Honeytrap

      Нет ничего более бесячего, чем ситуация, когда никто не хочет тебя убить. Серьёзно. Третью ночь Саша не спала. Еще вчера она рассчитывала, что вот-вот — вот-вот — сайт откроется, что-нибудь да покажет, и можно будет выдохнуть. Или вдохнуть. Или хотя бы умереть с чувством выполненного долга... Ладно, умирать Саша не планировала, но все же! Вместо этого всё, что она получала — тотальный электронный игнор! Она так привыкла, что все вечно хотят ее убить, что теперь совершенно не была готова.       — Ещё раз, — будто бы приказала Саша, стуча по клавишам. — Прямо сейчас. Без прокси. Без шифров. Как будто мы просто... случайные пользователи.       — Случайные пользователи, которые уже третью ночь подряд пытаются запустить мифический deathlog.404, — пробурчал Шерлок, не отрываясь от своего экрана.       Они сидели в темноте, подсвеченные только холодным светом мониторов. Кофе остыл до состояния химического реагента. Саша уже не чувствовала ни вкуса, ни усталости. Только нарастающее раздражение и боль в шее.       — Ну и что? — Саша ткнула в экран. — Сайт открывается. Чёрный фон. Белый текст. Всё как у него. Но список — пустой. Ноль имён. Ноль фото. Даже фраза изменилась: теперь не «you are not supposed to be here», а просто «...». На экране. Три тупые точки.       — Он не выбирает нас, — констатировал Шерлок.       — Но почему?       — Может, он знает, что мы ищем его, а не смерти. Может, он ждал кого-то другого.       Саша откинулась на спинку дивана. Голова гудела. Её телефон, ноутбук, планшет, рабочий комп, появившийся непойми откуда — всё уже испробовано. Всё вычищено, перезагружено, прокачано VPN-ами. Они с Шерлоком, как два цифровых маньяка, подглядывали в пасть цифрового ужаса... а цифровой ужас просто молчал в ответ.       — Это бессмысленно, — сказал Шерлок после очередной паузы. — Мы зациклились. Нас сайт не видит. Или игнорирует. Что, возможно, одно и то же.       Саша молчала. Вряд ли Шерлок ждал ответа.       — Я бы предложил тебе остаться, — продолжил он. — Но ты ведь не ляжешь спать здесь. Не после всего.       Он не произнёс ни имени, ни упрёка, но фраза повисла в воздухе как дым. Он знал. Конечно, знал. Молча сделал пометку у себя в голове. Саша теперь с кем-то. Или не с кем-то. С Майкрофтом. И Шерлок не имел права злиться. Он просто думал: как это получилось. Сначала Джон. Потом Саша. И остался он. Один. Опять.       Саша встала. Её колени хрустнули так, будто она отработала смену в шахте. Она не хотела оправдываться. Не хотела объяснять. Не хотела говорить о Майкрофте, о пасторе, о собственном чувстве вины, которое теперь было как дополнительный орган — постоянно ноющий, невыносимо ненужный.       — Я... вызову такси, — тихо сказала она. — Мне правда нужно поспать.       Шерлок кивнул. Не поднимая головы.       Саша натянула туфли. Подобрала телефон, сумку. Пауза. Она оглянулась.       — Я пришлю тебе скрин, если что-то изменится, — добавила она уже у двери. — Спасибо, что не сказал, что я всё испортила.       — Я не думаю, что ты всё испортила, — отозвался Шерлок, всё ещё не глядя на неё. — Я просто думаю, что всё слишком запутано. И это чертовски здорово!       

***

      Саша села в такси, надеясь добраться до своей студии за пятнадцать минут, но стоило машине свернуть с Бейкер-стрит, как она тут же вырубилась. Без мыслей. Без рефлексий. Просто — отключилась.       Очнулась она от лёгкой тряски, когда автомобиль съехал на гравий. За окном мелькали ровные зелёные газоны, кованые ворота, аккуратные фонари, как из романов про английскую знать. Это было точно не её район.       Саша вздохнула. Глубоко. Почти до головокружения. Её снова «пригласили». Украли. Перехватили. Но, на удивление, она не разозлилась. Это было… ожидаемо. Логично. Трогательно. Хоть и немного напоминало гиперопеку. Её украли потому, что волновались.       Она выбралась из машины, поправляя юбку. В каком же ужасном видео она должна быть, если не была в душе три дня? И тут она увидела его. Майкрофт стоял на крыльце, сложив руки за спиной, как будто наслаждаясь закатом. Наслаждаясь, как в том меме: некрасиво! Мне тоже не нравится.       — Добрый вечер, — виновато подала голос Саша.       Он ничего не ответил. Только спустился по лестнице ей навстречу.       Они стояли друг перед другом. Саша была в том же платье, что и трое суток назад. С волосами, завязанными как попало. С глазами, в которых отражался весь ад цифровой бессонницы. Она была истощённой, растрёпанной, уставшей до боли. Майкрофт хотел сказать ей тысячу слов. Обвинить. Пошутить. Попросить быть осторожной. Но не смог. Он просто шагнул ближе. И обнял. Без условий. Без иронии. Без многозначительных пауз. Просто — обнял. Точно так же, как обнимаются самые обыкновенные смертные, когда больше ничего не остаётся. Когда ничего не надо объяснять.       Саша вжалась в его теплую грудь.       — Вы... — начал он, но замолчал.       Саша знала, что он хотел спросить: «Вы были у Шерлока», «Вы снова вместе?», «Почему вы исчезли?» Но он не сказал ни слова. Потому что увидел: она на грани.       — Я просто... не справляюсь, — выдохнула Саша, почти беззвучно.       — Я знаю, — тихо ответил он. — Но я рядом.       Они ещё постояли так. Минуту. Может, две. А потом он отвёл её внутрь — в спальню, в тепло, в тишину.       Первым делом она пошла в душ. Горячая вода была слишком хороша, чтобы спешить. Саша стояла, уткнувшись лбом в кафель, пока с нее не смылось всё — и усталость, и страх, и остатки макияжа. Она завернулась в полотенце, нашла пижаму — мягкую, тёмно-синюю. И, уже натягивая кофту через голову, крикнула:       — А вы давно храните в доме столь обширный женский гардероб моего размера, мистер Холмс?       Из-за двери донеслось спокойное:       — С тех пор, как появилась вероятность, что вам он пригодится. Как показывает практика, нужна она вам достаточно часто.       Саша вышла, поправляя волосы. В мокрой пижаме, с румянцем на щеках, она походила подростка. Подростка, который понимает, что страх перед чувствами не делает тебя взрослой. Он делает тебя одинокой.       — Я... если не возражаете, я бы прилегла, — сказала она. — Но... Вы полежите со мной?       Майкрофт отложил планшет, подошёл, откинул одеяло. Она скользнула под него, свернулась клубком. Через секунду Майкрофт оказался рядом — теплый, молчащий, настоящий. Она легла к нему на грудь.       — Александра, — тихо произнёс он, почти шепотом.       Саша приподняла голову:       — Почему вы всегда так официально ко мне обращаетесь? Я же Саша. Все зовут меня Саша.       — Потому что вы зовёте меня «мистер Холмс», — просто ответил он. — Нам с вами нравится притворяться, что между нами дистанция.       Саша чуть улыбнулась. Но не сказала больше ни слова. Она дышала ровно, слушала его сердцебиение. Оно оказалось не таким, как она представляла. Не ледяным. Не безразличным. Оно было очень живым.       Он провёл пальцами по её плечу, по ключице, не спеша. Не требовал, не притягивал — просто касался. Как делают только те, кто долго не решался подойти ближе. Саша прижалась к нему плотнее. Её рука скользнула под его кофту, туда, где стучит сердце. Майкрофт не отстранился.       Он знал, что разумнее было бы встать, уйти в кабинет, заварить чай, перечитать доклад разведки. Сделать что угодно, только не оставаться здесь — с ней. Рядом. Потому что Саша делала его слабым. Майкрофт Холмс никогда не сомневался в себе. Он знал, как управлять процессами, людьми, кризисами и даже войнами. Но Саша... она ломала систему. Делала уязвимым, нелогичным. Достаточно было одного взгляда — и он уже чувствовал себя не аналитиком, а просто мужчиной. Влюблённым мужчиной.       Если бы кто-то захотел уничтожить Майкрофта Холмса, ему не понадобились бы взломы и компромат. Достаточно было бы прикоснуться к ней. Саша была его слабым местом. Его единственным местом живой боли.       Он провёл ладонью по её спине. Медленно. Взвешенно. Словно давая себе разрешение на это прикосновение.       — Майкрофт, — тихо сказала она, не открывая глаз. — Я правда думала, что смогу кого-то спасти. А всё, что я сделала — это заткнулась не в тот момент. Я всё усложнила. Я думала... я правда думала, что у меня есть время.       Он не ответил сразу.       — Когда что-то происходит, — наконец заговорил он, ровно и почти ласково, — легче всего искать виноватого. Себя, чаще всего. Особенно если кажется, что можно было что-то изменить. Но правда в том, Александра... — он прижался губами к её макушке, — что в мире есть убийцы. Люди, которых не остановит ни твой крик, ни твой блог, ни твой страх. Ты не виновата в том, что один из них решил убить. Ты просто... оказалась ближе, чем хотелось бы.       Саша приоткрыла глаза. Внутри что-то кольнуло. Но не боль. Скорее — облегчение.       — Вы первый, кто это сказал, — прошептала она. — Спасибо.       Он не ответил. Просто притянул её ближе. И она позволила. Никаких разговоров. Никаких оправданий. Только тепло и их дыхание в тишине, наполненной чем-то настоящим. В эту ночь Сашу не мучали кошмары. Она не сжимала кулаки во сне. В эту ночь — впервые за долгое время — ей было не страшно.

***

      Саша проснулась оттого, что экран телефона вдруг загорелся, будто его кто-то включил извне. Комната всё ещё была погружена в темноту, плотную, предутреннюю. Но свет экрана был настойчивым. Обжигающе светлым.       Она потянулась к телефону, щурясь, как будто от этого можно было защититься. И сразу поняла. Он. Сайт. На чёрном фоне — белые буквы. Без прелюдий. Без анимации. Без кодов и нажатий. ALEXANDRA LESTRADE       Саша почувствовала, как холод мгновенно пронёсся по позвоночнику, словно кто-то плеснул внутрь ледяной воды. Она села, рывком, сбрасывая одеяло, не замечая, как её трясёт.       — Александра? — за её спиной раздался спокойный, сонный голос Майкрофта.       Она обернулась. Он приподнялся на локтях. В его лице — ещё не тревога. Только внимание.      Саша держала телефон двумя руками. Её дыхание было слишком частым. В груди — ком.       — Он выбрал меня, — произнесла она. — Сайт. Там моё имя.       Майкрофт мгновенно проснулся. Он откинул одеяло, сел, посмотрел на экран. Никакой паники. Но взгляд стал острым, как скальпель.       — Когда?       — Только что. Я... я даже не заходила. Он сам открылся.       Майкрофт молчал. Ни одного лишнего движения. Только тишина, в которую вползала необходимость — что-то делать, что-то решать. И в этой тишине Саша, впервые за всё это время, не отвернулась. Не ушла. Не соврала.       — Я скажу Шерлоку, — успокоилась она. — Я всё расскажу. Просто... Я хочу, чтобы вы знали. Чтобы вы были в курсе. Если я снова полезу во всё это... вы должны знать.       — Не «если», — поправил Майкрофт, не глядя на неё. — Вы уже влезли...       Саша посмотрела прямо на него:       — Спасибо, что вы есть.       — Александра... — сказал он. — Я всегда рядом.       И на этот раз она поверила ему.