит в машине. Этот русский акцент даёт о себе знать. Интересный народ. Простой и добрый. Я бывал там, когда ехал изучать Кавказ. Красивое место, я не спорю. Видел также Москву, Лино она очень понравилась, и мы до поздней ночи гуляли по улицам. Саша, как он просил называть, был хоть и по своей массе большой, как будто русский медведь, но он очень добрый. Никогда не видел таких людей после Минхо. Теперь мне хочется больше узнать о нём. — Александр, такое интересное имя у вас. Но можете рассказать побольше о себе? — М, а что ты хочешь узнать? — я незаметно для него включил диктофон, очень люблю переслушивать рассказы попутчиков. — Вы же из России, а можете рассказать, какой вы её видите? Он призадумался и по своей привычке поправил усы, вскоре заговорил: — Да, Россия — чудная страна. Я бывал везде, но она ни с кем не сравнится. Природа самая душистая, а люди добрые, как лучи солнца, которое дарит своё тепло всему живому. Кавказ — единственное место, где человечество живёт с природой. Каждый город усеян деревьями, а горы! Они восхитительны. Моря поют песню ласки. Шум волн наполняет сердце твоё, и ты уносишься в унисон, — он замолчал, скорее всего вспоминал о родине. — Сам я из Сочи. Летом люблю с женой гулять по пляжу, а зимой едем в горы, любоваться снежным простором, — мужчина замолчал, я недолго думая поддержал молчание с ним, выключив диктофон. Снег был по колено, спасибо Лино, укутал меня, как сына в детский сад. Только тут горка побольше. Солнце так и не выглянуло, а белое одеяло так и хрустело под ногами. Александр, оглянувшись, нашёл 2 толстые палки, чтобы подниматься порой, и отдал одну мне. Я увидел подножье. Посмотрел на часы, понял, что мы целый час шли молча, не обронив ни слова после последнего разговора. Он посмотрел назад, вглядываясь на пройденный путь. — Погода будет долго такая. Может весь подъём. Надо будет всходить аккуратнее, если пойдёт снег. — Я думаю, мы справимся, — ответил я, смотря на его морщинистое лицо. — Дай бог, — произнёс он и пошёл дальше. Подойдя к подножью горы, мы сделали небольшой привал, перекусить. Я не очень хотел кушать, поэтому сказал, что отойду ненадолго, и ушёл ближе к деревьям. Достав прибор, я заговорил: — Запись 58. Уже у подножья горы. Мой товарищ Шорохов Александр, 56 лет. Рассчитываю, что наш подъём займёт около 6 дней, если ориентироваться по погоде. Небо тёмное, надеюсь, снег не пойдёт. Хотя всё может быть, — я задумался, уходя глубоко в мысли. — Линош, прости... Я тебя люблю и обещаю, что вернусь домой. Вот увидишь. Конец записи. Убрав диктофон в карман, я вернулся к нашему привалу. Александр сидел у огня, кипятив воду в чугунной миске. — Будешь чай? — Не против, — присев рядом, он мне протянул кружку горячего напитка. Я чуть остудил его и сделал легкий глоток. — Ты ведёшь голосовой дневник? — сказал мужчина, попивая чай. Я удивился от такого и чуть замявшись отвечал. — Так я же видел, как ты ходил с прибором по снегу. Очень даже хорошо, что ты записываешь свои мысли. Их всегда приятно переслушивать в трудный момент. — Это точно. Мой парень тоже ведёт его, и мы порой обмениваемся ими, чтобы послушать, что записывал другой, и рассказать о своих чувствах. Так мы остаемся рядом и можем знать, что происходит на душе. — Да? Интересно. Не зря говорят, что новое поколение будет умнее нас. Продолжайте в том же духе. — Спасибо. Мы попили чай и закусили бутербродами. Собрав вещи, преступили искать лучший склон для подъёма. Искали мы недолго и сразу нашли место. Александр пошёл первым, я был по типу груза, но шел за ним. Этот подъём был весьма трудным. Из-за перчаток было тяжело перебирать руками по склону, а ноги чуть скользили, но позже стало легче. Поднялись мы уже на около 10 м от земли, лицо уже покрылось румянцем. Чем выше забирались, тем сильнее поднимался ветер, поэтому мы одели альпинистские очки, чтобы снег не попадал в глаза. Когда забирались вверх, обнаружили небольшой склон, который был похож на чей-то клюв. Нужно было обойти его. Найдя выступ под ним, мы прошли по нему до буквально чистого пути. Я взглянул на часы, когда остановились, время было уже ближе к вечеру, и поднимались мы около 3 часов, скорее всего уже на 100 м от Земли точно. Я уже подустал, и нужно было найти место для ночлега. — Не лучшей идеей нам бы отдохнуть кое-где? — Да, было бы неплохо, — ответил мне товарищ и пошёл дальше в высь. — Будем рассчитывать, что выше мы найдем подобие пещеры и отоспимся там. — Понял, — я пошёл за ним. Чем выше поднимались, тем было труднее дышать. Я опять вспомнил Минхо. «Как же я скучаю по тебе, дорогой, — подумал я. — Вернусь домой, и мы будем снова лежать вместе, готовить. В эти ночи я буду скучать по твоим объятиям» Спустя меньше часа мы нашли хорошее углубление в горе и решили остаться там. Уже темнело, поэтому мужчина достал фонарь и зажёг его, не удержался и еще закурил сигарету. Я не очень любил это дело, поэтому отказался, решил посмотреть, что положил мне Минхо. — Ничего себе, — я достал целый контейнер еды, которую положил мне Лино. — мой любимый рис, ещё теплый. Вы будете? — Хорошо... Я приступил к еде, наслаждаясь талантом моего любимого. Он превосходно готовит, утром я ему уже говорил. Когда мы поели, то сразу легли спать. Я улёгся в мешок и вспомнил, как любимый всю ночь гладил мою голову. Скорее бы вернуться домой...